Форум » Ракетно–космическая оборона России » Из истории Войск ПВО страны » Ответить

Из истории Войск ПВО страны

Admin: Тематические обзоры, статьи и публикации в периодической печати и сети ИнтернетИз истории Войск ПВО страны

Ответов - 44, стр: 1 2 All

Admin: Стрельба, о которой запретили говорить…■ Мой добрый знакомый директор Музея Войск ПВО в пос. Заря Юрий Альбертович Кнутов давно занимается вопросом, так кто же на самом деле сбил U—2 пилотируемый Фрэнсисом Гэри Пауэрсом. Предлагаю вниманию его статью, опубликованную на сайте rosinform.ru, в которой, по—моему, содержится убедительный ответ на этот вопрос ■■

Admin: Шестой главкомГенерал армии Третьяк Иван Моисеевич (20.02.1923—03.05.2007) Иван Моисеевич Третьяк родился 20 февраля 1923 года в деревне Малая Поповка Хорольского района Полтавской области, в крестьянской семье. Отец, Третьяк Моисей Ильич (1896 г. рожд.), — потомственный крестьянин. Мать, Прасковья Емельяновна (1898 г. рожд.), — крестьянка. Сыновья: Станислав Иванович (1950 г. рожд.), — доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой Минского медицинского института; Владимир Иванович (1955 г. рожд.), — инженер—радиофизик. □ □ Окончив семилетку, Иван Третьяк (сказались крестьянские корни) поступает в Полтавский сельскохозяйственный техникум. Учится прилежно. Но в 1939 году, когда происходили военные события в районе Халхин—Гола, он пишет письмо народному комиссару обороны СССР К.Е. Ворошилову с просьбой направить его, несмотря на непризывной возраст, в военное училище. Просьба Ивана была удовлетворена. В ноябре 1939 года он едет в Астрахань и, сдав вступительные экзамены в стрелково—пулеметное училище, становится курсантом. В канун Великой Отечественной войны в Астраханском училище состоялся выпуск. 18—летний Иван Третьяк получил звание лейтенанта. Мечта его — защищать Родину — осуществилась в самое грозное время. В составе 19—й стрелковой бригады, сформированной в основном из курсантов военных училищ, молодому командиру роты, а затем и заместителю командира батальона довелось познать все горести и тяготы оборонительных боев на Западном фронте. Приходилось отступать, нередко силами роты прикрывая отход бригады на новые позиции и неся большие потери. Словом, в 41—м Иван Третьяк ощутил на себе нелегкий груз ответственности за судьбы и жизни вверенных ему солдат, по возрасту порой годных ему в отцы. От боя к бою накапливался командный и боевой опыт. Да и на вышестоящих командиров, по признанию самого Ивана Моисеевича, ему крупно повезло. Было у кого учиться. После первого пулевого ранения в январе 1942 года, выписавшись из госпиталя, Третьяк получает назначение в 5—ю армию генерала Л.А. Говорова. В этой армии командиром 29—й гвардейской стрелковой дивизии был В.И. Полосухин. В столь прославленном соединении довелось заместителю командира батальона Ивану Третьяку пройти значительный путь. Через несколько месяцев он становится командиром стрелкового батальона. Затем был заместителем командира полка. В августе 1944 года, уже в звании майора, Иван Моисеевич становится командиром 87—го гвардейского имени М.В. Фрунзе стрелкового полка, созданного еще в годы Гражданской войны. И это на 22—м году жизни! Дивизия вела наступательные бои в полосе Минск—Орша. Комбат Третьяк получает второе осколочное ранение. Лечится в армейском госпитале. Командование 29—й дивизии делает все возможное, чтобы опытный офицер после излечения вернулся в родное соединение. Это совпадает с желанием самого Третьяка. Так вновь он оказался в кругу своих боевых товарищей. Дивизия же к этому времени передается в 10—ю гвардейскую армию 2—го Прибалтийского фронта. Лето 44—го. Впереди Пушкинские Горы, хорошо знакомые по книгам места, где жил и творил великий русский поэт. Здесь и довелось вести бои комбату Третьяку. Горько было видеть, во что превратили фашисты эти священные для каждого славянина места. Впереди, в 80 километрах, — небольшой городок Опочка. Перед комбатом Третьяком командир дивизии генерал—майор Андрей Трофимович Стученко поставил боевую задачу: на машинах, оторвавшись от наступающих полков дивизии, прорваться к реке Великой и во взаимодействии с танкистами комбата Ивана Кравченко, нащупав брод в реке, овладеть окраиной городка Опочка. Ночной бой был быстротечным и захватил противника врасплох. Задача была выполнена. 15 июля 1944 года Опочка, оккупированная врагом еще 5 июля 1941 года, была освобождена. Комбат Иван Третьяк, командир пулеметного отделения гвардии старший сержант Александр Дятлов были удостоены звания Героя Советского Союза. А уже в послевоенные годы Иван Моисеевич становится Почетным гражданином города Опочка. В начале ноября 1944 года, уже будучи командиром полка, Третьяк получил третье тяжелое пулевое ранение. Был направлен на излечение в Москву. После госпиталя вновь вернулся в родной полк и участвовал в разгроме Курляндской группировки немецких войск. По окончании Великой Отечественной войны 29—я Ельнинская Краснознаменная, ордена Суворова II степени стрелковая дивизия была перебазирована в Эстонию. Отсюда в 1946 году Иван Третьяк прибыл в Москву поступать в Военную академию имени М.В. Фрунзе. Успешно окончив академию, подполковник Третьяк назначается заместителем начальника отдела боевой подготовки 11—й гвардейской армии. Но штабная работа тяготит боевого командира. Через год он подает рапорт с просьбой перевести его на командную должность. Желание Третьяка сбылось: он становится командиром 75—го гвардейского мотострелкового полка 26—й гвардейской Восточно—Сибирской Городокской Краснознаменной ордена Суворова II степени мотострелковой дивизии. В 1956 году полковник Третьяк принимает командование этой дивизией и вскоре получает звание генерал—майора. И снова Москва. На этот раз — Военная академия Генерального штаба ВС СССР. Иван Моисеевич оканчивает ее с золотой медалью и получает направление в 18—ю общевойсковую армию на должность начальника штаба. Через полгода его направляют в Группу советских войск в Германии начальником штаба 3—й общевойсковой армии. Четыре года службы, интенсивной боевой учебы позволили генералу овладеть знаниями и опытом по руководству крупным войсковым соединением. В 1964 году — новое назначение: Третьяк принимает командование 4—й общевойсковой армией Закавказского военного округа. Вскоре ему присваивается звание генерал—лейтенанта. Самый значительный период службы в Советской Армии генерала И.М. Третьяка — это на посту командующего войсками округа. В 1967 году Иван Моисеевич становится командующим войсками Белорусского военного округа, а с 1976 года — войсками Дальневосточного военного округа. За 16 лет службы в этом качестве И.М. Третьяк становится генерал—полковником, позднее генералом армии. Затем в течение двух лет он являлся главкомом войск Дальнего Востока. И.М. Третьяк избирался депутатом Верховного Совета СССР четырех созывов. Он многое делал для своих избирателей: в частности, для становления спортивной базы как в Белоруссии, так и на Дальнем Востоке. Хабаровчане до сих пор благодарны ему за оказанную помощь в строительстве спортивных сооружений на прибрежном стадионе имени В.И. Ленина. Не случайно Иван Моисеевич Третьяк — Почетный гражданин города Хабаровска. В 1982 году Указом Президиума Верховного Совета СССР Ивану Моисеевичу Третьяку присваивается звание Героя Социалистического Труда. Редким военачальникам оказывается такая высокая честь. Она — признание заслуг Ивана Моисеевича. С 1986 года Третьяк — главный инспектор — заместитель министра обороны СССР. Позднее он — главком войск Противовоздушной обороны — заместитель министра обороны СССР. В ноябре 1991 года, прослужив в армии 52 календарных года, Иван Моисеевич вышел в отставку. Ныне он работает старшим специалистом акционерного общества «РУСС». Герой Советского Союза, Герой Социалистического Труда генерал армии Третьяк награжден четырьмя орденами Ленина, тремя орденами Красного Знамени, орденами Кутузова III степени, Александра Невского, Отечественной войны I степени, двумя орденами Красной Звезды, двумя орденами «За службу Родине в Вооруженных Силах», тремя иностранными орденами, многими отечественными и иностранными медалями. Главное увлечение генерала — чтение исторической литературы. За последние годы перечитал многие работы видных русских историков, в частности, Василия Осиповича Ключевского и Сергея Михайловича Соловьева. Сейчас изучает произведения выдающегося русского писателя и историка Николая Михайловича Карамзина. □ Биография с сайта portal.rin.ru

Admin: 15 декабря — День Радиотехнических ВойскРадиотехнические войска: история и современностьПредпосылки формирования системы наблюдения за небосклоном и опознавания воздушных целей «русской армии» (1913—1914 гг.) □ ■ В 1913 году в России в области организации воздушной обороны было предложено создать специальную сеть наблюдательных постов (проект русского авиаконструктора Пороховщикова А.А.) вдоль южного побережья Финского залива по линии Петербург—Рига. Предполагалось использовать для этой цели силы воздушного флота вместе с имеющейся полевой и крепостной артиллерией. Для организованного ввода их в бой предлагалось создать сеть так называемых «воздушных станций», расположим их в две линии: одна — Петербург—Виндава, другая — Петербург—Сувалки. Назначение этих станций состояло в том, чтобы следить за появлением летательных аппаратов в зоне ответственности станции, размеры которой определялись дальностью обзора воздушного пространства с помощью оптических приборов, выделять среди них чужие и сообщать о факте их пролета и его направлении заинтересованным командирам. Также высказывалась мысль о возможности оказания помощи своим летчикам в отыскании нарушителей воздушного пространства. ■ Таким образом, это было не что иное, как предложение об организации в России службы воздушного наблюдения, оповещения и связи, появившейся немного позднее. Предполагаемые станции должны были быть удалены на расстояние до 150 верст одна от другой, снабженные средствами наземной связи и обеспеченные автомобильным транспортом. ■ В войсках к этому времени сложились определенные взгляды на осуществление воздушного наблюдения и оповещения. Так, в данных войсках по борьбе против воздушной разведки предусматривалось, чтобы в каждой отдельной части назначались офицеры и по одному унтер—офицеру от каждого батальона, эскадрона, сотни и батареи специально для наблюдения за появлением самолетов и дирижаблей противника. ■ Наблюдение в боевых условиях должно было вестись повсеместно и непрерывно, независимо от погоды и времени суток. Обнаружив воздушный объект, наблюдатель должен был оповестить об этом командование и весь личный состав. Порядок оповещения вырабатывался в частях, для него использовались доступные средства сигнализации. Подавать сигнал тревоги должен был наблюдатель, первым обнаруживший воздушного разведчика. ■ Для обозначения государственной принадлежности воздухоплавательных снарядов и аэропланов России накануне первой мировой войны были приняты соответствующие меры. 08 августа 1913 г. Военный совет утвердил Инструкцию, в соответствии с которой на русских самолетах по бокам фюзеляжа или гондолы, а также на рулях направления наносились концентрические круги из цветов государственного флага России — белого, синего и красного. На дирижаблях опознавательным знаком служил флаг с изображением красного гюйса в левом верхнем углу и красного якоря — в нравом нижнем. Но вскоре и на их оболочках стали рисовать трехцветные круги, хорошо заметные и с земли и с воздуха. Возникла объективная необходимость наносить знак государственной принадлежности на воздушные суда, 01 января 1913 г. вступил в силу закон о суверенитете воздушного пространства Российской империи, утвержденный Советом министров 16 ноября 1912г. □ Начало создания структурных подразделений воздушной обороны наблюдения и оповещения за воздушной обстановкой (1914—1918 гг.) □ ■ При создании осенью 1914 года воздушной обороны Петрограда и Императорской резиденции в Царском Селе особое внимание уделили постам наблюдения за небосклоном, которые формировались в частях и подразделениях 6—й армии, в соответствии с «Инструкцией по воздухоплаванию» (Инструкция введена в действие приказом главнокомандующего 6-й армией от 30 ноября 1914 года № 90). ■ Дальние посты воздушного наблюдения располагались вдоль западной границы Финляндии и по берегу Ботнического залива Балтийского моря. Пограничная стража должна была обнаружить воздушного противника на территории Финляндии и оповестить о нем Штаб воздушной обороны Петрограда (Штаб создан в соответствии с приказом главнокомандующего 6-й армией от 12 мая 1915года № 112). ■ Ближняя линия воздушного наблюдения была развернута на базе артиллерийского укрепленного района вокруг российской столицы и на кораблях Балтийского флота. ■ Для установления быстроты связи между постами воздушного наблюдения и немедленной передачи донесений от них в Петроград начальника воздушной обороны Петрограда обязали организовать непосредственную связь постов с избранным им центральным пунктом, а также связь между центральным пунктом и артиллерией, аэропланами и командами, назначенными для отражения воздушного нападения противника. ■ 12 мая 1915 года главнокомандующий 6—й армией издал специальную Инструкцию № 1 «Постам из нижних чинов для наблюдения за небосклоном». В ней определялись: а) состав формируемых постов; б) районы наблюдения; в) должностные обязанности нижних чинов постов; г) порядок несения боевого дежурства и оповещения в случае появления в небе воздухоплавательных аппаратов противника. ■ Впервые для оперативности передачи информации о воздушном противнике по линии связи Инструкцией вводится термин «Воздух», который и в настоящее время используется в ходе боевого дежурства подразделений противовоздушной обороны. ■ На постах наблюдения за небосклоном Инструкцией вводились специальные рабочие журналы, ставшие прообразом современных журналов несения боевого дежурства. ■ 23 января 1915 года приказанием войскам 27—го армейского корпуса (г. Варшава) № 13 организована воздушная оборона г. Варшавы. Для борьбы с воздушным флотом противника сформированы авиационные отряды под командованием штабс-капитана Грезо и поручика Воеводского. ■ Общее руководство действиями авиационных отрядов было возложено на командира 2—й авиационной роты подполковника Генейко. Одновременно в этом районе действовал первый в русской армии истребительный авиационный отряд старшего лейтенанта Яцука Н.А... Для своевременного оповещения частей воздушной обороны была установлена сеть наблюдательных постов, определено взаимодействие с противоаэропланной артиллерией Варшавской крепости, находящейся в распоряжении начальника Варшавской крепостной артиллерии полковника Глазкова П.Н. ■ В течение 1915—1917 годов для организации воздушной обороны крупных военно-политических, административных центров страны: Могилева, Двинска, Минска, Пскова, Одессы, Николаева и т.д. формируется структура воздушного наблюдения и оповещения, входящая в состав организации обороны от воздушного нападения германской и австро-венгерской авиации. ■ Так, в 1917 году вокруг Петрограда и Одессы уже было выставлено по 60 наблюдательных постов, сведенных в роты наблюдателей и укомплектованных кадровыми офицерами и солдатами. В дальнейшем вокруг Петрограда количество таких постов увеличилось до 83. Для приема донесений от постов также было создано вокруг российской столицы 15 телефонных и телеграфных станций. ■ Чтобы заблаговременно предупредить о начале налета воздушного противника, в Петрограде в январе 1917 года была сделана первая попытка создать систему радиоразведки, получившую название «радиотелеграфная оборона Петрограда». ■ С этой целью в Выборге, Нарве, Луге и Старой Руссе были развернуты четыре радиокомпасные станции, которые позволяли путем радиоперехвата и пеленгации обнаруживать воздухоплавательные средства противника на расстоянии в несколько сотен километров и определять направление их движения. ■ Также весной 1917 года по инициативе Ставки Верховного Главнокомандующего организована радиотелеграфная воздушная оборона в районе г. Одессы, чтобы сообщать о появлении неприятельских воздушных кораблей и определять местонахождение кораблей воздушного флота противника. ■ Приказом Верховного Главнокомандующего от 28 апреля 1917 года № 137 определено формирование отдельной группы приемных радиостанций воздушной обороны Одесского военного округа, введено ее положение и штат. Из—за нехватки средств этот приказ выполнен не был, и в декабре 1917 года радиостанции воздушной обороны были переориентированы на выполнение задач радиосвязи. ■ 20 марта 1917 года приказом Начальника штаба Верховного Главнокомандующего № 370 определено создание воздухообороны в границах Одесского военного округа. Воздушную оборону округа возглавил генерал-майор Федоров И.А. (по октябрь 1917 года). ■ Этим приказом (№ 370) введен штат и Положение о Штабе воздушной обороны Одесского военного округа. Начальником штаба воздушной обороны назначен капитан Покровский (командир батальона обороны). Начальнику воздушной обороны подчинены: ...части артиллерии, пулеметные и авиационные для обороны от воздушного нападения... Наблюдательные посты формировались двумя ротами наблюдателей. Для ночных действий имелось 4 прожекторных команды. Телеграфно—телефонная команда обеспечивала связь частей воздушной обороны и Штаба воздушной обороны округа. ■ К сентябрю 1917 года сформированы службы воздушной обороны в Петрограде и Одесском военном округе, объединившие все имевшиеся силы и средства воздушной обороны, в том числе организационно сформировавшуюся службу наблюдения за воздухом. ■ Руководство службой воздушной обороны осуществляли командующие войсками военных округов через начальников воздушной обороны, которым подчинялись все части истребительной авиации, противосамолетной артиллерии, воздушного наблюдения. ■ Общее руководство службами воздушной обороны осуществляла Ставка Верховного Главнокомандующего (через службы генерал—квартирмейстера и дежурного генерала). ■ Начальники штабов воздушной обороны г. Петрограда и Одесского военного округа одновременно являлись командирами батальонов воздушных наблюдателей. Постоянная боевая готовность частей воздухообороны поддерживалась ежедневным назначением во всех истребительных авиаотрядах и противосамолетных батареях дежурных частей и постоянной деятельностью наблюдательных постов. Таким образом, служба наблюдения за небосклоном получила свое рождение и развитие в годы первой мировой войны и вошла в состав формируемых систем воздушной обороны важных военно-политических, административных центров, военных округов, группировок войск и сил флота России. ■ В дальнейшем развитие системы наблюдения и оповещения в составе отечественной воздушной обороны можно разделить на следующие этапы. ■ Первый этап (1918—1925 гг.) ■ ■ Формирование службы наблюдения и оповещения только вокруг важнейших военно—политических и административных центров страны на время непосредственной опасности воздушного нападения противника. ■ Несмотря на изменения политической обстановки в стране, связанные с Октябрьскими событиями и сменой государственной власти и строя в России, в Петрограде продолжал функционировать Штаб воздушной обороны под руководством генерал-майора Бурмина В.Т., (начальник воздушной обороны 1914—1918 гг.) и штабс-капитана Вотинцева П.Д. (начальник штаба 1917—1918 гг.). Для обеспечения надежного прикрытия столицы государства и своевременного оповещения о возможном налете неприятельской авиации вокруг Петрограда продолжали выполнять боевую задачу посты наблюдения за небосклоном. Об этом говорит и тот факт, что распределение сил и средств воздушной обороны Петрограда, организацию оповещения о появлении воздушного противника осуществлял Революционный Комитет по обороне города под руководством Подвойского Н.И., в ведении которого и находился Штаб воздушной обороны. ■ В апреле 1918 года в связи о переездом Советского правительства в Москву в приказе военного руководителя Московского района № 1 от 25.04.1918 формируется воздушная оборона города Москвы. На подступах к городу разворачиваются сигнальные пункты — посты воздушного наблюдения. ■ В июле того же года при формирующем зенитные батареи Управлении (Упразазенформ) было начато обучение младшего комсостава для зенитных батарей и специалистов, в т.ч. наблюдателей—телефонистов для воздушной обороны. ■ В течение февраля—мая 1919 года в соответствии с приказами по оперативной части № 01, 03 было определено расположение наблюдательных вахт за небосклоном (в качестве приложения к Плану воздушной обороны Петрограда) в следующих пунктах: Сестрорецк, Дибуны, Станки, Токсово, Осиновец, Ораниенбаум, Стрельна. В октябре—ноябре того же года были разработаны и введены в действие Инструкции дежурному начальнику связи, наблюдательным вахтам. ■ 01 сентября 1922 года в соответствии с приказом Реввоенсовета Республики от 12.09.1922 № 2153 были введены положения и штат учебного электротехнического батальона, штаты отдельной прожекторной роты и отдельной электротехнической станции (мирного времени). ■ Второй этап (1926—1932 гг.) ■ ■ Формирование в приграничной зоне и вокруг главных экономических и административных центров страны постоянной сети визуальных постов наблюдения, комплектуемых в основном за счет сил местной милиции. ■ 30 июня 1927 года приказом Реввоенсовета СССР задействовано Наставление по службе постов воздушной связи и наблюдения. Посты создавались в частях (подразделениях) связи корпусов, дивизий, полков, в частях воздушно—химической обороны и авиапарках Военно—воздушных сил. Посты подчинялись начальникам связи всех уровней руководства. ■ 31 января 1928 года Реввоенсовет СССР принял решение узаконить термин «противовоздушная оборона» (сокращенно ПВО) и отказаться от термина «воздушно—химическая оборона», а также утвердил термин «служба воздушного наблюдения, оповещения и связи (ВНОС)». ■ Эти термины нашли применение в утвержденных 31 января Народным комиссаром по военным и морским делам (НКВМД) и председателем РВС СССР основополагающих документах по организации ПВО страны, а именно в Положении по противовоздушной обороне Союза ССР (мирного времени) и первом Временном положении по противовоздушной обороне СССР (на военное время). Приказами РВС от 16 мая 1928 года они введены в действие. ■ И июля 1928 года постановлением Распорядительного Заседания Совета Труда Обороны (РЗ СТО) впервые утвержден перечень важнейших пунктов, подлежащих противовоздушной обороне (всего 48), определено развертывание службы ВНОС по линии гражданских наркоматов. ■ 28 января 1930 года Реввоенсовет СССР обсудил вопрос о Плане противовоздушной обороны и признал необходимым объединить зенитные, артиллерийские, пулеметные, прожекторные, воздухоплавательные, химические и наблюдательные части ПВО тыла в дивизионы, полки, бригады и дивизии ПВО. ■ 01 декабря 1930 года постановлениями Реввоенсовета СССР «О противовоздушной обороне действующей армии и объектов военного значения» и «О противовоздушной обороне тыла» определены меры по усилению зенитных средств, истребительной авиации, развертыванию постов службы ВНОС на обороне объектов ПВО. ■ 07 февраля 1931 года вышла в свет совместная директива Штаба РККА и Главного управления милиции и УТРО при СНК РСФСР о создании при органах милиции главных и наблюдательных постов ВНОС. Директивно определялись пункты дислокации главных постов (ГП) и количество наблюдательных постов (НП) по областям (краям) и автономным республикам, вводились штаты ГП и НП ВНОС. ■ Первая публикация — 26.02.2011 на pvo.forum24.ru


Admin: Радиотехнические войска: история и современностьТретий этап (1932—1938 гг.) ■ ■ Передача всех функций службы ВНОС специально созданным в войсках противовоздушной обороны воинским частям ВНОС. В этот период создаются первые радиолокационные средства обнаружения воздушных целей. ■ И апреля 1932 года приказом Реввоенсовета СССР № 0019 введено в действие Положение о частях: ВНОС ПВО территории страны, ■ 11 июля 1934 года — день рождения отечественной радиолокационной техники для службы ВНОС. ■ 08 июня 1933 года наркому обороны СССР Ворошилову К.Е. была представлена докладная записка инженера—конструктора Ощепкова П.К. с изложением идеи использования радиоволн для обнаружения самолетов и принципов использования приборов радиообнаружения в системе ПВО. ■ В январе 1934 года группа сотрудников Центральной радиолаборатории во главе с Коровиным Ю.К. провела первый эксперимент по обнаружению воздушной цели с помощью радиоволн. Отраженные от самолета радиосигналы были зафиксированы на расстоянии 70 километров. 14 января 1934 года в Академии наук СССР состоялось специальное совещание, одобрившее идею радиолокации. ■ 10—11 июля 1934 года под Ленинградом проведены первые в мировой практике испытания аппаратуры радиообнаружения самолетов «Рапид» (изготовлена Ленинградским электрофизическим институтом по заявке Управления ПВО РККА), которая могла обнаруживать самолеты на расстоянии до 3 км. 22 октября 1934 года был заключен договор с промышленностью об изготовлении шести таких станций обнаружения. Испытанная аппаратура послужила прототипом для разработки первой системы радиообнаружения самолетов «Ревень» (РУС—1). ■ В августе 1936 года Генеральным штабом РККА служба ВНОС переименована в службу противовоздушной разведки (ПВР). ■ 21 января 1937 года во исполнение директивы Генерального штаба РККА от 31.12.1936 года опытный сектор ПВО по разведке и наведению из управления ПВО передан в техническое управление РККА, которое приказом НКО СССР от 26 июля 1937 года было объединено управлением связи РККА. ■ 10 марта 1937 года служба, части и подразделения противовоздушной разведки ПВО переименовалась вновь в службу, части и подразделения воздушного наблюдения, оповещения и связи (ВНОС). 20 июня 1937 года директивой НКО СССР № 34990сс на территории страны установлены в отношении ПВО закрытая приграничная полоса и особо охраняемые зоны. Вся служба ВНОС, за исключением пунктов ПВО, была подчинена командующим ВВС военных округов. ■ Четвертый этап (1938—июнь 1941 гг.) ■ ■ Это период всестороннего укрепления войск ВНОС, поднятия их боевой готовности до уровня, отвечающего требованиям начавшейся второй мировой войны, период первого боевого освоения новой радиолокационной техники и формирования первых радиолокационных подразделений. ■ Проведенные исследовательские и опытные работы в области радиолокации позволили советским ученым к 1938 году создать первую в мире радиолокационную станцию «РУС—1 (радиоулавливатель самолетов — первый), которая получила боевое крещение в войне с Финляндией в 1939—1940 годах. Осенью 1939 года была создана более совершенная станция «РУС—2» (шифр «Редут»), принятая на вооружение в июле 1940 года и широко применявшаяся в годы Великой Отечественной войны для обнаружения самолетов противника и наведения на них советских истребителей. ■ 04 декабря 1938 года постановлением Главного Военного совета РККА № 10200сс службы ВНОС подчинены начальнику Управления ПВО РККА, а в военных округах — помощникам командующих войсками по ПВО. ■ 07 октября 1940 года вышло постановление СНК СССР «О противовоздушной обороне СССР», которое внесло изменения в руководство местной противовоздушной обороной. За Наркоматом обороны СССР оставались функции руководства и организации службы воздушного наблюдения, авиазенитной обороны территории и пунктов ПВО, борьба с воздушным противником. ■ 25 января 1941 года вышло постановление СНК СССР № 198—97сс «Об организации противовоздушной обороны». Организация ПВО предусматривалась в угрожаемой воздушными нападениями зоне на глубину 1200 км от госграницы. В соответствии с данным постановлением 14 февраля издан приказ НКО СССР № 0015 «О разделении территории страны СССР на зоны, районы и пункты ПВО». Приказ определил сформировать в приграничных и некоторых внутренних военных округах зоны ПВО (всего 13), в т.ч. в составе частей и подразделений ВНОС. ■ Пятый этап (июнь 1941 — сентябрь 1945 гг.) ■ ■ Активное применение войск ВНОС в боевых действиях, обеспечение боевой работы огневых средств ПВО, организация наземной обороны. Резкий количественный рост войск ВНОС и их качественное усовершенствование. ■ К началу Великой Отечественной войны (на 21 июня 1941 года) противовоздушная оборона страны в составе 13 зон ПВО, также включала в себя 6 полков, 35 отдельных батальонов и 5 отдельных рот ВНОС. ■ В период с 21 по 23 сентября 1941 года впервые в истории войн с помощью первых отечественных радиолокаторов (РУС—2) и последующих действий истребительной авиации, зенитной артиллерии и других средств ПВО Ленинграда и Балтийского флота сорван план военного командования Германии уничтожить флот СССР в Финском заливе путем проведения трехдневной воздушной операции своих военно-воздушных сил. Налеты вражеских самолетов отражались силами истребительной авиации, зенитными батареями и корабельной зенитной артиллерией. В ходе воздушной операции ВВС противника было предпринято 12 массированных налетов и несколько ударов мелких групп с общим числом до 500 самолетов-бомбардировщиков. ■ Все налеты были обнаружены расчетами РЛС 72—го орб ВНОС. Действиями истребителей 7—го авиакорпуса ПВО, ВВС Ленинградского фронта и авиации Балтийского флота, огнем зенитной артиллерии 25 вражеских самолетов уничтожено, большое количество повреждено. Замысел противника по уничтожению кораблей Балтийского флота и подавлению военно—морской базы Кронштадт был сорван. ■ 21 мая 1943 года в соответствии с приказом НКО СССР № 0087 о реорганизации управления системой противовоздушной обороны Москвы впервые в РККА в составе Московского фронта ПВО сформированы дивизии ВНОС (на базе соответствующих полков фронта ПВО). Такие формирования были проведены в Войсках противовоздушной обороны страны впервые. □ Радиотехнические войска ПВО (1952 — 1954—1998 гг.) □ Шестой этап (сентябрь 1945 г. — 1952—1954 гг.) ■ ■ Коренное перевооружение войск ВНОС на новую, в том числе радиолокационную технику, совершенствование их организационной структуры и всесторонняя подготовка к созданию нового рода войск радиотехнических войск ПВО страны. ■ Этот период ознаменовался окончательным переходом от войск ВНОС к созданию нового рода войск противовоздушной обороны страны. ■ 15 апреля. 1946 года в составе Штаба войск ПВО страны создана служба начальника ВНОС войск ПВО страны. ■ 10 июля 1946 года Совет Министров СССР принял развернутое постановление «Вопросы радиолокации» (№ 1529—678), определившее работы по развитию радиолокационной техники, как важнейшую государственную задачу. ■ 27 августа 1947 года служба начальника ВНОС войск ПВО страны в составе Штаба войск ПВО страны переформирована в управление начальника войск ВНОС Главного штаба Войск ПВО страны. ■ 15 декабря 1951 года постановлением СМ СССР Военному министерству поставлена задача; создать надежную службу обнаружения, оповещения и наведения, для чего организовать единую радиолокационную систему. Непосредственная ответственность за обнаружение и уничтожение авиации противника в районах (приграничных, приморских, ПВО страны) была возложена на командующих войсками районов. ■ 15 января 1952 года была подписана директива Военного Министра СССР, определившая меры по выполнению постановления Совета Министров СССР от 15.12.1951, по созданию внешней полосы обнаружения и наведения в странах народной демократии, по созданию приграничной полосы обнаружения и наведения вдоль госграницы СССР, а также полосы в районах Войск ПВО страны. Все наземные радиолокационные средства обнаружения и наведения, находившиеся в частях и соединениях истребительной авиации, объединялись со средствами службы ВНОС и на этой базе создавались радиотехнические войска (РТВ) ВНОС. ■ 30 июня 1954 года — вводится должность начальника радиотехнических войск ВНОС, Этой датой завершено создание радиотехнических войск (РТВ) как рода войск ПВО. ■ К концу 1954 года посты визуального наблюдения, имевшиеся в штатах частей ВНОС вдоль государственной границы, были заменены радиолокационными подразделениями. □ Развитие и совершенствование радиотехнических войск ПВО страны □ Седьмой этап (1954 г. — февраль 1998 г.) ■ ■ 17 марта 1956 года постановлением ЦК КПСС и СМ СССР утвержден План развития и организационной перестройки существующей радиолокационной системы ПВО страны, разработанной Штабом Войск ПВО страны. ■ 17 апреля 1956 года Министром обороны СССР утверждена организация центрального аппарата Войск ПВО страны. Введена должность начальника радиотехнических войск ПВО страны. ■ 14 января 1994 года издан Указ Президента Российской Федерации о создании Федеральной системы разведки и контроля воздушного пространства (ФСР и КВП). Она предусматривала объединение радиолокационных систем и средств Войск ПВО, Департамента воздушного транспорта, ВВС и ВМФ через систему автоматизации. Руководство Федеральной системы разведки и контроля воздушного пространства было возложено на главнокомандующего Войсками ПВО через командующих зонами противовоздушной обороны. □ Радиотехнические войска Военно—воздушных сил (1998 г. — настоящее время) □ Восьмой этап (с марта 1998 г.) ■ ■ Развитие и совершенствование Федеральной системы разведки и контроля воздушного пространства в составе нового вида Вооруженных Сил Российской Федерации — Военно—воздушных сил. ■ 16 июля 1997 года Президентом Российской Федерации подписан указ «О первоочередных мерах по реформированию Вооруженных Сил Российской Федерации и совершенствованию их структуры» (введен в действие приказом Министра обороны Российской Федерации от 03 августа 1997 года), определивший создание на базе существующих Войск ПВО и ВВС нового вида Вооруженных Сил Российской Федерации — Военно—воздушных сил. ■ 01 марта 1998 года в составе Управления Главнокомандующего ВВС (в настоящее время — Главном командовании ВВС) сформировано управление начальника Федеральной системы разведки, использования и контроля воздушного пространства (ФСРИКВП) Военно—воздушных сил. Осенью 1999 года оно переименовывается в управление начальника радиотехнических войск Военно—воздушных сил. ■ Первая публикация — 26.02.2011 на pvo.forum24.ru

Admin: Организация боевого дежурства в радиотехнических войскахИз Боевого устава Войск противовоздушной обороныЧасть X. радиолокационная рота (батарея), взвод, расчет войсковой ПВО ■ Боевое дежурство радиолокационных подразделений организуется в целях обеспечения отражения внезапных ударов воздушного противника в соответствии с планом и замыслом вышестоящего штаба. Дежурным радиолокационным подразделением называется специально назначенное подразделение, которое по степени готовности должно быть способным обеспечить ведение разведки воздушного противника в кратчайшие сроки по сравнению с остальными подразделениями. ■ Основными задачами дежурного радиолокационного подразделения являются: своевременное обнаружение и опознавание воздушных целей; обеспечение командных пунктов (пунктов управления), дежурных зенитных подразделений радиолокационной информацией; постоянный контроль за воздушной, наземной, радиационной и химической обстановкой. ■ Радиолокационные подразделения в зависимости от выполняемой боевой задачи могут содержаться в следующих степенях готовности к ведению разведки: готовность номер один, готовность номер два, готовность номер три. ■ Готовность номер один — наивысшая степень готовности подразделения к ведению разведки. При этой степени готовности на пункте управления, радио- и радиолокационных станциях полные боевые расчеты находятся на своих рабочих местах. Все радиолокационные станции и радиовысотомеры проверены на функционирование, включены и ведут поиск воздушных целей. Средства связи и автоматизации проверены на функционирование и включены. Управление боевой работой в подразделении организовано, со старшим начальником (командиром) поддерживается непрерывная связь. ■ Готовность номер два — на рабочих местах пункта управления, радио— и радиолокационных станций находятся дежурные боевые смены (сокращенные боевые расчеты), способные вести разведку воздушного противника одной или несколькими радиолокационными станциями. Они возглавляются командиром подразделения, его заместителем или одним из командиров взводов (начальников станций). Радиолокационные станции ведут разведку воздушного противника по графику; остальной личный состав — в районе позиции. ■ Вооружение и боевая техника проверены на функционирование и подготовлены к включению (при необходимости могут быть включены без излучения). Электростанции (агрегаты питания) прогреты. Управление боевой работой в подразделении организовано, со старшим начальником (командиром) поддерживается непрерывная связь. ■ Готовность номер три — на рабочих местах пункта управления, радио— и радиолокационных станций находятся дежурные смены, способные обеспечить прием команд (сигналов), оповещение и сбор полных боевых расчетов и включение электростанций (агрегатов питания); остальной личный состав — в районе позиции. Радио— и радиолокационные станции проверены и подготовлены к включению, электростанции (агрегаты питания) прогреты. Управление подразделениями организовано, со старшим начальником (командиром) поддерживается непрерывная связь. Количество радиолокационных станций и средств связи, находящихся в соответствующих степенях готовности, состав дежурных боевых смен (сокращенных боевых расчетов), сроки и порядок приведения их в различные степени готовности устанавливаются командиром подразделения в соответствии с указанием старшего командира (начальника). Для перевода подразделения из одной степени готовности в другую устанавливается минимально необходимое время. Перевод подразделения в более высокие степени боевой готовности производится последовательно или сразу в назначенную степень готовности. ■ Первая публикация — 08.03.2011 на pvo.forum24.ru

Admin: ■ ОборонкаК 100—летию системы ПВО государстваУ истоков воздушной (противовоздушной) обороны России стояла военная наука В настоящее время уже достоверно подтверждена документами из Российского государственного военно—исторического архива дата создания воздушной обороны в России — 25 ноября (по новому стилю — 08 декабря) 1914 г. Необходимо сделать небольшое разъяснение по поводу употреблявшегося в то время термина «воздушная оборона». Генерал армии Батицкий Павел Федорович (в последующем Маршал Советского Союза) в июне 1967 г. в обращении к начальнику Генерального штаба Маршалу Советского Союза Захарову М.В. в отношении этого термина высказался так: «Название «противовоздушная оборона» стало широко употребляться в конце 20—х гг. До этого существовала «воздушная оборона», а осуществляющие ее подразделения назывались противосамолетными, и мы считаем, что это было правильно. Название «противовоздушная оборона» звучит нелепо, так как нельзя бороться против воздуха. Вести борьбу можно только против сил и средств, применяемых в воздушном пространстве. Но так сложилось исторически, так существует сейчас и мы с этим вынуждены считаться». Далее в обращении есть и такие слова: «Современная противовоздушная оборона приобрела новое содержание. Противовоздушная оборона стала обороной воздушно-космической». Заметим, что впервые главком Войск ПВО сказал об этом еще в 1967 г. В наши дни актуально вспомнить об истории создания воздушной (противовоздушной) обороны, юбилей которой мы вскоре будем отмечать. В начавшейся Первой мировой войне в связи с применением летательных аппаратов в военных целях в армиях воюющих государств возникли задачи по организации воздушной обороны группировок войск и важных объектов на театре войны. В России среди первоочередных задач разрабатывались меры по недопущению полетов воздухоплавательных средств противника к столице — Петрограду и резиденции императора в Царском Селе. Как следует из документов, 30 ноября 1914 г. главнокомандующий 6—й армией приказом по армии за № 90 объявил специальную «Инструкцию по воздухоплаванию», в соответствии с которой впервые была организована воздушная оборона Петрограда и его окрестностей. Инструкцию подписал начальник штаба армии генерал—майор Бонч—Бруевич Михаил Дмитриевич, впоследствии выдающийся военный руководитель организации обороны молодой российской республики на фронтах Гражданской войны. 08 декабря 1914 г. инструкция была введена в действие, воздушная оборона столицы России начала функционировать. С тех пор именно этот день и считается днем рождения противовоздушной обороны. Начальником воздушной обороны был назначен генерал—майор Бурман Георгий Владимирович. Он наделялся широкими полномочиями в деле организации защиты города и императорской резиденции от ударов воздухоплавательных аппаратов противника. Под его руководством объединялись действия «летчиков и войсковых частей, назначенных для защиты Петрограда и его района от воздушного нападения противника». Для наблюдения за воздушным противником и оповещения о нем была развернута сеть наблюдательных постов, в том числе воздушных. На позициях вокруг Петрограда и вблизи Царского Села были установлены артиллерийские орудия, приспособленные для стрельбы по летательным аппаратам, в Гатчинской авиационной школе назначены подготовленные к борьбе с самолетами в воздухе экипажи. К апрелю 1915 г. воздушная оборона Петрограда и императорской резиденции пополнилась новыми силами и средствами, впервые в России создается Штаб воздушной обороны. Приказом Верховного главнокомандующего от 22 июня 1915 г. № 568 объявлен его штат и организационно—штатная структура воздушной обороны Петрограда. В ходе Первой мировой войны воздушная оборона создавалась также для защиты городов, крупных штабов и группировок войск на всех фронтах русской армии. В Российской армии вводились специальные должности начальников воздушной обороны, создавались их штабы. Созданная система воздухообороны военно—политических, административных и военных центров России в течение всей войны непрерывно совершенствовалась с учетом обстановки на русско—германском фронте, имеющихся на вооружении технических средств и опыта борьбы с воздушным противником. Таким образом, в 1914—1917 гг. было положено начало созданию системы воздушной обороны страны. Организация этой обороны отличалась высокой военной грамотностью. Документы тех лет убедительно свидетельствуют, что у истоков формирования воздушной обороны России были высокопрофессиональные высокие чины Российской армии, крупные специалисты военного дела, которые изначально научно предвидели, что эффективная воздушная оборона страны и ВС будет играть ключевую роль в вооруженной борьбе и обеспечении национальной безопасности государства. Их усилиями вырабатывались принципы организации воздушной обороны тыловых объектов и группировок войск, основными из которых были: • комплексное применение для воздушной обороны артиллерии, пулеметов, авиации в тесном взаимодействии друг с другом, с развертыванием сети наблюдательных пунктов, применением для точной стрельбы ночью прожекторов; • круговой характер построения обороны с усилением наиболее угрожаемых направлений; • сосредоточение основных сил для обороны наиболее важных военных объектов; • готовность всех сил и средств обороны к ведению эффективных боевых действий в любое время суток. Эти принципы стали классическими и с учетом современных условий, уровня развития СВКН, вооружения и военной техники ПВО (ВКО) успешно применяются при создании современных систем ПВО государства не только в России, но и в других странах ближнего и дальнего зарубежья. В годы Гражданской войны и иностранной военной интервенции воздушная оборона Советского государства сделала первые шаги. Крайне низкий технический уровень и малочисленность привлекаемых для воздушной обороны сил и средств не позволили развить зародившийся в ходе Первой мировой войны опыт ее боевого применения. По окончании Гражданской войны решением правительства РСФСР в сжатые сроки начался перевод Красной армии на мирное положение. К строительству системы ПВО Советского государства в межвоенный период приступили в период военной реформы 1924—1925 гг. Штаб РККА становится основным планирующим органом строительства ПВО Советского Союза. В его директиве от 25 августа 1925 г. разъяснялось, что «в текущем бюджетном году Штаб РККА приступает к организации противовоздушной обороны страны. Задачи, встающие в связи с этим, следует отличать от задач противовоздушной обороны фронтовой полосы в военное время, где все эти вопросы будут разрешаться на основании соответствующих уставов, наставлений». Необходимо отметить, что в этой директиве впервые были применены термины «противовоздушная оборона страны» и «противовоздушная оборона фронтовой полосы». В 1930—е гг. система ПВО страны бурно развивается, принимается целый ряд государственных решений по ее наращиванию и совершенствованию. 23 ноября 1930 г. Реввоенсоветом СССР утвержден первый Генеральный план противовоздушной обороны страны с основными цифрами развития ПВО на ближайший период — 1931—1933 гг. Постановлением СНК СССР от 4 октября 1932 г. утверждено Положение о противовоздушной обороне СССР. В соответствии с этими решениями принимаются энергичные меры по укреплению частей, созданию первых соединений ПВО, территориальные части ПВО переводятся на кадровый состав. Зенитные артиллерийские полки переформировываются в бригады ПВО, включавшие части и подразделения зенитной артиллерии, пулеметов, прожекторов и ВНОС. В 1938 г. на обороне крупнейших центров страны – Москвы, Ленинграда и Баку были сформированы корпуса ПВО, на обороне Киева — дивизия ПВО. В состав корпусов и дивизии ПВО входили соединения и части зенитной артиллерии, зенитных пулеметов, зенитных прожекторов, воздушного наблюдения, оповещения и связи, а также части и подразделения аэростатов заграждения. Командирам корпусов и дивизии ПВО оперативно подчинялась истребительная авиация ВВС, назначенная для выполнения задач ПВО. Намеченные меры решительного перелома в деле ПВО оживили деятельность всех органов, учреждений и заведений Военного ведомства по совершенствованию существующего вооружения и созданию отечественных образцов вооружения и военной техники для противовоздушной обороны. Получили интенсивное развитие традиционные рода оружия ПВО: появились новые типы зенитных орудий, самолетов—истребителей, новые образцы зенитных пулеметов, прожекторов, аэростатов заграждения. В 1939—1940 гг. на вооружение службы ВНОС (воздушного наблюдения, оповещения и связи) принята система радиообнаружения «Ревень» под названием РУС—1 (радиоулавливатель самолетов первый), в июле 1940 г. была принята на вооружение станция дальнего обнаружения воздушных целей «Рапид» под названием РУС—2 и ПУАЗО—3 образца 1940 г. Этим образцам ВВТ было суждено впоследствии в годы Великой Отечественной войны сыграть огромную роль в системе ПВО г. Москвы при отражении налетов фашистской авиации. Пристальное внимание уделяется вопросам развития ВВТ ПВО и роли военной науки в их создании. Для расширения фронта и увеличения масштаба научных и испытательных работ по созданию новейших образцов вооружения в соответствии с Приказом наркома обороны СССР № 080 в 1935 г. из военных ученых, инженеров, специалистов Севастопольского опытного полигона был образован Артиллерийский стрелковый комитет (АСК) зенитной артиллерии РККА и развернут в Евпатории. Очень скоро он завоевал репутацию «центра зенитной артиллерийской науки». Этой структуре суждено было стать предшественником всех последующих мощных научно—исследовательских организаций (научно—исследовательских институтов, конструкторских бюро, испытательных полигонов) по разработке проблем строительства ПВО (ВКО) страны и ВС и созданию новейших образцов ВВТ ПВО (ВКО). Таким образом, межвоенный период характеризуется бурным развитием ПВО территории страны, совершенствованием ее организационно—штатной структуры. К началу Великой Отечественной войны Войска ПВО имели: зон ПВО — 13, корпусов ПВО — 3, дивизий ПВО — 2, бригад ПВО — 9, бригадных районов ПВО — 39. Численность личного состава составляла 182 тысячи. Вместе с тем имевшие место в Войсках ПВО недостатки, нерешенные проблемы организационного и технического плана, тяжелейшие кадровые проблемы, связанные с репрессиями опытных командиров, военных ученых, инженеров и конструкторов, к июню 1941 г. ликвидировать не удалось. Это явилось одной из причин серьезных потерь Вооруженных Сил и государства в целом от ударов с воздуха в начальный период войны. В этот трудный для нашей страны период Великой Отечественной войны Государственный Комитет Обороны 09 ноября 1941 г. принял постановление за № 874 «Об усилении и укреплении противовоздушной обороны территории Советского Союза», определившее коренную реорганизацию системы ПВО страны. Этим постановлением Войска противовоздушной обороны территории страны преобразуются в самостоятельный вид Вооруженных Сил. Решая строго определенный круг задач стратегического характера, они имели свойственную им структуру и самостоятельное командование, непосредственно подчинявшееся высшему военному руководству. Командующий Войсками ПВО территории страны генерал—лейтенант Громадин М.С. одновременно являлся заместителем народного комиссара обороны. Основными родами войск являлись зенитная артиллерия и истребительная авиация с присущими им формами и способами действий по воздушному противнику с использованием зенитных прожекторов и системы оповещения ВНОС. В последующие месяцы и годы Великой Отечественной войны Государственный Комитет Обороны на своих заседаниях неоднократно рассматривал вопросы противовоздушной обороны. Отметим важнейшие из них для истории Войск ПВО. Приказ наркома обороны СССР от 22 января 1942 г. за № 056, по которому корпуса, дивизии и отдельные полки истребительной авиации, выделенные для противовоздушной обороны территории страны, были переданы в полное подчинение командующему Войсками ПВО территории страны. Вместе с ними передавались и обеспечивавшие их батальоны аэродромного обслуживания. Постановление Государственного Комитета Обороны от 05 апреля 1942 г. за № ГОКО—1541сс «О реорганизации Московского корпусного района ПВО в Московский фронт ПВО» и № ГОКО—1544сс «О реорганизации Бакинского и Ленинградского районов», определившее их реорганизацию соответственно в Бакинскую и Ленинградскую армии ПВО. Это были первые в Вооруженных Силах нашего государства объединения противовоздушной обороны: оперативно-стратегическое (фронт ПВО) и оперативные (армии ПВО). В завершающий период Великой Отечественной войны Войска ПВО, продолжая выполнять задачи по обороне важнейших центров, промышленных районов и коммуникаций Советского Союза, основные усилия сосредоточили на обеспечении заключительных наступательных операций фронтов, на организацию обороны важнейших объектов, освобождаемых Красной армией в Центральной и Юго—Восточной Европе. В этот период в составе Войск ПВО действовали четыре фронта ПВО, прикрывавшие важнейшие стратегические воздушные направления. На востоке страны, где развертывалась мощная группировка войск для разгрома империалистической Японии для усиления прикрытия от ударов с воздуха Транссибирской железнодорожной магистрали, важных промышленных и военных объектов Дальнего Востока и Забайкалья в марте-апреле 1945 г. было сформировано три армии ПВО: Приморская, Приамурская и Забайкальская. Общим итогом боевой деятельности Войск ПВО страны в годы войны является их существенный вклад в достижение победы, добытой общими усилиями всех видов Вооруженных Сил и родов войск Советской армии и Военно-морского флота. В Великую Отечественную войну Войска ПВО страны успешно справились с поставленными задачами: совместно с силами и средствами ПВО фронтов, флотов сохранили от разрушений и уничтожения фашистской авиацией крупные промышленные и административные центры страны, тысячи населенных пунктов и мостов, группировки войск фронтов и сил флота, коммуникации и тем самым в значительной степени способствовали восстановлению народного хозяйства и быстрому росту военно-экономического потенциала страны в послевоенный период. При выполнении боевых задач Войска ПВО страны уничтожили 7313 самолетов немецко—фашистской авиации, более 1000 танков, около 1500 орудий и минометов, а также много другой боевой техники врага. Родина высоко оценила героические подвиги воинов ПВО. За успешные боевые действия 11 соединений и частей Войск ПВО были удостоены почетных наименований и 29 частей — звания гвардейских, 92 воина — высокого звания Героя Советского Союза. Постоянное внимание к противовоздушной обороне в годы войны высших органов государственного и военного руководства обеспечило неуклонное возрастание сил и средств ПВО в количественном и качественном отношении, определило создание самостоятельной организационной структуры — вида Вооруженных Сил — Войск противовоздушной обороны страны. По окончании войны Советская армия, в том числе и Войска ПВО страны, переводится на штаты мирного времени. Имевшиеся к концу войны 4 фронта и 5 армий ПВО были переформированы в 3 округа и 2 армии ПВО. Значительное количество соединений и частей ПВО было расформировано. К октябрю 1946 г. численность Войск ПВО была сокращена более чем на 100 тысяч и составляла 147 тыс. 287 чел. (в августе 1945 г. численность — 251 тыс. 055 чел.). С тех пор взлеты и падения сопровождали послевоенную историю Войск ПВО страны. Их то упраздняли, то резко сокращали боевой состав, то опять восстанавливали. Так, в мае 1954 г. постановлением Совета министров СССР и ЦК КПСС № 1040—444 «О безнаказанных полетах иностранных самолетов над территорией СССР» ответственность за противовоздушную оборону была возложена на Министерство обороны, для чего вновь учреждалась должность главнокомандующего Войсками ПВО страны, он же заместитель министра обороны СССР. На эту должность был назначен Маршал Советского Союза Л.А. Говоров, первым заместителем главнокомандующего — генерал армии С.С. Бирюзов. Вместо районов ПВО восстанавливались оперативные объединения (округа и армии) и оперативно—тактические соединения (корпуса, дивизии) ПВО, включавшие в свой состав соединения и части всех родов Войск ПВО и специальных войск. Всего было сформировано 2 округа, 6 армий, 12 корпусов и 2 дивизии ПВО. С 1954 г. смутный послевоенный период сокращений и реформирования для Войск ПВО сменился длительным благоприятным периодом четкого учета в строительстве ПВО страны уроков и опыта Великой Отечественной войны на новой, научной основе. Военные эксперты и историки этот период тесно связывают с именем Главкома Войск ПВО страны Маршала Советского Союза Сергея Семеновича Бирюзова. Он по существу заново создал и в 1957 г. организационно оформил военную науку в Войсках ПВО, объединив разрозненные научные подразделения родов войск и испытательных полигонов в первый в ВС СССР единый комплексный научно—исследовательский институт вида ВС — НИИ—2 ПВО (в последующем — 2—й ЦНИИ МО РФ, а ныне — НИЦ ЦНИИ Войск ВКО Минобороны России). В настоящее время НИЦ ЦНИИ Войск ВКО Минобороны России — широко известный в России и странах СНГ научный центр по разработке теоретических и прикладных вопросов строительства ПВО (ВКО) страны и Вооруженных Сил, оперативно—стратегическому и военно—экономическому обоснованию, военно—техническому проектированию систем и средств вооружения и военной техники ПВО (ВКО), способов и форм их боевого применения, научному сопровождению испытаний и освоению их войсками. С середины 1950—х гг. началось зарождение и бурное развитие зенитных ракетных войск и реактивной истребительной авиации, радиотехнических войск. 07 мая 1955 г. принята на вооружение Войск ПВО страны первая зенитная ракетная система С—25, а система ПВО Москвы получила свой завершенный вид, как 1 А ПВО особого назначения. В 1957 г. принят на вооружение передвижной комплекс средней дальности С—75, проявивший себя с самой лучшей стороны во вьетнамской войне. Известно всему миру событие, когда 01 мая 1960 г. зенитной ракетой этого комплекса был сбит самолет—разведчик U—2 (пилот Фрэнсис Пауэрс). Это надолго отбило желание у агрессоров всех мастей нарушать воздушные границы нашего Отечества. ЗРК С—75 широко применялись в реальных боевых действиях, в том числе во Вьетнаме и на Ближнем Востоке. Во Вьетнаме ЗРК С—75 было уничтожено более 400 американских самолетов, из них 51 В—52. Такие потери стали одним из решающих факторов, вынудивших США уйти из Вьетнама. В мае 1961 г. принят на вооружение комплекс С—125 для борьбы с воздушными целями на малой высоте, показавший свою высокую эффективность в войнах на Ближнем Востоке и в районе Персидского залива. В марте 1999 г. в небе Югославии ракетой ЗРК С—125 был сбит американский самолет—невидимка F—117A. В 1967 г. принята на вооружение ЗРС дальнего действия C—200, а затем в 1990—2000—х гг. — C—300 многих модификаций, «Панцирь», С—400. Таким образом, эти разработанные в СССР и нынешней России комплексы составили научно обоснованный ряд типов зенитного ракетного вооружения, позволивший строить эффективные системы зенитной ракетной обороны различных объектов и регионов страны. Впечатляющими темпами шло развитие истребительной авиации. Первым массовым отечественным реактивным истребителем первого поколения стал легендарный МиГ—15, который великолепно показал свои боевые качества в небе Кореи в 1950—1953 гг. Всего на той войне наши летчики сбили свыше 1100 самолетов противника. На смену истребителям первого поколения МиГ—15, МиГ—17, Як—25 в конце 1960—х – начале 1970—х гг. пришли истребители и авиационные ракетные комплексы перехвата второго поколения: Су—9, Су—11—98, Су—15—98, Ту—128—С4, Як—28. АРКП Су—15—98 длительное время составляли основу истребительной авиации Войск ПВО страны. На смену авиатехнике третьего поколения (МиГ—23П, МиГ—25ПД) в 1980—х — начале 2000—х гг. пришли современные истребители четвертого поколения: МиГ—31М, Су—27, МиГ—29. Бурно развивались вооружение и военная техника радиотехнических войск. Отечественная оборонная промышленность освоила производство широкой номенклатуры радиолокационной техники: от массовых РЛС П—20, П—8, ПРВ—10 1950—х годов до современных РЛС «Каста», «Небо», «Десна—М», «Противник—Г», «Гамма—С1». Всего произведено для войск более 40 образцов ВВТ РТВ. Постепенно для боевого управления войсками стали широко применяться средства автоматизации: от ручного планшетного способа боевого управления перешли к современным автоматизированным системам управления войсками и оружием. Созданная в 1950—е система ПВО с отдельными дополнениями просуществовала до 1978 г. Благодаря титанической деятельности коллективов ученых, конструкторов и производственников на вооружение Войск ПВО поступали новейшие образцы ВВТ ПВО (ВКО), в состав Войск ПВО вошли силы и системы ракетно—космической обороны и они фактически стали Войсками воздушно—космической обороны. Во время боевой работы на ЦКП Войск ПВО страны в зале боевого управления одновременно находились командующие РКО, ЗРВ, ИА и РТВ. Признанием заслуг Войск ПВО страны в Великой Отечественной войне и за выполнение ими особо важных задач в мирное время стало учреждение 20 февраля 1975 г. ежегодного праздника — Дня Войск ПВО страны. Заслуги военных ученых 2—го ЦНИИ МО в создании перспективного вооружения ПВО (ВКО) отмечены высокими государственными наградами: орденами Красного Знамени (1968 г.) и Октябрьской Революции (1985 г.). В 2005 году институту вручен вымпел министра обороны Российской Федерации. Реорганизация системы и Войск ПВО в 1978—1980 гг. вернула их к уже вводившимся и отвергнутым войной и послевоенной деятельностью войск организациям. Приграничные округ (Бакинский) и армии ПВО расформированы, их корпуса и дивизии ПВО без истребительной авиации переданы в военные округа. Это, несомненно, было шагом назад в развитии системы ПВО государства. С января 1986 г. эта система была отменена и вновь восстанавливались отдельные армии ПВО. Однако они, ослабленные в ходе реорганизаций по боевому составу, качеству и количеству вооружения и военной техники, не смогли достичь необходимого уровня развития до конца существования Советского Союза. Вокруг этих событий еще и сейчас ведутся бурные научные дискуссии. В этой связи уместно напомнить слова великого полководца Маршала Советского Союза Георгия Константиновича Жукова: «Война показала исключительное и первостепенное значение противовоздушной обороны страны и войск. Надежная ПВО, способная отразить удары противника, особенно в начале войны, не только создает благоприятные условия для вступления в войну Вооруженных Сил, но и дает стране возможность более организованно перестроиться на военные рельсы, не говоря уже о том, что не будет серьезно поколеблено моральное состояние народа. Тяжкое горе ожидает ту страну, которая окажется неспособной отразить удар с воздуха». □ Борис Леонидович Зарецкий, старший научный сотрудник НИЦ (г. Тверь) ЦНИИ Войск ВКО Минобороны России, член—корреспондент Академии военных наук, кандидат военных наук, старший научный сотрудник Борис Александрович Бренер, старший научный сотрудник НИЦ (г. Тверь) ЦНИИ Войск ВКО Минобороны России, член—корреспондент Академии военных наук, кандидат технических наук, старший научный сотрудник □ Опубликовано 13 октября в выпуске № 5 от 2014 года

Admin: ■ 05—12—2014Сто лет на охране неба РоссииСтановление и развитие Войск ПВО как образец совместной работы всех слоев обществаАлексей Московский □ В рамках эшелонированной системы ПВО комплекс «Панцирь—С1» решает задачу по обороне ближнего рубежа и придает боевую устойчивость остальным средствам □ ■ В декабре 2014 года отмечается 100—летие образования Войск ПВО страны — юбилей, несомненно, эпохального значения. Все, что сделано государством для высокого технического оснащения войск, стало результатом научного, конструкторского, производственного подвига нашего народа. Это образец совместной работы на единый результат огромного коллектива гражданских и военных ученых, испытателей и других специалистов. □ Грозный «Беркут» □ ■ В 1950 году руководство страны пришло к выводу, что для борьбы с представлявшей наибольшую угрозу высотной реактивной авиацией противника необходимы комплексы зенитного управляемого ракетного оружия (ЗУРО). В августе того же года постановлением Совета Министров СССР задается создание первой в мире многоканальной зенитной ракетной системы ПВО Москвы «Беркут» (система С—25), а 03 февраля 1951 года для координации работ по ее созданию образовывается Третье главное управление (ТГУ) при СМ СССР по аналогии с уже существовавшим в те годы 1—м Главным управлением (ПГУ), которое занималось атомной бомбой. ■ Разработка системы велась невероятными темпами. От начала выпуска технической документации до изготовления экспериментальных образцов проходило не более двух месяцев, а уже 07 мая 1955 года С—25 поступила на вооружение. В состав системы С—25 («Беркут») входило 56 зенитных ракетных комплексов, размещенных на двух кольцах вокруг столицы (22 комплекса на внутреннем кольце и 34 комплекса на внешнем кольце). ■ Комплексы располагались на расстоянии 12—15 км друг от друга, так, чтобы сектор огня каждого из них перекрывал сектора комплексов, находящихся слева и справа, создавая сплошное поле поражения. Каждая входящая в состав комплекса РЛС секторного обзора Б—200 обеспечивала одновременное наблюдение за 20 воздушными целями и наведение на них до 20 ракет. Впервые одна станция производила обзор пространства, сопровождение целей и наведение на них ракет. Перед каждой РЛС Б—200, на удалении до 4 км, располагались 60 стартовых столов для ЗУР В—300 (по три ракеты на один канал обстрела). Управление всей системой, способной вести одновременный обстрел 1120 подлетающих к Москве целей, предусматривалось с центрального, запасного и четырех секторных командных пунктов. ■ В процессе работ по созданию системы были построены 8 баз для хранения и технического обслуживания боекомплектов 3360 зенитных ракет, 500 км бетонных дорог, 60 жилых поселков, проложено более 1000 км электрического кабеля. Для проведения испытаний системы С—25 с пусками ракет в Капустином Яре в 1951 году был сформирован Государственный научно—испытательный полигон (в те годы он официально назывался «Спецуправление № 3» и подчинялся ТГУ). Его начальником назначили Героя Советского Союза генерал-лейтенанта С.Ф. Ниловского, но через год его сменил генерал—лейтенант П.Н. Кулешов, в последующем — начальник 4—го Главного управления МО, заместитель Главнокомандующего Войсками ПВО страны, начальник ГРАУ, маршал артиллерии и Герой Социалистического Труда. ■ Главным конструктором и техническим руководителем работ по системе С—25 был академик А.А. Расплетин. Как вспоминал его соратник, а в последующем преемник академик Б.В. Бункин, «он впервые в стране, а возможно, и в мире создал организацию (КБ—1, в последующем ЦКБ «Алмаз»), которая на практике реализовала системный подход к разработке сложных технических средств, каковыми являются зенитные управляемые ракетные комплексы и системы космической разведки. Огромную кооперацию конструкторских бюро, научно—исследовательских институтов и заводов он превратил в единый слаженный организм и всегда добивался того, чтобы все технические и технологические работы выполнялись ради получения наивысших характеристик системы». Отдавая дань его памяти, президиум РАН раз в три года присуждает золотую медаль и премию им. А.А. Расплетина за выдающиеся работы в области радиотехнических систем управления. Именем А.А. Расплетина названо созданное им НПО «Алмаз». ■ В составе МО СССР в августе 1954 года в целях своевременной технической подготовки к приему в ведение Войск ПВО страны системы С—25 создается 4—е управление (в/ч 77969), а 21 мая следующего года в развитие постановления СМ СССР о принятии системы С—25 на вооружение приказом министра обороны 4—е управление МО преобразуется в 4—е Главное управление МО (4 ГУМО), куда в основном были переведены его сотрудники, а также специалисты ТГУ (к тому времени преобразованное в Главспецмаш и Главспецмонтаж Министерства среднего машиностроения). ■ Система С—25 находилась на вооружении почти три десятилетия — с 1955 по 1984 год, непрерывно развивалась и выдержала четыре этапа модернизации. Однако возможности ее совершенствования были исчерпаны, а поддержание в работоспособном состоянии становилось дорогостоящей задачей, и в 1984 году система С—25 была снята с боевого дежурства. Технический же прорыв в обеспечении противосамолетной обороны, достигнутый благодаря созданию системы С—25, позволил на базе ее конструкторских решений приступить к разработке более современных передвижных зенитных ракетных систем. □ Первые мобильные □ ■ Важным шагом в развитии Войск ПВО страны стало создание мобильных зенитных ракетных средств. Первая такая система, одноканальная С—75 на автомобильном шасси, была задана в разработку постановлением правительства в ноябре 1953 года. Первый вариант системы в десятисантиметровом диапазоне СА—75 «Двина» с ракетой В—750 («шестикабинка») был принят на вооружение в 1957 году. Через год в систему вводится новая высотная ракета В—750В, а в 1960 году закончена разработка двух экспортных вариантов системы «Двина» (СА—75М — для соцстран и СА—75МК — для других дружественных стран). Боевое крещение система приняла в 1959 году в КНР, когда был сбит самолет—разведчик RB—57D американского производства. Наиболее широко СА—75М и СА—75МК применялись во Вьетнаме, где ими было сбито более 2000 американских самолетов, что во многом определило исход войны. ■ Параллельно продолжалась и закончилась разработка системы С—75 в шестисантиметровом диапазоне. Система получила наименование «Десна» («трехкабинка») и была принята на вооружение в 1959 году. Этот вариант системы стал наиболее массовой системой ЗУРО Войск ПВО страны. В ней обеспечивалась возможность селекции движущихся целей на фоне земной поверхности и в условиях применения противником пассивных помех. Для борьбы с постановщиками активных помех была введена автоматизированная перестройка частоты в радиолокаторе наведения. Именно системой «Десна» были сбиты два американских высотных разведчика U—2 — 01 мая 1960 года над Свердловском и 27 октября 1962 года над Кубой. ■ Дальнейшим развитием ЗРК С—75 стала разработка системы С—75М («Волхов»), принятая с ракетой В—755 на вооружение в 1961 году. С—75М «Волхов» имел более высокие боевые характеристики и претерпел в дальнейшем четыре этапа модернизации, направленные на увеличение дальности стрельбы, снижение нижней границы зоны поражения, обеспечение применения ракет со специальной боевой частью в условиях активных помех, а также введение в станцию наведения электронно-оптического канала сопровождения цели, что позволяло вести стрельбу без излучения передатчика. ■ В 1957 году постановлением ЦК КПСС и СМ СССР задается разработка передвижной ЗРС С—125 с твердотопливной ракетой В—600П, обеспечивающей поражение целей на предельно малых высотах. Разработка системы шла быстро, и уже в 1961 году она была принята на вооружение Войск ПВО страны. Система также прошла ряд этапов модернизации с целью увеличения дальности стрельбы, введения новых модификаций ракет, электронно—оптического канала сопровождения цели для повышения помехозащищенности. С—125 производились в больших количествах для нашей страны и под названием «Печора» — на экспорт во Вьетнам, Алжир, Египет, Сирию, Ливию и другие страны. Она принимала активное участие в боевых действиях на Ближнем Востоке и в других локальных войнах. □ Новая угроза □ ■ Появление на вооружении ВС зарубежных стран воздушных командных пунктов, постановщиков помех и средств воздушного нападения, способных применять крылатые ракеты, не заходя в зоны поражения существующих наземных средств ПВО, потребовало существенного увеличения дальности поражения ЗРК. Кроме того, в целях сокращения стоимости создания группировок ПВО важное значение стало придаваться созданию ЗРК большой дальности, которые значительно увеличивали площадь, обороняемую одним комплексом. Постановлением ЦК КПСС и СМ СССР в 1958 году была задана разработка новой ЗРС дальнего действия С—200 с двухступенчатой ЗУР типа В—860П разработки МКБ «Факел», оснащенной осколочно-фугасной боевой частью и аппаратурой для полуактивного самонаведения. ■ Система С—200 («Ангара») была принята на вооружение Войск ПВО в 1967 году. Практически все важнейшие объекты страны находились под ее защитой. В последующем, в 1969 году, принимается на вооружение система С—200В («Вега») с ракетой В—860ПВ, а в 1974 году — с унифицированной ракетой повышенной дальности В—880. Система обеспечивала эффективную борьбу с современными и перспективными самолетами на высотах от 300 м до 40 км, летящих со скоростями до 4300 км/ч, на дальностях до 300 км в условиях интенсивного радиопротиводействия. Автор этих строк, проходя в то время службу на Балхашском 10 ГНИИП МО, принимал активное участие в заводских и совместных испытаниях системы С—200В с ракетой В—880. ■ ЗРК С—200В с начала 1980—х годов под индексом С—200ВЭ «Вега—Э» поставлялись в ГДР, Польшу, Чехословакию, Болгарию, Венгрию, КНДР, Ливию, Сирию. Первое боевое применение ЗРС С—200В произошло в 1982 году в Сирии, где на дистанции 190 км был сбит самолет ДРЛО E—2C «Хокай», после чего американский авианосный флот отошел от берегов Ливана. А в Ливии комплексы С—200В принимали участие в отражении налета американских бомбардировщиков FB—111. ■ Период 1960—х годов характеризовался быстрым развитием средств воздушного нападения противника. На вооружение США и стран НАТО поступил ряд новых самолетов стратегической и тактической авиации. Был создан новый тип СВН — стратегическая крылатая ракета ALCM с дальностью применения до 2500 км. Она могла прорывать ПВО на предельно малых высотах, огибая рельеф местности. Основой тактики СВН стали массированные налеты пилотируемых и беспилотных средств под прикрытием разнообразных радиопомех. В этих условиях стоящие на вооружении Советской Армии системы ЗУРО, разработанные в основном в 50—е годы, уже не могли в полной мере обеспечить эффективную оборону. Особенности современного противовоздушного боя потребовали разработки ЗРС с применением новых технических принципов и технологий построения. ■ Постановлением ЦК КПСС и СМ СССР от 27 мая 1969 года задается создание унифицированного семейства систем типа С—300 для Войск ПВО страны, СВ и ВМФ. ■ Модификация системы для Войск ПВО страны С—300П включала до шести многоканальных ЗРК, разнесенных в пространстве на несколько десятков километров, и представляла собой группировку ЗРК. ■ Первая система этого семейства С—300ПТ (контейнерный вариант) с ракетой В—500К, наводившейся на цель командным методом, была принята на вооружение в 1979 году. В 1981 году принимается на вооружение С—300ПТ с ракетой В—500Р (наведение на цель методом «через ракету»). Самоходная модификация С—300ПС принята на вооружение в 1983 году. Она имела высокую мобильность за счет размещения на автомобильных шасси высокой проходимости и малого времени свертывания и развертывания (до 5 минут). В последующем с учетом опыта создания и эксплуатации систем С—300ПТ и С—300ПС создается практически новая система С—300ПМ с ракетами 48Н6, принятая на вооружение в 1989 году. На экспорт поставлялись созданные на ее базе варианты С—300ПМУ1 и С—300ПМУ2. ■ Учитывая высокую эффективность систем типа С—300, в 1980 году принимается решение о создании системы ПВО Москвы С—50 (взамен системы С—25) с использованием ЗРК С—300П и С—300ПМ. Эта задача была решена, в 1994 году система принята на вооружение. За ее создание была присуждена Государственная премия России. В авторский коллектив лауреатов вошел и автор этих строк, принимавший участие в этих работах, проходя службу в 4—м ГУМО и работая в Государственной комиссии СМ СССР по военно—промышленным вопросам. □ Разящий «Панцирь» □ ■ Накопившийся десятилетиями боевой опыт использования Войсками ПВО страны зенитных ракетных комплексов показал, что эффективность системы ПВО, снижение ее потерь и повышение живучести в значительной степени зависят от мобильности этих комплексов — способности к ведению боевых действий в движении или с короткой остановкой, от минимизации времени перевода в боевое или походное положение. ■ Идею такого комплекса, который мог бы использоваться в качестве средства ближнего рубежа в эшелонированной системе ПВО наиболее важных объектов и войск, предложили в Тульском КБ приборостроения. Комплекс был назван «Панцирь—С1», он размещен на одном автомобильном шасси и включает радиолокационную станцию мм—диапазона, тепловизионную систему обнаружения и сопровождения цели и ракетно—пушечное вооружение. Он обладает чрезвычайно быстрой реакцией и способностью ведения борьбы с широким спектром воздушных целей, включая крылатые ракеты и БЛА, а также с наземными и надводными целями. ■ Одним из первых интерес к новому комплексу проявил главнокомандующий Войсками ПВО страны генерал армии И.М. Третьяк, высоко оценивший потенциал заложенных в него идей и способностей. К 1993 году был изготовлен первый опытный вариант комплекса, и начались его испытания на полигоне Капустин Яр. В настоящее время комплекс производится серийно и поступает на оснащение войск, а также активно поставляется на экспорт. □ И вновь — первые □ ■ Следует особо отметить, что именно Войска ПВО страны первыми из всех видов ВС перешли к комплексной автоматизации КП и ПУ всех родов войск, организации взаимодействия боевых действий ЗРВ и ИА и управления действиями войск в реальном масштабе времени. ■ Первой комплексной системой управления для Войск ПВО страны, созданной по заданию 4—го ГУМО, стала система автоматизации боевого управления в корпусе (дивизии) ПВО — «Луч—1». В составе ее средств были созданы: комплексы средств автоматизации КП корпуса (дивизии) ПВО «Протон», автоматизированные средства управления для бригад ЗРВ «Дирижер», пунктов наведения истребительной авиации «Каштан», КП радиотехнической бригады «Межа», радиотехнической роты «Низина». В системе предусматривалось использование созданных для автоматизации КП полков и бригад ЗРВ средств автоматизации «Асурк—1» и «Вектор—2». Период разработки и принятия в эксплуатацию отдельных средств системы «Луч—1» охватывает 1960—1973 годы, а сама она поступила на вооружение в 1975 году. ■ Учитывая изменения средств и тактики применения воздушного нападения вероятного противника, в начале 1970—х годов была задана новая, более совершенная система автоматизации корпуса (дивизии) ПВО — «Пирамида». В составе технических средств этой системы были созданы КСА корпуса (дивизии) ПВО «Универсал», бригады ЗРВ «Байкал», бригады РТВ «Нива», батальона РТВ «Основа», роты РТВ «Поле», аппаратура автоматизации диспетчерского контроля «Заявка». В системе предусматривалось использование КСА полков и бригад ЗРВ «Сенеж», «Сенеж—М», «Байкал», а также КСА полка ИА «Рубеж», которые создавались отдельно. Эти комплексы автоматизации были приняты на вооружение в период 1975—1988 годов. ■ С появлением дальних истребителей-перехватчиков МиГ—31 и созданием самолетов радиолокационного дозора «Шмель» проведены работы по организации боевых действий истребительной авиации по самолетам—носителям КРВБ на дальних подступах к границам страны до их входа в зону обнаружения наземной системы ПВО. Такая система автоматизированного управления — «Щит» — принята на вооружение в 1992 году. ■ Автоматизация процессов боевого управления КП объединений ПВО проводилась на базе аппаратуры «Алмаз», принятой на вооружение для оперативного звена Войск ПВО в 1971 году и для ЦКП Войск ПВО в 1981 году. Аппаратура обеспечивала сбор и обработку информации о воздушной обстановке, ее отображение на экранах КП и рабочих местах операторов, а также проведение предварительных расчетов для принятия решений на боевое использование активных средств ПВО. С развитием вычислительной техники по заказу 4—го ГУМО были разработаны информационно—расчетные системы, обеспечивающие возможность заблаговременной подготовки Войск ПВО к ведению боевых действий в различных условиях воздушной и наземной обстановки, подготовки вариантов этих действий на основе математического моделирования. Разработка такой системы была завершена в 1990 году. □ Защита от ракетной угрозы □ ■ Важным этапом стало создание в стране системы противоракетной обороны (ПРО), реальные работы по которой развернулись в конце 1953 года. При этом, учитывая сложность и неоднозначность проблемы ПРО, в январе 1954 года принимается решение о создании специальной комиссии по ПРО, на которую были возложены функции высшего органа в стране по организации и координации научно—поисковых разработок путей создания отечественной противоракетной обороны. Председателем комиссии был назначен председатель НТС Главспецмаша академик А.Н. Щукин. ■ 03 февраля 1956 года ЦК КПСС и СМ СССР приняли постановление «О противоракетной обороне». Миноборонпрому поручалась разработка проекта экспериментальной системы ПРО, а Минобороны — создание полигона ПРО (г. Приозерск). Главным конструктором системы был назначен Г.В. Кисунько, в последующем — Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской премии, член—корреспондент АН СССР, генерал—лейтенант. ■ Решение задач по созданию системы ПРО обеспечивал Генеральный заказчик — 4—е Главное управление Министерства обороны. В середине 1956 года в составе 4—го ГУМО образовывается 5—е управление по разработке систем и средств ПРО, начальником которого назначается генерал—лейтенант М.Г. Мымрин (лауреат Государственной премии СССР), которого в последующем сменил генерал—лейтенант М.И. Ненашев (Герой Социалистического Труда, лауреат Государственной премии СССР). Это были воистину незаурядные личности, обладающие энциклопедическими знаниями во многих областях науки и техники. Поражала их способность вести научные дискуссии на любом уровне и принимать верные решения. Сегодня можно только удивляться их интуиции, технической и научной смелости. Из многочисленных, не всегда очевидных вариантов решения сложнейших вопросов они находили единственно верный, аргументированно убеждали в своей правоте как специалистов, так и руководителей Министерства обороны и государства, неуклонно следуя к намеченной цели. ■ 18 августа 1956 года ЦК КПСС и СМ СССР принимают постановление о строительстве, порядке и сроках выполнения работ по созданию экспериментального комплекса ПРО «Система А». В свою очередь, Минобороны в качестве места дислокации полигона противоракетной обороны («Полигон А») утвердило район в Казахстане на берегу озера Балхаш в каменистой пустыне Бетпак—Дала (Северная Голодная степь), недалеко от железнодорожной станции Сары—Шаган (г. Приозерск). Размах полигона впечатлял. Его площадь составила 81 200 кв. км, что сопоставимо с суммарной территорией таких государств, как Бельгия и Нидерланды. Днем рождения полигона считается 30 июля 1956 года, а первым его начальником стал генерал—лейтенант С.Д. Дорохов. ■ Учитывая скоротечность процесса перехвата баллистических ракет и невозможность вмешательства человека в этот процесс, впервые в России и в мире практически весь процесс перехвата был полностью автоматизирован с использованием цифровой вычислительной машины М—40. Эта машина была одной из первых разработок Института точной механики и вычислительной техники АН СССР и на тот момент времени была одной из самых производительных ЭВМ в мире. ■ Особой технической новизной отличалась противоракета В—1000, созданная коллективом МКБ «Факел» под руководством главного конструктора академика П.Д. Грушина. Она была двухступенчатой, с самым мощным в мире твердотопливным ускорителем и управляемой второй ступенью с жидкостным ракетным двигателем. Противоракета была оснащена уникальной осколочной боевой частью. В качестве поражающих элементов использовались десятки тысяч шариков с запрессованными внутри зарядами взрывчатого вещества, а в центре заряда располагались другие плотные высокопрочные шарики меньшего диаметра. ■ Уникальность создаваемой системы, новизна принимаемых технических решений, высокий уровень автоматизации и ограниченные возможности проведения натурных пусков баллистических ракет поставили перед разработчиками системы серьезную научно—техническую проблему разработки принципиально новой методологии испытаний и ввода системы в эксплуатацию. 07 февраля 1960 года постановлением ЦК КПСС и СМ СССР принимается решение о создании в Минобороны Специального вычислительного центра № 4 (впоследствии 45—й ЦНИИ МО). Институтом для оценки реальных характеристик создаваемой системы ПРО разрабатываются математические модели целевой обстановки на ЭВМ, сопряженных по каналам связи с боевыми ЭВМ системы ПРО. Первым начальником института стал генерал—лейтенант И.М. Пенчуков. ■ 04 марта 1961 года впервые в мире созданная в СССР экспериментальная система противоракетной обороны («Система А») осуществила успешный перехват цели и поражение головной части баллистической ракеты Р—12, летевшей со скоростью более 3 км/с (американским специалистам удалось повторить подобное лишь 10 июня 1984 года). А летом 1961 года на сессии ООН первый секретарь ЦК КПСС, председатель СМ СССР Н.С. Хрущев известил мировую общественность о том, что в СССР создано оружие, которым, по его меткому выражению, можно было попасть «в муху в космосе». ■ Появление в нашей стране уникального стратегического оборонительного оружия, системы противоракетной обороны, мгновенно отрезвило многие горячие головы, которые были готовы немедленно развязать новую мировую ракетно—ядерную войну и уничтожить Советский Союз. В дальнейшем значительное продвижение работ в области ракетно-космической обороны заставило США искать возможность для заключения Договора по ограничению противоракетной обороны и договоров по сокращению стратегических наступательных вооружений. ■ В результате проведенных работ первая система ПРО Москвы — А—35 — была принята на вооружение в мае 1977 года. В это же время была задана разработка системы ПРО А—135 нового поколения, способная бороться с современными баллистическими ракетами всех типов, оснащенными головными боевыми частями, совершающими полет под прикрытием множества ложных целей, активных и пассивных помех. Эта система была принята на вооружение в 1996 году. Информация от ее многофункциональной РЛС «Дон—2Н», кроме того, значительно расширила боевые возможности систем предупреждения о ракетном нападении и контроля космического пространства. □ Раннее обнаружение □ ■ Разработка отечественных РЛС, предназначенных для раннего обнаружения атакующих баллистических ракет и космических объектов, началась во второй половине 1950—х годов и осуществлялась параллельно с работами по созданию системы ПРО. Эти работы завершились принятием на вооружение в 1970 году системы раннего обнаружения в составе командного пункта с комплексом формирования и доведения информации предупреждения о ракетном нападении до высшего государственного и военного руководства страны. В систему вошли РЛС, развернутые по периферии страны в Мурманске, Риге, Иркутске, Балхаше. В последующем эта система была дополнена станциями в районе Севастополя, Печоры, Мукачево, Габалы и Барановичей. Сегодня проводятся работы по переоснащению этой системы на РЛС нового поколения высокой заводской готовности типа «Воронеж». ■ Создание непрерывно функционирующего комплекса системы ПРН обеспечило возможность руководству страны и ВС реализовать стратегию ответно-встречного удара в случае ракетно-ядерного нападения вероятного противника, так как исключался фактор внезапного невскрытого ракетного нападения. ■ Комплекс работ по этому направлению существенно дополнялся разработками космических систем обнаружения стартов баллистических ракет с ракетных баз США и акваторий морей и океанов (системы УС—К, УС—КС, УС—КМО). Работая в режиме непрерывного круглосуточного дежурства, космические аппараты системы вели обнаружение пусков МБР, фиксировали пуски и сопровождали цели на разгонном участке траектории ракет. Полученная информация передавалась на КП СПРН для формирования соответствующего сигнала «Ракетное нападение» для доведения руководству страны и ВС. 16 января 1979 года первая система УС—К со спутниками на высокоэллиптических орбитах и бортовой аппаратурой теплопеленгационного типа была принята в опытную совместную эксплуатацию. В настоящее время на боевом дежурстве стоит система УС—КМО, включающая космические аппараты на высокоэллиптических и геостационарных орбитах. В дальнейшем с учетом возможностей систем ПРН и ПРО были развернуты активные работы по созданию системы контроля космического пространства, которая в последующем была дополнена специализированными оптико-электронными и радио—оптическими комплексами распознавания космических объектов. Такие специализированные средства поставлены на дежурство уже в наше время в Нуреке (Таджикистан), Находке и ст. Зеленчукская на Северном Кавказе. ■ В 1979 году после испытаний по реальному поражению космического спутника-мишени на боевое дежурство был поставлен комплекс противокосмической обороны ИС, ИС—М, а затем ИС—МУ со значительно увеличенной оперативностью и эффективностью. Он обеспечивал перехват опасных спутников на орбитах свыше 3600 км, давая возможность поражения уже на первом витке, в том числе осуществляющих маневрирование на орбите. ■ Весь комплекс работ по ракетно—космической обороне, созданная способность раннего обнаружения старта и полета МБР, а значит и неминуемого возмездия, вынудили США пойти на переговоры с СССР по вопросам сокращения стратегических вооружений и ограничения систем ПРО. Подписанный в 1972 году Договор по ПРО почти 30 лет являлся эффективным фактором обеспечения стратегической стабильности в мире. □ Задел на новые свершения □ ■ Оглядываясь на путь, пройденный многотысячными коллективами организаций разработчиков, предприятий промышленности, военных строителей, военных ученых и испытателей, даже мы, участники ряда тех событий и ветераны полигона ПВО, поражаемся масштабам решенных военно—стратегических, научно—технических и технологических задач, смелостью первопроходцев, достигнутыми результатами. Это наглядное свидетельство того, что наше государство обладало мощным научно-производственным потенциалом, а учебные заведения высшей школы готовили специалистов, превосходящих мировой уровень. ■ Сегодня почти невозможно себе представить, что более 3 тыс. офицеров в 1956—1957 годах было направлено на Балхашский полигон. И это были офицеры, имеющие исключительно высокую инженерную подготовку, которая позволила им без паузы сразу включиться в испытательную работу. Аналогичная ситуация была и в промышленности. Благодаря деятельности ученых и конструкторов систем ПВО получили развитие не имеющие аналогов вычислительная техника, оптическая и инфракрасная техника, информатика, программирование и обработка информации, конструкционные материалы и пороха сверхскоростного горения, и другие направления науки и техники, достижения которых использованы (и продолжают использоваться) в различных отраслях экономики страны. ■ В конечном итоге была решена геополитическая задача второй половины ХХ века — задача обеспечения стратегической стабильности на планете. Не приходится сомневаться, что проблемы создания сложных перспективных образцов вооружения, ярким примером которых являются системы и средства, созданные по заказу 4—го Главного управления МО, еще долго будут находиться в поле зрения военных, конструкторов и ученых. □ ■ Об авторе: Алексей Михайлович Московский — генерал армии, доктор технических наук, действительный член Российской академии естественных наук, член—корреспондент Российской академии ракетных и артиллерийских наук. В 2001—2007 годах, начальник вооружения Вооруженных сил — заместитель министра обороны РФ.

Admin: ■ ОружиеИдеология развития авиации ПВОВооружение и военная техника ИА ПВО прошли огромный путь от первых самолетов с полотняной обшивкой до всевысотных и всепогодных ракетоносных истребителей В довоенный период и особенно в послевоенный и последовавшие за ним 40—50 лет отечественная авиация занимала одно из ведущих мест в мире, и преодолев четыре поколения развития и переступив порог пятого, доказала тем самым высокий уровень развития страны как великой авиационной державы. И сейчас многие образцы боевой авиации не уступают лучшим мировым образцам. Вниманию читателей «ВКО» предлагается материал об истории развития отечественной авиации ПВО и роли авиационного управления 2—го ЦНИИ МО РФ в Концепции развития вооружения и боевого применения авиации ПВО. Зарождение и формирование истребительной авиации противовоздушной обороны (ИА ПВО) началось еще в годы Первой мировой войны с появлением у противника боевых летательных аппаратов, которые необходимо было уничтожать, и продолжилось в годы Гражданской войны. Техническую основу ИА для решения задач ПВО составляли первоначально самолеты—истребители зарубежной разработки и производства типа «Ньюпор», «Сопвич», «Спад». Позднее производство их было налажено в России. □ Начальный период развития □ ■ В 1923—1928 гг. благодаря большой творческой работе многих конструкторских коллективов, в первую очередь коллектива под руководством Н.Н. Поликарпова, были созданы новые отечественные истребители, не уступавшие зарубежным самолетам того времени, а во многом и превосходившие их. Уже с 1928 г. стали поступать на вооружение истребители И—1, И—2, И—3, И—4. Их скорость полета достигала 200—240 км/ч, потолок — 6000 м. Вооружение составляли до четырех пулеметов калибра 7,62 мм. □ □ Полуостров Камчатка. Аэродром Елизово. Взлетает истребитель—перехватчик дальнего действия МиГ—31. Фото: Георгий Данилов □ ■ Закупки авиатехники для ИА ПВО за границей стали резко сокращаться. Так, закупки самолетов составляли: в 1922 г. — 90%, в 1923 г. — 50%, в 1925 г. — 0%; закупки моторов: в 1925 г. — 90%, в 1926 г. — 70%. ■ В годы 1—й пятилетки начали поступать на вооружение ИА ПВО еще более новые самолеты: одноместный истребитель И—5, двухместный истребитель ДИ—2, скоростной истребитель И—14, маневренный истребитель И—15. В годы 2—й пятилетки в войска поступили самые современные самолеты-истребители И—16, И—15бис, И—153 «Чайка». Они показали отличные боевые качества в боях с японскими захватчиками в районе Халхин—Гола, в небе Испании. ■ В 1939 г. был построен новый скоростной истребитель Як—1. В 1940 г. создан новый высотный истребитель МиГ—3, в начале 1941 г. — истребитель ЛаГГ—3. В предчувствии военной угрозы страна принимала решительные меры по качественному улучшению авиатехники. За время с 1934 г. до начала войны скорость полета истребителей увеличилась более чем в 1,5 раза, максимальная высота полета — почти на 25%. Однако основу парка ИА ПВО к началу войны составляли уже морально начавшие устаревать истребители типа И—16, И—153 и даже И—15. Новая техника только начинала поступать на вооружение. ■ Наибольший вклад в решение задач ПВО в довоенный период внесли самолеты-истребители, разработанные в конструкторском коллективе под руководством Н.Н. Поликарпова. □ Развитие вооружения и военной техники ИА ПВО в военные и первые послевоенные годы □ ■ В начале войны задачи ПВО пришлось решать, в основном используя истребители И—16, И—153 и более старые типы самолетов, которые уступали самолетам противника по летным характеристикам и мощи вооружения. Но уже в первом периоде войны, особенно с 1942 г., в ИА ПВО начали поступать во все более возрастающем количестве истребители, разработанные перед самой войной: Як—1, МиГ—3 (сыгравший основную роль в обороне неба Москвы), ЛаГГ—3. ■ Во втором периоде войны (ноябрь 1942 г. — 1943 г.) в ИА ПВО еще во время битвы за Сталинград прибыли истребители новой разработки Ла—5, которые затем стали поступать в массовом количестве. В 1943 г. стали поступать в войска новые истребители Як—7 и Як—9, вооруженные не только крупнокалиберными пулеметами, но и пушками. ■ Завершающий период войны характеризовался тем, что части ИА ПВО стали больше опираться на радиолокационное обеспечение, наводиться с земли. В 1944 г. на вооружение поступил легкий самолет-истребитель Як—3, созданный на базе Як—1. Совершенствование самолетов—истребителей шло по линии непрерывного увеличения скорости и высоты полета (за счет повышения мощности двигателей и совершенствования аэродинамических форм самолета), усиления огневой мощи и оснащения их средствами радиосвязи. ■ За годы войны максимальная скорость полета истребителей ПВО увеличилась на 40% (с 430 до 680 км/ч), практический потолок — более чем на 20% (с 9000 до 12 000 м), мощность моторов выросла более чем в 2 раза (с 850 до 1850 л. с.). Самолеты были оснащены радиопередатчиками и приемниками, обеспечивавшими двустороннюю связь на дальностях до 60—70 км, что создало возможность резкого повышения качества управления и наведения. Огневая мощь истребителей увеличилась многократно в результате установки крупнокалиберных пулеметов, пушек калибра 37 мм, применения реактивных снарядов. ■ В целом ИА ПВО задачу противовоздушной обороны объектов и коммуникаций во время войны выполнила. Наиболее массовыми самолетами-истребителями ПВО в годы войны можно считать истребители, разработанные в конструкторских коллективах под руководством С.А. Лавочкина и А.С. Яковлева. ■ В первые послевоенные годы с усилением агрессивности политики США принимались активные меры по обновлению самолетного парка ИА ПВО, замене импортных истребителей (они к этому времени составляли 63% самолетного парка) на отечественные. Начал поступать на вооружение самолет Ла—9 — один из последних серийных истребителей с поршневым двигателем. Конструкторские бюро под руководством А.С. Яковлева, А.И. Микояна, С.А. Лавочкина приступили к проектированию новых скоростных самолетов с турбореактивными двигателями. И уже вскоре новые реактивные истребители Як—15, МиГ—9, Ла—15 стали поступать на вооружение. Они имели большой диапазон скоростей полета (от 220 до 910 км/ч), что обеспечивало им возможность успешного решения поставленных боевых задач. □ Послевоенный и современный период □ ■ Послевоенный период развития вооружения ИА ПВО характеризуется глубокой научно-технической революцией, знаменующей наступление эпохи реактивной, а в последующем и ракетоносной авиации. Истребитель с жесткими требованиями по массе, прочности, эффективности воплотил в себе передовые достижения научно-технического прогресса и тем самым явился основой дальнейшего развития фундаментальных и прикладных наук в различных отраслях знаний. □ □ Радиолокационная система посадки на аэродроме Елизово. На законцовках курсоглиссадного посадочного радиолокатора размещены антенны подавления боковых лепестков. Фото: Георгий Данилов □ ■ Вся история развития боевой авиации проходила под знаком противостояния ударных и оборонительных авиационных средств. В конце 1940—х гг. равновесие между ними было нарушено появлением бомбардировщиков большой дальности, носителей ядерного оружия. Чаще стало нарушаться воздушное пространство нашей страны. ■ Необходимость надежной защиты от средств воздушного нападения противника в условиях возможного применения оружия массового поражения требовала поиска и создания эффективного вооружения ИА ПВО. ИА ПВО стала оснащаться реактивной техникой. ■ В 1949 г. поступил на вооружение реактивный истребитель МиГ—15, исключительно удачный и приобретший мировую известность. Он показал такие боевые качества (скорость полета у земли — 1050 км/ч, потолок — 15 200 м, дальность полета с подвесными баками — свыше 1900 км), которыми не обладал в то время ни один самолет этого класса, что блестяще подтвердилось в ходе войны в Корее. ■ К концу 1952 г. реактивные истребители составили 85,5% всех истребителей ПВО. Только за период 1946—1960 гг. на вооружение ИА ПВО поступило свыше 20 типов и модификаций истребителей, росло их количество. К этому времени на вооружении ИА ПВО были истребители Як—15, Як—17, МиГ—9, МиГ—15, МиГ—17, МиГ—15бис, Як—25, МиГ—19. По своим тактико—техническим данным они значительно превосходили истребители с поршневыми двигателями. Для данного этапа характерно применение на самолетах—перехватчиках МиГ—17 и МиГ—19 управляемых ракет класса «воздух—воздух» К—5М с телеуправляемыми системами наведения. МиГ—17П — первый истребитель—перехватчик с бортовой радиолокационной станцией и ракетами «воздух—воздух». Благодаря своим выдающимся качествам самолет МиГ—17 в различных модификациях оказался наиболее долговечным среди реактивных истребителей. МиГ—19 — первый сверхзвуковой истребитель—перехватчик, специализированный для решения задач ПВО. ■ В середине 1950—х гг. остро встала проблема борьбы с маловысотными целями. Для этого был создан в 1954 г. двухместный истребитель Як—25, имевший околозвуковую скорость полета (1090 км/ч) и рекордную для того времени продолжительность полета (2,5 ч). В последующие годы на его базе был создан многоцелевой самолет Як—28, в том числе в варианте перехватчика Як—28П. ■ Во второй половине 1950—х гг. встал вопрос о раннем обнаружении самолетов вероятного противника — носителей ядерного оружия. Был разработан и в 1964 г. поступил на вооружение авиации ПВО самолет дальнего радиолокационного обнаружения Ту—126 со специальным вращающимся обтекателем крупногабаритной антенны на фюзеляже, позволявший обнаруживать самолеты противника над морской и ледовой поверхностью на дальностях до 400 км, определять их государственную принадлежность и передавать данные о них через специальные приемные радиоцентры на командные пункты ПВО. ■ В 1953—1960 гг. разрабатывается и принимается на вооружение специализированный авиационно—ракетный комплекс перехвата Су—9—51, обладавший высокими летно—тактическими характеристиками (максимальная скорость полета — 2200 км/ч, практический потолок — более 20 000 м), и его дальнейшая модернизация — Су—11. Они решали только задачи ПВО. Были созданы ракеты РС—2У, РС—2УС. Это позволило увеличить дальность (до 6 км) и точность стрельбы, вывести атакующие истребители из—под оборонительного пушечного огня цели и тем самым повысить их боевую эффективность. ■ Большие скорости сближения потребовали увеличения дальности обнаружения воздушного противника. На истребителях начали устанавливать бортовые радиолокационные станции с дальностью обнаружения до 20 км (типа РП—9У). Их применение обеспечило не только возможность действий в любых метеорологических условиях и ночью, но и перехват воздушных целей на сверхзвуковых скоростях. Обеспечивался перехват сверхзвуковых целей при атаке в заднюю полусферу с увеличением ракурса атаки и превышением цели над истребителем в момент пуска ракеты до 3—5 км. Так была решена проблема всепогодного истребителя, в связи с чем отпала необходимость в обеспечении действий ИА ПВО зенитными прожекторами. □ Идеология развития вооружения и военной техники ИА ПВО □ ■ Начало развития идеологии современного вооружения авиации ПВО относится к концу 1950—х гг., когда на базе 9—го НИИЦ БП, влившегося в состав 2—го ЦНИИ ПВО, был сформирован авиационный отдел, преобразованный в 1958 г. в управление авиационных комплексов перехвата. ■ Перед коллективом были поставлены задачи по формированию идеологии, обоснованию тактико—технических требований к перехватчикам ПВО и определению перспектив развития авиационных средств перехвата в составе смешанных группировок Войск ПВО. ■ В соответствии с возлагаемыми задачами управление в период 1958—1965 гг. проводило исследования по двум основным направлениям: • исследование путей развития перехватчиков ПВО, способов их боевого применения, обоснование тактико—технических требований к задаваемым в разработку новым и модернизированным перехватчикам, их подсистемам и элементам; • исследование путей развития наземных автоматизированных систем управления (НАСУ) перехватчиками, разработка и обоснование тактико—технических требований к ним. ■ Для решения этих задач создается методическая база исследований, включающая аналитические методики и модели, математические модели на аналоговой, аналогово—цифровой и цифровой технике, полунатурные модели с использованием аналоговой и аналогово—цифровой техники, привлекаются натурные модели (испытания). ■ Методическую базу исследований создавал коллектив авиационного управления института под руководством начальника управления О.А. Чембровского во взаимодействии с управлением командующего авиацией ПВО. ■ Разработанный методический аппарат позволил обосновать пути совершенствования перехватчиков второго поколения (Су—9, Су—11, Як—28, Ту—128), выявить типовые условия их боевого применения, провести оценку боевых возможностей перехватчиков, разработать способы их боевого применения и организацию управления. ■ К этому времени в общих чертах сформировался и определился взгляд на развитие перехватчиков ПВО как средств объектовой обороны, действующих в наземных системах наведения одиночно, обладающих высокими скоростью, скороподъемностью, высотностью, всепогодностью и использующих для поражения высотных скоростных самолетов ракеты класса «воздух—воздух». ■ В этот период начали также формироваться представления об авиационном ракетном комплексе перехвата (АРКП), включающем сверхзвуковой самолет—носитель, ракетное вооружение, бортовую радиолокационную станцию (БРЛС) как информационную систему, систему радиоуправления вооружением, наземную систему наведения (управления). ■ В период 1957—1965 гг. в управлении был выполнен ряд основополагающих комплексных НИР, результаты которых обеспечили возможность: • проведения процесса перевооружения авиации ПВО на перехватчики второго поколения, создания инструкций по боевому применению и разработке предложений по модернизации авиационной техники; • обоснования облика, боевых свойств, основных тактико-технико-экономических характеристик (ТТЭХ), разработки ТТЗ и исходных данных на выполнение ОКР по разработке перехватчиков третьего поколения — Су—15 (Су—15ТМ), МиГ—25П, МиГ—23П; • принятия решений на разработку пункта наведения перехватчиков на базе цифровой вычислительной техники («Вектор—2»), обеспечивающего решение задачи наведения в горизонтальной и вертикальной плоскостях путем сопряжения цифровой машины наведения с аналоговой радиолинией передачи данных. ■ В целом результаты исследований в этот период позволили сформулировать идеологическую концепцию, определяющую типаж и боевые качества перехватчиков третьего поколения и дальнейшей перспективы, обеспечивающую возможность эффективной борьбы с прогнозируемыми СВН и содержащую обоснование того, что необходимо: • иметь в составе вооружения авиации ПВО два класса перехватчиков (перехватчики и дальние перехватчики); • обеспечить всевысотность, всеракурсность, всепогодность действий перехватчиков обоих классов; • использовать в системе радиоуправления вооружением когерентную радиолокацию и обзорно-следящие ИК-системы, дающие существенные тактические и технические преимущества при действиях на фоне земли; • повышать эффективность ракетного вооружения путем увеличения дальности действия, использования комбинированных методов управления оружием, специальных боевых частей, помехозащищенных средств подрыва. ■ В 1966—1975 гг. тематика исследований управления, выполняемых в теснейшей связи со штабом авиации ПВО, существенно расширяется и охватывает проблему развития системы вооружения авиации ПВО в целом. Под системой вооружения авиации ПВО понимается оптимизированная (по критериям «эффективность—стоимость», «серийноспособность») совокупность средств перехвата, управления, обеспечения, позволяющая выполнять в заданном периоде времени и с заданной эффективностью задачи, стоящие перед авиацией ПВО в общей системе обороны. ■ В этот период исследования проводились по трем основным направлениям: • исследование системы вооружения авиации ПВО в целом, обоснование направлений ее развития, разработка и обоснование исходных данных, ТЗ и ТТЗ на создание новых и модернизацию существующих средств перехвата, военно—научное сопровождение экспериментальных работ и ОКР, выполняемых организациями промышленности по основным образцам вооружения; • разработка способов боевого применения и организации боевых действий авиационных средств, обоснование принципов построения и методов решения задач управления в АСУ иап, разработка проектов инструкций по боевому применению перехватчиков и АСУ; • обоснование принципов построения технических средств подготовки экипажей и контроля результатов их действий. ■ В этот период на новой технической основе интенсивно развивается методическая и лабораторно—экспериментальная база исследований, включающая расчетные модели и аналитические методики, имитационные математические модели (детерминированные и статистические), операционные с участием человека – оператора модели (детерминированные и статистические), крупные полунатурные модели. ■ К 1971 г. управление авиационных комплексов перехвата (начальник управления — кандидат технических наук, старший научный сотрудник полковник Б.М. Долженко, заместитель НУ — кандидат технических наук, старший научный сотрудник полковник Л.М. Степанов) включало пять отделов: отдел боевого применения авиации ПВО, отдел наземного наведения перехватчиков, отдел информационно—прицельных систем, отдел ракетного вооружения и СУВ, отдел моделирования АКП и технических средств подготовки экипажей. ■ Основные усилия исследований были направлены на решение следующих задач: • разработка требований и обоснование облика перспективного всевысотного АРКП С—155 (в последующем — МиГ—31), способного вести эффективно борьбу со стратегическими и тактическими СВН во всем диапазоне высот и скоростей их полета, обоснование способов его боевого применения; • обоснование требований к перехватчикам ПВО, исходя из условий ведения дальнего ракетного и ближнего маневренного боя с истребителями противника с учетом опыта боев во Вьетнаме; • обоснование облика единого для ПВО и ВВС перспективного истребителя—перехватчика ИП—75 (получившего в 1976 г. название Су—27), оптимизированного под условия ведения борьбы за превосходство в воздухе, разработка требований к ИП и способов его боевого применения; • обоснование облика дальнего перехватчика Ту—128, способного вести борьбу со стратегическими бомбардировщиками — носителями СКР на дальних подступах в условиях радиоэлектронного и огневого противодействия, принципов построения авиационной системы дальнего (сверхдальнего) обнаружения и перехвата носителей на северном СВКН (в дальнейшем система «Щит»); • обоснование способов и средств борьбы с автоматическими дрейфующими аэростатами (перехватчик М—17), крылатыми ракетами, беспилотными ЛА различного целевого назначения, а также исследование возможности создания вооружения класса «воздух-космос»; • развитие методов наведения перехватчиков Су—9, Су—11, Су—15, Ту—128, Як—28П, МиГ—25П на маневрирующие по курсу и высоте цели, разработка предложений по дальнейшему совершенствованию алгоритмов наведения в системе «Вектор—2», определение основных принципов построения АСУ иап, узлов и поля воздушной радиосвязи; • обоснование необходимости разработки бортовых тренажеров и предъявления к ним ТТТ, обеспечивающих повышение эффективности совместных тренировок летных экипажей и боевых расчетов АСУ; • разработка принципов построения, исходных данных, проектов ТТЗ на создание комплексных тренажеров перехватчиков МиГ—31 («Сигнальщик») и Су—27 («Предок»). ■ Для 1976—1985 гг. характерно развитие системных исследований по обоснованию облика перехватчиков четвертого поколения (МиГ—31, Су—27, МиГ—31М, Су—27М, МиГ—29), предназначенных для уничтожения воздушных целей во всем диапазоне высот, скоростей и отражающих поверхностей, обладающих высокой степенью автономности действий, возможностью ведения дальнего и ближнего группового боя, радиоэлектронной борьбы и противоракетной обороны. ■ В этот период продолжается развитие и совершенствование методической базы исследований в направлениях: • доработки имеющегося типажа моделей для проведения исследований при решении задач в более широком диапазоне условий и характеристик вооружения; • создания системных моделей, позволяющих решать задачи на уровне группы, части, группировки, комплексной авиационной системы дальнего перехвата, системы вооружения авиации ПВО в целом (типаж, парк, боевые потенциалы); • функционального сопряжения моделей различных уровней в единую иерархическую структуру, позволяющую проводить сквозные исследования образцов и систем; • создания полунатурных моделирующих комплексов, обеспечивающих комплексную отработку способов действий экипажей и обоснование требований к тренажной подготовке летного, штурманского состава и офицеров боевого управления. ■ К 1981 г. управление вооружения и боевого применения авиации ПВО (начальник управления — КТН, СНС генерал—майор авиации Б.М. Долженко, заместитель НУ — КТН, СНС полковник П.Н. Ткачев) включало семь отделов: отдел обоснования системы вооружения авиации ПВО, отдел автоматизированных систем управления иап ПВО, отдел информационно—прицельных систем и боевого применения АКП, отдел ракетного управляемого вооружения и боевого применения ИП, отдел бортовых систем управления, отдел моделирования АКП и ТСП, отдел авиационной системы дальнего перехвата.

Admin: ■ В этот период основные усилия научного коллектива управления вооружения и боевого применения авиации ПВО как одного из подразделений 2—го ЦНИИ МО РФ (отвечающего за научное обоснование системы вооружения Войск ПВО страны в целом) во взаимодействии с управлением командующего авиацией ПВО и 30—го ЦНИИ МО РФ были направлены на решение следующих концептуальных задач: • обоснование основных направлений развития ВиВТ авиации ПВО в период до 1990 г., 1995 г. с прогнозированием до 2000 г. и предложений в проекты программ развития вооружения на эти периоды, а также типажа и парка средств вооружения авиации ПВО, возможностей серийного производства и темпов перевооружения частей авиации ПВО; • разработка исходных данных, ТЗ, ТТЗ на выполнение НИЭР, ТП и ОКР по предлагаемым к созданию средствам вооружения авиации ПВО (ДП—1, ДП—2, ГЗП, С—255, Як—33, Су—27М, ИП—90, Як—44, Ан—71, А—50М), предложений по модернизации состоящих на вооружении средств и повышению боевых возможностей средств, находящихся на испытаниях; • исследование путей создания комплексных авиационных систем борьбы с СКР (ГЗКР) и их носителями, обоснование принципов их построения, разработка ТТЗ на их создание, сопровождение работ по их испытаниям; • военно-научное сопровождение проектирования, разработки методологии, государственных и войсковых испытаний, освоение войсками новых образцов вооружения; • разработка способов боевого применения, испытаний, способов действий истребителей и средств обеспечения, проектов инструкций и руководств по боевому применению средств, а также рекомендаций по организации боевых действий подразделений, частей и группировок авиации ПВО. ■ Обоснованные перспективные направления развития авиации ПВО существенно расширяют возможности противовоздушной обороны, при которой на авиацию ПВО возлагается роль передового оперативного эшелона как на главных стратегических воздушно-космических направлениях, так и на основных театрах военных действий (ТВД). Такое оперативное предназначение авиации ПВО стало возможным в результате имеющегося на этом этапе и возрастающего в перспективе роста боевых возможностей перехватчиков ПВО и средств обеспечения их боевых действий, достигаемого за счет увеличения дальности действия, огневой мощи, помехозащищенности, выживаемости, автономности, а также за счет расширения круга решаемых задач, диапазона высот, скоростей, размерности уничтожаемых целей и повышения эффективности действий в различных условиях огневого и радиоэлектронного противодействия воздушного противника. ■ Главной целью военно-научного сопровождения разработки и создания авиационных комплексов являлось обеспечение достижения заданного уровня боевой эффективности путем оценки полноты реализации требований ТТЗ, оценки эффективности образцов в процессе их разработки, испытаний и освоения, выдерживание заданных сроков, создание и ввод в строй нового вооружения, достижение военно-технического превосходства над аналогичными образцами противника. ■ Использование идеологии боевого применения перехватчиков ПВО как единой многоуровневой комплексной системы управления позволило разработать и обосновать ряд новых способов действий, систематизировать всю совокупность способов действий на каждом из этапов и определить критерии их выбора в той или иной ситуации. ■ На этой основе были разработаны проекты инструкций по боевому применению АКП МиГ—31 и ИП Су—27, инструкции по боевому применению АСУ иап «Рубеж», разделы технических предложений и эскизных проектов АКП С—255, Су—27М, Ту—23, МФИ, методические указания по проведению опытных учений и стрельб и другие документы по боевому применению. ■ В части АСУ в период 1976—1985 гг. были разработаны предложения по дальнейшему совершенствованию методов управления и наведения перехватчиков в АСУ «Вектор—2», «Сенеж», «Рубеж», определены пути дальнейшего развития АСУ иап с учетом перевооружения авиации ПВО на новые перехватчики — МиГ—25ПД, МиГ—23ПМ, МиГ—31, Су—27, проведено тактико—технико—экономическое обоснование типажа и количественного состава автоматизированных средств управления авиацией ПВО и их рационального технического облика, обоснование путей унификации средств АСУ ПВО и ВВС. Результаты этих исследований реализованы в проектах ТТЗ на доработку АСУ ИА, в исходных данных и проектах ТТЗ на разработку унифицированной АСУ иап для ПВО и ВВС, в исходных данных на реализацию характеристик перехватчиков МиГ—31, Су—27, АК РЛДН А—50 во всех АСУ ПВО, в проектах ТТЗ на ОКР по А—50М и Ан—71. ■ В части исследования направлений совершенствования технических средств подготовки летных экипажей перехватчиков и боевых расчетов КП авиации ПВО были разработаны принципы построения всего комплекса технических средств подготовки личного состава (летного, инженерно-технического и штабного состава иап ПВО), включающего автоматизированный учебный класс, комплексный тренажер самолета, бортовые имитаторы воздушной обстановки, упрощенные тренажеры и стенды для отработки навыков, автоматизированный полигон воздушного боя как наиболее эффективное средство на заключительном этапе боевой подготовки экипажей. ■ В период 1986—1990 гг. в соответствии со сформировавшимися за предыдущие годы научными направлениями получает дальнейшее развитие научно-методическая и экспериментальная база управления, создаются математические модели оценки эффективности и боевых возможностей авиационного полка при отражении ударов стратегической и тактической авиации; разрабатывается целый ряд частных моделей, позволяющих оценить боевые возможности и эффективность использования истребителей общего назначения (типа Су—27) при решении задач борьбы с современным противником; создается на новой технической основе лабораторно—экспериментальная база, предназначенная для исследований боевого применения авиационных средств в полковом звене, отработки способов ведения групповых воздушных боев однотипными и разнотипными истребителями, обоснования требований к тренажерам, имитаторам, средствам контроля результатов боевых действий. ■ В этот период основные усилия научного коллектива управления вооружения и боевого применения авиации ПВО (начальник управления — КТН, СНС полковник Г.Я. Колпаков, впоследствии — ДВН, профессор полковник В.В. Гиндранков, заместитель НУ — КТН, СНС полковник А.В. Людский, впоследствии — КТН, СНС, полковник Ю.В. Конищев, КТН, СНС полковник А.Г. Калинин) были направлены на решение следующих задач: • обоснование ОНР ВиВТ, типажа и парка боевых и обеспечивающих самолетов в период до 2000 и 2005 гг. с учетом унификации со средствами ВВС и использования достижений научно—технического прогресса, а также предложений по улучшению боевых возможностей состоящих и поступающих на вооружение истребителей—перехватчиков; • обеспечение военно—научного сопровождения разрабатываемых и задаваемых в разработку средств (С—255, Су—27М, МФИ, МДП), обоснование способов их боевого применения, участие в подготовке и проведении государственных и войсковых испытаний, опытных и войсковых учений, разработка предложений по устранению выявленных недостатков вооружения, подготовка инструкций по боевому применению средств; • обоснование путей развития автоматизированных систем и средств управления боевыми действиями частей и подразделений авиации ПВО в период до 2000 и 2005 гг., разработка ТТЗ и ТТТ на АСУ иап «Рубеж—М», «Рубеж—ММ», комплексы средств радиовизирования и управления, обеспечение военно-научного сопровождения их разработки и испытаний; • исследование боевого применения и организации боевых действий АК РЛДН, путей их дальнейшего развития, обоснование требований к перспективным АК РЛДН, оценка эффективности при решении типовых задач; • обоснование направлений развития технических средств подготовки личного состава иап и контроля боевых действий, разработка ТТЗ на тренажеры истребителей пятого поколения и автоматизированного полигона воздушного боя. ■ В период 1986—1990 гг. исследования, проводимые коллективом управления, охватывают два поколения развития авиационных средств: четвертого — МиГ—31, Су—27(М), А—50(М), Ан—71, «Рубеж—М» и пятого — МФИ, ЛФИ, «Рубеж—ММ». ■ Генеральной линией развития перспективных авиационных средств являлись создание и внедрение многофункциональных, многодиапазонных, интегрированных, адаптивных подсистем различного целевого назначения, обеспечивающих устойчивое взаимодействие внутренних и внешних функциональных систем боевых авиационных комплексов на базе широкого использования интеллектуальных систем и новых информационных технологий. ■ В 1989 г. была разработана концепция развития авиации ПВО на период до 2005 г., где с учетом прогноза развития вероятного противника сформулированы оперативное предназначение авиации ПВО и задачи, решаемые ею в системе ПВО; общие требования к системе вооружения, рациональный типаж и парк боевых и обеспечивающих самолетов и средств управления ими; достижимые уровни эффективности при заданных ресурсных ограничениях. ■ Сегодня можно с уверенностью сказать, что современные истребители ПВО позволяют успешно решать задачи с высокой эффективностью. Созданные, а затем модернизированные с целью повышения боевых возможностей и ЛТХ истребители МиГ—31, Су—27 и МиГ—29 в настоящее время превосходят многие зарубежные аналоги по диапазону высот полета, скоростям и дальностям полета. ■ На истребителе МиГ—31 (главные конструкторы А.А. Чумаченко, Г.Е. Лозино—Лозинский, К.К. Васильченко) впервые была установлена принципиально новая система управления, не имеющая аналогов в мировом авиастроении. Впервые на этом истребителе были реализованы такие виды боевых действий перехватчиков, как групповые действия, потребовавшие осуществления новых идей в части автоматизированных систем управления, систем вооружения и связи. ■ По оценкам российских и иностранных специалистов, российский тяжелый истребитель МиГ—31 остается лучшим представителем своего класса боевых самолетов с взлетным весом 35—45 тыс. кг. Эти оценки подтверждаются почти 25 рекордами, установленными в начале XXI века войсковыми летчиками ВВС В. Гуркиным, А. Казаченковым, А. Пестриковым и М. Серегиным. Эти рекорды практически подтвердили дальнейшую перспективу развития истребителя МиГ—31 в различных военных и гражданских областях, в том числе в области освоения ближнего космоса с целью создания аэрокосмической структуры и на ее базе – аэрокосмических ВВС. ■ МиГ—31 не участвовал в военных конфликтах, поскольку, к счастью, в этом не было необходимости. Однако для спокойствия Дальнего Востока в мирное время он сыграл решающую роль, которая заключалась в следующем. В 1985 г. участились случаи массовых нарушений советского воздушного пространства со стороны американской авиации, базирующейся на Японских островах. В отдельные сутки наблюдалось 10—12 подходов к нашим воздушным границам, что, естественно, дезорганизовывало и изматывало дежурные силы Войск ПВО на побережье Тихого океана. По предложению командующего авиацией ПВО генерал—полковника авиации Н.И. Москвителева на остров Сахалин (аэродром Сокол) было направлено звено МиГ—31 под командованием летчика-инспектора полковника В. Ивлиева с целью организации демонстрационных полетов и пресечения таким образом «желаний нарушителя». ■ Выполняя задание, звено на скорости 2300 км/ч и высоте 20 тыс. м проходило вдоль Японских островов с интервалом 10 минут, организовывало полеты на перехват на предельно малых высотах, продемонстрировало дальность и продолжительность полета МиГ—31, находясь в воздухе более трех часов без дозаправки. И все это при сопровождении японскими и американскими радарами. ■ Как результат этой акции в своей книге «Линия жизни. 60 счастливых лет в авиации» Н.И. Москвителев написал: «И так один—два раза в неделю звено Ивлиева демонстрировало боевые характеристики наших самолетов. Американцы не имели теперь возможности приблизиться к нашим берегам ближе 300 км, прекратились даже попытки к нарушению воздушных рубежей СССР на Дальнем Востоке. Так, своевременное, весьма эффективное решение дало возможность спокойно жить и трудиться огромному Дальневосточному региону». ■ Су-27 (генеральный конструктор М. П. Симонов) является до сегодняшнего дня «звездой» всех международных выставок и салонов, гордостью российского военного самолетостроения, модернизированные образцы которого переступили в область истребителей пятого поколения. ■ В самолет Су—27 и его модификацию заложены фундаментальные качества и признаки: интегральность, задняя центровка, дистанционное с надежным дублированием управление, нижнее размещение двигательных гондол; в его вооружение — управляемые ракеты типа «воздух—воздух» с полуактивными, активными и инфракрасными ГСН, управляемые ракеты «воздух—земля» («поверхность») с дальностями стрельбы 120—200 км, противорадиолокационные управляемые ракеты, противокорабельные крылатые и баллистические ракеты, авиабомбы и кассеты с НАР, встроенная пушка калибра 30 мм. Таким образом, истребитель, имея 12 внешних узлов подвески и включая такой широкий набор оружия, имеет возможность вести эффективную борьбу с воздушными целями и решать ударные задачи. ■ Изначально истребитель создавался как перспективный истребитель-перехватчик для ВВС и ПВО. В процессе его создания к нему были предъявлены требования для решения задач ПВО, и в типаж истребителей ПВО он вошел как истребитель общего назначения (ИОН). Основными требованиями к нему как ИОН Су—27П явились повышенные дальности полета (рубежи перехвата), диапазон высокоскоростных характеристик, высокие маневренные возможности, возможность ведения автономных и полуавтономных действий, работа в ИАСУ ПВО. ■ Высокая способность к модификации и совершенствованию Су—27 позволили создать шесть модификаций, в которых базовая конструкция самолета претерпела коренное изменение в направлениях силовой установки, БРЭО, вооружения и т.д. ■ Легкий фронтовой истребитель МиГ—29 (главный конструктор Вальденберг) явился результатом рассмотрения идеологии создания двух типов истребителей — «легкого» и «тяжелого», предложенной ГосНИИАС и реализованной созданием в 1984 г. соответственно МиГ—29 и Су—27, принятых Государственной комиссией и запущенных в производство в том же году. ■ Принципиальным вопросом на этапе принятия решения о МиГ—29 оказался вопрос: быть ему одно- или двухдвигательным самолетом? Решение было принято главкомом ВВС главным маршалом авиации П.С. Кутаховым на основе статистики потерь летчиков и самолетов в мирное время, заявившим: «Воевать наша страна неизвестно когда еще будет, а боевая подготовка летного состава должна вестись ежемесячно, ежесуточно, ежечасно. Поэтому нашей военной авиации нужна новая машина с двумя двигателями». Это решение главкома ВВС и легло в основу создания будущих двухдвигательных машин, которые обеспечивают более высокий уровень безопасности. ■ Разрабатывался МиГ—29 в соответствии с концепцией ВВС СССР 1970—1980-х гг. Созданный ряд модификаций МиГ—29 (МиГ—29СА, МиГ—29СМ) с улучшением характеристик БРЛС, расширенной номенклатурой вооружения, внедрением подвесных топливных баков и дозаправки в воздухе представляет собой развитие работ по коренной модернизации самолета МиГ—29М (МиГ—33), по сути новую концепцию развития ЛФИ. ■ Невозможно не вспомнить об истребителе МиГ—25П (ПД, БР), по нашему мнению, незаслуженно рано снятом с вооружения, — об истории его создания, боевых характеристиках, участии в локальных войнах: на Ближнем Востоке в 1969 г. во время арабо—израильской войны, в 1981—1982 гг. в преддверии ливанской войны. ■ В первом случае он участвовал в качестве разведчика, во втором — в качестве перехватчика. Пилотируемые летчиками Ю. Марченко, Н. Стоговым, В. Уваровым и В. Гордиенко самолеты МиГ—25Р выполнили серию разведывательных полетов над Синайским полуостровом и территорией Израиля, вскрыв систему ПВО Израиля. ■ Героический полет на МиГ—25Р совершил летчик—испытатель полковник А.С. Бежевец (в будущем генерал—майор авиации, Герой Советского Союза) над Тель—Авивом с целью оказать некое психологически-политическое давление на Израиль и охладить его пыл по применению «грозного оружия» против арабов-египтян. ■ Оценивая МиГ—25, летчик В. Гордиенко пишет: «Самолет МиГ—25 по своим ЛТХ в то время настолько превосходил существующие в мире истребители, что оставалась лишь теоретическая возможность его перехвата. Система вооружения обеспечивала эффективную работу как по воздушным, так и по наземных целям, при необходимости могли позволить пилоту нанести бомбовый удар по объектам на скорости 2300 км/ч. Израильские пилоты на самолетах «Фантом» пытались перехватить МиГи из засад или из положения дежурства в воздухе. Тщетно». ■ В жизни МиГ—25П и в жизни Войск ПВО произошла большая беда из—за угона самолета в Японию летчиком Беленко. Главкомом ПВО, командующим авиацией ПВО и авиационным управлением института были приняты незамедлительно срочные меры по восстановлению эффективности комплекса в части БРЛС и ракетного вооружения. Особая роль в нейтрализации эффекта угона МиГ—25П принадлежит ГосНИИАС, предложившему и реализовавшему на самолете систему «Сапфир—25», преобразовавшую истребитель в МиГ—25ПД, способный уничтожать в том числе малоразмерные низколетящие цели на фоне земли. ■ В скором времени ожидалось появление стратегического разведчика SR—71, способного проникать в глубь страны. Перехват такого нарушителя возлагался только на МиГ—25ПД. Идеология перехвата SR—71 была разработана в институте под руководством маршала авиации Е.Я. Савицкого. ■ В 1989 г. принят на вооружение авиации ПВО авиационный комплекс радиолокационного дозора и наведения (АК РЛДН) А—50 на базе самолета-носителя Ил—76МД и радиотехнического комплекса «Шмель». Он обеспечивает дальнее радиолокационное обнаружение воздушных и морских целей, определение их государственной принадлежности, взаимодействие (обмен информацией) с АСУ видов Вооруженных Сил, передачу информации на КП, наведение практически всех типов истребителей на цели, управление ударными самолетами и др. АК РЛДН является сочетанием воздушного радиолокационного поста и пункта наведения. Комплекс прошел модернизацию в варианте А—50У. Разрабатывается перспективный многофункциональный комплекс нового поколения. ■ Завершаются разработка и испытания перспективного авиационного комплекса фронтовой авиации (ПАК ФА) — многоцелевого истребителя Т—50, относящегося к многофункциональным (в том числе для решения задач ПВО) самолетам пятого поколения на замену самолетам МиГ—29 и Су—27. ■ Развитие средств воздушного нападения противника, опыт локальных войн ставят перед авиацией ПВО ряд новых принципиальных задач, таких как совершенствование автономных и групповых действий истребителей, уничтожение противника на дальних подступах к обороняемым объектам, расширение зон действия авиации по высотам, скоростям и дальностям полета. Организации — разработчики авиационной техники к настоящему времени имеют достаточные технические заделы по осуществлению этих направлений. ■ Таким образом, вооружение и военная техника ИА ПВО прошли огромный путь – от первых самолетов—истребителей, вооруженных стрелковым оружием и способных вести боевые действия днем в простых метеоусловиях, до всевысотных, всепогодных ракетоносных истребителей с максимальной автоматизацией процесса воздушного боя, обеспечивающих успешное ведение борьбы со всеми средствами воздушного нападения вероятного противника. ■ Развитие вооружения авиации ПВО, наибольшая интенсивность которого приходится на период с середины 1960—х до середины 1980—х гг., характеризуется рядом важнейших этапов. На каждом из них менялось поколение самолетов, АСУ, наземной инфраструктуры, вызванное развитием СВКН противника и необходимостью совершенствования принципов построения системы обороны страны. За этот период была создана авиация третьего и четвертого поколений и уже к концу 1980—х гг. они составляли основу истребительных авиационных полков ПВО. ■ Была заложена идеология создания истребителя пятого поколения. Идеологом развития вооружения авиации ПВО за этот период и по настоящее время стал 2—й ЦНИИ Минобороны России, в настоящее время — НИЦ (г. Тверь) ЦНИИ ВВКО Минобороны России. ■ Управлением вооружения и боевого применения авиации ПВО во взаимодействии с главкоматом Войск ПВО и аппаратом командующего авиацией ПВО, головными организациями — разработчиками промышленности и научно—испытательным центром ВВС и ПВО разрабатывались идеология и концепция развития и боевого применения авиационных средств третьего и четвертого поколений, обосновывалась роль и место авиации ПВО страны, способы ее боевого применения. ■ При военно-научном сопровождении и научном руководстве 2—го ЦНИИ МО РФ в период 1979—1986 гг. проведены масштабные оперативно—тактические учения с боевыми стрельбами, подтвердившие высокие боевые возможности состоящих на вооружении истребителей при уничтожении стратегических бомбардировщиков, высотных целей и стратегических крылатых ракет в сложной радиоэлектронной обстановке (полигон Сары—Шаган). Подтверждена возможность эффективного применения авиации на передовых рубежах на удалении до 1000 километров в авиационной системе дальнего перехвата под управлением АК РЛДН, в том числе при ведении автономных и полуавтономных действий на северо—западном оперативно—стратегическом направлении. ■ Анализ развития противника и последовавших в 1990—е гг. изменений военно-политической обстановки, возможных перспектив развития отечественного вооружения показал, что проблема дальнего перехвата должна решаться на уровне боевых возможностей модернизированных истребителей типа МиГ—31 и Су—27 (порядка 1000—1200 км). Оперативно-тактическая мобильность авиационных группировок при этом должна обеспечиваться воздушными средствами разведки и управления, космическими средствами разведки и навигации и наземными средствами разведки большой дальности, в том числе загоризонтными РЛС, что и было принято к практической реализации в начале 1990—х гг. ■ Теоретическими разработками и экспериментальными работами институтом подтверждена возможность разведки целей загоризонтной РЛС на дальностях до 3000—3200 км и наведения истребителей на этих дальностях в условиях, практически исключающих радиоэлектронное противодействие информационному и связному каналам истребителей. ■ Важным результатом проводимых институтом НИР является обоснование перспектив развития вооружения авиации ПВО. Показано, что развитию СВКН противника в сложившихся в РФ экономических условиях может быть противопоставлена только глубокая модернизация отечественных авиационных средств в направлениях оснащения их современными средствами РЭБ, эффективными модернизируемыми ракетами «воздух—воздух» и придания системам вооружения многофункциональности для возможности работы по наземным, надводным и воздушным целям. ■ Идея многофункциональности, реализуемая в настоящее время в разрабатываемом перспективном авиационном комплексе фронтовой авиации (ПАК ФА), особенно актуальна с точки зрения повышения эффективности и степени унификации вооружения. Выполнению этого и перечисленных выше требований в ПАК ФА как перспективном истребителе пятого поколения, по нашему мнению, должно быть уделено первостепенное внимание. ■ До принятия его на вооружение существующий типаж и парк истребительной авиации ПВО, включающий самолеты МиГ—31, Су—27 и МиГ—29 и на их основе модернизированные образцы, как «венец новейшей истории их развития» смогут выполнить задачи, стоящие перед авиацией ПВО и ВКО в настоящее время. ■ В данном материале использованы многочисленные материалы ГосНИИАС, 2—го ЦНИИ МО РФ, организаций — разработчиков авиационной техники и другие источники открытой печати. К сожалению, формат журнальной статьи не позволяет назвать даже основных идеологов и руководителей разработок, военно—научного сопровождения испытаний отечественной авиационной техники ПВО. Их имена и память — в образцах вооружения, вот уже более тридцати лет состоящих на вооружении авиации Российской Федерации. □ ■ Геннадий Яковлевич Колпаков, полковник, кандидат технических наук, старший научный сотрудник ■ Анатолий Витальевич Людский, полковник, кандидат технических наук, старший научный сотрудник ■ Петр Никитович Ткачев, полковник, кандидат технических наук, старший научный сотрудник □ ■ Опубликовано 14 декабря в выпуске № 6 от 2014 года

Admin: ■ КонцепцииНИИ—2 ПВО: этапы большого путиНаучная школа института по разработке системы исходных данных по средствам воздушно—космического нападения противника является ведущей в стране НИИ—2 ПВО осуществил значительные теоретические и экспериментальные исследования по обоснованию системы исходных данных по основным характеристикам и способам применения авиационных и ракетных средств, воздушно—космических летательных аппаратов стран мира на заданный период прогнозирования для разработки и оценки эффективности информационных и специальных средств и систем. ■ В войнах начала XX века вооруженная борьба стала выходить за пределы наземной и морской сфер и распространяться на воздушное пространство. Первые средства воздушного нападения (СВН) заявили о себе в 191—1912 гг. в итало—турецкой войне и в 1912—1913 гг. в балканской войне Болгарии, Сербии, Греции и Черногории против турецкой (Османской) империи. ■ Начавшаяся в 1914 г. Первая мировая война была характерна не только глобальными масштабами, но и широкими военными действиями в воздушной сфере. Для действий вначале по наземным и морским силам, а затем и по объектам в тылу применялись военные летательные аппараты боевого (ударного), разведывательного, связного, военно—транспортного и иного назначения в виде самолетов (в то время аэропланов), дирижаблей, аэростатов. По войскам и объектам СВН использовали авиабомбы, с малых и «бреющих» высот обстреливали из пулеметов. Для поражения конницы применялись и специальные стрелы в рассыпающихся пучках. □ □ Радиолокационное вооружение и военная техника. Снимок сделан в Учебном центре Военной академии воздушно—космической обороны (г. Тверь). Фото: Михаил Ходаренок □ ■ С появлением СВН возникло множество проблем борьбы с ними. Практикой и опытом войск эти проблемы не решались, требовались привлечение и развитие военной науки в данных направлениях, изучение свойств СВН как объектов поражения. ■ Самые первые шаги в создании как вооружения для борьбы с СВН, так и науки о его применении делали талантливые и инициативные энтузиасты-практики из артиллеристов, авиаторов и инженеров. Единых (официальных) правил стрельбы противосамолетной артиллерии долгое время не было. Первый документ с описанием исходных данных о предполагаемых целях и порядке их поражения был издан в дореволюционной России в виде Правил стрельбы. Зенитная артиллерия и акустические вооружения ПВО широко применялись и получили развитие в годы Великой Отечественной войны 1941—1945 гг. Однако наибольшее качественное развитие оружия для борьбы с СВН и научные исследования по обоснованию исходных данных о целях возникли с середины 1950—х гг. ■ В «теме 56», где разрабатывались фундаментальные математические основы оценки эффективности стрельбы и поражения воздушных целей, большое значение имели разработки (в дальнейшем первого доктора технических наук НИИ—2 ПВО) Евгения Васильевича Золотова. Вспоминает доктор технических наук, профессор И.Б. Погожев: «Прежде всего Золотов считал совершенно недопустимым, что при количественной оценке эффективности нового вооружения ПВО заказчик (Министерство обороны) и разработчик (организации военной промышленности, ведущие разработку) до сих пор используют различные, необоснованные и несопоставимые друг с другом показатели, вроде «убойного интервала» или «среднего числа убойных осколков». Это не позволяет сделать объективными результаты количественной оценки эффективности, что оставляет место для ожесточенных небескорыстных споров, лишая Заказчика возможности уверенно выбрать наилучший вариант вооружения… Так как стрельба зенитной артиллерии по самолету, который может нести атомную бомбу, ведется с целью его уничтожения, то критерием эффективности здесь должна стать вероятность поражения цели. Так закладывались научные основы разработки системы исходных данных о характеристиках уязвимости СВН. □ □ ЗРС С—200ВМ. Кабина К—9М. Рабочее место командира группы зрдн. Снимок сделан в Учебном центре Военной академии воздушно—космической обороны (г. Тверь). Фото: Михаил Ходаренок □ ■ В конце 1956 г. НИИ—2 ПВО прочно обосновался в г. Калинине на Первомайской набережной, д. 32. В январе 1957 г. была задана первая головная НИР «Определение перспектив развития вооружения огневых средств Войск противовоздушной обороны и влияния их на оперативно—тактические формы построения противовоздушной обороны страны». Заместителем научного руководителя темы был назначен Н. И. Павленко (начальник 1-го управления), ведущим исполнителем — И.В. Ерохин, основными исполнителями — С.Д. Мокрушин, В.И. Мудров, Б.М. Строкин, В.Я. Лазебный. Результатом этой работы явилась общая методология исследований по НИР и методика оценок эффективности группировок и системы ПВО страны. Очевидно, что в данной теме наиболее определенно сформировались роль и место исходных данных о противнике, без которых невозможно было проведение оперативно-тактических расчетов. ■ Летом состоялись первые стрельбовые испытания на строившемся стрельбово-моделирующем комплексе М.А. Альтеном, Е.В. Золотовым и Е.Д. Козловым с участием доктора технических наук, профессора ВВИА им. Н.Е. Жуковского Е.С. Вентцель. Из воспоминаний ветерана института Е.Д. Козлова о Е.В. Золотове, выдающемся ученом и талантливом организаторе науки, действительном члене АН СССР: «Евгений Васильевич одним из первых заметил, что несмотря на принципиальную близость методического аппарата оценки эффективности, количественные результаты, для конкретной системы и конкретных условий стрельбы, получаемые различными авторами, в ряде случаев существенно различались, что приводило иногда к разногласиям между заказчиком и разработчиками. Как выяснилось, при анализе и сравнительной оценке результатов разница их была обусловлена различием исходных данных по уязвимости (живучести) целей, принимаемых в качестве типовых, а также различием в результатах исследований поражающего действия осколочных боевых частей. Учитывая важность этих вопросов, по инициативе Е.В. Золотова решено было создать в институте лабораторную базу (стрельбовый комплекс), должность начальника которой была предложена мне. При организации работ отдела и лаборатории Евгений Васильевич определил три основные задачи. 1. Сбор информации и изучение всех новых разработок в области авиационной и ракетной техники за рубежом, а также нашей новой техники, на основе чего можно было обосновать «типовые» цели и дать объективную оценку их уязвимости. При этом необходимо было использовать все закрытые материалы Центрального института военно-технической информации (ЦИВТИ), а также данные ГРУ. □ □ ЗРС С—200ВМ. Кабина К—9М. Рабочее место офицера целераспределения. Снимок сделан в Учебном центре Военной академии воздушно—космической обороны. Фото: Михаил Ходаренок □ 2. Обобщение результатов теоретических и экспериментальных работ, проведенных в исследовательских и конструкторских организациях, проверка и сравнение этих результатов на собственной экспериментальной базе, исследование недостаточно изученных к тому времени вопросов поражающего действия осколков: влияние атмосферного давления на зажигательное действие по топливным бакам в зависимости от высоты полета цели, результаты гидро— и аэроудара при действии группы осколков, инициирующее действие по боеприпасам и др. 3. Разработка единого согласованного со всеми основными организациями документа по характеристикам уязвимости существующих и перспективных воздушных целей. Все эти работы должны были решаться в сжатые сроки, так как в это время быстрыми темпами шла разработка новых систем вооружения ПВО и ПРО, что вызывало необходимость оценки их эффективности на уточненной и согласованной методической основе. Благодаря усилиям и авторитету Евгения Васильевича в срочном порядке приобретались необходимые для экспериментальных работ оборудование и приборы (средства скоростного метания осколков и измерения их скорости, барокамера, рентгеновская установка, приборы скоростной фотосъемки для фиксирования быстропротекающих процессов, мишени и натурные объекты—самолеты, головные части ракет). Большую помощь в этом оказали сотрудники 4 ГУМО и 12 ГУМО, благодаря чему мы уже имели самолеты и головные части ракет для проведения натурных испытаний. Непосредственную помощь в организации и проведении экспериментальных работ оказали сотрудники ЦНИИХМ ММ, главные конструкторы боевого снаряжения систем ПВО и ПРО А.В. Воронов и Н.А. Матерова. По их инициативе была оказана также существенная финансовая и материальная помощь в строительстве и оснащении экспериментальной базы. Постоянный интерес и необходимую помощь оказывала Е.С. Вентцель и сотрудники кафедры Академии им. Н.Е. Жуковского. Она лично присутствовала на первых испытаниях, начатых на еще не полностью оборудованной открытой площадке уже летом 1958 г. Здесь были установлены барокамера и стрельбовый комплекс, состоящий из авиационных пушек и специально изготовленных зарядных устройств. Начались эксперименты по оценке зажигательного, инициирующего действия осколков и стрельба по отдельным узлам и агрегатам самолета. В результате напряженного труда в 1962 г. впервые появился согласованный со всеми организациями официальный документ (система исходных данных) СИД—62, который использовался при разработке систем ПВО и в процессе приемки их на вооружение. Позже, в 1967 г. было выпущено новое издание этого документа, расширенное по составу типовых целей и дополненное новыми данными, полученными в ходе последующих исследований. Затем, в 1968 г. — СИД—68 для разработки систем ПРО и ПКО». □ □ ЗРС С—200ВМ. Кабина К—9М. Рабочее место офицера целераспределения в луче РПЦ. Снимок сделан в Учебном центре Военной академии воздушно—космической обороны. Фото: Михаил Ходаренок □ ■ Проблема экспериментального исследования отражательных характеристик средств воздушно-космического нападения (СВКН) в радиолокационном диапазоне длин волн приобрела особую актуальность в конце 1950—х гг. в связи с созданием межконтинентальных баллистических ракет, сверхзвуковой авиации и широким применением способов и средств противорадиолокационной маскировки целей. Для оценки эффективности этих средств, подготовки и проведения учений, задания технических требований на разработку перспективных радиолокационных средств вооружения возникла острая необходимость в получении достоверных и обоснованных исходных данных по радиолокационным характеристикам СВКН. С этой целью в НИИ—2 ПВО под руководством Ивана Ивановича Кравченко начинаются работы по созданию в полигонных условиях открытого радиолокационного измерительного комплекса. Радиолокационный измерительный комплекс позволял обеспечивать натурные измерения отражательных характеристик крупногабаритных подвесных моделей СВН. ■ История работ по обоснованию системы исходных данных является в значительной степени отражением тенденций развития вооружения ПВО, решения проблем повышения его эффективности и противодействия новым угрозам. Так, для парирования возможных угроз вероятного противника из космоса начиная с 1962 г. в институте широким фронтом разворачиваются работы по созданию принципиально новых систем в структуре Войск ПВО страны: системы предупреждения о ракетном и воздушном нападении. Научное обеспечение работы комиссии от НИИ—2 МО осуществляли Н.С. Логунков и Е.С. Сиротинин; системы УС—К космического базирования предупреждения о ракетном нападении (руководитель работ — О. А. Чембровский, исполнители — Л.И. Безбородко, В.Т. Желада, З.Я. Мишина, В.А. Прокофьев, В.Ф. Сафиуллин, В.Н. Сергеевич, И.П. Сперанский, Э.А. Старчев). ■ В июле 1962 г. произошла смена обозначений научно—исследовательских организаций Министерства обороны. НИИ—2 Войск ПВО страны стал НИИ—2 МО. В этом же году впервые в истории института разработана и согласована с НИИ и КБ МООП «Система исходных данных по поражающему действию осколков и осколочных потоков по воздушным целям аэродинамической схемы» (руководитель работ — Е.В. Золотов, ответственные исполнители — А.А. Альтен, П.Ф. Камбулин, А.Н. Расев, В.В. Семенов). ■ Широким фронтом развернулись работы по наращиванию возможностей радиолокационного измерительного комплекса института. Были созданы качественно новые измерительные установки, позволяющие получить широкий класс радиолокационных характеристик при облучении целей сложными сигналами с различной поляризацией при совмещенной и разнесенной локации для решения задач селекции и обоснования новых принципов создания РЛС. Экспериментально подтверждена возможность создания противником средств ВКН с низким уровнем радиолокационной заметности. Активное участие в работах принимали З.И. Карась (руководитель), А.И. Бакулин, В.А. Белякова, А.П. Кириллов, В.А. Лукашенко, Б.П. Моренов, В.Б. Мустафаев, О.А. Репин, М.И. Шемагин, И.П. Петрович, В.П. Петропавловский, И.Ф. Писаревский, А.И. Полищук, Ю.Ю. Рафаэль, П.Н. Скоков, Н.Л. Щепак. □ □ ЗРС С—200ВМ. Кабина К—9М. Внешний вид аппаратуры кабины. Снимок сделан в Учебном центре Военной академии воздушно—космической обороны (г. Тверь). Фото: Михаил Ходаренок □ ■ Представление о состоянии некоторых работ, осуществлявшихся институтом в то время, дано в статье бывшего командующего ПРО и ПКО генерал—полковника Ю.В. Вотинцева, который по заданию главнокомандующего Войсками ПВО страны генерала армии П.Ф. Батицкого знакомился с институтом. «Выехал в Калинин… Начальник института генерал—лейтенант Борис Александрович Королев рассказал, что институт является головной организацией в стране по оценке состояния и перспективам развития вооружения вероятных противников, сообразуясь с этим разрабатывает исходные данные для наших систем вооружения…» ■ 01 июня 1968 г. было образовано Управление вооружения и разработки боевых алгоритмов СПРН (8—е управление) института. Начальником управления назначен полковник Е.С. Сиротинин (впоследствии генерал—майор). В рамках выполнения программы военно—космических экспериментов для обоснования исходных данных по излучательным характеристикам целей проведен первый комплексный эксперимент по измерениям ИК—излучений факелов ракет и фонов с борта космического корабля «Салют—4» (позднее — «Салют—6» и «Салют—7»), самолета—лаборатории и с Земли. Участники работ от 2—го НИИ МО — Б.А. Королев (председатель оперативной группы), Ю.И. Любимов, Л.И. Безбородко, З.С. Вальшонок, В.М. Глушков, В.Т. Желада, В.Н. Сергеевич. ■ Были разработаны и согласованы с НИИ и КБ МООП «Системы исходных данных для оценки уязвимости головных частей баллистических ракет и ИСЗ военного назначения к воздействию ОБЧ». Исполнители — Е.Д. Козлов, В.В. Семенов, В.Т. Торгаев. ■ Экспериментальная база института пополнилась системой моделирования сложной цели и движения ее элементов на базе конструкции большой грузоподъемности, позволяющей проводить исследования радиолокационных характеристик крупногабаритных натурных объектов. Активное участие в работах принимали З.И. Карась (руководитель), Г.А. Зуев, Б.П. Моренов, В.Б. Мустафаев, И.П. Петрович, В.П. Петропавловский, А.И. Полищук, Н.Л. Щепак, И.Е. Ганжа. ■ В середине 1960—х гг. в результате критического анализа военным руководством США богатого и часто неудачного опыта боевого применения авиации во Вьетнаме в условиях противоборства с советскими зенитными ракетными комплексами С—75, С—125 долгосрочные программы создания перспективных СВН приобретают новые качества, к основным из которых следует отнести: высокие летно—технические характеристики СВН, а именно расширенный диапазон скоростей и высот боевого применения, в основном за счет освоения малых и предельно малых высот, увеличение маневренных возможностей, полная автоматизация процессов пилотирования СВН; резкое (в десятки раз) снижение эффективной отражающей поверхности СВН; бурное развитие бортовых средств РЭБ СВН в направлении повышения мощности помех, совершенствования логики их действия и оснащения ими практически всех средств воздушного нападения; обязательное оснащение СВН высокоточным оружием с большой дальностью пуска и автономными средствами наведения, в том числе для огневого поражения средств ПВО. ■ Наиболее полное воплощение многочисленные программы создания новых средств воздушного нападения ВВС США нашли в трех широко разрекламированных в 1960—е гг. разработках СВН: малозаметная дозвуковая стратегическая крылатая ракета АЛКМ с малой отражающей поверхностью, большой (до 5000 км) дальностью автономного полета, высочайшей точностью (порядка метров) выдерживания траектории полета и наведения на цель, способностью при движении к цели использовать русла рек, лощины, просеки с огибанием рельефа местности на высоте 30—60 метров; малозаметная высокоскоростная аэробаллистическая ракета СРЭМ с дальностью бросания 200—300 км; гиперзвуковая (со скоростью полета 3—4 М) малозаметная полубаллистическая ракета АСАЛМ. ■ Угрозу применения перечисленных СВН особо усугубляло их оснащение ядерными боевыми зарядами. Анализ полученных исходных данных специалистами НИИ—2 МО показал, что ни существующие ЗРС, ни их возможные модернизации неспособны эффективно бороться с указанными перспективными СВН. Поэтому был сделан вывод о необходимости задания в разработку принципиально новых зенитных ракетных систем. ■ В 1971 г. институтом была начата программа развития методологии и практики программно—целевого планирования в Министерстве обороны на 1971—1975 гг., которая впервые включила единую систему исходных данных по прогнозу развития зарубежного вооружения (каталоги исходных данных). Большую значимость для разработчиков ВВТ ПВО имели каталоги исходных данных по прогнозу развития зарубежного вооружения «Цель—72», «Цель—72Д», «ИД по видам и параметрам помех…», включавшие анализ и прогнозирование сил и средств ВКН иностранных государств, форм и способов их боевого применения, прогнозные данные о тактико—технических характеристиках, характеристиках БРЭО, РЭБ, КСП СВКН иностранных государств, собственно методологию прогнозирования сил и средств ВКН иностранных государств. Эту работу осуществлял отдел, возглавляемый С.Д. Мокрушиным. ■ Рассказывает ветеран института О.С. Маркевич: «Впервые с Сергеем Дмитриевичем Мокрушиным я познакомился «заочно», когда усилиями рабочей группы, составленной из представителей основных организаций оборонного комплекса, была выпущена так называемая Белая книга или «Цель—72» — первый вариант общих исходных данных по воздушному и баллистическому противнику. Содержание этой небольшой по размерам книжки, вероятно, будило мрачную фантазию читателей, благодаря чему появились и другие ее названия: «Апокалипсис», «Армагеддон» и тому подобные. Неспроста НИР, развернутая в НИИ—2 по этой тематике, получила мистическое название «Грифон».

Admin: ■ Концепции ■ Одним из наиболее активных членов рабочей группы, действовавшей под эгидой могущественной Военно—промышленной комиссии при Совете министров СССР, несомненно, был С.Д. Мокрушин. В значительной мере благодаря его энергии и умению договариваться образовалась мощная кооперация, существующая и по сей день. Система исходных данных по средствам воздушно—космического нападения состоит теперь из десятков томов, содержащих большой объем детальных сведений по образцам вооружений иностранных государств и способам их боевого применения. ■ И все же той скромной первой книжке «Цель—72» принадлежит особая роль. Во многом благодаря именно ей еще на этапе ее подготовки возникли и успешно развивались целые направления исследовательских и конструкторских работ в области обороны от воздушно—космического противника. Чем больше мы знаем о противнике и перспективах его развития, тем больше насущных проблем встает перед промышленностью и военной наукой. ■ Как бы хотелось, чтобы и сегодня оптимистический лозунг офицера—фронтовика Мокрушина С.Д. «Ни…(чего) — прорвемся!» оказался правдой «вопреки и несмотря на…» ■ В 1972 г. была организована научная группа по прогнозированию отражательных характеристик СВКН противника в лазерном диапазоне длин волн. Состав группы: В.Ф. Барыбин, Р.Г. Валеев, О.М. Жукович, А.Н. Кудрявцев, Г.Э. Межарауп, И.Ф. Писаревский, А.А. Редников, Б.С. Чудаков. Участниками этой группы в период 1972—1974 гг. был введен в строй экспериментальный комплекс «Фотон» по измерениям отражательных характеристик воздушно—космических целей. ■ Значимыми событиями в совершенствовании лабораторно—моделирующей базы института в 1976 г. явился ввод в строй моделирующего тренажного комплекса «Старт», на котором прошли подготовку к исследованиям с борта орбитальных станций «Салют», «Мир» 42 космонавта. Из них 25 побывали в космосе. В разработке комплекса участвовали Е.Н. Лычев (руководитель), В.И. Баканов, Ю.Г. Демирский, Ю.Г. Кочетков, А.Г. Мосягин, Г.И. Никифорова, С.Я. Павлов, А.М. Скачков. Участникам этой работы — В.И. Баканову, Ю.Г. Демирскому, Ю.Г. Кочеткову была присуждена в коллективе авторов премия Ленинского комсомола. ■ Инициативные работы института по исследованию новых методов обнаружения СВКН нашли поддержку у руководства МО СССР. В 1978 г. состоялась первая морская экспедиция продолжительностью шесть месяцев на разведывательном корабле «Запорожец» с аппаратурой обнаружения в КВ- и СНЧ—диапазонах волн. Вторая экспедиция была осуществлена на корабле «Закарпатье». В результате походов (всего пройдено 40 тысяч миль) была получена надежная информация о характеристиках обоих методов обнаружения стартующих БР в зависимости от взаимных расстояний: источник излучения — район старта БР — пункт приема. В корабельные исследовательские группы входили А.Л. Бондаренко (старший группы), А.В. Иванов, Г.П. Шляхтунов. ■ Среди выходных научных материалов 1978 г. с участием института заметным событием стало издание справочника «Радиолокационные характеристики воздушных целей и мишеней». Активное участие в создании справочника приняли В.Б. Мустафаев (руководитель), И.Р. Ефремов, В.А. Зайцев, А.П. Кириллов, В.П. Петропавловский, А.И. Полищук, А.А. Шелехов. ■ В 1979—1982 гг. состоялись разработка и выпуск справочников по отражательным характеристикам воздушно—космических целей и оптико—электронных средств в оптическом диапазоне длин волн. Соавторы: В.Ф. Барыбин, С.Б. Кореньков, Г.Э. Межарауп, С.И. Смирнов, И.Д. Толкунов, И.М. Хмаров, Б.С. Чудаков. ■ В 1980 г. в институте произошли структурные изменения, в результате которых впервые было сформировано специализированное Управление прогнозирования воздушно—космического противника (8—е управление), начальник управления — Е.С. Сиротинин. Профессор Е.С. Сиротинин придавал исключительное значение вопросам достоверности исходных данных. Поэтому комплексирование исследований по обоснованию системы исходных данных для проектирования и оценки эффективности таких систем, как СПРН, ПРО, ПКО, было его заслугой как руководителя и ученого. В дальнейшем такая практика показала правильность выбранного пути объединения ученых – разработчиков исходных данных и лабораторной базы, предложенная еще Е. В. Золотовым. ■ Среди весомых работ, завершенных в 1980 г., необходимо отметить разработку и реализацию на Эталонном радиолокационном измерительном комплексе института (ЭРИК—1) измерительного стенда, позволяющего в наземных условиях моделировать искусственные плазменные образования. Наибольший вклад в разработку внесли Г.А. Лопин, В.С. Марусин, В.Б. Мустафаев, В.П. Петропавловский, З.Х. Сибатулина, Л.А. Юдина. Полученные данные позволили впервые разработать совместно с Научно—исследовательским институтом тепловых процессов (ныне Исследовательский центр имени М.В. Келдыша) комплексную математическую модель факела двигательных установок баллистических ракет в радиолокационном диапазоне длин волн при полете в плотных слоях атмосферы. В дальнейшем расчеты с использованием данной модели и экспериментальные данные были реализованы в новом нормативно-техническом документе «Цель—85». ■ В 1982 г. усилия коллектива разработчиков исходных данных были реализованы в ряде учений, испытаниях и принятии на вооружение образцов ВВТ. Среди них необходимо отметить: подготовку и проведение комплексного эксперимента по измерениям ИК—излучения факелов стартующих БРСД и их ГЧ на входе в атмосферу аппаратурой, установленной на борту ДОС «Салют—7», КА УС—К, самолетов-лабораторий Ту—16Е и на земле (организатор работ — 2—й НИИ МО, среди участников работ — свыше 20 организаций промышленности, АН СССР и войсковых частей МО). В подготовке и проведении эксперимента участвовали С.С. Сапегин (руководитель работ), В.И. Баканов, В.Б. Васильев, Ю.Г. Демирский, И.И. Кокшаров, Ю.Г. Кочетков, К.С. Никитина—Карцева, Е.Н. Лычев, В.Н. Сергеевич, А.М. Скачков, Е.С. Сиротинин; постановку специальных учений и испытаний на полигоне Капустин Яр натурных измерений радиолокационных характеристик стартующих баллистических ракет — аналогов БРСД «Першинг—2» в сантиметровом и метровом диапазонах длин волн с помощью специально доработанных для измерений ЭПР РЛС РТВ типа ПРВ—17, П—14, СТ—67У. Работу, выполняемую по особой директиве начальника Генерального штаба ВС СССР, от 2—го НИИ МО возглавлял А.С. Сумин с участием сотрудников института Ю.П. Бушмина, В.Н. Елшанского, В.И. Кожешкурта, Г.А. Лопина, В.С. Марусина, В.П. Петропавловского, Н.Н. Сергеева. ■ Обобщение результатов многолетних теоретических и экспериментальных исследований радиолокационных характеристик воздушных и космических объектов, полученных в институте, было положено в основу изданного в 1982 г. справочника «Радиолокационные характеристики целей, их анализ и синтез». Активное участие в создании справочника приняли В.А. Белякова, И.Р. Ефремов, В.А. Зайцев, Г.С. Карасева, А.П. Кириллов, Г.А. Лопин, В.А. Лукашенко, В.Б. Мустафаев, В.П. Петропавловский, А.И. Полищук, П.Н. Скоков, А.А. Шелехов. ■ Среди боевых и научно—методических документов, разработанных сотрудниками института в 1983 г. и поступивших в войска, отмечается методическое пособие для ЦПК им. Ю.А. Гагарина «Военно—космические экспериментальные исследования в интересах Войск ПВО» для подготовки экипажей ДОС к их проведению. В разработке пособия принимали участие В.А. Авилкин, В.Б. Васильев, В.А. Гречушников, Ю.Г. Демирский, И.И. Кокшаров, Е.Н. Лычев, А.Г. Мосягин, В.Н. Сергеевич, А.М. Скачков, О.В. Снегирев, В.И. Соловьев. ■ Примечательным событием 1984 г. в развитии системы исходных данных по СВКН явились подготовка и проведение экспериментально—теоретических исследований (1984—1986 гг.) уровней оптической заметности трех типов крылатых ракет и разработка рекомендаций по ее снижению (предприятие—разработчик— НПО Машиностроения). Исполнители от института: С.Б. Кореньков, Г.Э. Межарауп, С.И. Смирнов, И.Д. Толкунов, И.М. Хмаров, А.А. Храмичев, Б.С. Чудаков. ■ В этом же году большой коллектив сотрудников института принял участие в разработке утвержденного заместителем министра обороны СССР по вооружению нормативного документа по характеристикам уязвимости образцов ВВТ к действию специзлучения. Головная организация — войсковая часть 51105. В работе от 2—го НИИ МО приняли участие И.В. Артемьев (руководитель), В.Р. Андриевский, А.Ф. Базарный, В.Л. Гузаиров, А.А. Комаров, В.И. Новиков, В.А. Прохоров, Н.Г. Распопов, В.А. Широкшин. ■ Среди работ, связанных с наращиванием возможностей экспериментальной, моделирующей и лабораторной базы института в 1984 г., выделялась подготовка и аттестование межведомственной комиссией с участием Госстандарта Эталонного радиолокационного измерительного комплекса ЭРИК—1 для определения отражательных характеристик аэродинамических, баллистических и космических летательных средств. В 1986 г. комплекс ЭРИК—1 приказом министра обороны № 0106 принят на вооружение. В работах по созданию комплекса принимали участие Е.С. Сиротинин (руководитель работ), И.Р. Ефремов, Б.А. Кудрявцев, В.Б. Мустафаев, В.Н. Дмитриев, С.М. Нестеров, В.П. Петропавловский, А.И. Полищук, П.Н. Скоков. ■ Плодотворная работа сотрудников института, в год 50—летнего юбилея переименованного во 2—й Научно—исследовательский ордена Октябрьской Революции краснознаменный институт МО СССР, выразилась в следующих результатах: разработан и введен в действие постановлением правительства СССР нормативно—технический документ «Цель—85». Исполнители: А.С. Сумин (руководитель), Ю.П. Автомонов, В.А. Зайцев, В.М. Кретинин, Г.А. Лопин, С.Д. Мокрушин, Л.В.Тузиков и другие; разработаны и введены в действие постановлением правительства СССР нормативно—технические документы «Исходные данные по характеристикам и тактике применения противорадиолокационных снарядов противника» и «Исходные данные по видам и параметрам помех и тктике применения средств РЭП противника». Исполнители: С.Д. Мокрушин (руководитель), Е.П. Желязков, О.М. Жукович, В.Г. Лаврушкин, Ю.Н. Марченко, А.И. Полищук; утверждены заказчиком «Исходные данные по уязвимости целей ПСО при действии взрыва специальных боевых частей». Руководитель этой пионерской разработки — В.М. Кретинин. ■ Среди приятных событий следует отметить присуждение в коллективе авторов премии Ленинского комсомола В.С. Марусину — за исследование неоднородностей показателя преломления атмосферы в интересах решения военно—прикладных задач. ■ Основные результаты НИОКР с участием института и созданные боевые документы прошли в 1987 г. проверку и практическую отработку в ряде учений и экспериментальных работ, среди которых отмечается проведение первых измерений излучения следа стартовавшей твердотопливной МБР и прозрачности атмосферы над горизонтом земли по трассе «космос—космос» в ультрафиолетовом и видимом диапазонах длин волн с борта орбитальной станции «Мир». В подготовке и проведении эксперимента, обработке и анализе его результатов от института принимали участие С.С. Сапегин (руководитель), В.И. Баканов, Ю.Г. Демирский, И.И. Кокшаров, А.Г. Мосягин, В.Н. Сергеевич, Е.С. Сиротинин. ■ Пополнились издания учебно—методического и справочного характера, разработанные в 1987 г. с участием сотрудников 2—го НИИ МО. Издан справочник «Применение радиопоглощающих материалов». Активное участие в создании справочника приняли В.Б. Мустафаев (руководитель), В.А. Белякова, И.Р. Ефремов, В.А. Зайцев, А.П. Кириллов, С.В. Ковалев, В.А. Лукашенко, С.М. Нестеров, В.П. Петропавловский, А.И. Полищук, П.Н. Скоков. Издано дополнение к нормативно—техническому документу «ИД по видам и параметрам помех…» Основные разработчики документа: О.М. Жукович, В.Г. Лаврушкин, А.В. Матрос. ■ Завершился год присуждением Государственной премии СССР И.Р. Ефремову, В.Б. Мустафаеву, В.П. Петропавловскому, А.И. Полищуку за разработку и создание радиолокационного измерительного комплекса ЭРИК—1. ■ Среди испытательных и экспериментальных работ, проводимых в 1988 г. с главенствующей ролью института, заметный след оставили проведенный комплексный эксперимент по обнаружению самолетов стратегической авиации при взлете и в полете ИК—аппаратурой с борта автоматического космического аппарата. В проведении эксперимента и анализе его результатов от института принимали участие В.К. Золотухин (руководитель), В.А. Авилкин, В.И. Баканов, З.С. Вальшонок, Ю.Г. Демирский, О.А. Калинович, А.С. Калмыков, А.Г. Мосягин. ■ Значимым являлось также участие в разработке утвержденного заместителем министра обороны СССР по вооружению нормативного документа по характеристикам уязвимости образцов ВВТ к действию специзлучения (головная организация — войсковая часть 51105). Исполнители от 2—го НИИ МО: В.Р. Андриевский, В.Л. Гузаиров, А.А. Комаров, В.И. Новиков, В.А. Прохоров, Н.Г. Распопов, В.А. Широкшин. ■ Опыт участия сотрудников 2—го Центрального научно—исследовательского ордена Октябрьской Революции краснознаменного института Министерства обороны СССР в испытаниях, учениях и экспериментальных работах в сочетании с научно—методическим заделом по результатам НИОКР в 1989 г. нашел свою реализацию в ряде нормативных документов: разработаны и введены в действие нормативно-технические документы «Дополнение к исходным данным по видам и параметрам помех» и «Исходные данные по высокоточному оружию противника, используемого для поражения средств ПВО». В работе принимали участие А.С. Сумин (руководитель), Е.П. Желязков, О.М. Жукович, В.Г. Лаврушкин; разработаны нормативные документы для кооперации организаций — разработчиков системы УС—КМО: «Моделей излучения факелов и следов зарубежных и отечественных МБР в ИК—, видимом и УФ—диапазонах волн» и «Модели фона Земли как планеты в интересах создания бортовой аппаратуры обнаружения, проведения ее испытаний и оценки боевых (информационных) возможностей». В разработке документов наряду с сотрудниками свыше 10 организаций промышленности и АН СССР от института принимали участие В.Б. Васильев, И.И. Кокшаров, К.С. Никитина—Карцева, В.Н. Сергеевич. ■ Среди плановых работ института наиболее значимыми в 1990—1991 гг. являлись: участие в разработке нормативных документов «Оптические модели излучения элементов СБЦ» и «Оптические модели излучательных и отражательных характеристик аэродинамических целей» в интересах разработки, испытаний и оценки боевых (информационных) возможностей ОЭС комплексов ПВО и ПРО. В работе от института принимали участие О.А. Калинович, В.Н. Сергеевич, О.В. Снегирев, В.И. Соловьев, И.М. Хмаров; участие в подготовке и проведении комплекса экспериментов (1991—1994 гг.) по наблюдению и измерению фонов Земли и космоса с использованием орбитальной станции «Мир» и автоматических космических аппаратов. От института в подготовке и проведении экспериментов принимали участие Ю.Г. Демирский (руководитель), А.С. Вишняков, И.И. Кокшаров, Ю.Г. Кочетков, А.Г. Мосягин, А.А. Цветков. ■ Начало 1992 г. совпало с развертыванием ОКР по созданию РЛС загоризонтного обнаружения воздушных целей (ЗГО ВЦ). В поддержку разрабатываемых информационных средств развивались Эталонный радиолокационный измерительный комплекс, парк физических моделей (разработчики — В.А. Белякова, А.И. Полищук) для исследования ЭПР стартующих БР и самолетов стратегической авиации. Помимо активизации работ по загоризонтному обнаружению воздушных целей в начале 1992 г. были проведены первые эксперименты по наблюдению стартов твердотопливных и жидкостных оперативно—тактических ракет бортовой аппаратурой КА УС—КС и УС—КМО при одновременных измерениях их излучения в ИК—диапазоне с борта самолета—лаборатории. От института в подготовке экспериментов принимали участие В.Б. Васильев, Ю.Г. Демирский, А.М. Скачков, А.А. Цветков, Л.Ф. Шевченко. ■ В 1992 г. был принят в эксплуатацию уникальный испытательный комплекс (стенд) У—23, создававшийся в соответствии с постановлением правительства № 226—76 для исследований по воздействию ионизирующих излучений на радиоэлектронную аппаратуру. Инициатором проведения работ был заместитель начальника института по научной работе генерал—майор Ю.И. Любимов. В качестве основного оборудования испытательного комплекса использована электрофизическая установка РИЦ—30 — новейшая разработка НИИ электрофизической аппаратуры им. Д.В. Ефремова. В целях сохранения уникального оборудования в период 1990—х гг. командованием Войск ПВО и руководством Минатома принято решение о совместной эксплуатации комплекса. Для этого были заключены договоры о научно—техническом сотрудничестве с НПО «Радиевый институт им. В.Г. Хлопина» (г. Санкт—Петербург), Объединенным институтом ядерных исследований (г. Дубна), Санкт—Петербургским институтом ядерной физики и др. Наибольший вклад в создание и развитие испытательного комплекса внесли С.Г. Амбарцумян, Ю.И. Безруков, В.Г. Каплун, В.К. Непомнящий, А.Г. Сузиков. ■ В 1995 г. под руководством начальника управления систем разведки ПВО и СИД Олега Владимировича Короля был разработан и введен в действие межвидовой нормативно-технический документ «Система исходных данных «Цель—95». Основные исполнители документа от 2—го ЦНИИ МО: С.И. Балакирев, А.И. Васильев, Г.А. Лопин, О.С. Маркевич, В.В. Мудров, С.М. Нестеров, Э.Ю. Осмоловский, Л.В. Тузиков, И.М. Хмаров, А.В. Шушков. ■ Что касается экспериментальных работ, выполненных на полигоне 2—го ЦНИИ МО, то внимания заслуживают начатые в 1995 г. и продолжавшиеся в течение восьми лет экспериментально—теоретические исследования по оценке эффективности применения новых способов и устройств снижения радиолокационной заметности летательных аппаратов и наземных объектов ВВТ видов Вооруженных Сил Российской Федерации. В работах участвовали С.М. Нестеров (руководитель), В.А. Белякова, И.Г. Винокурова, Ю.В. Дементьев, В.Н. Дмитриев, А.П. Кириллов, С.В. Ковалев, В.В. Подъячев, П.Н. Скоков, И.А. Скородумов, А.И. Смирнов, Н.В. Чижевская. ■ Среди других работ по военно—научному сопровождению и обеспечению испытаний образцов ВВТ необходимо выделить разработку комплексных математических методов решения задач дифракции с использованием ПЭВМ для различных условий локации объектов. В работе принимали участие С.М. Нестеров (руководитель), С.В. Ковалев, И.А. Скородумов. ■ Несмотря на проводимые реформы, сотрудниками института был выполнен ряд важнейших работ, среди которых выделялись следующие. ■ На состоявшемся в июне 1—м Московском аэрокосмическом салоне (МАКС—1997) впервые иностранным заказчикам предложена научно—техническая и программная продукция 2—го ЦНИИ МО РФ — комплекс математических моделей для оценки боевых действий ЗРС, Эталонный радиолокационный измерительный комплекс для экспериментального исследования радиолокационных характеристик летательных аппаратов и наземных объектов ЭРИК—1, привлекшие большой интерес иностранных посетителей. Институт на выставке «МАКС—1997» представляли: П.А. Созинов (руководитель), В.В. Астрахов, С.В. Ковалев, Е.Б. Логинов, С.М. Нестеров, В.А. Самонов, И.А. Скородумов. ■ Среди работ, связанных с совершенствованием экспериментально—моделирующей базы института, своей масштабностью выделялись модернизация и замена основных элементов Эталонного радиолокационного измерительного комплекса ЭРИК—1. Основные исполнители: С.М. Нестеров (руководитель), В.А. Золотарев, В.Н. Дмитриев, С.В. Ковалев, В.А. Лукашенко, С.Л. Носов, В.М. Олейник, А.В. Ольха, П.Н. Скоков. Представители коллектива разработчиков комплекса ЭРИК—1 — В.Н. Дмитриев, С.В. Ковалев, С.М. Нестеров, В.М. Олейник стали лауреатами областной выставки изобретательских и рационализаторских работ. ■ В это же время на стрельбово—моделирующем комплексе (СМК) института начались испытания с экспериментальной стрельбой по натурным объектам ПЗРК «Игла—С» (1997—1999 гг.), имевшие целью отработку боевого снаряжения и оценку эффективности поражающего действия его ракеты. Исполнители данных работ: Е.П. Желязков (руководитель), Н.Ю. Комраков, В.П. Потреба, Л.В. Тузиков, Е.Ф. Федоров. ■ В июле 1999 г. завершил действительную военную службу начальник института генерал—майор А.С. Сумин, и 02 августа 1999 г. начальником института был назначен генерал—майор А.Т. Силкин. В своем рассказе ветеран 2—го ЦНИИ Минобороны России С.И. Балакирев делится воспоминаниями о А.Т. Силкине в период его руководства институтом: «Еще задолго до личного знакомства я был наслышан об энергичном и «пробивном» начальнике кафедры Военной академии ПВО полковнике Силкине. Возглавив наш институт в 1999 году, Александр Тихонович, на мой взгляд, в полной мере подтвердил эти свои качества. Особенно вспоминается один примечательный эпизод нашей совместной работы в начале 2001 года — доклад начальника 2—го ЦНИИ МО РФ о результатах работы по нормативно—техническому документу «Система исходных данных по силам и средствам воздушно—космического нападения иностранных государств» на заседании секции военной безопасности научного совета при Совете безопасности Российской Федерации. В условиях жесткого дефицита времени сотрудники, ответственные за разработку документа, подготовили необходимые материалы, и я отправился, как мне казалось, «на голгофу» — готовить к докладу самого начальника института. Дело в том, что большая часть работы, о результатах которой предстояло буквально на следующий день докладывать на Совбезе, была проведена еще до назначения генерала Силкина начальником 2—го ЦНИИ МО РФ, и я уже представлял себе долгие и мучительные часы скрупулезных вопросов и объяснений, череду правок и переделок. Но к моему удивлению, Александру Тихоновичу хватило часа на изучение принесенных мной материалов, после чего без дополнительных вопросов я получил указание по изменению очередности следования некоторых графиков и диаграмм в иллюстративной части доклада. Далее последовал инструктаж на завтрашнюю поездку, касающийся сугубо организационных вопросов предстоящего мероприятия. Не веря в «свое счастье», я попытался вернуться непосредственно к докладу, спросив, правильно ли я понял, что ни моих дополнительных пояснений, ни переработки материалов не требуется. На этот вопрос генерал ответил: «Если над этими материалами работали специалисты моего института, то зачем мне их перекраивать, лучше, чем у вас, у меня все равно не получится!», своим ответом он подвел итог беседы и, поблагодарив, отпустил меня восвояси. Эти простые слова, произнесенные командиром, были и похвалой, и авансом одновременно, я понял — он доверяет своим сотрудникам и не сомневается в том, что они его не подведут.

Admin: ■ Концепции На следующее утро мы выехали в Москву. По пути беседовали по теме предстоящего доклада, обсуждали проблемные вопросы, строили планы на будущее, шутили. Время в дороге пронеслось незаметно. Так же незаметно наступил момент, когда к трибуне для доклада был приглашен наш командир. Докладывая, Александр Тихонович практически не пользовался подготовленными накануне текстовыми материалами, был точен и убедителен. Я увидел — для глубокого понимания сущности докладываемых вопросов ему с лихвой хватило тех нескольких часов, что мы «проварились в теме». Далее последовали вопросы, на которые генерал дал исчерпывающие ответы, не оставив и тени сомнения у членов научного совета в государственной важности докладываемых вопросов и ценности полученных при головной роли 2—го ЦНИИ МО РФ результатов. Об этом говорили в своих выступлениях и вице—президент Академии военных наук, заместитель председателя научного совета при Совбезе России В.В. Коробушин, и заместитель секретаря Совбеза А.М. Московский. Слушая эти слова, мы, конечно, испытывали большую гордость за наш институт. Итогом нашей совместной работы в этот день стало решение секции военной безопасности научного совета при Совете безопасности Российской Федерации, одобряющее результаты работы над соответствующим нормативно-техническим документом. Возвращаться домой нам было не стыдно: результат кропотливого труда сотен людей получил надлежащую оценку. Важность положительного решения научного совета была обусловлена тем, что оно позволяло представить СИД, детище нашего института, на утверждение в Военно—промышленную комиссию при правительстве РФ. Забегая вперед, отмечу: годом позже ВПК утвердила нормативно—технический документ под шифром «СИД по СВКН—2000», и в этом была немалая заслуга нашего командира». ■ Существенный прогресс был достигнут в совершенствовании экспериментальной и лабораторной базы института. В сентябре был аттестован Государственной метрологической службой и сертифицирован Госстандартом России эталонный радиолокационный измерительный комплекс ЭРИК—1. В ноябре этого же года состоялась аттестация Государственной метрологической службой и сертификация Госстандартом России оптического измерительного испытательного комплекса «Фотон», основные разработчики которого В.Ф. Барыбин, А.А. Вишняков, Г.Э. Межарауп, А.А. Редников, С.И. Смирнов, И.М. Хмаров, А.А. Храмичев, Б.С. Чудаков. В последующем (2001—2005 гг.) была проведена модернизация оптического измерительного испытательного комплекса «Фотон». ■ Важными работами 2001 г. стали также начало цикла работ (2001—2003), связанных с натурными измерениями оптического излучения факелов двигательных установок твердотопливных управляемых ракет для разработки системы защиты вертолетов и самолетов от ракет «воздух—воздух» и ПЗРК. Основные участники работ: А.А. Храмичев (руководитель), А.А. Белов, А.С. Вишняков, М.П. Ковальчук, А.А. Цветков, Л.Ф. Шевченко. ■ В январе 2002 г. утверждена комиссией правительства РФ по военно—промышленным вопросам в качестве межведомственного нормативно—технического документа разработанная в 2000 г. система исходных данных по силам и средствам воздушно—космического нападения иностранных государств (СИД—2000). Основные исполнители: А.Т. Силкин, О.В. Король (научный руководитель), С.И. Балакирев, В.В. Кретинин, Г.А. Лопин, С.М. Нестеров, В.А. Панин, Ю.А. Федосов, А.А. Храмичев. ■ Даже краткий перечень проводившихся в 2002 г. работ дает представление о динамичности и результативности усилий научных коллективов института при решении возложенных задач того периода. ■ Среди экспериментальных работ, выполнявшихся в 2003 г., следует отметить работу коллектива отдела, возглавляемого А.А. Храмичевым. Так, впервые в Российской Федерации были проведены измерения ИК—излучения зарубежного истребителя F—15 (участники работ: А.А. Храмичев, А.А. Белов, А.С. Вишняков, И.М. Хмаров). Этим же коллективом на базе ЛИИ им. М.М. Громова по заданию начальника Главного штаба ВВС был проведен комплекс натурных экспериментальных исследований эффективности штатных средств защиты отечественных самолетов и вертолетов от ракет переносных ЗРК. Исполнители: А.А. Храмичев, А.А. Белов, А.С. Вишняков, М.П. Ковальчук, А.А. Сущеня. ■ Признанием того, что научная школа 2—го ЦНИИ МО РФ по разработке системы исходных данных по средствам воздушно—космического нападения противника является ведущей в стране, стало присуждение ей гранта президента РФ № НШ—2361.2003.9 на поддержку молодых российских ученых и ведущих научных школ (руководитель — О.В. Король). В связи с присуждением гранта в ноябре 2003 г. в институт приехал с визитом советник президента Российской Федерации по военным вопросам генерал—лейтенант А.Г. Бурутин. ■ Среди работ с участием 2—го ЦНИИ МО РФ по обоснованию системы исходных данных наиболее значимыми в 2004—2005 гг. явились: авторская разработка коллективом сотрудников института теплового имитатора высокоточного оружия и использование его при проведении полигонных испытаний ЗРК МД. Авторский коллектив: А.А. Храмичев (руководитель), А.С. Вишняков, И.Т. Зюзьков, И.М. Хмаров; натурные измерения характеристик оптической заметности отечественных беспилотных летательных аппаратов, проведенные в рамках воздушно—огневой конференции ВВС. Исполнители: О.В. Король (руководитель), А.А. Белов, А.С. Вишняков, М.П. Ковальчук, А.А. Храмичев. ■ Подготовка квалифицированных ученых в институте в очередной раз получила признание на государственном уровне — был присужден грант президента Российской Федерации № МК—4728.2004.10 молодому кандидату наук А.И. Смирнову на продолжение исследований, научный руководитель — Г.А. Лопин. ■ С 2008 г. в целях формирования «Системы исходных данных по силам и средствам воздушно—космического нападения иностранных государств, оперативно—стратегических форм и способов их боевого применения на период до 2025 г. в интересах разработки системы исходных данных для обоснования перспектив развития отечественных систем вооружения, предназначенных для борьбы с этими средствами нападения» был выполнен значительный комплекс теоретических исследований. В 2009 г. под руководством начальника института, заслуженного деятеля науки РФ, доктора технических наук, профессора генерал—майора С.В. Ягольникова на основе обобщения данных за большой период времени (более 40 лет) был разработан крупный военно—теоретический труд «Методология исследований 2—го ЦНИИ МО РФ», включая «Методологию обоснования системы исходных данных по силам и средствам воздушно—космического нападения». ■ Выполнение этих работ осуществлялось большим коллективом исполнителей: О.В. Король, А.А. Храмичев (руководители), С.Н. Алаторцев, В.Р. Андриевский, С.И. Балакирев, В.А. Белякова, В.Б. Васильев, И.Г. Винокурова, А.С. Вишняков, А.С. Грибков, С.В. Ковалев, А.А. Комаров, М.П. Ковальчук, А.В. Колодько, Н.Ю. Комраков, С.Ю. Коростелев, В.В. Кретинин, А.А. Кузнецов, В.Г. Лаврушкин, Г.А. Лопин, О.С. Маркевич, С.М. Нестеров, В.А. Панин, А.В. Прохоров, И.А. Скородумов, П.В. Смагин, А.И. Смирнов, В.И. Соловьев, Т.В. Сыромятникова, И.А. Тягнибедин, И.М. Хмаров, А.А. Храмичев, Ю.А. Федосов, Н.В. Чижевская, Л.Ф. Шевченко, А.В. Шушков, Е.Н. Ютилов, А.А. Цветков. ■ Одновременно с этими работами были получены экспериментально—теоретические данные по оптической, акустической заметности зарубежных СВН и их отечественных аналогов, а также по характеристикам излучения бортовых РЭС СВН (руководители — С.М. Нестеров, А.А. Храмичев, исполнители — В.Р. Андриевский, В.А. Белякова, И.Г. Винокурова, А.С. Вишняков, А.С. Грибков, В.Н. Дмитриев, В.А. Золотарев, В.Ф. Казанцев, А.П. Кириллов, С.В. Ковалев, С.И. Моряков, С.Л. Носов, В.М. Олейник, А.В. Прохоров, П.Н. Скоков, И.А. Скородумов, Н.В. Чижевская, Г.П. Шляхтунов). ■ Наращивание возможностей Эталонного радиолокационного измерительного комплекса ЭРИК—1 осуществлялось на основе анализа существующих реализованных методик измерений эффективной площади рассеяния объектов и разработке предложений по их совершенствованию (ответственный исполнитель — В.В. Подъячев). ■ В 2007—2009 гг. проведена серия натурных испытаний перспективной бортовой авиационной системы защиты вертолетов и самолетов от ПЗРК. От института в испытаниях участвовали А.А. Храмичев (руководитель), А.С. Вишняков, А.А. Белов, М.П. Ковальчук, А.В. Прохоров, А.А. Цветков. ■ Кроме того, для решения задач информационного обеспечения комплексов ПРО были разработаны исходные данные, методики и программа летных испытаний лаборатории ЛЛ1А2 в части оценки эффективности предложенных технических решений бортовых информационных средств, решающих задачи ПРО. От института в работах участвовали А.А. Храмичев (руководитель), А.С. Вишняков, М.П. Ковальчук, В.Н. Сергеевич, В.И. Соловьёв, В.В. Прижилов, В.А. Прохоров, И.М. Хмаров, А.А. Цветков. ■ Достижения коллектива сотрудников научного управления обоснования СИД по СВКН для создания вооружения и военной техники ПВО (ВКО) по достоинству оценены руководством страны и Министерства обороны. В 2006, 2008, 2012 и 2014 гг. были присуждены гранты президента РФ для государственной поддержки ведущих научных школ Российской Федерации НШ—3736.2006.10 и НШ-6.2008.10, НШ—5046.2012.10, НШ—630.2014.10 для выполнения работ на тему «Теоретические и экспериментальные исследования по обоснованию системы исходных данных по основным характеристикам и способам применения авиационных и ракетных средств, воздушно—космических летательных аппаратов стран мира на заданный период прогнозирования для разработки и оценки эффективности информационных и специальных средств и систем». □ Георгий Александрович Лопин, ведущий научный сотрудник, доктор технических наук, профессор НИЦ (г. Тверь) ЦНИИ ВВКО Минобороны России □ ■ Опубликовано 11 декабря в выпуске № 6 от 2014 года

Admin: ■ 04 января 2015 года | Владимир Тучков«Воздух—1»: глаза, уши и длинные руки ПВОКак создавалась первая в стране система наведения на цель перехватчиков ■ Фото: Виталий Арутюнов/ РИА Новости 04 января 1960 года начались войсковые испытания первой в Советском Союзе системы наведения на цель истребителей—перехватчиков «Воздух—1». Первоначально она использовалась на реактивном истребителе Су—9. Система позволила существенно повысить эффективность сил ПВО страны. □ Противоядие против американских шпионов □ ■ В середине 50—х годов в стране в обстановке строжайшей секретности полным ходом создавался ракетно—ядерный щит. В 1956 году, когда затевалось строительство космодрома «Байконур», у американцев появился самолет-разведчик U—2, обладавший столь высокими характеристиками, что с ним не в состоянии были справиться существовавшие на тот момент средства ПВО. Он мог 6,5 часа парить на высоте 21500 метров. И при этом пилот мог периодически отключать двигатель, поскольку самолет обладал уникальной аэродинамикой планера. Все наши строжайшие секреты могли быть раскрыты американцами без особого труда. ■ Для борьбы с U—2 был «назначен» перехватчик Т—3 — прототип самолета Су—9, разрабатывавшийся тогда в ОКБ Сухого. Когда до производства прототипа оставалось совсем немного времени, от ОКБ потребовали в кратчайшие сроки поднять потолок истребителя до 21000 метров. Это задание было перевыполнено за счет отказа от второстепенных систем, что снизило вес машины. С самолета сняли даже пушку. Несмотря на то, что в ЛТХ Су—9 указана цифра 20000 м, он неоднократно поднимался выше 26 км, а на 23 километрах мог совершать длительный горизонтальный полет. ■ Перехватчик вооружили шестью ракетами «воздух—воздух» К—5МС разработки КБ—455 (ныне корпорация «Тактическое ракетное вооружение»). А в 1958 году постановлением Совета министров СССР предписали создать на базе Су—9 комплекс перехвата. В него предполагалось включить наземную систему наведения и управления «Воздух—1», связанную с бортами самолетов—перехватчиков. ■ Такое решение значительно увеличивало боевые возможности истребителя. «Воздух—1» представлял собой сеть наземных РЛС (ее называли «Паутиной»), данные от которых поступали в центр наведения. Аналоговая ЭВМ «Каскад» вычисляла координаты целей и, соотнеся их с положением самолета—перехватчика, передавала на борт с помощью радиолинии управления «Лазурь—М» информацию о необходимых для успешного перехвата маневрах (заданный курс, команды целеуказания, включения форсажа, включения РЛС, пуска ракет, отворота от цели и т.д.). Су—9, приблизившись к цели на расстояние до 8 км, захватывал ее своей РЛС и поражал ракетами, наводящимися по радиолучу. Цель атаковывалась в заднюю полусферу на высоте, равной высоте перехватчика, поэтому максимальной высотой перехватываемой цели мог быть практический потолок истребителя, составляющий 20 тыс. м. ■ Система наведения ракеты действовала следующим образом. После обнаружения цели бортовой РЛС пилоту необходимо было, управляя самолетом, вывести ее отметку в центр экрана радара, то есть совместить продольную ось самолета с направлением на цель. После чего станция переводилась в режим захвата. При приближении на расстояние от 8 километров и меньше производился пуск ракеты. До момента поражения необходимо было сохранять направление на цель, удерживая ее в зоне облучения. ■ Ракета К—5МС была выполнена по аэродинамической схеме «утка», сопла двигателя выходили в стороны, поскольку в хвостовой части ракеты монтировалась аппаратура системы наведения. Ракета имела осколочно—фугасную БЧ массой 13 кг и неконтактный радиовзрыватель. Для подвески и пуска ракет на крыле перехватчика монтировались 4 несъемных пилона с пусковыми устройствами. □ Тихоходы самые опасные □ ■ Работа перехватчика по различным целям имела свои особенности. Несложно было поражать цели, имеющие околозвуковую скорость на средних высотах. С этой задачей справлялись даже пилоты средней квалификации. Не представляла особой проблемы и встреча со сверхзвуковым самолетом. В этом случае при наведении Су—9 на цель использовался способ стрельбы на отставание. Перехватчик выводился в упрежденную точку по курсу цели немного впереди и ниже нее. И пускал ракеты, когда цель обгоняла его. ■ Гораздо сложнее было с низкоскоростными целями на большой высоте. Потому что при значительном расхождении скоростей цели и перехватчика у пилота оставалось очень мало времени на то, чтобы произвести необходимые действия: Су—9 мгновенно настигал ее и вырывался вперед. В то же время сильно «тормозить» на высоте в 20 км было невозможно, поскольку самолет «проваливался» вниз. На этой высоте, в отличие от тихоходного американского разведчика U—2, имея не столь высокое аэродинамическое качество, Су—9 мог держаться только на скорости 1,7М. ■ Система «Воздух—1» значительно повысила эффективность перехвата, за счет того, что пилот получал от КП точную информацию относительно режимов полета, учитывающую упреждение, маневры цели и прочие летные обстоятельства. ■ Во время испытаний КП с наземной аппаратурой «Воздух—1» находился на расстоянии в 320 километров от аэродрома. В то же время система имела следующие характеристики по дальности действия. Съем, передача и отображение воздушной обстановки для радиолокационной роты происходит в радиусе от 150 км до 300 км, для батальона — от 300 км до 600 км, для КП соединения ПВО — от 600 км до 1200 км. Высоты целей передаются в пределах от 0 до 31750 м с дискретностью 250 м. ■ Следующим этапом внедрения в войсках систем наведения стала мобильная система «Воздух—1п». А через некоторое время появились и воздушные КП, устанавливаемые на самолетах ДРЛО. □ Стрельба по воздушным шарикам □ ■ Войсковые испытания системы «Воздух—1» начались 04 января 1960 года. Они прошли успешно, и по их результатам система начала массово внедряться в строевые части ПВО. А до того были проведены государственные испытания. Принимавший в них участие в качестве пилота—испытателя Степан Анастасович Микоян (сын наркома торговли и племянник авиаконструктора Микояна) вспоминал о них, как об очень грандиозном мероприятии. «Бригада по испытаниям комплекса перехвата значительно превышала по количеству специалистов обычную бригаду по испытаниям какого—либо опытного самолета, — писал Степан Анастасович в своей книге «Мы — дети войны». — Она включала в себя более ста инженеров и техников из нашего Управления и других подразделений Института (НИИ ВВС). Руководитель бригады фактически руководил также и работой участвовавших в испытаниях представителей промышленности». И представителей КБ, участвовавших в создании системы, также было не менее сотни. ■ В бригаду пилотов—испытателей были включены 7 человек, среди которых был будущий космонавт Георгий Тимофеевич Берговой. ■ В качестве мишеней для условных пусков ракет были использованы два самолета — Ту—16 и Як—25РВ. Туполевский самолет был способен подниматься лишь до высоты 12500 метров. А яковлевский добирался до необходимых 20 тысяч за счет того, что на базовой модели Як—25 стреловидное крыло заменили на прямое большой площади и сняли практически всю аппаратуру. ■ После условных пусков ракет перешли к реальной стрельбе. Для расстрела использовали воздушные шары, поднимавшиеся до высоты 20 километров. Эту самую сложную работу выполнял Береговой. И не только сложную, но и опасную. Дело в том, что в Советском Союзе впервые проводились испытания самолета на скорости более 2000 км/час. С двигателем на предельной высоте и скорости несколько раз происходил помпаж, когда до его разрушения оставались считанные секунды. И лишь хладнокровие и мгновенная реакция пилота спасала и его, и самолет. А однажды заклинило ручку управления. В такой ситуации Береговому следовало покинуть самолет. Однако он, как пишет С.А. Микоян, несколько раз «с нечеловеческой силой» рвал ручку на себя, и в итоге выбил застрявший болт. За спасение самолета Берегового наградили кинокамерой. □ Тактико—технические характеристики ракеты Р—5МС (РС—2УС) □ Принятие на вооружение — 1960 год Длина — 2,5 м Диаметр — 200 мм Размах крыла — 0,654 м Стартовая масса — 82,7 кг Скорость — 800 км/ч Дальность – 8 км Зона поражения по высоте — от 2,5 км до 20,5 км Боевая часть — 13 кг Тяга РДТТ — 1340 кгс Время управляемого полета — 12 с.

Admin: ■ 18 декабря 2014 г. | Выпуск № 236Главком ПВО Павел Батицкий«Срочно прибыть на остров Кумбыш!» □ ■ Поздно вечером раздался звонок по телефону ЗАС. Голос оперативного дежурного нашей 10—й отдельной армии ПВО страны был встревожен, говорил он со мной так торопливо и беспокойно, будто произошло нарушение воздушной границы и необходимо немедленно поднять на перехват дежурную пару истребителей. □ □ Главнокомандующий Войсками ПВО страны — заместитель министра обороны СССР Маршал Советского Союза Павел Федорович Батицкий □ — Завтра в десять ноль—ноль вы и командир дивизии должны быть в зенитном ракетном дивизионе на острове Кумбыш! Немедленно доложите об этом командиру! ■ Доложить было невозможно: комдив в этот час находился в дороге — возвращался из авиационного гарнизона. ■ В должности я находился чуть более трех месяцев и поэтому многого еще не знал. Поспешил с новостью к начальнику штаба полковнику Вячеславу Городецкому. После короткой паузы тот возмутился: — У нас же нет катера! Чтобы добраться до острова, надо просить его у директора завода в Северодвинске!.. ■ Зенитная ракетная бригада дивизии прикрывала в этом городе крупное предприятие по строительству подводных лодок с атомными реакторами. Только они могли нам помочь в этой ситуации. □ ■ Генерал—майор авиации в отставке Анатолий Сульянов □ ■ Через четверть часа Городецкий зашел ко мне довольный и улыбающийся: — Все в порядке! Будет катер. К шести ноль—ноль. Но это же, согласитесь, ненормально, когда руководство дивизии и бригады не имеет штатного плавсредства, чтобы добраться до подчиненных батальонов и дивизионов, оказать должное внимание личному составу, проверить боевую готовность! ■ Наутро в 09.45 командование дивизии и бригады стояло на острове в строю. Мы были озадачены: цель экстренного сбор по—прежнему не была нам известна. Скорее всего, летит командование армии ПВО. Но почему же такая секретность? Почему такой неожиданный сбор? Может, хотят поднять бригаду ПВО по тревоге и направить несколько ее подразделений на южный полигон для внезапной проверки с пусками боевых ракет? ■ Наконец послышался шум приближающегося вертолета. Он шел низко. Густая, темная облачность прижимала машину к земле. Медленно снизился, совершил посадку. □ ■ Так мы добирались на остров Кумбыш □ ■ Кто ж появится в бортовом люке первым? Командарм? Начальник штаба? Член военного совета? ■ И вдруг… Мы похолодели: по лесенке тяжело спускался… главнокомандующий Войсками ПВО страны генерал армии П.Ф. Батицкий! ■ За ним появились командующий 10—й отдельной армией ПВО страны генерал—лейтенант Ф.М. Бондаренко, член военного совета, начальник политотдела генерал Г.И. Волошко. Состав прилетевшей группы — на высочайшем уровне! ■ Прилетевшие подошли к нашей группе. Разумеется, мы затаили дыхание, понимая, что случилось что—то чрезвычайное. И приготовились к самому худшему… — Чем вы тут занимаетесь? — зло и громко спросил Батицкий. — Никакого порядка у вас нет! Ни черта не знаете, что под носом делается, спите и жрете государственный хлеб! Распущенность, бездействие! Брандахлысты! Вокруг вас, у вас под носом творится дурь! А вы — спите и ни черта не видите, не знаете, что происходит с подчиненными, что они вытворяют! Они накормлены, одеты, обуты. Но им этого мало! Порядка в подразделениях нет! Бардак настоящий у вас! □ ■ Только вертолетом можно долететь... □ ■ Лицо Батицкого покрывалось розовато—красными пятнами от бушующего в душе ожесточения и гнева. ■ Так что же у нас стряслось? Почему так неистовствует главком? Что побудило его примчаться из Москвы на остров в Белом море? ■ Начал накрапывать, потом полил дождь. Но генерал армии Батицкий совершенно не обращал на него никакого внимания. —и ваши подчиненные — потеряли совесть! Они у вас — как настоящие жеребцы! Вы же взрослые люди, а вместе с вами и они, еще не готовые принять на себя служебные обязанности и моральную ответственность. Вы же — старшие для них, опытные люди, помогать надо молодежи!.. ■ Дождь уже лил как из ведра. Мы стояли не шелохнувшись, в полном неведении — за что разнос. □ ■ Остров Колгуев во время полярной ночи □ ■ Постепенно генерал Батицкий понемногу успокоился, поубавил тон. Но держал нас пятерых (двоих из штаба дивизии и троих из штаба зенитной ракетной бригады ПВО) в напряжении долго. Я ощущал себя как нашкодивший школьник. Словно это я лично совершил тяжелый поступок. А каково было командиру нашей дивизии! Он уже побывал на военном совете, где был предложен на должность заместителя командующего армией. У комдива сейчас был потухший, обреченный взгляд… — Вы не руководители, а толпа! А у толпы нет ответственности. Вы все будете наказаны! Так работать нельзя и даже преступно! В дивизионах словно нет командиров и других наставников, которые бы чувствовали свои обязанности и ответственность за несение службы. Дежурные силы должны быть воспитаны с особой ответственностью каждого из вас — вы охраняете огромное предприятие по созданию атомных подводных лодок! Бессовестные вы люди! Вы не справились со своей повседневной ответственностью за боевое дежурство, ибо оно обязывает каждого из вас работать намного лучше, чем вы сегодня делаете! На охраняемые вами позиции могут свободно пройти гражданские люди… ■ Дождь усиливался, разгулялся ветер. Вода уже потоками стекала по шеям за воротники. Но главком распекал и распекал нас — без устали. Я уже знал, что виноват, как виноваты и все пятеро стоявших рядом, но — не знал за что… ■ Изредка я бросал короткий взгляд на стоявших позади главкома командующего армией генералов Бондаренко и члена военного совета, начальника политического отдела Волошко. Они тоже вымокли и тоже стояли, как и мы, вытянувшись в струнку. ■ Краем глаза заметил, что в нашу сторону начала медленно двигаться небольшая группа женщин в плащах и плащнакидках. Они, похоже, хотели обратиться к большому московскому начальнику со своими вопросами. ■ С появлением жен офицеров и сержантов—сверхсрочников я разволновался еще больше. Ничего хорошего от встречи женщин с Батицким ожидать не приходилось. — А это что за явление? — громко, угрожающе спросил главком, глянув на командарма и члена военного совета. — Чего они хотят? Кто организовал это шествие? ■ Генералы молчали, ибо заранее никто из нас не знал о неожиданном прилете высокого московского начальника. И никто, конечно же, не организовывал этот сбор и шествие женщин. Они собрались стихийно. — Товарищ генерал! Мы просим вас выслушать нас, женщин. Мы… — У меня нет времени! — резко ответил П. Батицкий. — Я не могу выслушать вас. Через час мне надо вылетать в Москву, — Батицкий отвернулся, давая понять, что разговор окончен. ■ Но женщины уже почти кричали: — Вы депутат в Москве, и мы обращаемся к вам как к депутату! Мы с детьми живем в старом доме… У нас здесь нет ни школы, ни детского сада… Нам нечем кормить и детей, и мужчин — на остров не всегда доставляются необходимые продукты питания… Помогите нам! □ □ ■ Батицкий демонстративно отвернулся и тяжело зашагал к вертолету. За ним поспешили генералы Бондаренко и Волошко. □ Любовь в кабине управления зенитно—ракетного дивизиона □ ■ Только после отлета вертолета мы стали под навес и, сняв мокрые кители и гимнастерки, перевели дух. ■ Что же случилось? Почему в такой ярости пребывал прилетевший на край света главком? ■ А случилось, оказывается, вот что. …Накануне вечером командир зенитно—ракетного дивизиона С—75 вышел из дома в туалет. Неожиданно подполковник заметил тоненький пучок света, выбивающийся из кабины управления. Но там в этот час никого не должно было быть! Озадаченный, он поспешил открыть дверь и ахнул: на полу лежали двое — сержант и молодая женщина из метеопоста… ■ Нужна ли им была для любовного акта малюсенькая лампочка на потолке кабины? Нужно ли было старшему офицеру вмешиваться в любовный процесс? Но что случилось, то случилось. Двое любящих друг друга молодых людей (впоследствии поженившихся) уединились в кабине управления и не закрыли за собою дверь. Окончивший военную академию с отличием, командир дивизиона, подполковник, не нашел ничего лучшего, как устроить разнос на месте — начал браниться, грозить сержанту военным трибуналом, обзывать молодую женщину грязными словами. Словом, командир не проявил житейскую мудрость… ■ Уходя, сержант решил отомстить командиру — ударами отвертки пропорол тонкие стенки аппаратуры двух блоков… □ □ ■ Позже, при последовавшем разбирательстве случившегося, инженер ракетной бригады высказал свое мнение: — Заменить два блока из НЗ (неприкосновенного запаса) — и все дела… ■ В дивизии же имелся трехкомплектный запас блоков: заменить поврежденные новыми можно было за четверть часа. ■ Эх, как часто людям не хватает мудрости!.. ■ Сержанта осудил военный трибунал, определил срок наказания и отправил его в дисциплинарный батальон. □ Внеочередной военный совет □ ■ Но все это будет потом. А рано утром следующего дня мы с комдивом генералом К. прибыли на аэродром Талаги, где стоял готовый к вылету Ту—134. Нас вызвали в Москву на внеочередной военный совет Войск ПВО страны. ■ Вскоре приехали командарм и член военного совета. Поздоровались с нами холодно. Молча поднялись в самолет и опустились в свои кресла. ■ Мы с командиром дивизии прошли ближе к хвостовому отсеку, сели на алюминиевую скамью. ■ После вчерашнего потрясения все были отчуждены. За все время полета до Москвы никто не проронил ни слова. □ «Командира дивизии — снять!» □ …Москва, внеочередное заседание военного совета Войск ПВО страны. Здесь, в Москве, обсуждали и решали стратегические проблемы вида Вооруженных Сил Советского Союза, проблемы боеготовности войск, воинской дисциплины, создания и испытания новых образцов вооружения. Здесь решались и человеческие судьбы. □ □ ■ Я оказался на таком мероприятии впервые в жизни. К тому же мне необходимо было выступать с докладом о причинах тяжелого происшествия. Тягостные были у меня минуты… ■ Как же главком узнал о ЧП на острове раньше комдива, командарма? ■ Как оказалось — по линии спецслужб. О факте грубого нарушения порядка службы на острове Кумбыш, охраны боевой техники, морального падения в коллективе особисты, не проинформировав командование дивизии, доложили своему руководству в Ленинграде и в тот же день — в Комитет государственной безопасности СССР, лично Ю. Андропову. Последний сообщил о случившемся министру обороны Маршалу Советского Союза Андрею Гречко. Все было обставлено так, что нарушена системы боеготовности дежурных сил и средств в Войсках противовоздушной обороны страны! Хотя дивизион в тот день не нес боевое дежурство — находился в резерве. ■ Маршал СССР А. Гречко позвонил главкому ПВО генералу армии П. Батицкому: — Павел Федорович, у вас случилось тяжелое происшествие при несении боевого дежурства. Это никуда не годится! Вам следует лично разобраться на месте, вернуться и доложить министру обороны и ЦК КПСС. Дело принимает серьезный оборот. — Я, товарищ министр обороны, без промедления вылетаю, буду на месте, где произошло ЧП и по возвращении в Москву немедленно доложу. …Началось заседании военного совета Войск ПВО страны. Генерал армии П. Батицкий кратко сообщил о происшествии в зенитно—ракетном дивизионе, затем призвал на трибуну командира нашего соединения: — Семь минут вам для доклада! ■ К. сильно волновался, говорил сбивчиво, старался делать крен на многолетний опыт службы без нарушений и упущений при несении боевого дежурства в зенитных и радиотехнических войсках, в авиационных полках и эскадрильях. ■ Главком дважды перебивал его, требовал доклада о случившемся на острове по существу. — Вы необъективны! Какие еще успехи? ■ Командир дивизии не смог доложить того, что хотел главком, а именно — о грубом нарушении порядка в зенитных ракетных дивизионах, о распущенности, моральном падении сержанта. — Вы не способны доложить военному совету о тяжести случившегося! Садитесь! ■ Настал мой черед подниматься на трибуну. Я был подавлен, ощущал свою неготовность к докладу. Хотя накануне допоздна сидел за рабочим столом, отрабатывая возможные варианты выступления. — Товарищ главнокомандующий, товарищи члены военного совета! Части и подразделения дивизии базируются на побережье Белого моря и Ледовитого океана, несут боевое дежурство круглосуточно, ежечасно и ежеминутно без нарушений. Командование дивизии, партийные и комсомольские организации, политический отдел работают напряженно, стараются в воспитательной работе охватить весь личный состав, каждого военнослужащего своим политическим и воспитательным влиянием. В дивизии нет ни одного случая нарушения закона и правил боевого дежурства! К сожалению, нам не удалось решить до конца проблему воинской дисциплины и дойти до каждого военнослужащего. Мы не смогли так построить свою воспитательную работу, чтобы каждый военнослужащий чувствовал личную ответственность. Зачастую мы не имеем возможности оказывать постоянное внимание и воздействие на военнослужащих островного и отдаленного базирования. Причина — отсутствие транспортных средств и в связи с этим устойчивого воздействия на каждого военнослужащего в отдаленных ротах и батальонах островного базирования. У нас нет по штату ни катеров, ни вертолетов, ни дорог, ни телефонной связи. Остается только одна радиосвязь и только в кодированном режиме. На территории базирования нет устойчивых, круглогодично действующих дорог. Соединения и части дивизии по территории равны территории Франции, но во Франции более сорока тысяч километров автомобильных дорог, а на территории дислокации дивизии — всего около ста километров шоссейных дорог… — Ты чего, Сульянов, несешь? — прервал меня главком. — Причем здесь Франция? Причем здесь дороги? Говори о деле, о безобразиях, которые творятся в вашей дивизии! Бардак у вас в дивизионах и ротах! Надо уметь управлять, воздействовать на каждого военнослужащего, как этого требует министр обороны. На каждого! Руководители вашей дивизии и вы, Сульянов, в должности заместителя командира дивизии по политчасти окончили академии или высшие военные училища, и вы все должны сами думать, предпринимать необходимые меры, чтобы упреждать правонарушения. Да, не хватает дорог, мы это понимаем, но надо использовать все возможности для воздействия на каждого солдата, каждого сержанта. Мы, Сульянов, не можем построить дороги и оборудовать телефонную связь. — Недавно на острове Колгуев в Баренцевом море жена командира роты не смогла разродиться, могла погибнуть, мы… — Хватит о всяких островных делах! Отвечайте, почему в дивизии происходят безобразия и распущенность? Почему бездействует руководство дивизии по предотвращению безобразий, грубого нарушения воинской дисциплины?! Я, опустошенный разносом, молчал. □ «Вам присвоено звание Маршала Советского Союза!» □ — Вы с командиром дивизии способны навести порядок в дивизии — в полках, в батальонах и ротах? Доложите: можете ли вы лично организовать целенаправленный учебный воспитательный процесс? У вас люди брошены на произвол! Мы слушаем вас, Сульянов! — Товарищ главнокомандующий, коллективы управления дивизии, бригад и полков способны трудиться в полную силу, изменить стиль работы — сделать его более целеустремленным и эффективно действующим. Мы… ■ В боковую дверь бесшумно бочком вошел адъютант главкома полковник Александр Щукин. Он наклонился к Батицкому и положил перед ним лист бумаги. Мне с высокой трибуны был хорошо виден текст, написанный крупными буквами, — прилюдно Батицкий не надевал очки. «Павел Федорович, Вам присвоено звание Маршал Советского Союза. Поздравляем Вас!» ■ Батицкий поднялся и, не меняя выражения лица, произнес: — Мне присвоено звание Маршал Советского Союза. Но я от своего решения не отступлюсь: кого надо с должности снять — сниму! — и Батицкий тяжело посмотрел на меня, на командира дивизии. ■ И в ту же минуту начальник политического управления Войск ПВО страны генерал—полковник Халипов Иван Федорович придвинул к главкому еще одну записку: «Павел Федорович! Сульянова снимать нельзя — он в должности всего три месяца. Х.». ■ Я хотел было продолжить выступление, но Батицкий бросил: — Садитесь, Сульянов! Командир дивизии с заместителем можете пока побыть в приемной. Генерал Волошко, доложите состояние воспитательной работы и дисциплины в войсках армии. ■ Мы с командиром дивизии вышли из зала и встали рядом за дверью в ожидании вызова. Настроение у нас было подавленное. Мы, разумеется, понимали всю личную ответственность за состояние дисциплины, за четкое несение боевого дежурства, за случившееся ЧП в зенитном ракетном дивизионе, где вчера главнокомандующий Войсками ПВО страны сурово и справедливо подверг резкой критике и командование дивизии и зенитной ракетной бригады. Мы заслуженно получили от главкома тяжелый воспитательный урок. Для меня же это был первый в жизни урок, усугубленный своеобразными обстоятельствами, первое нравоучение высочайшего уровня — из уст главнокомандующего Войсками ПВО. ■ Из зальчика военного совета вышел раскрасневшийся генерал Волошко. Он молча налил из графина полный стакан воды, залпом выпил, налил еще стакан и тут же осушил и его… ■ После недолгой паузы полковник Щукин пригласил нас четверых для заслушивания постановления военного совета Войск ПВО страны и приказа главнокомандующего. Командир дивизии генерал К. был снят с должности. — А вы, Сульянов, строго предупреждены — делайте серьезные выводы. Вы недавно назначены на эту высокую должность, и трудиться вам надо до пота полные сутки. Армейские начальники тоже серьезно предупреждены… ■ Строгая требовательность высшего руководства Войсками ПВО страны оказала влияние на все годы моей службы: высокая требовательность, постоянное ощущение ответственности за состояние дел в дивизии как в вопросах боеготовности, так и в состоянии морально-нравственной ответственности за воспитательную работу. Мне всегда было мучительно стыдно за случившиеся провалы в дисциплине, за низкий уровень самостоятельного мышления батальонных и полковых начальников, грубейшие — бывало! — нравственные нарушения старшего офицерского состава. …И все—таки как же я возненавидел в тот день главкома!.. Пройдет много лет, прежде чем изменится мое отношение к нему. □ Что случилось на острове Колгуев □ …За месяц до ЧП в зенитно—ракетном дивизионе в политотдел дивизии пришла срочная кодограмма из радиолокационного батальона. расположенного на острове Колгуев в Белом море: «Просим срочно оказать помощь роженице, жене командира роты. Третьи сутки в поселке Бугрино женщина не может разродиться». ■ Но чем мог помочь наш политотдел? Обращаюсь в политотдел армии. — Решайте сами с руководством авиации, — ответили мне. ■ Позвонил дежурному в отдел авиации, рассказал о случившемся на острове Колгуев. — Решение на срочный, без предварительных заявок подъем вертолетов осуществляется по решению начальника авиации армии, — ответил дежурный. — Соедините меня с начальником авиации. — Он в Килп—Явре (Мурманская область. — Авт.). ■ Дозвонился до дежурного Килп—Явра. Тот ответил: — Начальник авиации только что взлетел на перехват. ■ Что же делать, черт возьми? Хоть криком кричи. Пока я искал начальника авиации, пришла еще одна кодограмма: «Положение роженицы ухудшилось. Фельдшер ничем не может помочь». ■ Что же делать, что же делать?! Тогда я еще не знал, куда следует обращаться в подобной ситуации… ■ Хожу по коридору в поисках решения путей спасения роженицы. Мучаю себя вопросами: «Что ж делать? К кому мне обратиться?» ■ Решил позвонить своему начальнику политотдела армии генералу Волошко. Тот холодно ответил: — Товарищ Сульянов! Вы ошиблись. Здесь не диспетчер по перелетам! Здесь телефон члена военного совета армии. ■ Такой ответ добил меня… ■ Мечусь по скрипучим доскам коридора управления дивизии, накручивая себя проклятым вопросом. ■ Когда человек сильно хочет помочь людям, то ему словно кто—то свыше помогает или же подсказывает. Поскольку командир дивизии в войсках, решаю зайти к начальнику штаба полковнику Городецкому, посоветоваться с ним. — Всеволод Николаевич, прошу вашей помощи! Городецкий выслушал меня и обрадовал: — По срочному вызову самолетов авиации мы имеем с вами право срочного заказа в областном отряде гражданской авиации. Я обрадовался так, как никогда ранее в жизни ничему не радовался! ■ Через десять минут после просьбы и официальной заявки Ан—2 гражданской авиации был в воздухе с курсом на остров Колгуев. А еще через час с хвостиком Ан—2 поднялся в воздух с роженицей. ■ К слову. В Энциклопедическом словаре 1982 года о тех местах есть всего три строки: «Колгуев. Остров в юго—восточной части Баренцева моря (СССР). 5,2 тыс. кв. км. Высота до 176 м. Тундра. Населенный пункт — Бугрино». ■ С помощником Толей Толстых и старшим врачом помчались в Архангельск на аэродром. Через час с четвертью встретили Ан—2, помогли перенести в машину бледную, в слезах и со страдальческим лицом роженицу. А чуть позже дежурный врач областной больницы с радостью сообщил нам: «Все разрешилось. Родился мальчик!». ■ Это только один эпизод из жизни заместителя командира дивизии по политчасти в условиях дислокации воинских частей на территории северного прибрежного базирования Ледовитого океана… ■ Продолжение следует. □ ■ Автор — Анатолий Сульянов, генерал—майор авиации ■ Отредактировано 29.05.2016 — Admin

Admin: ■ 15—01—2015| Выпуск № 4Главком ПВО Павел Батицкий□ Командующий войсками Московского округа ПВО □ ■ В 1954 году Московский район ПВО был преобразован в Московский округ ПВО. Его войсками Павел Федорович командовал одиннадцать лет. ■ Павел Батицкий, хорошо знавший основы руководства войсками, внимание свое направил на воспитание у руководителей полков, дивизий, штабов, командиров всех степеней чувства ответственности за подготовку и несение боевого дежурства каждым специалистом. — Войска ПВО — войска постоянной боевой готовности; здесь велика ответственность каждого офицера, сержанта, солдата, ибо все они отвечают за исправность каждого блока, каждой секции, каждого прибора, каждого изделия, — требовал командующий, находясь в подразделении или в части. ■ Батицкий заострял внимание на надежности расчетов, несущих боевое дежурство. Он подолгу беседовал с людьми, требовал от командиров полков в первую очередь уметь работать без суеты и спешки. ■ Особое внимание Батицкий уделял истребительным авиаполкам. Он терпеливо выслушивал командиров частей и эскадрилий, глубоко вникал в ход освоения летным составом техники, полетов в сложных метеорологических условиях и ночью, воздушными стрельбами из бортовых пушек МиГ—17, перехватчиками Як—25 и сверхзвуковыми истребителями МиГ—19. Вскоре он хорошо знал лучших летчиков, участников Великой Отечественной войны — дважды Героя Советского Союза В. Лавриненко, трижды Героя Советского Союза Александра Покрышкина и многих других. ■ Руководить таким воинским коллективом, как Московский округ ПВО было очень трудно — надо было упрочить, расширить познания военного дела военачальниками, укрепить воинскую дисциплину, освоить в войсках новую боевую технику и вооружение. Но генерал Батицкий был подготовлен к работе в новой должности многолетней службой, исполнением своих служебных обязанностей на предыдущих должностях, а также перенимал опыт других военачальников. Павел Федорович с большим вниманием относился к советам и рекомендациям руководителей Министерства обороны, командующих общевойсковыми округами, главнокомандующих видами Вооруженных Сил. ■ Постепенно Батицкий приобрел опыт боевого управления всеми видами и родами войск. Он мысленно создавал новое в боевом управлении разными видами и родами соединений. □ Новая боевая техника □ ■ Новые заботы пришли с поступлением на вооружение зенитных ракетных комплексов. Надо было в короткий срок переучить тысячи солдат, сержантов, офицеров и генералов на систему С—25, а вскоре — и С—75. ■ П.Ф. Батицкий часто встречался, беседовал с учеными, конструкторами, тружениками промышленных предприятий. ■ Генеральному конструктору Артему Ивановичу Микояну он говорил: — Артем Иванович! Авиации ПВО страны нужен перехватчик со скоростью в 3.000 км/час! Высотный! С бортовыми ракетами дальнего боя. В США выпущены высотные А—11 и дальний разведчик SR—71. Нам, Артем Иванович, нужно пресекать полеты американских разведчиков — в стране идет строительство позиций стратегических ракет. ■ И в короткий срок такой истребитель был создан. Заслуженный летчик—испытатель Герой Советского Союза Александр Федотов (в пятидесятые годы, я был летчиком—инструктором и учил курсанта Сашу Федотова полетам на легкомоторном самолете Як—18!) поднял в воздух новый истребитель-перехватчик МиГ—25П. Чуть позже установил на нем с П. Остапенко несколько мировых рекордов высоты, скорости, скороподъемности. Была также испытана новейшая пилотажно—навигационная радиолокационная система «Полет», в составе которой четыре управляемые ракеты класса «воздух—воздух» Р—40 с тепловыми и радиолокационными головками. ■ Батицкий с первого полета МиГ—25П отслеживал и испытания, и строительство новых всепогодных перехватчиков, освоение их военными летчиками. ■ К слову авиаполк в Барановичах одним из первых начал перевооружение на новый перехватчик. Переучивание на МиГ—25П было под постоянным вниманием главкома, руководство 2—й отдельной армии ПВО страны регулярно подвергалось его контролю с докладами о состоянии освоения летным составом авиаполка. ■ Когда началось переучивание на новый самолет относительно молодых летчиков, командование полка, корпуса и армии ослабило контроль за этим процессом. ■ Командир эскадрильи, похоже, переоценил уровень переучивания летчика — торопились побыстрее, как требовало высокое начальство, освоить новую машину. ■ Во время полета на МиГе, которым управлял заместитель командира эскадрильи капитан Ким Шаткин, отказало управление. «Капитан Шаткин, — вспоминал генерал—майор авиации Владимир Дьяченко, — доложил руководителю полетов о случившемся, принял необходимое положение тела для катапультирования и нажал на рычаги катапультного устройства. Катапульта выбросила летчика из кабины, автоматика раскрыла парашют. Ким Шаткин осмотрел купол раскрытого парашюта, унял дыхание и волнение и приготовился к встрече с землей — задержал дыхание, напружинил ноги и все тело к встрече с поверхностью земли. Удар о землю оказался грубым и сильным, натренированное тело выдержало последнее из выпавших в тот день на долю летчика испытание». ■ После сбора обломков разбившегося перехватчика были предприняты попытки обвинить в аварии летчика. Немало дней изучались все гидравлические системы самолета. В конце концов комиссия пришла к выводу об отказе гидравлической системы управления по причине некачественного ремонта гидравлики ремонтным предприятием. Действия летчика Шаткина были правильными и своевременными. МиГ—25П какое—то время летел с небольшим снижением, потом перешел в пикирование, ударился о землю… ■ Павел Фёдорович Батицкий обрушился в гневе на командующего армии ПВО, тот — на командира корпуса ПВО, последний — на командование полка. — Дорогущий самолет МиГ—25 разбили! Люди старались, строили, на борту новейшая дорогущая система обнаружения цели, современные ракеты, а вы… слабаки! — Батицкий долго стыдил командующих и командиров полка, требуя строжайшего контроля за подготовкой летчика и самолета к полетам, четкости и трудолюбия каждого, кто готовил к вылетам Миг—25П. □ «Жукова унизили и издевались над ним…» □ ■ Недооценка руководящей роли партии на октябрьском пленуме ЦК, приписанная маршалу Жукову, по существу, не соответствовала истине и выступала как обычная придирка. Была критика и в адрес командующего округом ПВО Батицкого, но критика достоверная и справедливая. — Я знаю, что и у меня случаются ошибки. Я не всегда ровен во взаимоотношениях с подчиненными. Иногда подолгу распекал тех, кто разваливал ход боевой учебы, допускал послабления при несении боевого дежурства. Гневался на безответственных и бессовестных начальников, по чьей вине нарушался воинский порядок, вяло велась борьба с лентяями и разгильдяями. Да, я чрезмерно был требователен к нарушителям! Но спрос за дело в интересах службы буду и впредь предъявлять самый строгий… ■ Батицкий часто вспоминал Г.К. Жукова. Он считал, что критика, освобождение Георгия Жукова от должности министра обороны были необоснованными — все четыре года Великой Отечественной войны Георгий Константинович смело принимал важные стратегические решения, помогал организовывать боевые действия в Сталинградской битве, во время сражений под Орлом и Курском, в Белорусской наступательной операции, организуя взятие Берлина… ■ Временами Павел Фёдорович допускал резкие выражения, стыдил виновных, иногда распекал, иногда — принимал и унижал отдельных руководителей… Он считал, что основная в войсках ПВО страны должность — командир полка. От него зависят все неотложные решения, ему ежедневно и ежечасно приходится принимать ответственные решения, связанные с организацией боевого дежурства, боеготовности полка, особенно в авиации, когда командир принимает решение на полеты — быть или не быть по метеорологическим условиям, самому вылетать на разведку погоды, а в случае ее усложнения решать вместе с командирами эскадрилий — кого из летчиков можно выпускать в воздух, а кого оставить на земле. ■ Мне посчастливилось несколько лет служить с командиром 641—го гвардейского (во время войны — 63—го гвардейского) полка полковником Алексеем Иннокентьевичем Соколовым, человеком мудрым, мужественным, требовательным и одновременно добрым. Его уважали и любили подчиненные. Он был потрясающе обаятельным и заботливым. До службы в нашем 641—м авиаполку Алексей Иннокентьевич был командиром полка на Новой Земле, когда там испытывали ядерные бомбы, в том числе и водородное оружие… □ …Одиннадцать лет генерал П. Батицкий служил командующим войсками огромного Московского округа ПВО. И за все эти годы при всей своей высокой требовательности к подчиненным не снял с должности ни одного командира полка. Наказывал строго, был придирчив, но с должностей не снимал. ■ Мне бы хотелось отметить еще одно весьма значительное событие в службе П. Батицкого. Насыщение войск различными видами зенитно—ракетной техники привело к тому, что были созданы бригады и дивизионы зенитных ракет С—75, С—125, С—200. Многозвенность в системе управления не отвечала по сложности управления духу времени. Батицкий много думал, экспериментировал, советовался с подчиненными. ■ И принял смелое решение: взять под единое командование авиацию, зенитно—ракетные части, части связи и тыла, радиотехнические войска (радиолокаторы). ■ Всем этим управлять с единого КП! Предложения были разные… Неустанно шел поиск новой системы боевого управления, проводились многоразовые испытания и эксперименты. ■ И П. Батицкий смело (вопреки мнению отдельных руководителей) пошел на создание смешанной дивизии противовоздушной обороны страны, включающих все рода войск! Такое соединение, состоящее из истребительного (авиационного), зенитного ракетного, радиотехнического полка, частей связи, обеспечения. Это было объединение разных по свойствам и направленности действий с одной задачей — своевременно обнаружить и уничтожить любую воздушную цель. ■ Это было выдающееся решение! Новация ради усиления результатов боевого воздействия и надежности боевого централизованного управления. Произошло сокращение промежуточных звеньев, улучшение эффективности взаимодействия, уменьшилось время на принятие решений. ■ Естественно, появились и новые заботы — подготовка командиров, начальников, умеющих управлять единовременно и авиацией, и ЗРВ, и радиотехническими частями. П. Батицким была создана и система подготовки командиров, умеющих управлять авиацией, ЗРВ, РТВ. ■ После множества экспериментов и показных учебно-боевых тренировок главный эксперимент был возложен на Московский округ ПВО, на его командующего — генерала П. Батицкого. Вскоре были созданы дивизии, корпуса, армии, в которых главенствовала единая система боевого управления: командир дивизии (корпуса) ПВО страны управлял авиацией, зенитно—ракетными, радиотехническими войсками, входившими в состав соединения (полками, бригадами) разных родов войск… ■ Первые же учения смешанных дивизий ПВО показали положительные стороны боевого управления — командир дивизии успешно руководил всеми родами войск. □ Маршал Батицкий в Белоруссии □ …Около полудня позвонил оперативный дежурный центрального командного пункта войск ПВО страны: — К вам вылетел главнокомандующий войсками ПВО. Посадка — на аэродроме Мачулищи! ■ Командующий 2—й отдельной армией ПВО страны генерал Г.П. Скорняков и я заспешили в Мачулищи. Перед выездом я позвонил второму секретарю ЦК Компартии Белоруссии члену военного совета нашей армии Александру Никифоровичу Аксенову, с котором мы подружились с первых дней моей службы в Минске: летит маршал Батицкий! ■ Главком П. Батицкий бодро спустился по трапу из самолета, принял представление заместителя командующего Белорусским военным округом и краткий доклад командующего 2—й отдельной армией ПВО страны, поздоровался с встречавшими, а с А. Аксеновым они обнялись (оба — члены ЦК КПСС), о чем—то в стороне поговорили. ■ Продолжение следует. □ ■ Автор — Анатолий Сульянов, генерал—майор авиации ■ Отредактировано 29.05.2016 — Admin

Admin: ■ 18—01—2015| Выпуск № 5Главком ПВО Павел Батицкий■ В штабе армии П. Батицкий заслушал краткие доклады командующего армией и начальника штаба, ознакомился с докладом о ходе боевой подготовки, задал много вопросов о состоянии дел в объединении, о боевом дежурстве в корпусах, бригадах и полках. — А теперь слушайте задание! Двум зенитно—ракетным дивизионам, батальону радиотехнического полка, двум эскадрильям авиаполков — учебное боевое задание! — Батицкий вручил командующему текст боевой задачи. — Время «Ч» будет объявлено позже. Несите службу по обычному распорядку дня. Время усиления будет объявлено дополнительно. Можете идти отдыхать. На командном пункте находится обычная дежурная смена. ■ Генерал Скорняков и все остальные руководители армии ночью отдыхали дома. ■ Посмотрев «Последние известия», я улегся спать. Но сон не шел… ■ Около часа ночи зазвонил телефон оповещения… ■ На командном пункте мы без промедления заняли свои места. Через четверть часа появился маршал П. Батицкий. Он протянул генералу Скорнякову запечатанный пакет. ■ Через пять минут с командного пункта армии командарм приказал соответствующим командирам и частям выдвигаться к приграничным позициям. □ ■ Главком ПВО П.Ф. Батицкий на полигоне. Докладывает полковник Б. Бреднев □ ■ В полках, корпусах шла подготовка к внезапному продолжительному маршу колонн спецавтомобилей на запад; в готовности номер два находились летчики. ■ Батицкий часто задерживал взгляд на специальном планшете — там появились отметки колонн боевой техники, движущиеся на запад. Главком ПВО отслеживал их перемещение, часто бросал взгляды то на большие часы планшета оперативной обстановки, то на лежавшую перед ним карту с обозначением положенного по инструкциям времени выдвижения колонн в боевой обстановке в военное время, то в свою рабочую тетрадь — контролировал реально затраченные минуты. — Товарищ Маршал Советского Союза, — начал доклад командующий армией, — поднятые по боевой тревоге дежурные истребители—перехватчики МиГ—25П, взлетевшие с аэродрома Барановичи, перехватили «нарушителей зоны ответственности», экипаж второй четверки — в готовности номер один (летчики в кабинах самолетов. — Авт.). В установленные вашим приказом о порядке вылета дежурного звена летного состава пять — семь минут уложились: по докладу командира корпуса и оперативного дежурного командного пункта армии. — Наши офицеры все проверяют — они в войсках вашей, товарищ командующий, армии. На разборе внезапной проверки будет учтена каждая минута! А теперь — новая вводная: основной накал боевого управления — армия — корпус — полки — «вырублен». ■ Командующий взглянул на начальника штаба, и тот тут же сказал: — В автоматическом режиме связь восстановлена по резервному каналу. ■ Батицкий снял телефонную трубку, придвинув к себе схему. — Соедините меня с «Аркой» по ЗАС — Командир корпуса генерал Бартминский, товарищ Маршал Советского Союза! — Дайте команду соединить меня с командиром истребительного авиаполка. — Командир полка вас слушает, товарищ Маршал Советского Союза! — Что делают ваши летчики, товарищ командир — Докладываю, товарищ Маршал Советского Союза: первая пара, перехватив «нарушителей», заходит на посадку. Вторая пара — в готовности номер один. — Соедините меня с командиром корпуса генералом Ивановым. — Товарищ Маршал Советского Союза, генерал—майор Иванов. — Сколько летчиков в первой и второй готовности?.. — В первой готовности «четверка» истребителей, во второй — авиаэскадрилья! — Соедините с командиром 15—й бригады Иванским. — Связь, товарищ начальник штаба армии, работает надежно, — Батицкий бросил короткий взгляд на генерала Лейчинского. Тот резко поднялся, вытянулся. ■ Вводные из уст Батицкого сыпались как из рога изобилия. Активно действовала авиационная группировка, перехватывая «нарушителей условной воздушной границы», производя посадки в ночную темень на запасные аэродромы. На КП армии регулярно поступала информация от командиров корпусов об учебных «обстрелах «нарушителей воздушной границы», от командиров дивизионов ЗРВ. ■ На рассвете оперативный дежурный командного пункта армии сообщил о завершении выдвижения к границе всех подразделений ЗРВ и РТВ и начале их развертывания для несения боевого дежурства. ■ Батицкий выслушал доклады о прибывших в указанные районы после марша подразделениях и, устало вздохнув, приказал: — Командующему и начальнику штаба, если есть возможность, — отдохнуть. А меня проводит Сульянов. ■ Проверка с учением, сменой позиций и маршем длилась двое суток. Главком вернулся на КП армии, выслушал доклады своих офицеров и генералов с мест временного базирования на границе, о результатах перехватов истребителями контрольных целей «противника» и отдал приказ о возвращении поднятых по тревоге подразделений, эскадрилий, зенитно—ракетных бригад, батальона радиотехнических войск в места постоянной дислокации. ■ Разбор проверки действий по тревоге командного пункта армии, дежурных подразделений, КП Рижского и Барановичского корпусов, КП полков, работу штабов, оперативной группы армии главнокомандующий провел во второй половине дня в штабе армии. — Проверка действий по тревоге дежурных сил, родов войск, командных пунктов с выдвижением подразделений, бригад, корпусов к границе завершена. Задачи личным составом выполнены. Я давно не был у вас. Был мой заместитель генерал—полковник авиации Байдуков с большой группой. В целом с поставленными задачами в условиях электронных помех вы справились. Отработана система оповещения войск по системе «Алмаз», принятия решения и действий дежурных сил армии. Но! Не все элементы приведения войск в боевую готовность отработаны. Автоматизированная система оповещения АСУ «Алмаз» позволяет вам значительно сократить время приведения войск в повышенную боевую готовность. Командующему и начальнику штаба необходимо усилить требовательность к личному составу командных пунктов всех уровней! Все проверки и выезды в войска начинать с командных пунктов, проводить специальные тренажи с личным составом КП. Необходимо повысить требовательность к командирам и штабам, к исполнительности, четкости в работе всех звеньев боевого управления. Это — важнейшее направление вашей деятельности! Много сделано в этом направлении генералом Лейчинским — начальником штаба армии. Но не все звенья работают слаженно, целеустремленно, четко! Не забудьте горькие уроки сорок первого года, когда командиры и штабы остались без связи с частями и подразделениями! Противник за несколько часов вывел из строя все средства боевого управления — телефоны, радиостанции! Батальоны, полки, дивизии, армии Западного фронта оказались без связи! Сейчас расширяется фронт электронных помех. Они могут лишить командиров всех степеней системы боевого управления! Особенно опасны помехи, идущие из космоса, — они могут даже изменить траекторию полета ракет!.. Был бы я помоложе, я бы задал вам такую «трёпку» — сложную задачу, что вы, командующий, и штаб армии сутками находились у планшетов оперативной обстановки в заглубленных командных пунктах. Войска ПВО страны круглосуточно находятся на боевом дежурстве, а поэтому вам всем следует искать, отрабатывать, усложнять все виды контроля в динамике боевых действий. Следующий этап: подъем войск по боевой тревоге, перебазирование на полигоны Ашулук и другие, установка боевой техники, тренировка, реальные налеты авиации «противника» и учебно—боевые действия войск всех родов войск с боевыми пусками зенитных ракет. Это будет задача более сложная… И последнее. Глубоко освойте ведение учебно-боевых задач в условиях сильных электронных помех, ведущихся с реальных космических объектов. Мы провели эксперимент на одном из дальних полигонов. Мощность электронных помех пока 30—35%. А надо добиться 65—70%. Наши НИИ пока едва—едва справляются! Это для войск ПВО страны сложнейшая проблема… ■ Присутствующие сидели не шелохнувшись. Маршал рассказал о недавно проведенных учениях, которыми руководил начальник Генерального штаба Маршал Советского Союза В.Г. Куликов. Один из спутников «выключил» довольно широкую полосу на земле и в воздухе различных электронных приборов и устройств путем включения мощного излучателя электронных помех на борту. ■ После окончания разбора проверки Маршала Советского Союза П. Батицкого нас с командующим и начальником штаба пригласил к себе Александр Никифорович Аксенов. Когда рюмки были наполнены коньяком, Аксенов поблагодарил присутствующих и особенно тепло и радушно Павла Федоровича Батицкого. Все чокнулись. Но Батицкий неожиданно поставил рюмку: — Я свою «цистерну» давно выпил. Вы молодые, вам — здоровья и успехов и в работе, и в службе! ■ Слово попросил Александр Аксенов. — Глубокоуважаемый Павел Федорович! Приятно слушать, когда вы беспокоитесь о делах и заботах нашей второй армии противовоздушной обороны. Докладываем вам: военный совет армии напряженно работает в вопросах поддержания боевой готовности войск, дисциплины и воспитания личного состава. Позвольте предложить тост за вас, фронтовика, Павел Федорович, за вашу заботу о войсках нашей армии, ее боевой службе. — Спасибо, Александр Никифорович, за помощь Войскам противовоздушной обороны страны, которую оказывает руководство республики!.. ■ Мы тепло проводили А.Н. Аксенова, собрались было попрощаться с главкомом, но неожиданно Павел Федорович кивнул мне: — А вы, Сульянов, останьтесь. Командующему можно пойти на отдых — почти трое суток на ногах. ■ Скорняков вышел, бросил недовольный взгляд в мою сторону: похоже, хотел что—то сказать главкому. — Как тебе работается? Как идет служба, какие проблемы тебя волнуют? Тебя хвалят и наши. ■ Разговор постепенно перешел на служебные дела, проблемы воспитательной деятельности в войсках, на особенности работы в воинских частях на территории Литвы и Латвии. Павел Федорович слушал внимательно, ни разу не перебил. ■ Признаюсь, меня поначалу охватил глубокий внутренний трепет, когда грозный главком попросил остаться. Но вдруг, я заметил — главнокомандующий стал не таким, каким мы его знали. Он изменился лицом, его взгляд, к моему удивлению, стал спокойным до флегматичности. Павел Федорович стал совершенно другим — более близким, что ли. Меня интриговала причина моего пребывания тет—а—тет с этим человеком — обычно таким энергичным, резким, грозным. Что побудило главкома побеседовать со мной? Чем я интересен для человека столь большой власти и государственной ответственности? — Говорят, пишешь рассказы о летчиках, о своих полетах, об ошибках в воздухе и на земле? Что заставляет тебя мыслить по—иному, художественно? Как тебе удалось преобразовать увиденное, пережитое в искусство, в слово, в гнев, в радость? О войне не думаешь написать? — О войне, товарищ Маршал Советского Союза, на мой взгляд, должны писать фронтовики, знающие войну не понаслышке. Да и книг о войне издается немало — Василя Быкова, Юрия Бондарева, Константина Симонова. Мемуары военачальников Жукова, Рокоссовского, Конева, Белобородова… — Да, это так. Но не каждому дано держать перо! Появились и деятели, пишущие о войне, об армии ложь. Вчитаешься — сплошное злобство… Да, отступали в сорок первом и сорок втором, но отступали с боями и сражениями, бойцы и командиры проявляли мужество и героизм, наносили ощутимые удары по врагу. Ты возьмись за это! Тема войны — вечная тема. Считай, что это просьба тех, кто сражался до последнего патрона и кто не вернулся из боя. ■ Я скромно молчал. — Ты, разумеется, помнишь, Сульянов, как в пятидесятые и шестидесятые годы с больших и высоких трибун часто звучало: «Помнить об отдавших свои жизни в боях и сражениях поименно!». Увы, сейчас эта заповедь почти забыта… Даже на торжественных собраниях, посвященных Дню Победы, Дню Вооруженных Сил, в статьях газет и журналов часто нет ни одной фамилии командующих, командиров полков и дивизий, красноармейцев, младших командиров, отличившихся в боях. А ведь более 11 тысяч военнослужащих стали Героями Советского Союза. Утихает у нас героика войны, истончается… □ ■ Автор — Анатолий Сульянов, генерал—майор авиации ■ Отредактировано 29.05.2016 — Admin

Admin: ■ ОружиеРадиотехнические войска: страницы историиОт службы наблюдения за небосклоном до федеральной системы разведки и контроля воздушного пространства В 1912 г. по Военному ведомству России был издан приказ № 397, согласно которому вводился в действие штат воздухоплавательной части Главного управления Генерального штаба. А уже 01 января 1913 г. вступил в силу закон о суверенитете воздушного пространства Российской империи, утвержденный Советом министров 16 ноября 1912 г. Для реализации данного закона появилась необходимость организации воздушной обороны воздушного пространства Российской империи. Как следствие возникла необходимость организованного наблюдения за воздушной обстановкой. Это привело в 1913 г. к первым шагам по организации воздушного наблюдения. Русский авиаконструктор А.А. Пороховщиков предложил проект создания специальной сети наблюдательных постов с целью организованного ввода в бой сил воздушного флота вместе с имеющейся полевой и крепостной артиллерией. Для этого вдоль южного побережья Финского залива по линии Петербург—Рига предлагалось создать сеть так называемых воздушных станций, расположив их в две линии: одна — Петербург—Виндава, другая — Петербург—Сувалки. Назначение этих станций состояло в том, чтобы следить за появлением летательных аппаратов в зоне ответственности станции, размеры которой определялись дальностью обзора воздушного пространства с помощью оптических приборов, выделять среди них чужие и сообщать о факте их пролета и его направлении заинтересованным командирам. Также высказывалась мысль о возможности оказания помощи своим летчикам в отыскании нарушителей воздушного пространства. Так, предполагаемые станции должны были быть удалены на расстояние до 150 верст одна от другой, снабжены средствами наземной связи и обеспечены транспортом. Первыми военными кадрами, решавшими задачи воздушного наблюдения и оповещения, стали офицеры и унтер—офицеры действовавших пехотных, кавалерийских и артиллерийских частей. В руководящих документах по борьбе против воздушной разведки того времени определялось, чтобы в каждой отдельной части назначались офицеры и по одному унтер—офицеру от каждого батальона, эскадрона, сотни и батареи специально для наблюдения за появлением самолетов и дирижаблей противника. □ □ Мобильный многодиапазонный комплекс 55Ж6М «Небо—М» представляет собой систему взаимосвязанных блочно—модульных элементов, размещенных на четырехосных шасси повышенной проходимости. Фото: Михаил Жердев □ Были разработаны первые указания по ведению воздушного наблюдения. В боевых условиях воздушное наблюдение должно было вестись повсеместно и непрерывно, независимо от погоды и времени суток. Обнаружив воздушный объект, наблюдатель должен был оповестить командование и весь личный состав об этом. Порядок оповещения вырабатывался в частях, для него использовались доступные средства сигнализации. Подавать сигнал тревоги должен был первый же наблюдатель, обнаруживший воздушного разведчика. Появилась очередная проблема — распознавание наблюдаемых воздушных объектов. Так, для обозначения государственной принадлежности воздухоплавательных средств и аэропланов России накануне Первой мировой войны были приняты соответствующие меры. Военным советом 08 августа 1913 г. утверждена инструкция, в соответствии с которой на русских самолетах по бокам фюзеляжа или гондолы, а также на рулях направления наносились концентрические круги из цветов государственного флага России — белого, синего и красного. На дирижаблях опознавательным знаком служил флаг с изображением красного гюйса в левом верхнем углу и красного якоря — в правом нижнем. Но для лучшего распознавания вскоре и на их оболочках стали рисовать трехцветные круги, хорошо заметные и с земли, и с воздуха. Эти обозначения использовались наблюдателями для опознавания своих воздушных судов. В начале Первой мировой войны задачи по обнаружению самолетов и обеспечению боевых действий зенитной артиллерии и истребительной авиации решали посты обнаружения воздушного противника и прожектора. Сплошной полосы постов вдоль линии фронта не было. Система постов обнаружения воздушного противника разворачивалась непосредственно у прикрываемых объектов. Все посты обнаружения воздушного противника были укомплектованы кадровыми офицерами и солдатами. Организационно расчеты постов сводились в роты наблюдателей. Пост состоял из 5—7 человек, в распоряжении которых имелись бинокль, компас, часы и топографическая карта. Своих средств связи посты не имели и располагались по возможности у железных дорог, на станциях, разъездах, при почтово—телеграфных конторах — там, где имелись средства связи. При создании осенью 1914 г. воздушной обороны Петрограда и императорской резиденции в Царском Селе особое внимание было уделено постам наблюдения за небосклоном, которые формировались в частях и подразделениях 6—й армии в соответствии с инструкцией по воздухоплаванию, введенной в действие приказом главнокомандующего армией (№ 90 от 30 ноября 1914 г.). □ □ Радиолокационная станция «Каста—2Е1» предназначена для обнаружения, измерения дальности, азимута и определения государственной принадлежности воздушных объектов — самолетов, летящих и зависающих вертолетов, дистанционно пилотируемых аппаратов и крылатых ракет, в том числе действующих на малых и предельно малых высотах. Фото: Георгий Данилов □ Дальние посты воздушного наблюдения располагались вдоль западной границы Финляндии и по берегу Ботнического залива Балтийского моря. Задача обнаружения воздушного противника на территории Финляндии и оповещения о нем Штабу воздушной обороны Петрограда возлагалась на пограничную стражу. Ближняя линия воздушного наблюдения была развернута на базе артиллерийского укрепленного района вокруг российской столицы и на кораблях Балтийского флота. Для установления быстроты связи между постами воздушного наблюдения, обеспечения возможности немедленной передачи донесений от них в Петроград начальнику воздушной обороны Петрограда было вменено в обязанность организовать непосредственную связь постов и избранного им центрального пункта, а также между центральным пунктом и артиллерией, аэропланами и командами, назначенными для отражения воздушного нападения противника. В декабре 1915 г. были сформированы первые задачи организованного наблюдения за воздушной обстановкой. Службе наблюдения за небосклоном вменялось в обязанность обнаружение летательных аппаратов, наблюдение за их действиями, оповещение средств воздушной обороны и гражданского населения о воздушной опасности. Эти задачи стали первыми, определенными для сил и средств, решающих задачи воздушного наблюдения. 12 мая 1915 г. главнокомандующий 6—й армией издал специальную инструкцию № 1 «Постам из нижних чинов для наблюдения за небосклоном». В ней были определены состав формируемых постов, районы наблюдения, должностные обязанности нижних чинов постов, порядок несения боевого дежурства и оповещения в случае появления в небе воздухоплавательных аппаратов противника. Впервые для оперативности передачи информации о воздушном противнике по линии связи инструкцией вводился термин «воздух», который и по настоящее время используется в ходе боевого дежурства подразделений радиотехнических войск. □ □ Радиотехнические войска — высокотехнологичный род войск, оснащенный современными сложными и дорогостоящими образцами вооружения и военной техники. Это требует соответствующего уровня образования и подготовки специалистов по эксплуатации радиоэлектронной техники. Фото: Михаил Жердев □ На постах наблюдения за небосклоном инструкцией вводились специальные рабочие журналы, ставшие прообразом современных журналов несения боевого дежурства. 1916 г. стал особым в организации воздушного наблюдения. К этому году во всех воюющих странах начали появляться службы воздушного наблюдения и предупреждения. В Германии действовала служба воздушного наблюдения и предупреждения. В Австрии наблюдательные посты назывались «Авиационная стража». Посты «Авиационная стража» соединялись по 10—12 в так называемые информационные пункты, а 5—6 информационных пунктов объединялись в центральные пункты воздушных донесений. В России такая служба называлась Служба наблюдения за небосклоном. Она и легла в основу создания войск ВНОС, а также стала прародительницей сегодняшних радиотехнических войск. В период 1915—1917 гг. для организации воздушной обороны крупных военно—политических, административных центров страны — Могилева, Двинска, Минска, Пскова, Одессы, Николаева формируется структура воздушного наблюдения и оповещения, входящая составной частью в организацию обороны от воздушного нападения германской и австро—венгерской авиации. Так, в 1917 г. вокруг Петрограда и Одессы было уже выставлено по 60 наблюдательных постов, сведенных в роты наблюдателей и укомплектованных кадровыми офицерами и солдатами. В дальнейшем вокруг Петрограда количество таких постов увеличилось до 83. Для приема донесений от постов также было создано вокруг российской столицы 15 телефонных и телеграфных станций. 20 марта 1917 г. приказом начальника штаба Верховного главнокомандующего № 370 определено создание воздухообороны в границах Одесского военного округа. Воздушную оборону округа возглавил генерал—майор И.А. Федоров. Этим же приказом введены штат и Положение о Штабе воздушной обороны Одесского военного округа. Начальником Штаба воздушной обороны назначен капитан Покровский (командир батальона обороны). Начальнику воздушной обороны подчинены части артиллерии, пулеметные и авиационные части для обороны от воздушного нападения. Наблюдательные посты формировались двумя ротами наблюдателей. Для ночных действий имелось 4 прожекторные команды. Телеграфно-телефонная команда обеспечивала связь частей воздушной обороны и Штаба воздушной обороны округа. К сентябрю 1917 г. сформированы службы воздушной обороны в Петрограде и Одесском военном округе, объединившие все имевшиеся силы и средства воздушной обороны, в том числе организационно сформировавшуюся службу наблюдения за воздухом. Руководство службой воздушной обороны осуществляли командующие войсками военных округов через начальников воздушной обороны, которым подчинялись все части истребительной авиации, противосамолетной артиллерии, воздушного наблюдения. Общее руководство службами воздушной обороны осуществляла Ставка Верховного главнокомандующего (через службы генерал—квартирмейстера и дежурного генерала). Начальники штабов воздушной обороны г. Петрограда и Одесского военного округа одновременно являлись командирами батальонов воздушных наблюдателей. Постоянная боевая готовность частей воздухообороны поддерживалась ежедневным назначением во всех истребительных авиаотрядах и противосамолетных батареях дежурных частей и постоянной деятельностью наблюдательных постов. □ □ Радиолокационная станция «Небо—У» предназначена для автоматического обнаружения, измерения координат и сопровождения широкого класса современных воздушных целей, малоразмерных и малозаметных целей, выполненных по технологии «стелс». Фото: Михаил Жердев □ Основным результатом создания службы наблюдения за небосклоном стало то, что в ходе Первой мировой войны воздушные тревоги в Петрограде объявлялись несколько раз, но благодаря информации оповещения ни один летательный аппарат противника не достиг даже ближних подступов к Петрограду. Таким образом, служба наблюдения за небосклоном получила свое рождение и развитие в годы Первой мировой войны и входила составной частью в формируемые системы воздушной обороны важных военно—политических, административных центров, военных округов, группировок войск и сил флота России. В дальнейшем развитие системы наблюдения и оповещения можно разделить на следующие этапы. Первый этап (1918—1925 гг.). Формирование службы наблюдения и оповещения только вокруг важнейших военно—политических и административных центров страны на время непосредственной опасности воздушного нападения противника. Несмотря на изменение политической обстановки в стране, связанные с октябрьскими событиями и сменой государственной власти и строя в России, в Петрограде продолжал функционировать Штаб воздушной обороны под руководством генерал—майора В.Г. Бурмана (начальник воздушной обороны в 1914—1918 гг.) и штабс—капитана П.Д. Вотинцева (начальник штаба в 1917—1918 гг.). Для обеспечения надежного прикрытия столицы государства и своевременного оповещения о возможном налете неприятельской авиации вокруг Петрограда продолжали выполнять боевую задачу посты наблюдения за небосклоном. Об этом говорит и тот факт, что распределение сил и средств воздушной обороны Петрограда, организацию оповещения о появлении воздушного противника осуществлял Революционный комитет по обороне города Петрограда под руководством Н.И. Подвойского, в ведении которого и находился Штаб воздушной обороны. В апреле 1918 г. в связи с переездом советского правительства в Москву в приказе военного руководителя Московского района № 1 от 25.04.1918 г. формируется воздушная оборона города Москвы. На подступах к городу разворачиваются сигнальные пункты — посты воздушного наблюдения. В период февраля — мая 1919 г. приказами по оперативной части было определено расположение наблюдательных вахт за небосклоном в Сестрорецке, Дибунах, Станках, Токсово, Осиновце, Ораниенбауме, Стрельне. В октябре-ноябре того же года были разработаны и введены в действие инструкции дежурному начальнику связи, наблюдательным вахтам. Второй этап (1926—1932 гг.). Формирование в приграничной зоне и вокруг главных экономических и административных центров страны постоянной сети визуальных постов наблюдения, комплектуемых в основном за счет сил местной милиции. ■ Отредактировано 29.05.2016 — Admin

Admin: ■ Оружие 30 июня 1927 г. приказом Реввоенсовета СССР было введено в действие Наставление по службе постов воздушной связи и наблюдения. Посты создавались в частях (подразделениях) связи корпусов, дивизий, полков, в частях воздушно-химической обороны и авиапарках Военно—воздушных сил. Посты подчинялись во всех отношениях начальникам связи всех уровней руководства. 31 января 1928 г. Реввоенсовет СССР принял решение узаконить термины «противовоздушная оборона» и «служба воздушного наблюдения, оповещения и связи (ВНОС)». Эти термины нашли применение в утвержденных народным комиссаром по военным и морским делам и председателем РВС СССР основополагающих документах по организации ПВО страны, а именно в Положении по противовоздушной обороне Союза ССР (мирного времени) и первом временном положении по противовоздушной обороне СССР (на военное время). 11 июля 1928 г. постановлением Распорядительного заседания Совета труда и обороны впервые утвержден перечень важнейших пунктов, подлежащих противовоздушной обороне (всего 48), определено развертывание службы ВНОС по линии гражданских наркоматов. 07 февраля 1931 г. вышла в свет совместная директива Штаба РККА и Главного управления милиции о создании при органах милиции главных и наблюдательных постов ВНОС. Директивно определялись пункты дислокации главных постов (ГП) и количество наблюдательных постов (НП) по областям (краям) и автономным республикам, вводились штаты ГП и НП ВНОС. Третий этап (1932—1938 гг.). Передача всех функций службы ВНОС специально созданным в войсках противовоздушной обороны воинским частям ВНОС. В этот период создаются первые радиолокационные средства обнаружения воздушных целей. 11 апреля 1932 г. приказом Реввоенсовета СССР № 0019 введено в действие Положение о частях ВНОС ПВО территории страны. В июне 1933 г. наркому обороны СССР К. Е. Ворошилову была представлена докладная записка инженера-конструктора П. К. Ощепкова с изложением идеи использования радиоволн для обнаружения самолетов и принципов использования приборов радиообнаружения в системе ПВО. В январе 1934 г. группа сотрудников Центральной радиолаборатории во главе с Ю.К. Коровиным провела первый эксперимент по обнаружению воздушной цели с помощью радиоволн. Отраженные от самолета радиосигналы были зафиксированы на расстоянии 70 км. 14 января 1934 г. в Академии наук СССР состоялось специальное совещание, одобрившее идею радиолокации. 10—11 июля 1934 г. под Ленинградом проведены первые в мировой практике испытания аппаратуры радиообнаружения самолетов «Рапид» (изготовлена Ленинградским электрофизическим институтом по заявке Управления ПВО РККА), которая могла обнаруживать самолеты на расстоянии до 3 км. 11 июля 1934 г. — день рождения отечественной радиолокационной техники для службы ВНОС. 20 июня 1937 г. директивой НКО СССР № 34990сс на территории страны установлены в отношении ПВО закрытая приграничная полоса и особо охраняемые зоны. Вся служба ВНОС, за исключением пунктов ПВО, была подчинена командующим ВВС военных округов. Четвертый этап (1938 г. — июнь 1941 г.). Всестороннее укрепление войск ВНОС, поднятие их боевой готовности до уровня, отвечающего требованиям начавшейся Второй мировой войны, период первого боевого освоения новой радиолокационной техники, период формирования первых радиолокационных подразделений. Проведенные исследовательские и опытные работы в области радиолокации позволили советским ученым к 1938 году создать первую в мире радиолокационную станцию «РУС—1» (радиоулавливатель самолетов — первый), которая получила боевое крещение в войне с Финляндией в 1939—1940 гг. Осенью 1939 г. была создана более совершенная станция «РУС—2» (шифр «Редут»), принятая на вооружение в июле 1940 г. и широко применявшаяся в годы Великой Отечественной войны для обнаружения самолетов противника и наведения на них советских истребителей. 04 декабря 1938 г. постановлением Главного военного совета РККА № 10200сс определено подчинение службы ВНОС начальнику Управления ПВО РККА, а в военных округах — помощникам командующих войсками по ПВО. 07 октября 1940 г. вышло постановление СНК СССР «О противовоздушной обороне СССР», которое определило изменения по руководству местной противовоздушной обороной. За Наркоматом обороны СССР оставались функции руководства и организации службы воздушного наблюдения, авиазенитной обороны территории и пунктов ПВО, борьба с воздушным противником. 25 января 1941 г. вышло постановление СНК СССР № 198—97сс «Об организации противовоздушной обороны». Организация ПВО предусматривалась в угрожаемой по воздушным нападениям зоне на глубину 1200 км от госграницы. Пятый этап (июнь 1941 г. — сентябрь 1945 г.). Активное применение войск ВНОС в боевых действиях, обеспечение боевой работы огневых средств ПВО, организация наземной обороны. Резкий количественный рост войск ВНОС и их качественное усовершенствование. К началу Великой Отечественной войны (на 21 июня 1941 г.) противовоздушная оборона страны в составе 13 зон ПВО включала в себя в том числе 6 полков, 35 отдельных батальонов и 5 отдельных рот ВНОС. В 3 часа 5 минут 22 июня наблюдательный пост ВНОС, расположенный у маяка на м. Херсонес, услышал шум моторов большой группы самолетов, направлявшихся к Севастополю. Самолеты шли низко и наблюдатели заметили, что у них не было опознавательных знаков. Однако судя по характерному шуму моторов и силуэтам, можно было сделать вывод, что самолеты немецкие. Вносовцы немедленно доложили об этом полете по команде. Из дальнейшего наблюдения за вражескими самолетами было установлено, что они начали минирование Севастопольской бухты. Через некоторое время над постом пролетела вторая группа немецких самолетов, направлявшихся в сторону Севастополя. Но благодаря бдительности вносовских наблюдателей Черноморский флот уже был поднят по боевой тревоге и дал достойный отпор врагу. Этот факт можно отнести к тому, что именно войска ВНОС первыми вскрыли факт начала нападения на нашу страну немецких войск 22 июня 1941 г. В 4 часа 30 минут 22 июня на главный пост ВНОС Московской зоны ПВО поступили донесения от постов 11—го отдельного батальона ВНОС о нарушении государственной границы СССР двумя эскадрильями немецких самолетов и о бомбардировке Бреста. Донесения передал майор Жук. Одновременно поступили данные о налетах на Вильнюс и Каунас. Через 15 минут посты ВНОС донесли о бомбардировке немецкой авиацией наших аэродромов и промышленных объектов в Киеве, Риге, Одессе. Началась Великая Отечественная война. В периоде с 21 по 23 сентября 1941 г. впервые в истории войн с помощью первых отечественных радиолокаторов («РУС—2») и последующих действий истребительной авиации, зенитной артиллерии и других средств ПВО Ленинграда и Балтийского флота сорван план военного командования Германии уничтожить флот СССР в Финском заливе путем проведения трехдневной воздушной операции своих военно—воздушных сил. Налеты вражеских самолетов отражались силами истребительной авиации, зенитными батареями и корабельной зенитной артиллерией. В ходе воздушной операции ВВС противника было предпринято 12 массированных налетов и несколько ударов мелких групп с общим числом до 500 самолетов—бомбардировщиков. Все налеты были вскрыты расчетами РЛС 72—го орб ВНОС. Действиями истребителей 7—го авиакорпуса ПВО, ВВС Ленинградского фронта и авиации Балтийского флота огнем зенитной артиллерии 25 вражеских самолетов уничтожено, большое количество повреждено, замысел противника по уничтожению кораблей Балтийского флота и подавлению военно—морской базы Кронштадт был сорван. 21 мая 1943 г. в соответствии с приказом НКО СССР № 0087 о реорганизации управления системой противовоздушной обороны Москвы впервые в РККА в составе Московского фронта ПВО сформировались дивизии ВНОС (на базе соответствующих полков фронта ПВО). Такие формирования были проведены в Войсках противовоздушной обороны страны впервые. Шестой этап (сентябрь 1945 г. — 1952—1954 гг.). Коренное перевооружение ВНОС на новую, в том числе радиолокационную технику, совершенствование их организационной структуры и всесторонняя подготовка к созданию нового рода войск – радиотехнических войск ПВО страны. Этот период ознаменовался окончательным переходом из войск ВНОС к созданию нового рода войск противовоздушной обороны страны. 15 апреля 1946 г. в составе Штаба войск ПВО страны создана служба начальника ВНОС Войск ПВО страны. 15 декабря 1951 г. постановлением СМ СССР Военному министерству поставлена задача создать надежную службу обнаружения, оповещения и наведения, для чего организовать единую радиолокационную систему. Непосредственная ответственность за обнаружение и уничтожение авиации противника в районах (приграничных, приморских, ПВО страны) была возложена на командующих войсками районов. 15 января 1952 г. была подписана директива военного министра СССР, определившая меры по выполнению постановления Совета министров СССР от 15 декабря 1951 г. по созданию внешней полосы обнаружения и наведения в странах народной демократии, по созданию приграничной полосы обнаружения и наведения вдоль государственной границы СССР, а также полосы в районах Войск ПВО страны. Все наземные радиолокационные средства обнаружения и наведения, находившиеся в частях и соединениях истребительной авиации, объединялись со средствами службы ВНОС и на этой базе создавались радиотехнические войска (РТВ) ВНОС. 30 июня 1954 г. вводится должность начальника радиотехнических войск ВНОС. Этой датой завершено создание радиотехнических войск (РТВ) как рода Войск ПВО. К концу 1954 г. посты визуального наблюдения, имевшиеся в штатах частей ВНОС вдоль государственной границы, были заменены радиолокационными подразделениями. Седьмой этап (1954 г. — февраль 1998 г.). Развитие и совершенствование радиотехнических Войск ПВО страны. 17 марта 1956 г. постановлением ЦК КПСС и СМ СССР утвержден План развития и организационной перестройки существующей радиолокационной системы ПВО страны, разработанной Штабом Войск ПВО страны. 17 апреля 1956 г. министром обороны СССР утверждена организация центрального аппарата Войск ПВО страны. Введена должность начальника радиотехнических войск ПВО страны. К концу 1955 г. завершился процесс замены постов визуального обнаружения на радиотехнические подразделения с РЛС различного типа. Во второй половине 1950—х гг. в Войсках ПВО страны закончилось формирование трех родов войск: авиации ПВО, зенитных ракетных и радиотехнических войск. 14 января 1994 г. издан Указ президента Российской Федерации о создании Федеральной системы разведки и контроля воздушного пространства (ФСР и КВП). Она предусматривала объединение радиолокационных систем и средств Войск ПВО, Департамента воздушного транспорта, ВВС и ВМФ через систему автоматизации. Руководство Федеральной системы разведки и контроля воздушного пространства было возложено на главнокомандующего Войсками ПВО через командующих зонами противовоздушной обороны. Восьмой этап (с марта 1998 г.). Развитие и совершенствование Федеральной системы разведки и контроля воздушного пространства в составе нового вида Вооруженных Сил Российской Федерации — Военно—воздушных сил. 16 июля 1997 г. президентом Российской Федерации подписан указ «О первоочередных мерах по реформированию Вооруженных Сил Российской Федерации и совершенствованию их структуры» (введен в действие приказом министра обороны Российской Федерации от 03 августа 1997 г.), определивший создание на базе существующих Войск ПВО и ВВС нового вида Вооруженных Сил Российской Федерации — Военно—воздушных сил. 01 марта 1998 г. в соответствии с указом президента Российской Федерации в составе Управления главнокомандующего ВВС сформировано Управление начальника Федеральной системы разведки, использования и контроля воздушного пространства (ФСРИКВП) Военно—воздушных сил. Осенью 1999 г. оно переименовывается в Управление начальника радиотехнических войск Военно-воздушных сил. Взгляд на историю и развитие радиотехнических войск показывает, что эти войска в своем становлении прошли большой и трудный путь. Сто лет минуло от первого предложения по созданию сети воздушных станций до создания радиотехнических войск как одной из составляющих системы воздушно—космической обороны. Части и подразделения радиотехнических войск, которые были награждены орденом Красного Знамени и орденом Красной Звезды. Орденом Красного Знамени: • 6—й отдельный батальон ВНОС (Указ Президиума Верховного Совета СССР от 22 февраля 1943 г.), 334—й радиотехнический полк (г. Петрозаводск); • 72—й отдельный радиобатальон ВНОС (Указ Президиума Верховного Совета СССР от 19 июня 1943 года), 335—й радиотехнический полк (г. Ярославль). Орденом Красной Звезды: • 1—я отдельная рота ВНОС (Указ Президиума Верховного Совета СССР от 26 апреля 1945 г.). Объявлен приказом наркома обороны № 096 1945 г.; • 73—я отдельная армейская рота ВНОС (Указ Президиума Верховного Совета СССР от 26 апреля 1945 г.). Объявлен приказом наркома обороны № 097 1945 г.; • 35—я отдельная армейская рота ВНОС (Указ Президиума Верховного Совета СССР от 28 мая 1945 г.). Объявлен приказом Наркома обороны № 0120 1945 г.; • 29—й отдельный радиобатальон ВНОС (Указ Президиума Верховного Совета СССР от 28 мая 1945 г.); • войсковая часть 26708: 2—я дивизия ВНОС, 6—й полк ВНОС, 6—й радиотехнический полк ПВО, 52—я радиотехническая бригада ПВО, Мытищи (Указ Президиума Верховного Совета СССР от 22 февраля 1968 г.); • 27—й радиотехнический полк ПВО, войсковая часть 23369, г. Батуми, (Указ Президиума Верховного Совета СССР от 22 февраля 1968 г.); • 339—й радиотехнический полк (г. Астрахань). Много важных событий произошло в истории создания системы воздушного наблюдения и оповещения на пути превращения ее в систему радиолокационной разведки. На этом славная история радиотехнических войск не заканчивается. Славные традиции по защите нашей Родины в воздушном пространстве, заложенные не одним поколением, будут продолжены. □ Юрий Петрович Бедров, подполковник, ВА ВКО (г. Тверь) Александр Сергеевич Князев, майор, ВА ВКО (г. Тверь) Александр Анатольевич Нерастенко, полковник, ВА ВКО (г. Тверь) □ Опубликовано 7 февраля в выпуске № 1 от 2015 года

Admin: Увидеть Париж — и не умеретьКонстантин Сорокин, Артур Берзин Пассажиры рейса № 902 авиакомпании Korean Air Lines (KAL), вылетевшие 20 апреля 1978 года из Парижа в Сеул, возможно, до сих пор толком не знают, почему и как вместо промежуточной посадки в Анкоридже их самолет оказался на льду лесного озера в Карелии. Но те из них, кто еще жив, должны поднять бокалы за своего пилота: это он тридцать лет назад вывез их с того света. Правда, не всех. Мы тоже решили отметить круглую дату одного из самых загадочных инцидентов времен холодной войны, причем на месте событий. Покопались в военных архивах, подготовили снаряжение, загрузили его в пикап Land Rover Defender 110 — и выехали на Север. □ □ ■ Цель — озеро Корпиярви. От Москвы — более 2000 км, а от карельского поселка Лоухи — совсем рядом. На его лед поздним вечером 20 апреля 1978 года и «плюхнулся» Boeing 707 авиакомпании Korean Air Lines, вылетевший из Парижа, но так и не добравшийся до промежуточной посадки на Аляске. На борту было 109 пассажиров, а пилотировал лайнер бывший военный летчик Ким Чанг Кью. ■ На въезде в Карелию — знакомый пост ГИБДД. Контроль здесь тотальный, а показать гаишнику содержимое кузова нашего Дефендера — это вам не крышкой багажника хлопнуть. Сначала надо надеть перчатки, потом с двух сторон расшнуровать завязки тента, выдернуть их из люверсов, выбрать слабину… Особенно занятно заниматься таким «макраме» на морозе. Наконец, откидываем замерзший полог — и парализуем работу всего поста: на случай вынужденных прогулок по глубокому снегу мы взяли с собой в Карелию мотособаку — гусеничный буксировщик Райда. А гаишники, как назло, оказались охотниками. И понеслось: сколько стоит, быстро ли ездит, какой бензин заливать… Одному показали—рассказали, второму, а потом взмолились: — Мужики, отпустите, нам еще тысячу километров пилить! ■ Прыгаем в салон, запускаем на полную печку и, включив штурманский свет, открываем карту. Как добираться до Лоухов, знает GPS—навигатор, а вот как летел корейский пилот, придется изучать по—старинке, по бумаге. □ □ □ ■ Обратите внимание на след самолета: пилот Ким Чанг Кью садился на лед с выпущенным шасси. В момент остановки нос Боинга выкатился на берег. Снимок сделан 21 апреля 1978 года с военного вертолета. □ □ □ ■ Взрывом ракеты была оторвана консоль левого крыла. ■ Поражающие элементы боеголовки ракеты разрушили гидросистему и повредили левый крайний двигатель □ ■ Вылетев из Парижа и взяв курс на север, Boeing 707 пересек Ла—Манш, благополучно миновал Великобританию, но на траверзе Исландии неожиданно сошел с воздушной трассы, пролетел над Шпицбергеном и, еще раз довернув вправо, направился в сторону Кольского полуострова. Дуга у капитана Кима получилась с радиусом под две тысячи километров — такое впечатление, что спали все, включая автопилот. □ □ ■ Генерал—полковник Владимир Дмитриев, командовавший 10—й отдельной армией ПВО, считает, что полет над Карелией был политической провокацией с целью сорвать переговоры по контролю за стратегическими вооружениями между США и СССР. По словам командарма, пилот твердил, что сбился с маршрута непреднамеренно, из-за навигационной ошибки. Факт нарушения границ СССР Ким Чанг Кью официально признал на допросах в Москве, после чего экипажу разрешили вернуться на родину □ ■ Первую свечку своим богам пассажиры должны поставить за то, что их самолет не уничтожили зенитной ракетой еще на подлете к Мурманску. Дело в том, что Boeing 707, шедший в тот момент на высоте 9000 метров, как две капли воды похож на натовский разведчик RC—135, а решительно действовать против летающих шпионов советских генералов научила история с пилотом самолета Lockheed U—2 Фрэнсисом Гарри Пауэрсом, сбитым над СССР 01 мая 1960 года. Выпусти наши ракету «земля—воздух» — и Boeing 707 развалился бы на молекулы. По словам полковника Евгения Гробовского, дежурившего в тот вечер на аэродроме 5—й дивизии ПВО в Подужемье, вместо зенитной атаки командование ПВО организовало «зачистку» воздушного пространства по плану «Ковер», когда воздушные суда вне зависимости от типа и ведомственной принадлежности обязаны совершить срочную посадку на ближайшем аэродроме. На перехват цели поднялось звено истребителей Су—15ТМ. Первым к нарушителю приблизилась «сушка» капитана Александра Босова. Доложив на землю, что перед ним гражданский борт, Босов встал на параллельный курс, покачал крыльями, посигналил бортовыми огнями и, пересекая курс нарушителя, плавно отвернул в сторону — на авиационном «эсперанто» это означало приказ следовать за самолетом—перехватчиком. Но корейский пилот «включил дурака»: делая вид, что не понимает сигналов, он повернул в сторону Финляндии. Скорее всего, военный летчик Ким Чанг Кью, в свое время сражавшийся с нашими МиГами во Вьетнаме, попытался удрать на сопредельную территорию. □ □ □ ■ Салон расстрелянного Боинга снаружи и изнутри. □ ■ Бывший командующий 10—й отдельной армией ПВО генерал—полковник Владимир Дмитриев, отдавший приказ открыть огонь по нарушителю, признается: — Я и сейчас уверен, что самолет надо было сбивать. Но попробуйте—ка взять на себя такую ответственность… ■ А был ли у командарма выбор? Если бы Boeing 707 удрал в Финляндию, то военный пенсионер Владимир Сергеевич Дмитриев вряд ли носил бы сейчас генеральский мундир… □ □ □ ■ На месте посадки самолета побывали представители всех советских силовых ведомств ■ От воздушной трассы рейс KAL—902 отклонился на траверзе Исландии и, довернув, фактически лег на обратный курс. Единственным человеком, заподозрившим в этот момент неладное, был пассажир Боинга Кишио Отани. Посмотрев в иллюминатор, он удивился тому, что арктическое солнце светит не с той стороны, но не придал этому значения и спокойно уснул □ ■ Выполняя приказ, Босов открывает огонь по лайнеру, но пассажирам везет во второй раз: ракета с тепловым наведением игнорирует сопло двигателя и попадает в консоль левого крыла. После взрыва оно становится на три метра короче, а осколки повреждают гидроприводы и пробивают фюзеляж. Разгерметизация на высоте девять километров — это смерть, и пилот Ким Чанг Кью это знает: он быстро снижается. ■ Тем временем оторванный взрывом кусок крыла Боинга операторы РЛС принимают за новую цель — крылатая ракета, бомба? — и наводят на нее перехватчик старшего лейтенанта Сергея Слободчикова. Пуск! Ракета с радиолокационным наведением разносит обломок в пыль. ■ А что Boeing? На какое—то время «охотники» его потеряли, а затем вновь обнаружили «хромающим» на высоте двести метров вдоль железной дороги мурманского направления. Расстреливать два раза уставы не велят? Капитан Анатолий Керефов, заметив вытянутое озеро, дает нарушителю последний шанс. Перехватчик включает посадочные фары и, обозначив «раненому» лайнеру глиссаду, занимает позицию над Боингом. На этот раз Ким Чанг Кью понял команду с первого раза: сделав заход со стороны мурманской трассы, пассажирский самолет коснулся подтаявшего снега и, проскользив около пятисот метров по льду, замер на опушке леса. □ □ □ ■ Согласно табличке, эти пассажирские кресла самолета Boeing 707 омологированы для воздушного траспорта. Однако последние 30 лет они добросовестно трудились на уазике одного из жителей поселка Сокол, близ военного аэродрома Подужемье □ ■ Но выжили не все. Осколками ракеты, выпущенной с истребителя Александра Босова, убило двоих пассажиров, 13 были ранены, а уцелевшие при атаке получили баротравмы. ■ Первая поисковая группа добралась до самолета через два часа. Рассказывают, что поднявшихся на борт самолета едва не свалила с ног жуткая смесь из запахов алкоголя, табака, крови и экскрементов… Владимир Полехин, служивший начальником особого отдела 5—й дивизии ПВО, был одним из первых сотрудников КГБ, проводивших дознание на месте приземления Боинга. С корейскими летчиками он общался по-русски, с помощью одного из пассажиров — французского студента, учившегося в Советском Союзе ■ Реакция на ночные события в карельском небе последовала утром. В сообщении ТАСС на страницах «Правды» говорилось, что самолет корейских авиалиний нарушил воздушное пространство СССР и совершил посадку на озеро в Карелии. Понятно, что зарубежные «голоса» тут же закричали, что «советы» расстреляли беззащитный гражданский борт. Но вот что любопытно: дипломатического скандала не последовало! Потому что рыльце было в пушку и у тех, и у других. Корейский Boeing действительно вторгся в воздушное пространство СССР, а его экипаж не выполнил требований самолетов—перехватчиков, подвергнув риску ни в чем не повинных пассажиров. Советский Союз, в свою очередь, нарушил международные соглашения, запрещающие атаковать гражданские самолеты. А записи радиопереговоров летчиков, сделанные обеими сторонами, не могут найти ни российские, ни американские военные историки... ■ Несколько дней пассажиры рейса KAL—902 провели в гарнизонном Доме офицеров города Кеми, где получили медицинскую помощь, а затем вылетели в Хельсинки. Тем же рейсом из СССР отправили и груз—200. Экипаж увезли в Москву, однако после следственных действий и признания корейцами вины отпустили на родину. ■ Тем временем на берегу озера Корпиярви кипела работа. В палаточном городке рядом с самолетом побывали представители всех авиационных КБ. С Боинга сняли аварийную радиостанцию, демонтировали систему слива топлива, вырезали образцы сотовых наполнителей крыла, а оставшийся металлолом вывезли вертолетами. Не исключено, что какой—то из трофеев принес пользу нашему авиастроению, но совершенно точно, что иностранный самолет занес на землю Карелии вирус западной культуры. Выпотрошив пассажирский салон, офицеры вкусили дым сигарет Marlboro, открыли для себя журнал Playboy и попробовали кока—колу. Смешно? А вспомните—ка 1978 год — что курили, что пили… А картинки такие видели? □ □ ■ Владимир Полехин, служивший начальником особого отдела 5—й дивизии ПВО, был одним из первых сотрудников КГБ, проводивших дознание на месте приземления Боинга. С корейскими летчиками он общался по-русски, с помощью одного из пассажиров — французского студента, учившегося в Советском Союзе □ ■ Рассказывая о гастрономических открытиях, вертолетчики аэродрома Подужемье посмеиваются над собой: — Помню, банку пива минут двадцать открыть пытались… В конце концов поступили как со сгущенкой — пробили банку в двух местах отверткой и выпили. ■ За давностью лет в факте «алкогольного мародерства» нам признался даже бывший начальник особого отдела 5—й дивизии войск ПВО. Но тут же оговорился: мол, несмотря на соблазны, военная контрразведка наладила службу четко. На подступах к самолету было два кольца оцепления, а у чрезмерно любопытных жителей поселка Лоухи изымались все непроявленные фотопленки. И все же успехи контрразведки в борьбе с местными папарацци наш собеседник преувеличивает: мы собственными глазами видели любительские снимки всех этапов «утилизации» Боинга. □ □ □ ■ Озер с названием Корпиярви в Карелии пять, и найти человека, который мог бы ткнуть пальцем в конкретную точку на карте, мы не смогли даже в музее войск ПВО. Так что ехали, по сути, в никуда. Выручили бывшие военные летчики аэродрома Подужемье, которые «гоняли» в карельском небе тот самый самолет. ■ Два рейса на мотособаке — и мы на месте! Координаты точки, в которой приземлился южнокорейский Boeing 707: N 66°02.893', E 033°04.321' (WGS 84) □ ■ А вот в чем все, с кем мы общались в Карелии, включая и военных летчиков, едины, так это в том, что посадка «раненого» Боинга на лед — высший пилотаж. — Кореец садился вслепую, без куска крыла, с перебитой гидравликой и на трех двигателях. Он не проломил лед и не выскочил в лесополосу. Молодец мужик! ■ После случая с Боингом местные жители стали называть озеро Корпиярви Просечным — пробираясь к самолету, военные прорубили в лесу несколько просек. □ □ □ ■ Точное место посадки южнокорейского самолета знают только жители поселка Лоухи. Местные краеведы могли бы поставить здесь памятный знак. (слева — 1978 г., справа — 2008 г.) □ ■ Сейчас на машине по ним не проехать. Но не зря же мы тащили из Москвы мотособаку! Райда, след! ■ Полчаса езды на буксировщике — и вот она, «посадочная полоса»! Одним концом Просечное-Корпиярви упирается в шоссе Петрозаводск—Мурманск, вторым уходит далеко на восток. Эх, карельская природа, почаще бы тебя видеть и подольше бы тебя сохранили такой! Тишина такая, что басовитый рокот Райды слышно аж с другого берега. Выезжаем на середину, глушим мотор. Наш проводник достает из кармана мятую фотографию корейского самолета и показывает точку, откуда был сделан снимок. Точно! А вот с той стороны Boeing фотографировали сотрудники КГБ и представители Министерства обороны. □ □ □ ■ Виталий Дымов, бывший командир 57—го гвардейского истребительного авиационного полка: «Все записи переговоров в радиоэфире были изъяты». ■ Евгений Гробовский: «Отрабатывая план «Ковер», мы вернули в аэропорты Ленинграда и Мурманска два пассажирских Ту—134» □ ■ Посещение ледового аэродрома мы отметили прямо на месте. Развели костер, пожарили шашлык, глотнули водочки. И подумали, что лесистый берег озера Корпиярви местные краеведы вполне могли бы включить в перечень экскурсионных объектов — тем более что тема холодной войны сегодня, похоже, вновь востребована. Одна загвоздка: по всему выходит, что героями истории стали не столько «наши», сколько корейский экипаж и пилот Ким Чанг Кью. □ ■ Превратившийся в лед шашлык пришлось готовить в два этапа. Это — первый □ ■ Разведывательного оборудования на борту Боинга не было — это нам подтвердили бывшие сотрудники КГБ СССР, осматривавшие самолет. Не слишком убедительны и разговоры о том, что «заблудившийся» лайнер должен был вскрыть алгоритмы работы новейших средств ПВО (якобы во время инцидента над Карелией «висели» четыре спутника—шпиона). По словам командарма Дмитриева, радиолокационный «портрет» можно было «срисовать» и без летных приключений — во время регулярных учений ПВО. Но сам же Дмитриев уверяет, что это было провокацией. Есть и последняя или, как говорят летчики, крайняя версия, согласно которой Boeing 707 компании Korean Air Lines залетел в наше воздушное пространство случайно. Что стало причиной? Неверно вычисленное магнитное склонение, отказ навигационного оборудования, паралич наземных средств слежения? Или сами пилоты, которые даже по расположению солнца не смогли определить, что летят в противоположную сторону? И все это — на фоне боевого прошлого корейского аса и виртуозной посадки на лед незнакомого озера? Верите? Мы — нет. Вот и наши собеседники недоуменно пожимают плечами: есть только версии. ■ Конечно, ответ могли бы дать материалы допросов в Москве или сам Ким Чанг Кью. Но наши запросы в посольство Кореи, компанию Korean Air Lines и ФСБ пока остались без ответа. ■ Если корейский летчик жив, то ему сейчас 76 лет. □ Фото авторов и из архива Владимира Дмитриева

Admin: ■ 29—04—2015А завтра сбили ПауэрсаНакануне 01 мая 1960 года шпионскую миссию самолета—разведчика пресекли в 150 км от Москвы О нарушениях воздушного пространства СССР самолетами—разведчиками США в годы «холодной войны» рассказано, казалось бы, уже все. Но вот позвонил в редакцию, а затем прислал свои записки Стефан Иосифович Ляхович, служивший в радиотехнических войсках, и открылся эпизод, который проливает новый свет на то, как и почему был сбит над Уралом 01 мая 1960 года пилот американского U—2 Фрэнсис Пауэрс. □ ■ Полковник в отставке Ляхович рассказал о том, как оказался свидетелем и участником инцидента, имевшего большие, в том числе международные последствия, но у нас в стране по-настоящему не оцененному. И все дело в том, утверждает ветеран, что самолет—нарушитель, долетевший 28 апреля 1960 года почти до самой Москвы, не только не был сбит, но и не был своевременно обнаружен. А доклад одного—единственного расчета, сумевшего засечь цель «1245», в больших штабах не решались принимать всерьез. ■ «На 20 километрах самолеты не летают» — примерно так, по словам Ляховича, отреагировали на самое первое сообщение. И приказали внимательнее смотреть на экран. — Цель реальная, сопровождаю высотомером, сигнал «я свой» отсутствует, — последовал новый доклад, когда на планшете появилась очередная засечка цели. ■ Чтобы проверить себя, подошли к выносному экрану высотомера. На большой дальности — отметка высотной цели. А время уже на пределе — надо приводить в готовность зенитные части, чтобы не допустить подхода цели к Москве. ■ Третий доклад на командный пункт. А оттуда — с еще большим раздражением: «Перестраховщики! Смотрите внимательней!» — И я, и мой помощник капитан Шмелев такого ответа не ожидали, — рассказывает Ляхович. — И, не побоявшись ответственности, нажали «красную» кнопку… □ □ ■ В ту же секунду, по его словам, на большом пространстве вокруг Москвы завыли сирены. Боевые расчеты частей прибывали к пусковым установкам. Командиры докладывали о готовности комплексов С—25 к уничтожению цели «1245». Занял рабочие места и боевой расчет нашего командного пункта. Прибыл командир соединения. Я доложил воздушную обстановку — от первой засечки цели до момента объявления тревоги… ■ И так вышло, что примерно в это же время высотомер перестал выдавать засечки цели. Офицеры прибывшего боевого расчета расценивали наши действия по—разному — кому—то приведение частей в «Готовность № 1» показалось перестраховкой. Но командир, прошедший войну и хорошо знающий, что полагаться на «авось» в таких делах нельзя, оценил наши действия иначе. «Продолжаем тренировку!» — скомандовал он всем частям по громкоговорящей связи, как будто ничего и не случилось... ■ Прошло пять, может, десять минут — на пульте у командира замигала лампочка защищенной связи. Звонил маршал Конев. Выслушав доклад командира о наших трех засечках, приказал все данные о проводке цели и магнитные ленты опечатать до прибытия комиссии. ■ И потом действительно разобрались, что высотный разведчик U—2 летел к Москве до тех пор, пока его не засекли и не стали облучать посылками сигналов наши локаторы… — Упоминаемая воздушная цель была обнаружена на высоте 20 тысяч метров боевым расчетом дальномера РЛС П—30 и радиовысотомера ПРВ—10, — по—военному лаконично и строго дополняет слова своего коллеги и сослуживца ветеран 219—го радиотехнического центра (РТЦ) подполковник в отставке Василий Григорьевич Базюта. — Начальником этого расчета был тогда капитан Кривенюк Владимир Николаевич, служил в 10—м корпусе, он и сейчас живет в Долгопрудном. Цель—нарушитель двигалась с северо—западного направления курсом на Москву и была в первый раз зафиксирована на дальности всего 250 километров — то есть уже на подлете к Твери. Сопровождалась она неустойчиво — с провалами. А когда приблизилась еще километров на сто, то есть почти вошла в зону поражения полков зенитно—ракетной системы С—25, развернулась, изменила курс на юго-западный и через некоторое время вышла из зоны радиолокационного поля 219—го РТЦ... ■ А вот как, по словам Василия Базюты, была организована в то время противовоздушная обороны вокруг Москвы. — В состав 1—й армии ПВО особого назначения (ее штаб размещался в Балашихе) входили четыре корпуса. С севера и северо—запада столицу прикрывал 10—й корпус со штабом в городе Долгопрудный. Во Внуково был штаб 17—го корпуса — это западное направление. С юга — 1—й корпус (город Видное), с востока — 6—й, его штаб дислоцировался в деревне Черное. В состав каждого корпуса войск ПВО особого назначения входило по четырнадцать зенитно—ракетных полков, развернутых в две линии — на дальности 50 и 80 километров, одна зенитно—ракетная база подготовки, хранения и развоза в полки ракет, а также радиотехнический центр и батальон связи. Примерно в таком составе эта вновь сформированная армия ПВО особого назначения приступила к выполнению боевых задач в 1955 году. ■ Что—то вроде резюме нашему заочному диалогу подвел Стефан Ляхович: «Самое главное было не в том, как мы действовали. А в том, как действовало высшее командование. Оказалось, что до этого момента в частях, находящихся на дежурстве и которые мы подняли по тревоге, не было ракет. И если бы этот разведчик летел дальше, то его бы уничтожили только условно». ■ Но после того, что случилось 28 апреля 1960 года, в дело вмешался лично Конев. И в ближайшие двое суток на боевые позиции С—25 были завезены боевые ракеты. — Уже в ночь на 28 апреля, — утверждает Стефан Ляхович, — на всех перекрестках кольцевых и радиальных дорог Москвы были установлены постоянные милицейские посты для оперативной транспортировки дополнительных ракет в полки и организована связь с ними. А высокая выучка операторов высотомера позволила обнаружить U—2 и привести полки 10—го корпуса ПВО в готовность № 1. ■ Сейчас на страже российского неба стоят гораздо более совершенные средства разведки, обнаружения и связи. И, конечно, совсем другие ракетные установки. На смену первым зенитным комплексам С—25 и С—70 пришли С—125, С—300 и С—400. Но, как и прежде, считают ветераны, благодушию предаваться нельзя, а порох стоит держать сухим. □ Автор — Александр Емельяненков «Российская газета» — Федеральный выпуск № 6663 (92)

Admin: ■ 29—04—2015 Неизвестное об известномКуда рвался Пауэрс■ На рубеже 60—х американские высотные самолеты типа «Локхид» чувствовали полную безнаказанность в воздушном пространстве СССР. С 22—23 тысяч метров они беззастенчиво фотографировали секретные оборонные и военные объекты в Сибири, Средней Азии, в районах центральной России и Закавказье, в Прибалтике и на Дальнем Востоке. ■ 09 апреля 1960 года, обследовав Семипалатинский ядерный полигон, авиабазу стратегических бомбардировщиков Ту—95 близ него, полигон противоракетной обороны в Сары—Шагане, ракетный полигон Тюра—Там (в будущем космодром Байконур), U—2 выскользнул из пределов СССР южнее города Мары. Советская сторона в закрытой ноте сделала резкое заявление. Американцы отмолчались, дав понять, что к нарушению границы не причастны. ■ А уже 01 мая в 05 часов 20 минут утра с аэродрома Пешавар в Пакистане по секретному плану «Оверфлайт» («Перелет») подняли в воздух на таком же U—2 старшего лейтенанта своих ВВС Фрэнсиса Пауэрса. □ □ ■ Никита Хрущев демонстрирует доказательства шпионской миссии сбитого над Уралом U—2. Фото: Фотохроника ТАСС □ ■ Перед стартом полковник Вильям Шелтон «успокоил» летчика — у русских, мол, нет для твоей высоты ни истребителей—перехватчиков, ни зенитных ракет. Он лукавил или ошибался: как раз в это время в СССР, возле крупных экономических центров, начали размещать зенитные комплексы С—75, способные поражать цели на высотах свыше двадцати километров. ■ Как теперь достоверно известно, самолет Пауэрса был разрушен при первом же ракетном пуске — это сделал расчет капитана Воронова. Рискну предположить, что вместе с зенитчиками уральской зоны ПВО к этому приложили руку умельцы владимирского п/я 50 (ныне — ВПО «Точмаш»), их друзья—конструкторы и предприятия—смежники. В этой кооперации на рубеже 60—х в СССР разрабатывались первые неконтактные взрыватели для авиабомб и зенитных снарядов, а потом — для зенитных ракет и ракет «воздух—воздух». ■ Именно такой дистанционный взрыватель и привел в действие боевую часть ракеты, когда она оказалась на минимальном удалении от высотного U—2, который не могли достать на двадцати километрах наши истребители-перехватчики МиГ—21 и Су—9. Взрывной волной и осколками самолет был разрушен, а Пауэрс, чудом уцелевший за бронезащитой двигателя, спасался на парашюте, так и не добравшись до вожделенной цели. ■ А летел он, как утверждают, в направлении нынешнего Новоуральска — атомного города—призрака, которого полвека не было ни на одной туристской карте. Тем самым владимирцы, сами того не подозревая, не только помогли пресечь наглую шпионскую вылазку, но и защитили от посторонних глаз только что пущенный завод по обогащению урана с использованием газовых центрифуг. Самое секретное в ту пору предприятие Министерства среднего машиностроения СССР, преемником которого стала сегодня госкорпорация «Росатом». □ Автор — Александр Емельяненков «Российская газета» — Федеральный выпуск № 6663 (92)

Admin: Воздушная оборона России в годы Первой мировой войныНеобходимость защиты воздушного пространства Российской империи на законодательном уровне была закреплена в утвержденном императором Николаем II Законе Российской империи □ К концу XIX века воздушные шары использовались во всех ведущих армиях мира и фактически превратились в новый вид оружия. Они использовались для ведения воздушной разведки, корректировки артиллерийского огня, а также бомбометания. □ ■ Первые попытки бомбовых ударов с аэростатов показали, что они не наносят значительного вреда войскам противника, но оказывают серьезное психологическое воздействие на неприятеля. Значительно большую опасность представляли дирижабли, способные нести до 500 кг взрывчатых веществ. Помимо бомб их экипажи сбрасывали на головы противника металлические стрелы и гвозди, способные причинить серьезные травмы и увечья. ■ Учитывая активное развитие воздухоплавания в Англии, Австро—Венгрии, Германии, США и Франции, 07 февраля 1885 г. в Санкт—Петербурге была сформирована первая специальная воздухоплавательная часть — Кадровая команда воздухоплавателей под руководством поручика А.М. Кованько. ■ 12 февраля 1886 г. в Главном штабе на заседании «Комиссии по применению воздухоплавания, голубиной почты и сторожевых вышек к военным целям» под председательством генерал—майора М.М. Борескова было заслушано сообщение из Германии об опытных стрельбах по привязным воздушным шарам. При стрельбе из полевых орудий по неподвижному шару, находившемуся на высоте 400 м, он был поврежден и спустился. Заседавшая в Санкт—Петербурге комиссия приняла информацию к сведению. □ □ ■ Фотография из журнала «Нива» демонстрирует полевую трехдюймовку на поворотной раме для ведения стрельбы по воздушным целям □ ■ 25 июня 1890 г. впервые в России на Усть-Ижорском полигоне были проведены стрельбы шрапнелью из четырех легких полевых орудий по привязному аэростату. Цель получила незначительные повреждения. ■ В 1891 г. под Красным Селом легкая батарея из восьми орудий обстреляла привязной аэростат, находившийся на расстоянии 2,6 км. На 10-й минуте цель была поражена 11—м выстрелом. На основе результатов проведенных стрельб уже в 1900 г. в проект «Правил стрельбы русской армии» включили раздел о приемах и способах зенитной стрельбы. ■ Развитию зенитной артиллерии во многом способствовала русско—японская война 190—1907 гг., во время которой противник успешно и практически безнаказанно использовал воздушные шары против русской армии и флота. ■ В начале ХХ века в качестве зенитных использовались обычные полевые пушки. Пушки устанавливали на специальные «противосамолетные поворотные рамы для ведения стрельбы по воздушным целям». Обычно использовались трехдюймовые (76,2-мм) полевые скорострельные пушки образцов 1900 и 1902 гг., 48—линейная (122—мм) гаубица образца 1904 г. и трехдюймовая горная пушка образца 1909 г. системы Шнейдера. С их помощью были проведены очередные опытные зенитные стрельбы по привязным аэростатам в 1902, 1908 и 1909 гг. ■ На опытных стрельбах в мае—июле 1908 г. на Сестрорецком полигоне предполагалось обстрелять воздушный шар и аэростат ракетами, запускаемыми с земли. Однако, по докладу руководителя стрельб генерал-майора А.А. Маниковского, «при медленном полете ракеты и малой меткости» при ведении огня по движущемуся аэростату от испытаний «пришлось отказаться совсем». ■ В 1910 г. была издана «Временная таблица стрельбы из 3—х дюймовых полевых скорострельных пушек мелинитовою и фугасною гранатами». ■ Примерно в это же время генерал Е.К. Смыслов предложил обстреливать не отдельно взятый аэростат или аэроплан, а вести огонь с упреждением, то есть в сектор воздушного пространства, в котором вскоре окажется аппарат противника. ■ В 1910 г. впервые появляется термин «воздушная оборона». Его использовал академик князь Б.Б. Голицын в докладе, прочитанном в Академии наук и посвященном воздушному флоту. В широкий оборот термин ввел российский общественный деятель и публицист М.О. Меньшиков, опубликовав статью «Воздушная оборона». ■ Необходимость защиты воздушного пространства Российской империи на законодательном уровне была закреплена в утвержденном императором Николаем II Законе Российской империи от 5 июля 1912 г. «Об изменении и дополнении действующих узаконений о государственной измене путем шпионства». На его основе над целым рядом районов Российской империи вводились запретные зоны, в которых без специального разрешения запрещался полет воздушных шаров, аэростатов, дирижаблей и аэропланов. ■ Весной 1914 г. конструктор самолетов и бронетехники А.А. Пороховщиков предложил создать запретную воздушную зону вдоль юго—западного побережья Финского залива. Она должна была включать в себя две линии воздушных станций – ближнюю и дальнюю. На наблюдательных постах предполагалось разместить наблюдателей за небосклоном с оптическими приборами и полевых телефонистов. Для перехвата нарушителей воздушного пространства планировалось использовать авиационные отряды либо наземные огневые средства поражения – противосамолетные пушки и пулеметы. В последующем этот проект лег в основу создания частей воздушного наблюдения, оповещения и связи (ВНОС). □ Возникновение подразделений воздушной обороны □ ■ Успешное применение авиации в ходе Триполитанской войны между Османской империей и Италией (продолжалась с 29 сентября 1911 г. по 18 октября 1912 г.) и Первой Балканской войны между Болгарией, Сербией, Черногорией и Грецией с одной стороны и Османской империей с другой (продолжалась с 25 сентября 1912 г. до 17 мая 1913 г.) подтвердило возросшую роль аэропланов. Все чаще и чаще самолеты использовались для ведения воздушной разведки, корректировки артиллерийского огня, бомбовых ударов, срочной доставки секретных документов, уничтожения пехоты противника с помощью пулеметного огня, металлических стрел или гвоздей, а также ведения воздушного боя. С целью оказания психологического воздействия на противника с самолетов разбрасывали листовки, призывавшие к сдаче в плен. ■ Еще больше возросла роль военной авиации после начала Первой мировой войны. В связи с бурным ростом численности и возможностей германской и австро-венгерской авиации воздушная оборона в России получает дальнейшее развитие. □ □ ■ Пушка Лендера – первое в России специальное орудие для стрельбы по воздушным целям □ ■ 17 (30 — по новому стилю) ноября 1914 г. главнокомандующий 6—й армией генерал—адъютант К.П. Фан—дер—Флит подписывает приказ № 90 о вводе в действие «Инструкции по воздухоплаванию в районе VI армии». Инструкция вступила в силу 25 ноября (08 декабря). «В целях объединения действий летчиков и войсковых частей, назначенных для защиты Петрограда от воздушного нападения», была введена должность начальника воздушной обороны Петрограда. На нее назначается начальник Офицерской электротехнической школы генерал—майор Г.В. Бурман. День 08 декабря 1914 г. принято считать днем начала организационного строительства противовоздушной обороны России. ■ 29 апреля (12 мая) 1915 г. генерал—адъютант К.П. Фан—дер—Флит утвердил Инструкцию № 1 «Постам из нижних чинов для наблюдения за небосклоном», в которой впервые упоминается команда «Воздух». ■ Рост числа аэропланов и дирижаблей в неприятельской армии способствовал разработке специальных орудий для борьбы с воздушным противником. Они получили название «зенитные», так как предназначались для стрельбы вверх (в зенит). В 1914 г. появляется 76,2-мм зенитная пушка конструкции инженера Ф.Ф. Лендера и штабс-капитана В.В. Тарновского. Однако массового выпуска этого орудия из—за бюрократизма чиновников налажено не было — всего до конца 1917 г. было изготовлено 76 зенитных пушек обр. 1914/ 15 гг. ■ Несмотря на неповоротливость российской военной промышленности, строится первый зенитный бронепоезд системы штабс—капитана В.В. Тарновского. Он был вооружен 76—мм зенитными орудиями Лендера-Тарновского и пулеметами системы Максима. Один из подобных бронепоездов получил широкую известность во время Гражданской войны под названием «Путиловский стальной противосамолетный бронепоезд». ■ По инициативе штабс—капитана В.В. Тарновского в 1915 г. зенитная пушка была размещена на легкобронированном автомобиле. В марте 1915 г. формируется первая Отдельная автомобильная зенитная батарея для стрельбы по воздушному флоту под его командой. Батарея прикрывала Варшаву и аэродром возле станции Яблонна, на котором базировалась Эскадра воздушных кораблей «Илья Муромец». ■ Развитие зенитной артиллерии позволило приступить к формированию в русской армии зенитных батарей двух типов — стационарных и мобильных. Последние имели зенитное орудие на бронированной автомобильной базе, а также зенитные установки на бронированных железнодорожных платформах. Необходимость создания подвижных средств ПВО объяснялась довольно банальной причиной. На самолетах того времени отсутствовали навигационные приборы, из—за чего пилоты могли летать только вдоль хорошо заметных ориентиров — рек, железных и шоссейных дорог. ■ Изобретение зажигательных пуль резко снизило значение воздушных шаров, аэростатов и дирижаблей. Попадание даже одной такой пули приводило к возгоранию водорода, заполнявшего оболочку, и гибели всего летательного аппарата. В связи с этим кардинально меняется тактика боевого применения немецких цеппелинов. Они стали летать преимущественно ночью. Для точного ведения зенитного огня в условиях плохой видимости зенитные батареи вооружают прожекторами. Наблюдательные посты размещают на смотровых вышках. Из—за недостатка средств связи (радиотелеграф и телефон) их оборудуют специальными сигнальными семафорами, подобными корабельным. На вооружении наблюдательных постов появляются первые звукоулавливатели. ■ В сентябре 1914 г. Главное артиллерийское управление разработало «Краткие указания по стрельбе по воздушным целям (аэропланам и дирижаблям)». Предлагалось вести стрельбу из полевых орудий по целям на высоте до 1500 м и дальности до 5330 м. Пехота должна была открывать заградительный огонь из ружей. Стрелять необходимо было перед движущейся целью, чтобы она сама влетала в обстреливаемое пространство. ■ Для защиты русских крепостей, расположенных в прифронтовой полосе (Варшавская крепость, Гродненская, Двинская, Ивангородская, Ковненская, Новогеоргиевская, Севастопольская и др.), как правило, использовалась крепостная артиллерия — 3—дюймовые легкие пушки, способные вести огонь по воздушным целям на максимальных углах возвышения. ■ Прифронтовые города (Белосток, Варшава, Лодзь и др.) от бомбардировок немецкой авиации защищала корпусная артиллерия из армейского резерва, а также артиллерийские и пулеметные подразделения местных гарнизонов. В ряде случаев из действующей армии выделялись несколько авиаотрядов, которые составляли охранную авиацию населенного пункта или города. Такие отряды прикрывали Царское Село, Могилев, Варшаву. ■ В соответствии с приказом Верховного главнокомандующего № 277 от 28 апреля 1915 г. разрозненные подразделения зенитной артиллерии, охранявшие Царское Село, объединяются в «Отдельную батарею для воздушной артиллерийской обороны Императорской резиденции в Царском Селе». Штат батареи соответствовал артиллерийскому дивизиону и послужил основой для будущей дивизионной структуры всей русской зенитной артиллерии. Кроме резиденции императора Николая II на зенитчиков была возложена задача охраны Ставки в Могилеве, а также защита от ударов с воздуха кортежа императора во время его поездок на фронт. Известно, что германское и австро—венгерское командование предпринимало попытки уничтожить Николая II с помощью бомбового удара. Так, 12 апреля 1916 г. во время Высочайшего смотра частей Юго—Западного фронта в районе городов Хотин и Каменец—Подольский два австро—венгерских аэроплана смогли прорваться сквозь воздушное прикрытие из русских истребителей. Они провели бомбометание, но к счастью для русской стороны, неточное, не причинившее вреда ни войскам, ни постройкам. Этот налет оказал на императора Николая II и командование русской армией сильное психологическое воздействие. Авиационный отряд, занимавшийся охраной российского императора от вражеских самолетов, приказом Начальника штаба Верховного главнокомандования от 22 августа 1916 г. № 1063 преобразуется в авиационный дивизион в составе двух авиаотрядов. □ Воздушная оборона периода оборонительных боев □ ■ После начала Первой мировой войны роль воздушной обороны резко возрастает. Уже 14 августа 1914 г. противосамолетными наземными средствами Северо—Западного фронта был сбит первый германский самолет. В результате к командованию попал пакет с секретными сведениями о немецких войсках. По сообщению газеты «Русский инвалид» только с января по июль 1915 г. зенитным артиллерийским огнем в прифронтовой полосе было сбито 13 вражеских аэропланов. ■ Для повышения эффективности зенитного огня, как правило, использовались не отдельные орудия, а целые взводы и батареи трехдюймовых пушек, которые при появлении воздушного противника разворачивались в его сторону и на максимальном возвышении открывали заградительный огонь. ■ 25 января 1915 г. германский морской дирижабль попытался бомбить Либаву (сейчас — Лиепая) и был сбит зенитным огнем. Его экипаж в составе семи человек попал в плен. Успешное отражение налетов вражеских дирижаблей и аэропланов ускорило разработку планов воздушной обороны русской армии. План воздушной обороны предусматривал тесное взаимодействие наблюдательных постов, отрядов истребительной авиации, зенитных батарей и воздухоплавательных частей. ■ В начале 1915 г. завершается формирование воздушной обороны Варшавы, Выборга, Либавы, Севастополя и других городов. Ее основу составляли крепостная артиллерия и авиационные отряды, которые подчинялись армейскому командованию. □ □ ■ Одна из машин Отдельной автомобильной зенитной батареи. Крайний слева — Василий Тарновский □ ■ В феврале 1915 г. принимается решение о формирование воздушной обороны Ревеля (сейчас — Таллин), крупнейшей военно—морской базы Балтийского флота. Руководил работами командующий Балтийским флотом вице-адмирал Н.О. Эссен. По его указанию было выпущено «Наставление для воздушной обороны Ревеля». Однако из-за изменившейся ситуации на фронте завершить эту работу так и не удалось. ■ По мере продвижения германских войск на первое место выходит вопрос воздушной защиты прифронтовых городов Царства Польского. Зенитные батареи устанавливались как в городской черте, так и на окраинах. При необходимости им придавались подвижные зенитные команды. Воздушной обороной каждого города руководил командующий артиллерией дивизии или корпуса, в состав которого входили зенитные батареи. ■ Таким образом, с 1915 г. фактически начинается процесс формирования объектовой ПВО территории страны. ■ К началу 1916 г. создается система воздушной обороны Петрограда и Царского Села. Во главе ее стоял Штаб воздушной обороны с начальником воздухообороны. В 1916—1917 гг. происходит перевод частей воздушной обороны на штатную основу, что говорит о значительном повышении их роли в борьбе с авиацией противника и начале процесса создания штатных подразделений войск ПВО. ■ Для своевременного оповещения о налете вражеской авиации вокруг Петрограда были развернуты две линии наблюдательных постов с расположенными неподалеку авиационными отрядами. Зенитно-артиллерийская оборона включала в себя два кольца стационарных и мобильных противосамолетных батарей. ■ В 1917 г. для обнаружения дирижаблей в полете впервые начали использоваться радиопеленгаторные станции. ■ Вводится система маскировки городских улиц и предприятий. В случае налета вражеской авиации по специальной команде останавливалась работа электростанций, отключалось электричество, прекращалось движение трамваев, не работали заводы, выпускавшие пар или дым. Команда на введение маскировочных мероприятий поступала от начальника Петроградского района воздушной обороны. Она давалась по телефону и содержала условленный пароль. ■ Эта система воздушной обороны в последующем была распространена на все крупные города России. В усовершенствованном виде она просуществовала несколько десятилетий. ■ После поражения в 1915 г. русских войск в Польше приходится заново создавать воздушную оборону городов Минск, Псков, Двинск, в которых разместились штабы русских армий, передислоцированных из захваченных немцами административных центров. ■ Зенитная артиллерия впервые используется не только для защиты войск и прифронтовых объектов (в первую очередь — крупных штабов), но и для прикрытия железнодорожных станций, артиллерийских складов, мостов, а также позиций тяжелой артиллерии. В это время командованию русской армии для борьбы с воздушным противником приходится отвлекать с фронта примерно 20% всей легкой полевой артиллерии (в германской армии эта цифра составляла 11%). К ноябрю 1916 г. только в частях Юго—Западного фронта число зенитных орудий, используемых для воздушной обороны на постоянной основе, было доведено до 92 единиц (20 зенитных батарей). Несмотря на предпринимаемые шаги по укреплению воздушной обороны, русский Военный воздушный флот (ВВФ) и зенитная артиллерия серьезно отставали от своих союзников по Антанте. Причина крылась в слабости русской промышленности и отсутствии у правительства свободных финансовых средств. ■ За время войны было сформировано 250 зенитных батарей, 30 из которых были вооружены пушками Лендера—Тарновского. Зенитная артиллерия войсковой воздушной обороны насчитывала 150 батарей (572 орудия). К середине 1917 г. в Русской императорской армии имелось семь легких бронепоездов, которые привлекались для решения задач воздушной обороны. □ Воздушная оборона между двух революций 1917 года □ ■ 23 февраля 1917 г. по старому стилю и 8 марта по новому в России началась революция, которая привела к свержению монархического строя и приходу к власти Временного правительства, поддерживаемого Англией, Францией и США. Лондон, Париж и Вашингтон преследовали вполне определенную цель — исключить Россию из дележа послевоенного пирога, но по—прежнему использовать русских солдат в качестве «пушечного мяса». ■ В результате политических перемен в стране в отставку ушли многие опытные руководители воздушной обороны. Серьезный ущерб нанес Приказ № 1 Петроградского Совета от 01 марта 1917 г. об отмене единоначалия в армии и на флоте и передаче основных полномочий от офицеров выборным комитетам, которые подчинялись Советам рабочих и солдатских депутатов. ■ Пытаясь укрепить свое внутриполитическое положение, Временное правительство в июле 1917 г. под давлением союзников из Антанты предпринимает попытку масштабного наступления на Львов («наступление Керенского»). Однако из—за отсутствия порядка и воинской дисциплины в войсках наступление захлебнулось. Юго—Западный фронт понес тяжелые потери. Только благодаря личному героизму авиаторов русская авиация смогла уничтожить 23 вражеских самолета, еще пять самолетов уничтожила зенитная артиллерия. Но и потери среди русских летчиков были значительными. С марта по июль 1917 г. они составили 30 пилотов погибшими и восемь ранеными. □ □ ■ Бронированный грузовик «Руссо—Балт» тип Т с 76—мм пушкой □ ■ Чтобы помочь Юго—Западному фронту, 08—10 июля 1917 г. части Северного фронта начинают наступление против германских войск в направлении на Вильно. В это же время Западный фронт предпринимает попытку прорыва к Ковно. И снова оба наступления закончились неудачей. ■ С 12 по 20 октября 1917 г. германский флот и сухопутные войска проводят операцию с целью захвата Моонзундского архипелага в Балтийском море и прорыва в Финский залив. В ходе отражения атак на корабли Балтийского флота корабельной зенитной артиллерией было подбито два германских гидросамолета. ■ 25 октября 1917 г. в день открытия II Всероссийского съезда Советов рабочих и солдатских депутатов власть в России вооруженным путем захватили большевики. Первый декрет, который приняла новая власть, был Декрет о мире. 20 ноября 1917 г. начались мирные переговоры с государствами Четверного союза (Австро—Венгрия, Германия, Османская империя, Болгария). На фронтах установилось перемирие. После его окончания советская делегация во главе с Л.Д. Троцким по собственной инициативе отказалась от подписания нового соглашения с немцами на уже согласованных условиях. 18 февраля 1918 г. германская армия переходит в наступление с целью захвата Петрограда и Москвы. Большевики рассчитывали, что пролетарии Германии и других стран в знак поддержки Советской России совершат революцию в своих странах, но этого не произошло. Немецкая армия почти без боя захватила огромную территорию, на которой проживала почти треть населения Российской империи. ■ 21 февраля 1918 г. для защиты Петрограда от немецких войск Совет народных комиссаров (СНК) создает Комитет революционной обороны Петрограда. Он восстанавливает штаб воздушной обороны города. Формируется авиаотдел, на который возлагается руководство истребительной авиацией. ■ 15 января 1918 г. СНК принимает декрет о создании Рабоче-Крестьянской Красной Армии (РККА), которая с учетом условий перемирия с Германией первое время формировалась на добровольных принципах. В марте 1918 г. зенитные части Красной Армии, воевавшие с немцами на Северном фронте, сбили несколько самолетов противника. Для борьбы с германской авиацией под Псков перебрасывается четрые зенитные железнодорожные батареи. ■ Чтобы предотвратить полный крах нового советского государства 3 марта 1918 г. большевики подписывают с государствами Четверного союза Брест-Литовский мирный договор. В результате Польша, Финляндия и страны Прибалтики стали независимыми. Украина и часть Белоруссии перешли под контроль Германии. Турции передается ряд территорий на Кавказе. ■ По условиям Брестского мира Революционная армия свободной России — так называлась русская армия после февральской революции — прекратила свое существование, а с ней и воздушная оборона. □ Автор — Юрий Альбертович Кнутов, директор Музея войск ПВО

Admin: Знак «Войска ПВО страны»■ Знак «Войска ПВО страны» — почетный нагрудный знак отличия военнослужащих войск противовоздушной обороны страны. ■ Учрежден Приказом Министра обороны СССР от 31 марта 1975 г. № 81 для награждения генералов, офицеров, прапорщиков, а также военнослужащих сверхсрочной службы, безупречно прослуживших не менее 15–ти лет в Войсках ПВО, в том числе находящихся в запасе и отставке; классных специалистов, имеющих высшие квалификации: военный лётчик (штурман) – снайпер, военный лётчик (штурман) 1–го класса, мастер, специалист 1–го класса; лиц, внёсших большой личный вклад в укрепление постоянной боевой готовности Войск ПВО; достигших высоких результатов в обучении и воспитании личного состава, в освоении новой техники и вооружения. ■ Знак был создан по инициативе главнокомандующего Войсками ПВО страны Маршала Советского Союза П.Ф. Батицкого и командования войск ПВО страны. □ □ ■ Награждение военнослужащих, находящихся на военной службе, производилось приказами главнокомандующего Войсками ПВО страны. Военнослужащие, находящиеся в запасе и отставке, награждались командующими войсками тех округов ПВО, где проходили службу до увольнения в запас. □ Описание знака □ ■ Многоугольник с изображением красной эмалью фрагмента стены Московского Кремля и одной из его башен, над которыми развернута антенна радиолокационной станции дальнего обнаружения. Лицевая ее часть покрыта голубой эмалью, а видимая часть оборотной стороны — синей. На их фоне крепится серебристая накладка с устремленным вправо и несколько вверх изображением истребителя–перехватчика типа Су–9, под крылом у которого подвешена ракета радиолокационного наведения класса «воздух–воздух». За самолетом выстроились в ряд три ракеты различных радиусов действия класса «земля–воздух». Ниже на фоне стены надпись в две строки: «Войска ПВО / страны». Фацет знака, надпись, буртики и решетка антенны золотистого цвета. Изготовлен из томпака, накладка из мельхиора. Размер 33х43 мм. Крепление при помощи штифта и гайки. ■ К знаку полагалось удостоверение. □ □

Admin: ■ 06 июля 2015 г.Высшая цельСемь ступеней к новейшему зенитному комплексу России С–500 «Прометей» □ ■ С–500 ‒ это российский зенитный ракетный комплекс нового поколения. Если коротко, то можно сказать так: с появлением С–500 противовоздушная оборона страны превратится в воздушно–космическую. В настоящее время комплекс еще только разрабатывается концерном ПВО «Алмаз–Антей», с которым много лет сотрудничает банк ВТБ. Чтобы понять, насколько совершенной является эта система, необходимо вспомнить о ее предшественниках, защищавших небо нашей и не только нашей страны. □ 1. С–25 « Беркут». Золотое кольцо ■ Массированные налеты англо–американской авиации на немецкие города в 1944‒1945 годах и ядерная бомбардировка Хиросимы и Нагасаки произвели огромное впечатление на советское руководство. И оно постаралось обезопасить от подобной участи хотя бы Москву, вокруг которой в 1955 году были развернуты 56 комплексов С–25. Комплексы были стационарными, очень дорогими (на аналогичную защиту Ленинграда денег уже не хватило) и занимали огромные территории. Подмосковное Бетонное кольцо (дорога А108) как раз и было проложено для обслуживания позиций С–25. Кольцо ПВО получилось поистине золотым, но эта была первая в мире многоканальная система, комплексы которой могли вести несколько целей одновременно, что позволяло отразить атаку 1200 бомбардировщиков, летящих на высоте до 20 км со скоростью до 1500 км/ч. Главным конструктором системы, между прочим, был сын Лаврентия Берии. □ 2. С–75 « Двина». Кошмар сенатора Маккейна ■ Комплекс С–75, принятый на вооружение в 1957 году, стал мобильным и куда более доступным по цене. Не удивительно, что в разные страны мира было поставлено около 800 дивизионов. Его ракеты перехватывали цели, летящие со скоростью до 2300 км/ч на высоте до 27 км. 07 октября 1959 года вблизи Пекина китайские зенитчики сбили тайванский самолет–разведчик на высоте 20 600 м. Это был первый самолет в истории, сбитый зенитной ракетой. Но самый знаменитый бой С–75 выиграл 01 мая 1960 года, когда под Свердловском был остановлен полет американского самолета-шпиона U–2. При этом мало кто знает, что китайские С–75 сбили пять U–2. Однако наибольшую славу комплексу принесла война во Вьетнаме. По данным советской стороны, 60 дивизионов С–75 сбили 1293 самолета, включая 54 стратегических В–52. Сами американцы признают потерю только 200 самолетов. Любопытно, что одним из сбитых летчиков был будущий сенатор Джон Маккейн, соперник Барака Обамы в выборах президента США и известный недоброжелатель России. Истоки его неприязни проследить нетрудно. □ 3. С–125 « Нева». Против невидимки ■ У С–25 и С–75 при всем их совершенстве был один общий недостаток: минимальная высота их зон поражения составляла 3—5 км. Между тем самолеты научились летать в режиме следования рельефу местности, что делало их неуязвимыми для советских ракет. Для борьбы с маловысотными целями в 1961 году был создан комплекс С–125, поражавший самолеты даже на высоте 20 м. На счету С–125, пожалуй, самый громкий выстрел в истории ПВО: 27 марта 1999 года зенитчики Сербии в 32 км от Белграда двумя ракетами сбили американский самолет–невидимку F–117. Первая ракета взрывом боевой части оторвала «невидимое» крыло, а вторая попала точно в самолет. Это были ракеты, произведенные на Заводе им. XX партсъезда в Вятке в 1975 году. □ 4. С–200 «Ангара». Царь-зенитка ■ И все же были цели, которые оставались недостижимыми для советской ПВО: речь прежде всего о стратегическом высотном разведчике SR–71, развивавшем скорость до 3500 км/ч (3,3 скорости звука). Во время вьетнамской войны советским зенитчикам ни разу не удалось зацепить этот самолет. Дальнобойность комплекса С–200, разработанного в 1964 году, составляла 250 км. При этом его ракета имела массу 7,1 тонны, а ее боевая часть содержала 37 тысяч поражающих элементов, уничтожавших при подрыве любой объект в радиусе сотен метров. Ракета развивала скорость 1,2 км/с, то есть 3,5 скорости звука. SR–71 стали уязвимыми и вынуждены были прекратить полеты над территорией СССР. Дальнобойность С–200 стала невольной причиной трагедии, произошедшей 04 октября 2001 года во время учений украинских зенитчиков в Крыму. Промахнувшись мимо учебной цели, ракета поразила над Черным морем пассажирский Ту–154 авиакомпании «Сибирь», догнав его на расстоянии около 300 км. Это превосходило возможности С–200 по паспортным данным, однако техническая дальность полета ракеты С–200 составляет как раз 300 км. □ 5. С–300 «Фаворит». Все включено ■ Значение С–300, вставшего на стражу мирного неба в 1979 году, можно выразить одной фразой: этот комплекс не просто заменил все вышеперечисленные системы, но и превзошел их по целому ряду характеристик. Дальнобойность С–300 ПМУ–1 (модификация 1993 года) составила 200 км. Высота цели — от 10 м до 40 км. Скорость цели — до 2,8 км/с. Универсальность достигалась за счет использования ракет разного типа, запускаемых из стандартных транспортно-пусковых контейнеров (четыре контейнера на каждой пусковой установке). Эта система стала многоканальной: современный ее вариант может одновременно наводить 72 ракеты на 36 целей. При этом комплекс мобилен. Нормативное время свертывания С–125 для выхода из–под удара составляло 1 час 20 минут. С–300 может переводиться из походного в боевое положение и обратно за пять минут. При этом ракеты стартуют вертикально и сразу разворачиваются в сторону цели. А американский аналог Patriot, чтобы отразить внезапную атаку с тыла, вынужден разворачивать свои пусковые установки на 180 градусов. Да и по другим параметрам американский конкурент уступает «Фавориту»: высота цели — от 60 м до 24 км, дальность — 160 км, скорость — не более 2,2 км/с, а на приведение в боеготовность «Патриоту» требуется 30 минут. В настоящее время на смену С–300 готовится прийти комплекс средней дальности С–350 «Витязь». Его пусковая установка содержит не четыре, а 12 ракет. □ 6. С–300В «Антей». Железный занавес ■ И все же С–300 «Фаворит» не был до конца универсальным средством ПВО. Он предназначался в первую очередь для прикрытия стратегических и промышленных районов. Но требовался еще и комплекс для защиты войсковых группировок. Индекс войскового комплекса С–300В отличается всего одной буквой, но на самом деле это совершенно другая разработка. Начать следует с того, что ее элементы размещаются не на колесном, а на гусеничном шасси, что позволяет зенитчикам не отставать от танкистов. Во–вторых, в бою даже пяти минут на подготовку к отражению воздушной атаки противник может не дать. Поэтому С–300В способен стрелять практически на марше: для подготовки к пуску ему требуется всего пять секунд! Но самое главное, что помимо авиации и крылатых ракет, большую угрозу для армейских группировок представляют оперативно–тактические ракеты противника. Поэтому С–300В создавался в первую очередь для борьбы с баллистическими, а не только с аэродинамическими целями. Главное различие между самолетом и ракетой — скорость. С–300В может перехватывать цели со скоростью до 4,5 м/с. Скорость ракеты С–300В4 (последняя модификация) составляет 7,5 скорости звука при дальности 400 км и высоте поражения цели 37 км. □ 7. С–400 «Триумф». Высокие технологии ■ Принятый на вооружение в 2007 году комплекс С–400 сумел объединить в себе достоинства «Фаворита» и «Антея»: он с равным успехом может работать как по аэродинамическим, так и по баллистическим целям, летящим со скоростью до 4,8 км/с. Это позволяет ему перехватывать не только оперативно–тактические ракеты, но и ракеты средней дальности. Радиус поражения ‒ до 400 км (в варианте с дальнобойной ракетой, принятой на вооружение в 2015 году, которая будет применяться и на С–500). Высота — от 5 м (!) до 185 км (!). □ 8. С–500 «Прометей». Космос! ■ Не только характеристики этой системы, но даже ее внешний вид пока остаются секретом. И все же некоторые факты уже стали достоянием общественности.

Admin: ■ 17–03–2016Первая противовоздушная: как в русской армии появились зенитки18 марта 1915 года был сформирован первенец российской ПВО — Отдельная автомобильная батарея для стрельбы по воздушному флоту ■ Грузовик РВБЗ с 76–мм зенитной пушкой образца 1915 г. Фото: vikipediya.wiki □ ■ Словосочетание «зенитная артиллерия» кажется нам сегодня настолько устоявшимся, что неспециалисту нетрудно и ошибиться, полагая, что этот вид пушек существует уже далеко не первое столетие. Между тем российские зенитки лишь в прошлом году отметили свой столетний юбилей. Это неудивительно, если учесть, что и первый самолет — то есть первая мишень для этого вида артиллерии — поднялся в воздух лишь 17 декабря 1903 года. А первая в России специализированная зенитная часть появилась на свет 18 (05 по старому стилю) марта 1915 года. Ею стала Отдельная автомобильная батарея для стрельбы по воздушному флоту, на вооружении которой стояли четыре зенитки образца 1914 года, установленные на шасси грузовиков «Руссо–Балт». ■ Несмотря на то что первые самолеты начали робкие полеты лишь в самом начале ХХ века, развитие авиации пошло настолько быстрыми темпами, что к началу Первой мировой войны она прочно вошла в состав вооруженных сил всех крупнейших воюющих держав. И первое место среди них принадлежало России: она имела в строю 263 самолета, в том числе 4 уникальных многомоторных дальних бомбардировщика «Илья Муромец», и оставила позади всех союзников и противников. Имея такой крупный воздушный флот, Российская империя отдавала себе отчет, что на всякое оружие найдется свой щит — и вела его разработку. ■ Русские военные были хорошо осведомлены о том, что за рубежом ведутся работы над противоаэропланной артиллерией. Наибольших успехов в этой области к 1910 году достигли немцы и французы, сумевшие адаптировать стоящие на вооружении пушки среднего калибра — 47 мм и 72 мм — для стрельбы по воздушным целям. Известно было в России и о том, что зенитную артиллерию с первых дней стремятся сделать максимально мобильной, для чего размещают орудия на автомобильном шасси, причем стараются бронировать машины, чтобы обезопасить личный состав. ■ Такой подход был совершенно логичным, и неудивительно, что в России пошли по тому же пути. Собственно, зенитной артиллерией в нашей стране занялись еще в 1901 году, когда капитан Михаил Розенберг представил проект своей 57–миллиметровой противоаэростатной пушки. Его отвергли, поскольку еще в 1890 году на испытаниях был получен опыт использования штатной полевой 76–миллиметровой пушки по воздушным целям — и опыт этот признали удачным. Но по мере развития самолетостроения становилось очевидно, что скорость аэропланов будет намного больше скорости аэростатов и дирижаблей, а значит, полевым пушкам, пусть и со специально обученными расчетами, с ними не справиться. И потому в 1908 году инициативная группа офицеров — слушателей и преподавателей Офицерской артиллерийской школы в Царском Селе — приступила к разработке собственно зенитного орудия. ■ Душой и центром этой группы стал штабс-капитан Владимир Тарновский — выпускник Михайловского артиллерийского училища, годом ранее ставший слушателем царскосельской артшколы. В 1909 году он, уже успевший проявить себя как грамотный инженер–рационализатор, закончил обучение в школе и остался в ней уже в качестве преподавателя. И, не отрываясь от обучения новых слушателей, вовсю работал над созданием первой русской зенитки. За основу для этого орудия взяли легкую 76,2–мм полевую пушку образца 1902 года, которую надлежало оснастить новым полуавтоматическим затвором и независимой линией прицеливания, а также станком, позволяющим поднимать ствол практически вертикально. Основные работы по новой пушке велись на «Путиловских заводах» под руководством инженера Франца Лендера, а Офицерская школа активно участвовала в разработке. ■ Поскольку создание нового типа орудий требовало и новой теории стрельбы, и новых станков, и новых элементов конструкции, работа над ним растянулась на несколько лет. Но это позволило штабс-капитану Тарновскому попутно освоить и идею размещения зениток на подвижном шасси. В 1912 году в третьем номере журнала, издававшегося в Офицерской артиллерийской школе, он опубликовал технический проект такого типа зенитного орудия, а затем обратился со своим предложением напрямую в «Общество Путиловских заводов», прося поддержать его техническими и технологическими знаниями. В 1913 году проект первой в России зенитной пушки, причем сразу с возможностью ее установки на стационарной позиции, а также на подвижной автомобильной или железнодорожной платформе, был одобрен Главным артиллерийским управлением. В июне 1914–го Путиловские заводы получили заказ на первые 12 орудий, которые официально назывались «трехдюймовая противоаэростатная пушка обр. 1914 г. Путиловского завода на автомобильной установке», а в обиходе — «пушка Тарновского–Лендера образца 1914 года», и в августе уже началась их сборка. □ ■ Кировский завод (бывший Путиловский завод, «Красный Путиловец»). Фото: putilov.atwp.ru □ ■ Пока рабочие-путиловцы собирали первые зенитки, а «Русско–Балтийский вагонный завод» — автомобили, на которых их предстояло установить, на фронт отправили другие батареи, предназначенные для борьбы с аэропланами. Их вооружили малоприспособленными для зенитной стрельбы 75–миллиметровыми морскими и 76–миллиметровыми полевыми пушками — по четыре в каждой батарее. Всего таких батарей в Кронштадте сформировали три и отправили их в Варшаву, на защиту Варшавской крепости. ■ Тем временем работа над первыми зенитками Тарновского–Лендера подходила к концу. Первые четыре орудия собрали в конце 1914 года и установили на пятитонных автомобилях «Руссо–Балт Т 40/65», которым на Путиловских заводах частично бронировали кузов и кабину. Но еще до конца этих работ, 18 (05) октября 1914 года Военный совет при военном министре утвердил штат Отдельной автомобильной батареи для стрельбы по воздушному флоту и определил «сформировать (по упомянутому штату и расчету числа чинов батареи военного времени) одну автомобильную батарею и содержать ее на все время настоящей войны». Совершенно естественным образом первым командиром первой специализированной зенитной части в России был назначен человек, приложивший максимум усилий для ее появления: штабс–капитан Владимир Тарновский. Это решение в министерстве обосновали необходимостью «дальнейшего усовершенствования системы на основании боевого опыта». ■ 19 марта 1915 года, в разгар боевых действий, штабс–капитан Тарновский отрапортовал о том, что батарею можно считать сформированной: «5–го сего Марта в батарею прибыли с Путиловского завода 4 установленные на автомобили орудия для стрельбы по воздушному флоту. Орудия эти уже испытаны на главном артиллерийском полигоне стрельбою и испытания прошли хорошо. Донося о сем, прошу об отдании в приказ по школе и для донесения в Главное управление Генерального штаба, что: 1) батарею следует считать сформированной 5–го сего марта; 2) посадка на железную дорогу для выступления на театр военных действий может быть совершена 10–го сего марта; 3) что для погрузки батареи потребуется подвижной состав, состоящий: из одного классного вагона I или II класса, двух теплушек по числу 78 нижних чинов, 12 платформ по числу 12 автомобилей и одного крытого товарного вагона для мотоциклетов и клади, всего 16 вагонов и платформ. Состав эшелона: 3 офицера, 1 классный чин, 78 нижних чинов, 12 автомобилей и 4 мотоциклета». ■ Нужно уточнить, что, помимо четырех собственно артиллерийских автомобилей, на которых были установлены зенитки Тарновского–Лендера, в распоряжении батареи поступали четыре частично бронированных автомобиля — зарядных ящика, роль которых играли трехтонные грузовики «Руссо–Балт М 24/40», а также три легковых автомобиля для офицеров и команды связи и кухня–цейхгауз на автомобильном шасси. Четыре же мотоцикла предназначались для разведчиков. ■ В таком составе первая в России Отдельная автомобильная батареи для стрельбы по воздушному флоту 02 апреля (20 марта) 1915 года убыла на Северо–Западный фронт. Свою первую победу она одержала 12 июня (30 мая) 1915 года в районе польского города Пултуск, когда ей удалось шрапнельным снарядом подбить немецкий аэроплан, упавший позади русских позиций. А общий боевой счет батареи, которая 04 ноября (22 октября) 1915 года получила новое название — 1–я отдельная автомобильная батареи для стрельбы по воздушному флоту (в связи с тем, что тем же приказом начштаба главнокомандующего № 172 была сформирована вторая подобная батарея; а всего в годы Первой мировой войны созданы и воевали девять зенитных автобатарей), достиг десятка вражеских самолетов, и это только те, о падении которых были получены достоверные данные. □ ■ Автор — Сергей Антонов

Admin: Военная инженерная радиотехническая академия противовоздушной обороны имени Маршала Советского Союза Говорова Л.А. □ ► Военная инженерная радиотехническая орденов Октябрьской Революции и Отечественной войны академия противовоздушной обороны имени Маршала Советского Союза Говорова Л.А. (ВИРТА) была ведущим военно–учебным заведением войск ПВО. Будучи первым вузом в составе этих войск, академия имени Говорова Л.А. оказала существенное влияние на создание стройной системы подготовки офицерских кадров и заняла в этой системе достойное место. Она стала также виднейшим научным центром по разработке вопросов боевого применения, создания и совершенствования радиолокационного и электронного вооружения и военной техники, подготовки научных и научно–педагогических кадров. Ее история неразрывно связана с развитием Войск Противовоздушной обороны как одного из видов Вооруженных Сил Советского государства. ► Накануне Великой Отечественной войны, в мае—июне 1941 когда, была создана Высшая военная школа ПВО Красной Армии (ВВШ ПВО КА) на правах академии. В сложных условиях военного времени она осуществляла ускоренную подготовку и переподготовку командных, инженерно–технических и политических кадров для зенитной артиллерии, прожекторных войск, службы воздушного наблюдения, оповещения и связи (ВНОС) и других специальных войск ПВО. С 1942 года в Высшей военной школе ПВО началось обучение первых специалистов по радиолокации, что впоследствии сыграло немалую роль в определении профиля академии. Успехи ВВШ в деле подготовки офицерских кадров в годы войны были высоко оценены Коммунистической партией и Советским государством. В 1945 роду школа была награждена орденом Отечественной войны. ► По решению Советского правительства в 1946 году Высшая военная школа ПВО была переформирована в Военную академию артиллерийской радиолокации Вооруженных Сил СССР (ВААР) с задачей подготовки кадров военных инженеров по радиолокации для зенитной артиллерии, истребительной авиации и службы ВНОС ПВО, а также для наземной артиллерии Сухопутных войск. Академия была передислоцирована из Москвы в город Харьков. Первым начальником Академии был генерал–лейтенант А.В. Герасимов. В 1949 году академия была включена в состав Войск противовоздушной обороны страны. ► Становление учебно–воспитательного процесса в академии совпало с разработкой, принятием на вооружение и освоением в войсках новых образцов радиолокационной техники. Первые выпускники академии оказались и первыми специалистами в войсках по этому новому виду боевой техники. Под их руководством и при их непосредственном участии служба ВНОС преобразовывалась в радиотехнические войска ПВО (РТВ), зенитная артиллерия — в зенитные ракетные войска ПВО (ЗРВ). ► Развитие Войск ПВО страны , формирование новых частей и соединений, оснащение их принципиально новым оружием настоятельно требовали подготовки и переподготовки офицерских кадров разного профиля и различных специальностей. На первых порах это обеспечивала академия, которая с 1948 года стала называться Артиллерийской радиотехнической академией Советской Армии (АРТА). ► Однако масштабы расширения академии не успевали за бурным развитием Войск ПВО. Потребовалось создание системы военно-учебных заведений. Была открыта в Калинине Военная командная академия ПВО, которой позднее было присвоено имя Маршала Советского Союза Жукова Г. К. В Минске и Киеве были сформированы высшие военные инженерные училища ПВО, которые готовили военных инженеров на первичные должности в войсках ЗРВ и РТВ. Создавался ряд средних военных командных училищ. Академия оказала помощь в формировании этих новых военных учебных заведений, становлении в них учебно-воспитательного процесс. Она щедро делилась своим опытом, учебной и методической литературой, кадрами преподавателей. ► С первых дней пребывания ВИРТА в Харькове партийные и советские органы Харьковской области, города Харькова и Дзержинского района оказывали ей ощутимую помощь. Особо тесные связи поддерживались с коллективами завода транспортного машиностроения имени В.А. Малышева и турбинного завода имени С.М. Кирова, которые были шефами Академии. ► На рубеже 50–х и 60–х годов в связи с развитием Войск ПВО, перед академией были поставлены новые задачи. В академии к этому времени были факультет ЗРВ (зенитно–ракетных войск) и факультет РТВ (радиотехнических войск). Увеличивалось количество специальностей подготовки военных инженеров, создавались новые факультеты и кафедры, в частности, был сформирован факультет автоматизации управления и электронной вычислительной техники. Более четко были поставлены учебные и научные задачи кафедрам. Все это способствовало качественной подготовке военных инженеров широкого профиля со специализацией по родам войск ПВО. Академия начала готовить инженеров для Войск РКО (Войск предупреждения о ракетном нападении и Войск противоракетной обороны) . Большой отряд выпускников Академии участвовал в постановке вооружения этих войск на боевое дежурство, а в дальнейшем обеспечивал непрерывную боевую готовность техники и вооружения. Этот период жизни ВИРТА тесно связан с деятельностью маршала артиллерии Ю.П. Бажанова. Будучи начальником Академии он внес огромный личный вклад в совершенствование всех сторон деятельности Академии. ► К этому времени академия вышла на уровень передовых военных вузов Страны не только в организации учебно–воспитательного процесса, но и в постановке научно–исследовательской работы. На базе фундаментальных исследований вопросов теории радиолокации и ее применения в военном деле, участия в разработке и совершенствовании радиоэлектронного вооружения на кафедрах академии сформировали научно–педагогические коллективы, способные самостоятельно осваивать новые вопросы, разрабатывать и ставить новые учебные дисциплины, организовывать подготовку кадров по перспективным специальностям. В активную работу включились созданные в академии проблемные научно–исследовательские лаборатории. Начал функционировать вычислительный центр. Установились и продолжали укрепляться творческие связи с войсками и научно–исследовательскими учреждениями. ► В конце 60–х годов академия получила новое наименование, более полно отражающее ее профиль. Она стала называться Военной инженерной радиотехнической ордена Отечественной войны академией противовоздушной обороны имени Маршала Советского Союза Говорова Л. А. (ВИРТА). ► Развитие академии сопровождалось естественным обновлением ее профессорско–преподавательского состава. Постепенно главным источником пополнения кадров преподавателей стала адъюнктура, в которой обучались, в основном, выпускники академии. К концу 60–х годов большинство должностей начальников факультетов и кафедр занимали офицеры, окончившие академию и ее адъюнктуру. ► В середине 70–х годов в академии начался переход к подготовке офицеров инженерного профиля с высшим военным образованием для замещения в войсках руководящих инженерных должностей. Первый выпуск специалистов этой категории был осуществлен в 1977 году. Одновременно продолжалось обучение офицеров, получающих высшее военно–специальное образование. В последующие годы командно–политический и профессорско–преподавательский состав академии активно включился в большую работу, вызванную начавшейся в стране перестройкой высшего образования. Известные постановления Коммунистической партии и Советского правительства, принятые в развитие решений XXVII съезда КПСС, определили основные направления перестройки, требующие нового подхода к решению кардинальных вопросов обучения и воспитания слушателей. В соответствии с этим уточняются целевые установки подготовки специалистов, разрабатываются новые учебные планы и программы, совершенствуется содержание учебных дисциплин. Существенно обновляется методика обучения слушателей, дальнейшее развитие получают активные методы обучения, возрастает роль самостоятельной работы. Совершенствуется учебно–материальная база академии, повышается степень компьютеризации учебного процесса, широко внедряются современные комплексы технических средств обучения, учебное кино и телевидение. ► Хорошо известно, что авторитет учебного заведения в основном определяется качеством подготовки его выпускников. За свою многолетнюю историю ВИРТА выпустила тысячи военных инженеров с высшим военно–специальным и высшим военным образованием. Подавляющее большинство из них своей безупречной службой прославило академию как ведущий инженерный вуз Войск противовоздушной обороны. Сотни говоровцев удостоены генеральских званий, отмечены Ленинскими и Государственными премиями, награждены орденами Советского Союза, служили, и многие продолжают служить на ответственных руководящих постах. ► Адъюнктура ВИРТА непрерывно расширялась и начала готовить преподавателей для других ввузов Войск ПВО. Выпускники академии назначались так же на инженерные должности в научно–исследовательских учреждений и испытательных полигонов. ► Заслуги академии в деле подготовки офицерских кадров для Войск ПВО в развитии советской военной науки отмечены высокими наградами Родины. В 1967 году в честь 50–летия Великой Октябрьской социалистической революции академии вручено юбилейное Почетное знамя ЦК КПСС, Президиума Верховного Совета СССР и Совета Министров СССР. В 1972 году в ознаменование 50–летия образования Союза Советских Социалистических Республик она была награждена юбилейным Почетным знаком. В 1978 году в связи с 60–летием Советской Армии и Военно-Морского Флота вклад академии в дело укрепления обороноспособности СССР был отмечен награждением ее орденом Октябрьской Революции. Успехи академии — результат напряженного самоотверженного труда многих поколений руководящего, профессорско–преподавательского и всего постоянного состава, генералов, офицеров, служащих СА, слушателей, сержантского и рядового состава подразделений обеспечения учебного процесса. Это результат целеустремленной партийно–политической работы, проводимой партийной организацией академии, энтузиазма комсомольцев и вдумчивой работы профсоюзной организации. ► После распада СССР и создания СНГ академия претерпела ряд преобразований. Вначале она была объединена с Высшим училищем имени Крылова. Это объединенное учебное заведение называлось Харьковский военный университет (ХВУ). Впоследствии ХВУ объединилось с Авиационным училищем имени Кожедуба. В настоящее время это учебное заведение носит название Харьковский университет воздушных сил. Здание Академии оказалось не нужным Министерству Обороны Украины, было передано Университету им. Каразина. Большинство преподавателей перешли на работу в высшие учебные заведения Украины и России, многие уволились из рядов Вооруженных Сил. ► Таким образом, огромный педагогический и научный потенциал Академии оказался в новых условиях не востребованным. □ ► Автор — А.А. Метешкин

Admin: Военная инженерная радиотехническая орденов Октябрьской Революции и Отечественной войны академия противовоздушной обороны имени Маршала Советского Союза Говорова Л.А.Краткий исторический очеркВысшая военная школа ПВО — предыстория академии (1941—1946)► Развитие Войск ПВО страны, созданных в первые годы после победы Великого Октября, происходило под неослабным вниманием Коммунистической партии и Советского Правительства. Под их руководством делалось все, чтобы вооружение и структура войск противовоздушной обороны наиболее полно соответствовали состоянию и развитию средств воздушного нападения вероятного противника. Особое внимание этому уделялось в канун второй мировой войны. ► Характеризуя состояние военно–воздушных сил в странах капитализма, Народный комиссар обороны Маршал Советского Союза К.Е. Ворошилов в выступлении на 18 съезде партии в марте 1939 года отмечал, что «авиационное строительство интенсивно продолжается всеми капиталистическими странами. На авиацию империалистами поставлена ставка, через нее буржуазно–империлистические и фашистские круги надеются добиться в будущей войне победы». 18 съезд партии ставил задачу всемерного укрепления боевой мощи Вооруженных сил государства, подчеркивая, что «особо стоит вопрос об активной противовоздушной обороне нашей страны». ► В предвоенные годы принимается на вооружение ряд новых самолетов–истребителей и зенитных артиллерийских орудий, происходит совершенствование противовоздушной обороны, формируются новые части и соединения ПВО. Наряду с этим уделяется внимание исследовательским работам по обнаружению самолетов с помощью радиотехнических средств, созданию первых радиолокационных станций и оснащению ими войск. ► В 1939 году на вооружение частей воздушного наблюдения, оповещения и связи (ВНОС) принимаются первые радиолокаторы РУС–1 (в разработках — «Ревень»). Они работали по принципу непрерывного излучения электромагнитной энергии и использовали раздельные антенны для передачи и приема сигналов. Боевое крещение эти радиолокаторы получили в войне с белофиннами в 1939—1940 годах. К началу Великой Отечественной войны радиолокаторов РУС–1 в войсках было развернуто 45 экземпляров. ► В 1940 году в войска поступило 12 радиолокаторов РУС–2 ( в разработках — «Редут»). В отличие от радиолокаторов РУС–1 они работали в режиме импульсного излучения, хотя по–прежнему использовали раздельные антенны для передачи и приема электромагнитной энергии. В начале 1941 года радиолокаторы РУС–2 были существенно модернизированы. Благодаря использованию автоматического переключателя «прием–передача» модернизированный вариант радиолокатора РУС–2С (в разработках — «Пегматит») с помощью одной антенны осуществлял излучение зондирующих импульсов энергии и прием отраженных сигналов. К началу войны войска получили 15 радиолокаторов этого варианта. ► В эти же года в Советском Союзе начались работы по созданию радиолокационных станций орудийной наводки для зенитной артиллерии. ► Решалась задача подготовки командных и технических кадров противовоздушной обороны. Действовало ряд военных училищ и курсов переподготовки и усовершенствования командного состава. Кадры высшей квалификации готовились в военных академиях. С 1931 года факультет военных приборов в Артиллерийской академии имени Ф.Э. Дзэржинского готовил специалистов по приборам управления огнем зенитной артиллерии. В 1938—1939 годах в этой академии был создан специальный факультет зенитной артиллерии. В Военной академии связи им. С.М. Буденного были отделения прожекторное и ВНОС. Кадры прожектористов, как командные, так и инженерные, готовила Военно–инженерная академия им. В.В. Куйбышева. Расширились курсы тактики ПВО в Военной академии Генерального штаба и в Военно–воздушной академии им. Н.Е. Жуковского. В 1939 году в Военной академии им. М.В. Фрунзе был открыт факультет ПВО. ► Непосредственно перед самой войной, в 1940—1941 годах проводится ряд мероприятий по усилению противовоздушной обороны. Создается Главное управление ПВО, начальник которого непосредственно подчиняется Народному комиссару обороны СССР. Территория страны делится на зоны ПВО, которые, в свою очередь, разделяются на районы и пункты. Управление войсками ПВО сосредоточивается в руках создаваемых командований и штабов. Эти мероприятия потребовали кардинального решения вопроса о подготовке кадров высокой квалификации для противовоздушной обороны. ► Приказом Народного комиссара обороны СССР от 17 мая 1941 года на базе факультета противовоздушной обороны Военной академии им. М.В. Фрунзе создается Высшая военная школа ПВО Красной Армии (ВВШ ПВО ). На нее возлагается задача подготовки командиров с высшим военным образованием для частей и соединений ПВО, штабных командиров для центральных органов Народного комиссариата обороны, преподавателей военно–учебных заведений по противовоздушной обороне, специалистов по ПВО для общевойсковых соединений и объединений. Срок обучения устанавливается три года. ► Набор слушателей в ВВШ ПВО намечалось произвести к 01 июня 1941 года. При этом второй и третий курсы предполагалось укомплектовать слушателями факультета ПВО Военной академии им. М.В. Фрунзе. Преподавательский и командный состав также укомплектовывался в основном за счет этой академии. ► Начальником Высшей военной школы ПВО был назначен генерал–майор Григорий Михайлович Кобленц. В последние годы войны генерал Г.М. Кобленц ушел в войска и командовал одним из корпусов ПВО. В числе первых начальников кафедр были: генерал–майор Б.К. Колчигин, через несколько месяцев после начала Великой Отечественной войны убывший в действующие войска и командовавший одним из стрелковых корпусов, заслужившим в боях гвардейское звание; полковник Г.Х. Чайлахян, также вскоре убывший в войска и в течение двух лет работавший начальником штаба Закавказской зоны ПВО, получив там звание генерал–майора артиллерии и в конце войны вернувшийся в ВВШ ПВО; комбриг, позднее генерал–майор войск связи И.Г. Слефогт, в прошлом участник боев с басмачами в Средней Азии; полковник В.Р. Бакрадзе, один из разработчиков Правил стрельбы зенитной артиллерии, по которым советские зенитчики в годы войны отражали налеты вражеской авиации. ► Вероломное нападение фашистской Германии на Советский Союз и начавшаяся Великая Отечественная война изменили обстановку. Военно–учебные заведения переходили на ускоренную подготовку кадров. Высшая военная школа ПВО получила задачу начать подготовку лейтенантов — командиров взводов зенитной артиллерии со сроком обучения 1 год. В качестве курсантов для этого в школу было направлено 300 студентов выпускных курсов физико–математических факультетов университетов и педагогических институтов. Занятия с ними начались в помещениях Военной академии им. М.В. Фрунзе и в помещении ВВШ ПВО (проезд Девичьего поля, 4 ). ► В октябре 1941 года Высшая военная школа ПВО была передислоцирована в г. Пензу и размещена в здании железнодорожной школы. Занятия по изучению вооружения были организованы на материальной части зенитно–артиллерийского полка и отдельного зенитно–артиллерийского дивизиона, осуществлявших противовоздушную оборону города. С декабря 1941 года в составе школы начали действовать курсы усовершенствования политсостава (КУПС), на которых готовились политработники для зенитно–артиллерийских частей от комиссаров батарей до комиссаров полков и работников политорганов войск ПВО. Срок обучения на курсах вначале был установлен 4 месяца, затем несколько увеличен. ► В апреле 1942 года ВВШ ПВО произвела первый выпуск командиров взводов и батарей зенитной артиллерии (300 человек) и комиссаров зенитных батарей и дивизионов (86 человек). Большинство выпускников было направлено в действующие войска. Часть из них, главным образом из числа бывших студентов, была переведена в Горьковское училище зенитной артиллерии для освоения станций орудийной наводки СОН–2. Позднее они командовали первыми батареями СОН на фронтах Великой Отечественной войны. ► С середины 1942 года по март 1943 года в составе Высшей военной школы ПВО функционировали трех– и шестимесячные курсы подготовки и усовершенствования командного и политического состава. В октябре 1942 года из Военной академии связи им. С.М. Буденного на учебу в ВВШ ПВО прибыло З0 воентехников–радистов для переподготовки их по эксплуатации и боевому использованию станций орудийной наводки СОН–2. Это было начало подготовки специалистов по радиотехнической специальности в Высшей военной школе ПВО. Для решения этой задачи в июне 1942 года в составе школы была создана кафедра радиопеленгации (радиолокации), которую возглавил военинженер 2 ранга В.А. Иванов. В становлении учебного процесса на кафедре и в развертывании радиолокационных станций активно участвовали военинженер 3 ранга А.Г. Молибог, старшие техник–лейтенанты А.Л. Величко и И.А. Лыков. ► В марте 1943 года Высшая военная школа ПВО передислоцировалась обратно в Москву, и была размещена в Лефортово (ул Красноказарменная, 14), а в начале 1945 года в Красноперекопские (Спасские) казармы на Садовом кольце. ► Начальником школы летом 1943 года был назначен генерал–майор технических войск Тимофей Александрович Туклин, имевший в прощлом опыт работы в военно–учебных заведениях и получивший боевой опыт (генерал Т.А. Туклин прибыл из Томска, где командовал Ленинградским артиллерийско–техническим училищем зенитной артиллерии. Его заместителями в конце 1943 года были: по политической части — полковник Феодосий Сергеевич Вишневецкий, по строевой части — генерал–майор артиллерии Александр Петрович Клеушев, оба активно участвовавшие в боях в первые годы войны и награжденные боевыми орденами. ► С марта 1943 года ВВШ ПВО перешла на нормальный трехгодичный срок обучения с задачей подготовки для войск ПВО командиров с высшим военным образованием. Для обучения в школе направлялись офицеры из войск с должностей командиров батарей и выше. ► Школа расширилась. Был организован ряд новых кафедр. Преподавательский состав пополнился за счет преподавателей Артиллерийской академии им. Ф.Э. Дзержинского, Военной академии связи им. С.М. Буденного и других учебных заведений и учреждений. Кафедры возглавляли опытные педагоги, генералы и офицеры, имеющие большой служебный и боевой опыт. Среди них упоминавшиеся ранее генерал–майор артиллерии Г.Х. Чайлахян, генерал–майор войск связи И.Г. Слефогт, полковник В.Р. Бакрадзе, инженер–полковник В.А. Иванов, а также полковники З.С. Кириллов, А.Н. Соколов, В.Г. Цибульский, подполковник Н.И. Губанов. Пополнилась учебно–материальная база школы: были получены орудия и приборы зенитной артиллерии, радиолокационные станции. ► Наряду с обучением основного состава слушателей Высшей военной школы ПВО, продолжалась подготовка и переподготовка командиров, политработников, инженеров и техников на краткосрочных курсах. Так, в течение 1943 и 1944 годов действовали курсы переподготовки инженеров и командиров станций орудийной наводки СОН–2 и СОН–3К, на которых обучались призванные в армию студенты старших курсов гражданских вузов. Продолжали функционировать курсы усовершенствования политсостава, курсы переподготовки выпускников Военной академии связи им. С.М. Буденного. ► 0З сентября 1944 года Высшей военной школе ПВО Красной Армии было вручено Красное Знамя части. ► За годы Великой Отечественной войны школа подготовила большой отряд офицеров — командиров, политработников, инженеров и техников для войск противовоздушной обороны получивших хорошие специальные знания и идейно-политическую закалку. Офицеры, окончившие ВВШ ПВО и курсы при школе, успешно командовали подразделениями и частями, занимали ответственные должности политработников, инженеров и техников. Многие из воспитанников ВВШ ПВО отличились в боях с немецко–фашистскими захватчиками и японскими милитаристами и были награждены боевыми орденами и медалями. Часть из них и после войны успешно командовала частями и соединениями ПВО, служила на высоких ответственных должностях, а некоторые продолжают службу и в настоящее время. Среди них генерал–лейтенант артиллерии Н.И. Кульбаков, генерал–майор С.И. Сахаров и другие. Офицеры, обучавшиеся на курсах при ВВШ ПВО, одними из первых осваивали и использовали в боях новую радиолокационную технику, поступавшую на вооружение в период войны. Среди них были офицеры Н.А. Анцыгин, С.Р. Перепелкин, А.М. Сапожников, А.М. Степанов, С.В. Тикиджи–Хамбурьян, Я.С. Шифрин, Ф.А. Шурыгин, впоследствии многие годы работавшие в академии по обучению и воспитанию военных инженеров для Войск ПВО страны. ► За выдающиеся успехи в подготовке высоко квалифицированных артиллерийских кадров для Красной Армии и боевые заслуги перед Родиной Высшая военная школа ПВО Красной Армии Указом Президиума Верховного Совета СССР от 17 ноября 1945 года награждена орденом Отечественной войны І степени. От имени Президиума Верховного Совета СССР орден школе вручил начальник штаба Войск ПВО страны генерал–полковник Н.Н. Нагорный. ► Летом 1946 годна ВВШ ПВО была передислоцирована в г. Харьков, где в августе был произведен первый выпуск офицеров с высшим военным образованием. Дипломы с отличием в этом выпуске получили капитаны Н.Г. Абрамович, Д.И. Петин, В.Ф. Шалунов и старший лейтенант С.П. Новожилов. Офицеры Д.И. Петин и В.Ф Шалунов в последствии многие годы служили в академии и были уволены в запас по возрасту в звании полковников. Второй и последний выпуск ВВШ ПВО состоялся в 1947 году в рамках уже сформированной к тому времени академии.

Admin: Военная инженерная радиотехническая орденов Октябрьской Революции и Отечественной войны академия противовоздушной обороны имени Маршала Советского Союза Говорова Л.А. Краткий исторический очеркФормирование академии — Первый учебный год (1946—1947)► Опыт Великой Отечественной войны показал, что идея использования радиолокационной техники для обнаружения воздушных объектов, трудами советских учених и конструкторов воплощенная в первых радиолокационных станциях на рубеже 30–х и 40–х годов, оказалась весьма перспективной. Война выявила несколько направлений боевого использования средств радиолокации. Начало исслсдований для некоторых из них относится к 1941—1943 годам, для других — несколько позднее. Основными направлениями были: • дальнейшее развитие радиолокационних средств обнаружения воздушных обьектов, разработка и внедрение радиолокаторов обнару жения самолетов на больших дальностях и в широком диапазоне высот их полета; • использование разведывательных данных, получаемых от радиолокаторов, для постановки задач истребительной авиации и зенитной артиллерии; • дальнейшее совершенствование и разработка нових станций орудийной наводки для зенитной артиллерии, комплексирование этих станций с приборами управления зенитным артиллерийским огнем (ПУАЗО) и зенитными орудиями; • использование радиолокационных средств для управления истребительной авиацией, для наведения самлолетов–истребителей на воздушные обьекты; • разработка и внедрение портативних самолетных радиолокаторов для обеспечения перехвата вражеских самолетов и для осуществления прицельного бомбометания в условиях ограниченной видимости; • разведка с помощью радиолокационной техники движущихся наземных объектов (танков, самоходных артиллерийских установок) на фоне неподвижных местных предметов в интересах сухопутных войск; • разведка радиолокационными средствами стреляющих орудий и минометов противника и управление огнем своей артиллерии по их подавлению; • ускоренная топографическая привязка боевых порядков артиллерии средствами радиолокации; • метеорологическое обеспечение наземной и зенитной артиллерии с помощью радиолокации и радиотехники. □ □ ► Окончившаяся разгромом немецкого фашизма и японской военщины вторая мировая война не изменила агрессивной сущности империализма. Коммунистическая партия и Советское правительство поэтому не могли ослабить внимания к вопросам дальнейшего укрепления оборонной мощи нашего государства, вопросам боеспособности его Вооруженных Сил. ► В первые послевоенные годы, одновременно с огромной работой советского народа по восстановлению разрушенного войной народного хозяйства, Коммунистическая партия и Советское правительство проводят ряд мер, направленных на оснащение Вооруженных Сил СССР новейшим оружием и боевой техникой, в том числе и радиолокационной. Одновременно с разработкой и внедрением нових образцов вооружения, решается задача подготовки кадров для Вооруженных Сил, владеющим этим оружием. Составной частью этой задачи было создание новой военной академии, призванной готовить кадры специалистов по радиолокационной технике. В соответствии с приказом Министра Вооруженных Сил СССР от 30 июня 1946 года на базе Высшей военной школы ПВО в городе Харькове создавалась Военная школа артиллерийской радиолокации (ВААР). Выбор ВВШ ПВО в качестве базы для формирования новой академии был не случаен. Школа была единственным высшим учебным заведением, осуществлявшим подготовку офицеров противовоздушной обороны. А специалисты по радиолокации в то время требовались прежде всего в Войсках ПВО страны. Школа имела некоторый опыт обучения на краткосрочных курсах переподготовки военных инженеров и техников по радиолокации для зенитной артиллерии. В составе школы была кафедра радиолокации, оснащенная несколькими образцами радиолокационных станций. Школа только что передислоцировалась в город Харьков, известный как город с большим числом высших учебных заведений, — где задача укомплектования, академии кадрами преподавателей общенаучных дисциплин могла быть решена с меньшими трудностями, чем в других городах. ► Академия создавалась с задачей подготовки инженерных кадров по боевому использованию и эксплуатации радиолокационных средств наземной артиллерии, зенитной артиллерии и истребительной авиации. Решение о сосредоточении подготовки инженеров нового профиля для двух родов войск противовоздушной обороны и одного рода сухопутных войск в одном учебном заведении в то время оправдывалось тем, что этот профиль был нов для всех видов Вооруженных сил. Организация подготовки кадров по новому профилю в нескольких учебных заведениях означала бы распыление усилий. К тому же Командующий Войсками ПВО страны в то время подчинялся Командующему артиллерией Вооруженных Сил. Создаваемая академия также была подчинена Командующему артиллерией Главному маршалу артиллерии Н.Н. Воронову. ► Формирование академии поручалось начальнику ВВШ ПВО генерал–майору технических войск Тимофею Александровичу Туклину, который после завершения формирования академии и расформирования школы, назначался заместителем начальника академии по учебной и научной работе. Его ближайшими помощниками в трудном деле формирования новой академии были заместитель начальника школы по политической части полковник Феодосий Сергеевич Вишневецкий и заместитель начальника школы по строевой части генерал–майор артиллерии Александр Петрович Клеушев. По завершению формирования они назначались на аналогичные должности в академии. ► Академию приказано было сформировать в составе трех факультетов, соответственно трем родам войск, для которых предполагалось готовить кадры, военных инженеров. Занятия должны были одновременно начаться на двух младших курсах всех трех факультетов с 10 ноября 1946 года. Более старшие курсы в этот период не создавались. ► Трудности задачи формирования нового учебного заведения в случае Военной академии артиллерийской радиолокации усугублялись тем, что создавалось новое высшее учебное заведение, подобного которому по своему назначению никогда не было ни в Вооруженных Силах, ни в системе гражданского высшего образования. Наряду с вопросами, направление решения которых было в общих чертах понятно, возникала масса новых вопросов. Но самыми неотложными для лиц, ответственных за формирование академии, были: набор слушателей и формирование факультетов, формирование кафедр, которые должны были начать занятия с первых дней учебы, и подготовка помещений для размещения подразделений и начала занятий. ► Комплектование акаемии слушателями осуществлялось следующим образом. Высшая военная школа ПВО в августе 1946 года произвела первый выпуск офицеров с высшим военным образованием. Оставались офицеры, перешедшие на третий и второй курсы. Третий курс должен был заканчивать обучение по программам ВВШ ПВО. Второй курс преобразовывался во второй курс академии. Большинство слушателей этого курса было офицерами–зенитчиками. Нужно было распределить их на три факультета. Попавшие при таком распределении на факультеты наземной артиллерии и истребительной авиации должны были менять свои военные специальности. Некоторые офицеры на изменение специальности шли с нежеланием. Приходилось проводить с ними индивидуальные воспитательные беседы. ► На второй курс академии была принята небольшая часть офицеров, перешедших на третий курс ВВШ ПВО и изъявивших желание обучаться в академии с потерей одного учебного года. ► Первый курс факультетов зенитной артиллерии и истребительной авиации, в основном, комплектовался слушателями подготовительного курса Высшей военной школы ПВО и офицерами дополнительного набор из войск. На первый курс факультета наземной артиллерии по решению Командующего артиллерией Вооруженных Сил были зачислены офицеры, сдавшие вступительные экзамены в Артиллерийской академии им. Ф.Э. Дзержинского и оказавшиеся там набранными сверх штата. ► В 1946 году набор слушателей во все академии проводился с большим количеством вступительных экзаменов. В инженерных академиях и на инженерных факультетах офицеры сдавали письменные и устные экзамены по русскому языку и литературе, по математике, устные экзамены по физике, химии и несколько экзаменов по военным и специальным дисциплинам. Общее количество вступительных экзаменов доходило до десяти–двенадцати. Была возможность отобрать на учебу хорошо подготовленных и способных офицеров. ► Первые курсы всех трех факультетов были укомплектованы с избытком на 15—20% Командование академии могло пойти на это, так как штатная численность академии исчислялась из расчета всех курсов от первого до выпускного, а формировалось только два первых курса. Избыток слушателей на курсах позволил в последующем отчислять из академии не успевающих в учебе. ► Подавляющее большинство офицеров–слушателей первых двух курсов академии, как, впрочем, и нескольких последующих наборов, были участниками Великой Отечественной войны, получившими богатый опыт боевых действий и командования подразделениями, но растерявшими за годы войны знания за среднюю школу. К тому же значительная часть принятых на учебу офицеров училась в первые месяцы войны на краткосрочных курсах младших лейтенантов и, следовательно, не имела теоретической подготовки, которую давали нормальные средние военные училища довоенного времени. ► Возраст большинства слушателей был 23—26 лет. Почти все были членами Коммунистической партии. Самим распространенным воинским званием слушателей первых наборов было звание майор. Часть имела звания капитан, были и подполковники. Многие слушатели были награждены орденами и медалями. ► Нужно сказать, что в первые послевоенные годы молодые офицеры, прошедшие войну и решившие остаться на службе в Вооруженных Силах, стремились к получению высшего военного образования, понимая, что от этого будет зависеть их дальнейшее продвижение по службе. Поэтому с первых дней учебы в академии установилась атмосфера борьбы за знания, за высокие показатели в учебе. ► Одновременно с набором слушателей происходило формирование факультетов. ► Первый факультет — факультет радиолокации наземной артиллерии формировал полковник А.Д. Савинцев, назначенный заместителем начальника факультета по политической части. Опытный политработник, активный участник Великой Отечественной войны, Алексей Дмитриевич Савинцев до войны работал в одном из артиллерийских училищ. В работе по формированию факультета ему помогали начальники курсов полковники Н.В. Овчаров и С.С. Скрягин, оба в годы войны командовавшие артиллерийскими частями. Полковник С.С. Скрягин до войны командовал батареей курсантов в одном из артиллерийских училищ. Полученный в то время опыт воспитательной работы помог ему стать одним из лучших начальников курсов академии. ► Назначенный начальником первого факультета генерал–майор артиллерии Н.И. Полянский прибыл в академию в марте 1947 года. Участник боев в районе р. Халхин–Гол и активный участник Великой Отечественной войны, Николай Иванович Полянский до работы в академии был командующим артиллерией одной из гвардейских танковых армий. Боевой энергичный генерал с первых дней включился в работу и стремился в короткий срок освоить новый для него профиль — радиолокацию наземной артиллерии. И это ему удалось. В ближайшие годы он подготовил и защитил диссертацию на соискание ученой степени кандидата военных наук по профилю своего факультета без освобождения от исполнения служебных обязанностей. ► Заместитель начальника факультета – начальник учебной части инженер–подполковник И.А. Долгов прибыл в академию также в марте 1947 года. Он имел опыт преподавательской и административной работы в среднем военном училище, что ему помогло успешно работать на факультете и позднее возглавить учебный отдел академии. ► В состав первого факультета вошли две кафедры: кафедра радиолокационной аппаратуры наземной артиллерии и кафедра тактики и техники наземной артиллерии. ► В то время найти специалистов для преподавательской работы на первую из кафедр не представлялось возможным. Таких специалистов просто не было в Вооруженных Силах. Исполнение обязанностей начальника кафедры было возложено на старшего преподавателя инженер–майора Л.Г. Писаревского, имевшего довоенный опыт преподавательской и научно–исследовательской работы в области радиотехники и радиолокации, кандидата технических наук, доцента. Будучи единственным преподавателем на кафедре, имевшим ученую степень и звание, возглавляя коллектив кафедры в течение шести лет, Л.Г. Писаревский обеспечил становление учебного процесса и организацию подготовки научно–педагогических кадров. ► Заместителем начальника кафедры был назначен инженер–майор А.Г. Молибог, ранее работавший на кафедре радиолокации ВВШ ПВО, преподавателем — старший техник–лейтенант Б.М. Лебедев. Впоследствии оба успешно защитили кандидатские диссертации и многие годы работали на преподавательской работе. Александр Григорьевич Молибог длительное время был заместителем начальника Минского высшего инженерного зенитно–ракетного училища ПВО по учебной и научной работе. За умелое руководство учебно–методической и научно–исследовательской работой и личный вклад в педагогику высшей школы ему было присвоено ученое звание профессор. Последние годы в Вооруженных Силах он служил в звании генерал–майор–инженер. ► Начальником кафедры тактики и техники наземной артиллерии был назначен полковник А.И. Кривошапов, в годы войны командовавший артиллерийскими частями и соединениями. Преподавателями этой кафедры стали полковники Т.Н. Вишневский и И.Ф. Филиппов, имевшие большой боевой опыт, но ранее преподавателями не работавшие. Им пришлось разрабатывать и ставить учебные дисциплины, в которых изучалась тактика и стрельба наземной артиллерии. Материальную часть артиллерии преподавал инженер–майор М.А. Буховер. ► Второй факультет — факультет радиолокации зенитной артиллерии формировал генерал–майор артиллерии Л.В. Нечаев, назначенный на должность начальника факультета в 1946 году и командовавший им более шести лет. Лев Викторович до воины служил в военно–учебных заведениях на преподавательской и командной работе и имел ученое звание доцент. В годы войны активно участвовал в боях и начальником факультета был назначен с высокой должности заместителя командующего объединением ПВО. Свой опыт преподавательской и воспитательной работы и боевой опыт, приобретенный в годы войны, генерал–майор артиллерии Л.В. Нечаев умело передавал подчиненным офицерам и слушателям. ► Заместителем начальника факультета по политической части с момента формирования факультета был опытный политработник, активный участник Великой Отечественной войны полковник А.Ф. Соболь. Заместитель начальника факультета — начальник учебной части полковник В.Н. Балясников, имевший опыт работы в военно–учебных заведениях, прибыл на факультет в конце первого учебного года. ► Первыми начальниками курсов на факультете были полковники М.Г. Токарев и Е.И. Цветухин. Оба активные участники войны, командовавшие на фронтах подразделениями и частями зенитной артиллерии, и подполковник Б.Б. Сушкевич, переведенный после первого года работы на факультете на аналогичную работу на курсах усовершенствования офицерского состава при академии. ► В штат факультета были включены две кафедры, ранее бывшие в составе Высшей военной школы ПВО: кафедра радиолокационной аппаратуры зенитной артиллерии (в составе ВВШ ПВО называвшаяся кафедрой радиолокации), начальником которой продолжал оставаться инженер—полковник В.А. Иванов, и кафедра стрельбы и техники зенитной артиллерии, возглавляемая полковником В.Р. Бакрадзе. ► Обе эти кафедры при переходе из ВВШ ПВО в академию практически работали без перерыва. В течение 1946—1947 учебного года, когда кафедры других факультетов только начинили готовиться к преподаванию своих учебных дисциплин, эти кафедры обучали выпускной курс последнего выпуска Высшей военной школы ПВО. Преподавателями на кафедрах были полковник И.М. Молчадский, инженер–подполковники В.В. Бондаренко, В.Г. Миленин, инженер–майоры Н.А. Лебедев, В.С. Салов, ранее работавшие преподавателями ВВШ ПВО. ► Третий факультет — факультет радиолокации истребительной авиации, как и первый факультет, формировался заново. Его начальником был назначен опытный боевой командир, прослуживший в авиации со времен Гражданской войны на должностях командиров подразделений, частей и соединений, генерал–лейтенант авиации С.Г. Король. В годы Великой Отечественной войны Степан Георгиевич Король командовал авиационной дивизией и корпусом. Его работа на факультете продолжалась четыре года, до момента разделения факультета на два других. После этого генерал–лейтенант авиации С.Г. Король уволился в отставку. ► Заместителем начальника факультета по политической части с момента формирования факультета в течение трех лет был полковник М.В. Резонтов, получивший опыт политработы в войсках ПВО в годы войны. Заместителем начальника факультета – начальником учебной части с первых дней формирования факультета был полковник П.М. Чупруков, имевший довоенный опыт работы в военно–учебных заведениях в должностях преподавателя и командира учебного подразделения. Павел Михеевич Чупруков последние годы своей службы в Вооруженных Силах формировал и был начальником одного из училищ ПВО. ► Первыми начальниками курсов на факультете были полковники А.Ф. Ложкин, А.Н. Нестеренко и Н.П. Озерский, активные участники Великой Отечественной войны, имевшие опыт командования подразделениями и воспитания подчиненных. Полковник А.Ф. Ложкин позднее был заместителем начальника факультета – начальником учебной части, а полковник Н.П. Озерский многие годы работал начальником курса и заслуженно считается одним из лучших воспитателей подчиненных ему слушателей. ► В состав факультета вошли три кафедры: кафедра радиолокационной аппаратуры, истребительной авиации и ВНОС, кафедра тактики авиации и кафедра связи и ВНОС. Первая из них формировалась заново, две других с некоторыми изменениями штатов переходили из Высшей военной школы ПВО. ► Формирование кафедры радиолокационной аппаратуры истребительной авиации и ВНОС осуществлял инженер–полковник Д.С. Стогов, прибывший в академию в октябре 1946 года. Дмитрий Сергеевич Стогов в свое время принимал непосредственное участие в создании первой отечественной радиолокационной станции обнаружения самолетов РУС–1. ► На его кафедре первыми преподавателями были инженер–капитаны О.Б. Кащенко и П.В. Мазурин. ► Кафедру тактики авиации в первые месяцы формирования академии продолжал возглавлять полковник А.Н. Соколов. В декабре 1946 года он был переведен на другую работу. Начальником кафедри был назначен полковник Г.Д. Войшицкий. Под руководством Георгия Дмитриевича Войшицкого, командовавшего кафедрой около шести лет, разрабатывались ставились все учебные дисциплины и создавалась учебно–лабораторная база. Преподавателями кафедры были майоры Б.Г. Бродский, М.Е. Попов и капитан А.С. Ильин. Последний многие годы работал в академии на разных преподавательских должностях, в том числе возглавлял одну из кафедр. ► Начальником кафедры связи и ВНОС в течение первого учебного года продолжал оставаться полковник Н.И. Ненашев, возглавлявший эту кафедру в ВВШ ПВО. В 1947 году его сменил полковник Б.А. Максимов, ранее бывший заместителем начальника кафедры, преподавателями этой кафедры были инженер-подполковник С.Ф. Гришин, по совместительству работавший начальником связи академии, и инженер–капитан А.Л. Величко. Кафедра в течение 1946—1947 учебного года проводила занятия с выпускным курсом Высшей школы ПВО и готовилась к проведению занятий с основными курсами академии. Преподавание техники связи для слушателей всех факультетов начиналось с осени 1947 года. ► Так решалась первая из перечисленных выше главных задач, вставших перед лицами, осуществляющими формирование академии, а именно — задача укомплектования академии слушателями и формирование факультетов с их кафедрами. ► Второй не менее важной задачей было формирование или хотя бы частичное укомплектование преподавателями кафедр общенаучной подготовки, которых не было в составе Высшей военной школы ПВО. Очевидно, эта задача решалась бы легче, если бы академия имела учебные планы подготовки слушателей по заданным специальностям. Тогда бы, по крайней мере, было ясно, какие кафедры и с какими штатами нужно формировать. Но планов таких не было и разрабатывать их было некому. По предложению начальника учебного отдела кандидата технических наук доцента инженер–полковника Б.С. Рабиновича, прибывшего в академию с такой же должности из Артиллерийской академии им Ф.Э. Дзержинского, было решено начать учебный год на первом курсе всех факультетов примерно по такому же учебному плану, по которому занимаются слушатели первых курсов инженерных факультетов академии им. Ф.Э. Дзержинского. Учебный план второго курса при этом должен быть переходным от Высшей военной школы к академии. ► Для выполнения этого решения нужно было хотя бы частично укомплектовать преподавателями кафедры математики, теоретической механики, физики , химии, прикладной механики, электротехники и иностранных языков. ► Харьков — город вузов. Вместе с тем, к моменту формирования академии, многие вузы города еще только возвращались из эвакуации и организовывали свою работу. Они сами испытывали недостаток в опытных научно–педагогических кадрах, которыми можно было бы поделиться с другими организациями. И все же в таких условиях харьковские областные и городские партийные и советские органы, вузы города помогали академии преподавательскими кадрами. К началу занятий на работу в академию было привлечено минимально необходимое количество преподавателей, имеющих опыт работы в вузах, которые становились первыми лекторами и возглавили формирование кафедр. В основном же преподавателями академии становились молодые люди, только что окончившие вузы, а также демобилизованные после окончания войны из Вооруженных Сил воины, получившие высшее образование перед войной и не успевшие приобрести опыт работы. Наем таких людей на работу затруднялся еще и тем, что академия не располагала жилищным фондом и не могла, поэтому предоставить преподавателям квартиры. ► Кафедру математики возглавил кандидат физико–математических наук доцент Н.С. Ландкоф, имевший опыт преподавания математических дисциплин в Харьковском государственном университете. С первых дней занятий он начал читать лекции по математическому анализу и аналитической геометрии. Его лекции отличались строгостью изложения материала и хорошей формой его преподнесения слушателям. Он проявлял высокую требовательность к знаниям обучаемых, что в дальнейшем стало традицией кафедры математики. Преподавателями кафедры с первых дней ее формирования стали выпускники университета Е.Л. Резник, И.М. Сливняк, имевшая некоторый опыт преподавания О.П. Барабашова и демобилизованный из Вооруженных Сил Я.А. Минчин. ► Заведующим кафедрой физики в течение первого учебного года был кандидат физико–математических наук доцент А.И. Шпетный, работавший ранее старшим научным сотрудником Украинского физико–технического института АН УССР. Одновременно с ним в параллельном потоке лекции по физике читал кандидат физико–математических наук доцент И.М. Гордон, работавший в академии по совместительству и продолжавший преподавательскую работу в Харьковском государственном университете. Групповые упражнения и лабораторные работы проводил демобилизованный старшина Д. М. Уманский и опытный преподаватель В.И. Усов. ► Кафедра химии как самостоятельная кафедра существовала в академии только в течение первого учебного года, т.е. до вступления в действие собственных академических учебных планов. Ее возглавлял доктор химических наук профессор В.М. Кравченко, ранее работавший в Харьковском сельскохозяйственном институте. Ассистентом на кафедре с первых дней работала Т.Н. Озерова. Химические источники тока преподавала выпускница университета В.Д. Пастухова. Несколько позднее преподавателем кафедры стал демобилизованный офицер Г.Ф. Бебих, в последствии профессор Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова. С начала второго учебного года кафедра была расформирована. Преподаватели химии влились в состав объединенной кафедры физики и химии. Группу преподавателей–химиков возглавил Г.Ф. Бебих.

Admin: ► Большую помощь в организации занятий по общенаучным дисциплинам на первых порах академии оказал Харьковский институт инженеров железнодорожного транспорта, расположенный недалеко от первоначального размещения академии. Ряд преподавателей этого института в течение первых двух–трех лет работали в академии по совместительству, обеспечивая занятия по теоретической и прикладной механике. Лекции по этим дисциплинам читали доценты М.И. Жеренкин, Д.Г. Ковтун, а доцент Л.В. Устименко в течение трех лет возглавлял кафедру теоретической механики. В лабораториях этого института в течение первого учебного года проводились лабораторные занятия со слушателями академии по физике и прикладной механике. А когда в академии начали создаваться свои лаборатории, институт оказал помощь в их оборудовании. ► Кафедру прикладной механики формировал инженер–майор П.Н. Демковский. На кафедре теоретической механики с первых дней формирования работала преподавателем выпускница университета Е.М. Смелянская. ► В формировании кафедры теоретических основ электротехники академии помог Харьковский электротехнический институт. В течение первого учебного года кафедру возглавлял доцент Д.С. Колобков, опытный преподаватель и хороший методист. Ему удалось привлечь к работе в академии хорошо подготовленных и опытных преподавателей А.Е. Долинского и А.П. Пинскера. ► С первых дней начала учебных занятий в учебный процесс включилась кафедра иностранных языков, заведующим которой в момент формирования был кандидат педагогических наук доцент Е.И. Ительсон. Секциями руководили: английской — кандидат филологических наук Б.И. Роговская, немецкой — преподаватель А.С. Шехтман, французской — преподаватель Е.В. Кошепаве. ► Многие гражданские преподаватели в первые месяцы работы в академии испытывали стесненность в офицерской аудитории. Чувствовалось отсутствие опыта общения с военнослужащими, непривычность к воинской дисциплине. Возраст и жизненный опыт большинства начинающих преподавателей были такими же или даже меньше, чем слушателей. Командованию академии и офицерам учебного отдела приходилось проводить воспитательную работу с преподавателями с целью установления нормальной обстановки на занятиях. ► Кафедра марксизма–ленинизма перешла в состав академии из Высшей военной школы ПВО. Начальником кафедры был кандидат философских наук доцент подполковник Н.И. Губанов. В составе кафедры были кандидат исторических наук подполковник А.Г. Филимонов, подполковник А.Ф. Юшко, майоры М.А. Антонян и И.И. Хатунцев. Работа на кафедре к моменту формирования академии была налажена. Особых забот у командования академии и политического отдела эта кафедра не вызывала. ► Таким образом, усилиями командования академии, политического, учебного отделов и отдела кадров с помощью партийных и советских организаций города и харьковских вузов была решена задача укомплектования академии минимально необходимым преподавательским составом для начала занятий на первом и втором курсах. ► Решение третьей главной задачей при формировании академии, а именно, — задачи подготовки помещений для занятий и размещения подразделений — происходило в сложных условиях послевоенного Харькова. ► 23 августа 1946 года город Харьков отпраздновал третью годовщину своего освобождения от немецко–фашистской оккупации. В годы войны, как известно, Харьков дважды с боями переходил из рук в руки. И каждый переход сопровождался разрушениями города. В 1943 году перед сдачей Харькова нашим войскам фашисты умышленно взорвали много уцелевших после боев зданий. За три года, прошедшие после момента освобождения, трудящиеся города восстановить Харьков, естественно, не успели. Ведь почти два года из этих трех еще продолжалась война Восстанавливались в первую очередь возвращавшиеся из эвакуации промышленные предприятия, государственные учреждения, учебные заведения, лечебные и детские учреждения а уж потом — жилые здания. Летом 1946 года на многих улицах города каждый третий дом был или разрушен, или имел серьезные повреждения. ► Для первоначального размещения академии отводились помещения, ранее выделенные для Высшей военной школы ПВО. Такими помещениями были часть административного здания на площади Руднева, 36, в которых до этого размещался штаб Юго-западного округа ПВО, и небольшой военный городок на проспекте Сталина (ныне Московском), 54. ► Передняя часть здания на площади Руднева, отводимая академии, имеет просторный вестибюль и большую красивую парадную лестницу. Двери из длинных коридоров всех трех этажей ведут в высокие и светлые комнаты площадью по 40—60 квадратных метров, удобные для размещения отделов и канцелярий штаба, но мало пригодные для использования в качестве классов и аудиторий. На втором и третьем этажах имеются большие залы, позволяющие после необходимого ремонта и переоборудования вместить по 100—120 человек для слушания лекций. ► Военный городок, построенный более ста лет назад, включал в то время три пришедших в ветхость здания. ► В здании на площади Руднева разместилось командование академии, факультеты, кафедры, аудитории и классы для занятий, а в военном городке — отдел кадров, строевой отдел, службы тыла, подразделения обеспечения учебного процесса и столовые для постоянного и слушательского офицерского состава. ► В течение полутора–двух месяцев были проделаны необходимые ремонтные работы в условиях, когда в этих же помещениях проводились завершающие мероприятия по выпуску офицеров Высшей военной школы ПВО и конкурсные вступительные экзамены для будущих слушателей академии. Ремонтные работы выполнялись работниками служб тыла, военнослужащими подразделений обеспечения учебного процесса. Некоторую помощь в проведении ремонтных работ оказали другие воинские части гарнизона. Городские партийные и советские органы сочли возможным в условиях крайнего дефицита для города выделить академии необходимые для ремонта строительные материалы. К началу октября были приведены в порядок аудитории и классы для занятий. Ремонт остальных помещений продолжался еще несколько месяцев. ► Материально–бытовые условия офицеров, прибывающих в академию как в качестве офицеров постоянного состава, так и особенно в качестве слушателей, были незавидными. Квартиры не предоставлялись никому. Но если преподаватели и другие офицеры постоянного состава в течение года–двух все же как–то обеспечивались жильем, то слушатели на это не могли даже рассчитывать. Только в 1952 году отделы многодетные слушатели стали получать комнаты в коммунальных квартирах. Основная же масса слушателей в течение всего периода обучения снимала частные квартиры на окраинах города, как правило, без всяких удобств. Условий для занятий дома практически не было. Многие слушатели, имеющие детей, вынуждены были заниматься ночами. Не хватало продуктов питания, топлива. Однако уверенность в улучшении условий жизни в ближайшее время, стремление к знаниям, молодость, задор и бодрость духа — способствовали успешной учебе слушателей первых наборов академии. ► Служебные кабинеты многих офицеров руководящего состава и преподавательские помещения, как правило, оборудовались и для работы и для отдыха. Многие офицеры постоянного состава, не имеющие квартир, жили и работали в этих помещениях. ► В последующие годы академию предполагалось разместить в здании на площади Дзержинского, 6, где перед войной находилась Военно–хозяйственная академия. Это здание создавалось по проекту архитектора Петра Ефимовича Шпары, многие годы перед войной проектировавшего уникальные здания для учреждений Наркомата обороны. После войны он работал главным архитектором харьковского филиала Военпроекта и главным архитектором города Харькова. ► Перед началом войны здание достроено не было. Были построены лишь два не связанных между собою шестиэтажных корпуса. Центральный корпус строить не начинали. Во время войны оба корпуса были сильно разрушены и, по–существу, их нужно было строить заново. Проект по восстановлению корпусов и продолжению строительства здания выполнялся также под руководством П.Е. Шпары. Восстановительные и строительные работы начались в 1947 году. ► Командование, политический отдел, учебный отдел, отдел кадров, службы тыла, все офицеры, рабочие и служащие, принимавшие участие в формировании академии и подготовке ее к началу занятий в первом учебном году, работали с инициативой и энтузиазмом. ► Учебный отдел принимал все меры к тому, чтобы занятия начать не 10 ноября, как было приказано, а раньше, ближе к традиционному началу учебного года во всех учебных заведениях. Составлялось расписание учебных занятий на первый месяц учебы. Согласовывались вопросы проведения занятий преподавателями–совместителями, которых было большое количество в первые годы работы академии. Продолжалось формирование общенаучных кафедр, подбором кадров для которых в основном занимался учебный отдел. В учебном отделе под руководством инженер-полковника Б.С. Рабиновича в то время работали инженер–подполковник Н.А. Гудиш, майоры В.Ф. Шалунов, Н.К. Щрамек, капитан Н.Н. Колесников. Несколько позднее в учебном отделе стали работать майоры М.Н. Кордас, С.В. Тикиджи–Хамбурьян, Л.Л. Юрченко. ► Большую работу в период формирования академии проделал отдел кадров. Учет прибывающих на учебу кандидатов в слушатели и отбор их по личным делам, откомандирование не сдавших вступительные экзамены и не прошедших по конкурсу, прием и оформление на службу прибывающих офицеров постоянного состава, комплектование кафедр, отделов, служб, лабораторий рабочими и служащими — эти и много других задач должен был оперативно решать отдел кадров. А в отделе работало всего три офицера: начальник отдела кадров полковник Е.К. Федулов, офицеры отдела капитаны Г.В. Беленков и В.Г. Дученко. Приобретенный в то время опыт работы опыт помог, например, в последствии полковнику В.Г. Дучено много лет успешно справляться с обязанностями начальника отдела кадров Минского высшего Инженерного зенитно-ракетного училища ПВО. ► Первые полтора года в академии не было постоянного заместителя начальника академии по тылу. Его обязанности по нескольку месяцев исполняли последовательно три временно назначаемых офицера. В этот период от командования академии работы по линии тыла и снабжения курировал заместитель начальника академии по строевой части генерал-майор артиллерии А.П. Клеушев. Лишь в 1948 году на должность заместителя начальника академии по тылу был назначен полковник и/с Иван Степанович Хилов, успешно работавший в академии много лет. ► Много труда в решение вопросов тыла в период формирования академии вложил один из ветеранов этой службы инженер–капитан Я.М. Окунь, в последствии работавший начальником квартирно–эксплуатационного отдела. ► Усилия энтузиастов не пропали даром. Исполнявший обязанности начальника академии генерал–майор технических войск Т.А. Туклин доложил командованию о том, что к 01 октября 1946 года академия сформирована и с 10 октября, т.е. на месяц раньше срока, определенного Министром Вооруженных Сил СССР, готова начать занятия со слушателями обоих курсов. ► Своим приказом от 01 октября 1946 года начальник академии объявил о расформировании Высшей военной школы ПВО и о сформировании Военной ордена Отечественной войны академии артиллерийской радиолокации. Через три года день 01 октября был объявлен днем годового праздника академии. ► 10 октября 1946 года в академии начались занятия на двух младших курсах. ► Лекции по дисциплинам кафедр математики, физики, химии, электротехники и некоторым другим читались в потоках по 120—150 человек, которые объединяли слушателей первых курсов всех трех факультетов и слушателей вторых курсов. Такое объединение оправдывалось, во–первых, недостатком квалифицированных лекторов. Как правило, лекции могли читать заведующие кафедрами доцент Н.С. Ландкоф, доцент А.И. Шпетный, профессор В.М. Кравченко, доцент Д.С. Колобков и некоторые другие преподаватели. Во–вторых, в здании на площади Руднева было всего две поточных аудитории. И, в–третьих, никакой дифференциации в содержании учебных дисциплин для разных факультетов еще не предполагалось. ► По всем учебным дисциплинам ощущался острый недостаток в учебниках и учебных пособиях. И хотя академической библиотеке оказали помощь вузы города Харькова, по многим дисциплинам один экземпляр учебника приходился на 10—12 слушателей. Описания лабораторных работ, планы семинарских занятий по общественным наукам, тексты для чтения на иностранных языках — писались преподавателями от руки и размножались на стеклографе. ► В классах и аудиториях осенью и зимой было холодно. Слушатели не снимали на занятиях шинели. Ни о каких технических средствах обучения и речи не было. Доска и мел были единственными орудиями преподавателей. Классов для самостоятельной работы слушателей во внеаудиторное время не хватало. И хотя распорядком дня не предусматривалась обязательная самоподготовка, многие слушатели занимались в холодных аудиториях учебного корпуса, не имея условий для самостоятельной работы на частных квартирах. ► Вместе с тем, по указанию командования и учебного отдела академии, многие преподаватели проводили линию на жесткую требовательность к знаниям слушателей. В первой зимней экзаменационной сессии на экзаменах по дисциплинам кафедр математики и физики в учебных отделениях из 22—24 слушателей было по 6—8 й более неудовлетворительных оценок. Количество неуспевающих слушателей в учебных отделениях и на курсах к концу сессии достигало 30 и более процентов. С первых курсов каждого факультета было отчислено по 5—6 слушателей, получивших по три неудовлетворительных оценки. ► В последующие годы такая высокая требовательность к знаниям слушателей стала традицией академии. ► С первых дней формирования академии большую помощь командованию по мобилизации личного состава на быстрейшее решение практических задач становления учебного процесса оказывали партийные и комсомольские организации. ► Политический отдел, возглавляемый полковником Ф.С. Вишневецким, в составе которого работали заместитель начальника политотдела полковник Ф.М. Гресь, старшие инструкторы подполковники К.Ф. Можар и И.А. Денисов, инструктор капитан Я.С. Метелица, заместители начальников факультетов по политической части в октябре и ноябре 1946 года провели большую работу по созданию партийных и комсомольских организаций на факультетах, курсах, кафедрах, в отделах и службах академии. Везде были проведены организационные собрания и выбраны руководящие партийные и комсомольские органы. На факультетах были избраны партийные бюро с освобожденными секретарями. Первыми секретарями партийных бюро факультетов были: на первом факультете — майор Е.Г. Шимко, на втором факультете — майор Д.Ф. Сидоренко, на третьем факультете — подполковник Л.М. Просвирнин. Партийнне бюро факультетов руководили работой партийных организаций слушателей и факультетских кафедр. ► Общенаучные и специально–технические кафедры только еще формировались. Многие должности преподавателей и офицеров постоянного состава еще не были укомплектованы. В таком же положении находились отдельные службы академии. Поэтому первичные партийные организации создавались по группам кафедр, в управлении академии, объединяющем несколько отделов и служб. Всего в декабре 1946 года в академии насчитывалось 470 членов ВКП(б) и 35 кандидатов в члены партии. Они были объединены в десять первичных партийных организаций, в том числе — шесть слушательских. Одновременно были созданы две первичные и четыре низовые комсомольские организации, в которые вошли 189 комсомольцев. Помощником начальника политотдела по комсомольской работе с момента формирования академии и до 1949 года был майор Н.М. Становов. ► Завершила работу по формированию партийных организаций первая партийная конференция академии, состоявшаяся 08 декабря 1946 года. Конференция обсудила вопрос: «Решения ЦК ВКП(б) об улучшении идеологической работы и задачи партийной организации академии». В своем решении конференция констатировала, что политико–моральное состояние личного состава здоровое. Конференция нацелила коммунистов на преодоление трудностей и успешное выполнение главных задач, связанных с обеспечением учебного процесса, с выполнением указаний партии о тесной связи обучения и воспитания слушателей с жизнью и задачами войск, с необходимостью быстрейшего повышения квалификации преподавательского состава. Решение этих задач составило основное содержание организационно-партийной работы факультетов, курсов, кафедр, отделов и служб. ► Секретарем партийной комиссии при политическом отделе академии был избран подполковник М.В. Еременко. ► Партийные организации кафедр на своих собраниях обсуждали вопросы, связанные с повышением качества лекций и практических занятий, с разработкой учебных планов и программ, учебных пособий. Они проявляли заботу о создании на кафедрах творческой атмосферы, обстановки высокой партийной принципиальности. ► В становлении внутрипартийной работы молодых партийных организаций академии большую роль сыграло Постановление ЦК ВКП(б) от 26 июля І946 года «О роли Партии и мерах по усилению партийно–организационной и партийно–политической работы с вновь поступившими в ВКП(б)». Это постановление, требующее всемерной активизации партийной жизни и улучшения воспитательной работы с коммунистами, было обсуждено во всех партийных организациях. ► По мере пополнения академии постоянным составом и увеличения количества коммунистов создавались новые партийные организации. В январе 1947 года в академии было уже 13 первичных и 34 низовых партийных организаций. ► Начало учебных занятий в октябре 1946 года и издание приказа о сформировании академии, конечно, не означало, что процесс формирования закончен. Только те кафедры, которые начали учебный процессе, имели необходимое количество преподавателей. Их пополнение преподавателями и формирование учебных лабораторий и кабинетов продолжалось. Но основное внимание командования и политического отдела было обращено на формирование специально–технических кафедр, большинство из которых должно было включиться в обучение слушателей со следующего учебного года. ► Наиболее ответственное место в системе специально–технической подготовки слушателей должна была занять кафедра теоретических основ радиотехники и радиолокации. Глубокие знания основ радиотехники и радиолокации необходимы слушателям для понимания других специально–технических и профилирующих дисциплин. Кроме того, необходимо было учитывать, что большинство слушателей в своей прошлой службе до поступления на учебу в академию не встречалось с радиотехникой и радиолокацией. Кафедре теоретических основ радиотехники и радиолокации предстояло первой ознакомить слушателей с основами их будущей специальности, развить у них профессиональную заинтересованность в освоении радиотехнических дисциплин, вселить в них уверенность в возможности их усвоения. В 1947—1948 учебном году кафедре нужно было начать преподавание учебной дисциплины «Теоретические основы радиотехники и радиолокации» слушателям третьего курса. ► Активными работниками кафедры со дня ее формирования стали инженер–майор Г.Н. Шеин, инженер–капитаны И.А. Лыков, Б.И. Молодов, старшие лейтенанты Е.Г. Гринберг, Л.К. Черняев, М.Д. Штерк, Б.И. Штительман и несколько позднее уволенный в запас после окончания Великой Отечественной войны кандидат физико–математических наук Ф.Б. Черный. Возглавил подготовку кафедры к преподаванию Георгий Николаевич Шеин, кандидат технических наук стариій научный сотрудник, имевший опыт научно–исследовательской работы в области военной радиолокации, широко эрудированный в электро– и радиотехнике специалист. Он фактически командовал кафедрой до середины 1948 года, пока не прибыл начальник кафедра кандидат технических наук доцент инженер–подполковник Б.П. Афанасьев. К моменту его прибытия под руководством Г.Н. Шеина были разработаны программы и определено содержание всех учебных дисциплин кафедры. Инженер–майор Г.Н. Шеин играл одну из ведущих ролей при разработке учебных планов академии. ► В 1947—1948 учебном году начиналось преподавание учебной дисциплины «Электронные и ионные приборы». Начальником кафедры этого же названия с момента ее формирования был назначен кандидат технических наук доцент инженер–полковник С.Г. Эпштейн, ранее возглавлявший такую же кафедру в Военной академии связи им. С.М. Буденного. Инженер–полковник С.Г. Эпштейн был опытным педагогом и хорошим методистом. Под его руководством коллектив кафедры в составе майора Р.М. Наапетяна, инженер–капитана К.С. Лабеца и старшего лейтенанта В.Ф. Нагаева сумел подготовить основные лабораторные работы по учебной дисциплине. Некоторую помощь в создании первых лабораторных работ оказала соответствующая кафедра Военной академии связи им. С.М. Буденного. ► На кафедре электрических машин и электропитания к началу второго учебного года было всего два офицера: кандидат технических наук старший лейтенант И.В. Сафоновский, временно назначенный начальником кафедры, и старший лейтенант Е.И. Санковский — начальник лаборатории. С 01 сентября 1947 года учебную дисциплину «Электрические машины» объемом 210 часов начал преподавать старший лейтенант И.В. Сафоновский. ► Кафедры радиопередающих и радиоприемных устройств с 01 сентября 1947 года начали преподавание своих учебных дисциплин на курсах усовершенствования офицерского состава. Преподавание этих дисциплин для слушателей академии начиналось годом позднее. ► Начальником кафедры радиопередающих устройств был назначен и прибыл в академию в начале 1947 года инженер–полковник Г.В. Ягодин, ранее работавший заместителем начальника кафедры Военной академии связи им. С.М. Буденного. Одновременно с ним прибыл начальник кафедры радиоприемных устройств кандидат технических наук доцент инженер–полковник Д.К. Замков, также работавший до этого в академии им. С.М. Буденного. Будучи опытными преподавателями, оба начальника кафедр сразу включились в активную работу. ► Как следует из приведенных фактов, формирование специально–технических кафедр академии происходило с помощью Военной академии связи им. С.М. Буденного. Преподаватели этой академии занимали ведущие руководящие должности на кафедрах. Под их руководством специально–технические кафедры определяли программы и содержание своих учебных дисциплин, осуществляли подготовку к их преподаванию. И это естественно. В то время наиболее близкой по специальности ко вновь формируемой была Военная академия связи им. С.М. Буденного. ► Несколько по другому происходило формирование кафедр тактической и общевоенной подготовки. Академия первые годы подчинялась, как говорилось выше, Командующему артиллерией Вооруженных Сил. Она должна была готовить кадры как для двух родов Войск ПВО страны, так и для наземной артиллерии Сухопутных войск. Существенного различия в общевоенной и тактической подготовке слушателей разных факультетов в годы формирования и становления академии не предполагалось. В составе Высшей военной школы ПВО была кафедра тактики войск ПВО. Нужно было на базе этой кафедры создать аналогичную кафедру академии и сформировать новую кафедру общей тактики, призванную преподавать как общевойсковую тактику, так и ряд общевоенных дисциплин для слушателей всех факультетов. ► Два первых факультета академии должны были готовить кадры инженеров по радиолокации для наземной и зенитной артиллерии. В программах их подготовки, конечно, должны были быть общие вопросы с программами подготовки специалистов в Артиллерийской академии им. Ф.Э. Дзержинского. Все это послужило причинами того, что формирование кафедры общей тактики, некоторых факультетских кафедр тактической подготовки, определение программ и содержания их учебных дисциплин происходило под влиянием и с помощью Артиллерийской академии им. Ф.Э. Дзержинского. ► Начальником кафедры общей тактики был назначен и в течение одно-го года занимался ее формированием Герой Советского Союза генерал–майор И.В. Бастеев. После его увольнения в запас в 1947 году исполнять обязанности начальника кафедры стал полковник Л.Л. Борисов. Полковники Л.Л. Борисов и Ф.И. Третьяков были первыми преподавателями общей тактики в академии. Одновременно с ними на кафедре стали работать преподаватели военной топографии подполковники М.А. Кофман и В.А. Тыклин. ► Кафедру тактики войск ПВО продолжал возглавлять генерал–майор артиллерии Г.Х. Чайлахян. Преподавателями на кафедре работали полковники Б.К. Зубков, Б.А. Коломенский, подполковники Ф.Ф. Иойлев и П.М. Ковальский. В течение 1946—1947 учебного года кафедра продолжала проводить занятия со слушателями, заканчивающими Высшую военную школу ПВО. Одновременно определялись учебные дисциплины и их содержание для слушателей академии. По мере формирования факультетских кафедр тактической подготовки некоторые учебные дисциплины, ранее преподававшиеся кафедрой генерал–майора артиллерии Г.Х. Чайлахяна, передавались факультетским кафедрам. ► Со слушателями академии в течение первого учебного года как общеакадемические, так и факультетские кафедры тактической подготовки занятий не проводили. Они имели время на подготовку к следующему учебному году. ► В феврале 1947 года приказом Министра Вооруженных Сил СССР начальником академии был назначен генерал–лейтенант артиллерии Антон Владимирович Герасимов. Временно исполнявший обязанности начальника академии генерал–майор технических войск Т.А. Туклин стал заместителем начальника академии по учебной и научной работе. ► Генерал–лейтенант артиллерии А.В. Герасимов, широко эрудированный специалист, обладавший большим опытом руководящей работы как в довоенный период, так и в годы Великой Отечественной войны, занимавший ряд ответственных постов в Войсках ПВО страны, со свойственной ему энергией быстро изучил обстановку в академии и включился в решение самых неотложных задач по её становлению. ► Активизировалась работа по восстановлению правого корпуса будущего основного здания академии на площади Дзержинского. К восстановительным и строительным работам были привлечены дополнительные силы строительных организаций: гарнизона и города. Рабочие и служащие академии, а также офицеры–слушатели работали на стройке в порядке субботников. ► К августу 1947 года правый корпус здания был подготовлен для перебазирования академии. 8 поточных аудиторий, 24 класса для занятий со слушателями, помещения для размещения всех кафедр с их лабораториями и кабинетами, место для размещения библиотеки, кабинеты для размещения командования академии и факультетов, основных отделов и служб — всё это после неприспособленных помещений на площади Руднева казалось богатством, которое получила академия. В течение августа академия перебазировалась в этот корпус. Развернулись работы по восстановлению левого корпуса. ► Здание на площади Руднева поступило в распоряжение курсов усовершенствования офицерского состава. Эти курсы были созданы при академии в 1947 году и работали в течение десяти лет. За это время на десятимесячных курсах прошло обучение более 1000 офицеров зенитно–артиллерийских частей, инженерно–технического состава истребительной авиации и службы ВНОС, зенитных прожекторных частей, а также офицеров центральных учреждений Министерства Вооружённых Сил. В течение первых четырёх лет начальником курсов был полковник Л.Н. Пирогов, его заместителем полковник В.С. Ефимов. Затем полковник Л.Н. Пирогов был назначен начальником Горьковского зенитно–артиллерийского училища ПВО. Полковник В.С. Ефимов принял от него должность начальника курсов усовершенствования. Его заместителем стал полковник Б.Б. Сушкевич. В должности заместителя начальника курсов по политической части последовательно работали подполковник У.З. Гадзиев и полковник В.И. Соколов. ► Но первый учебный год академия заканчивала в здании на площади Руднева. В период экзаменов второго семестра первого учебного года, в июне 1947 года, академию проверяла комиссия управления высших учебных заведений Вооруженных Сил СССР. Комиссия отметила большую работу, проделанную коллективом академии по ее формированию и организации начала учебного процесса. Но вместе с тем, комиссия в суровых выражениях сделала вывод о том, что академия еще не готова к выполнению задач по подготовке кадров инженеров радиолокации и по своему состоянию и научному уровню еще не может рассматриваться как высшее военное учебное заведение. ► Этот вывод отражал истинное положение дел. За год удалось лишь в первом приближении укомплектовать должности начальников кафедр и небольшого количества преподавателей людьми, имевшими в прошлом хоть какой–то опыт работы в высших учебных заведениях. Предстояла большая работа по укомплектованию кафедр квалифицированным преподавательским составом, по организации подготовки своих научно–педагогических кадров. ► Первый учебный год прошел при отсутствии собственных учебных планов и программ, по планам и программам других высших учебных заведений, решающих другие задачи. Нужно было ускорить разработку своих основополагающих документов по организации учебного процесса и на основе их организовать обучение слушателей. ► Большие задачи стояли по созданию и развертыванию учебно–материальной базы академии. За первый год в этом направлении были сделаны только первые шаги.

Admin: ■ 16–06–2016«Бук». Генеалогическое древоСпециально для «Защищать Россию» главный редактор сайта и блога «Вестник ПВО» Саид Аминов углубился в анализ поколений отечественных ЗРК и рассказал о том, какие бывают зенитные ракетные комплексы «Бук» □ ► К сожалению, на параде Победы 09 мая 2015 года мы не видели вживую новейший ЗРК «Бук–М3» — в праздничных колоннах шли самоходные огневые установки и пуско-заряжающие машины ЗРК «Бук–М2». Но изображение комплекса «Бук–М3» уже официально появилось не только на корпоративном календаре Концерна ВКО «Алмаз–Антей», но и на обложке книги «Созвездие Тихомирова», вышедшей к 60–летию НИИП имени В.В. Тихомирова — разработчика зенитных ракетных комплексов средней дальности. ► «Бук» — это, действительно, комплекс, который состоит из ряда элементов: самоходной огневой установки, пуско–заряжающей установки, радиолокатора обнаружения воздушных целей, командного пункта и ряда технических машин. Он может успешно функционировать именно в комплексе этих машин и устройств. □ Куб □ ► НИИП был разработчиком одного из массовых зенитных ракетных комплексов ПВО сухопутных войск «Куб», который не только активно экспортировался в страны – союзники СССР, но и прошел боевое крещение на Ближнем Востоке в арабо–израильской войне 1973 года. Как отмечают его разработчики, ЗРК «Куб» (он же «Квадрат» для экспорта) в той войне великолепно продемонстрировал свои возможности, однако были вскрыты и его недостатки. В ходе боевых действий между Израилем и Ливаном в долине Бекаа в 1982 году за несколько дней боевых действий управляемым авиабомбами были уничтожены 9 самоходных установок разведки и наведения ракет (СУРН) сирийских ЗРК «Куб». ► В 1970 году Минобороны СССР выдало заказ на создание комплекса нового поколения, получившего наименование «Бук». При формировании облика нового ЗРК учитывался опыт боевого применения «Кубов». В основном, боеспособность батареи «Кубов» зависела от одной СУРН 1С91, которая к тому же имела ограничения по высоте обнаружения целей — 7 км. В случае ее неисправности или выведения из строя противником все четыре пусковые установки 2П25 становились бесполезными. Учитывая это, в новом «Буке» предусмотрели наличие самоходной огневой установки с четырьмя ракетами и радиолокационной станцией, которая не только обеспечивала подсвет цели, но и могла вести обзор воздушного пространства. Кроме того, в состав нового комплекса была введена отдельная мощная радиолокационная станция «Купол», которая имела вдвое большую дальность обнаружения воздушных целей, чем в ЗРК «Куб». ► Еще одним уроком боевого применения ЗРК «Куб» стал тот факт, что батарея «Кубов» из четырех пусковых установках с 12–ю ракетами в ходе боя после израсходования боезапаса уничтожалась противником, а перезаряжание пусковых установок с ТЗМ 2Т7 в условиях боя было невозможно. Поэтому в составе нового комплекса было решено обеспечить возможность ведения огня непосредственно со средства перевозки резервного боекомплекта — так появилась новая единица комплекса, пуско–заряжающая машина. За рубежом аналогов ей нет. ПЗУ обеспечивала не только перезаряжание двух СОУ, а также при необходимости могла выполнить пуски четырех ракет со своего пускового устройства, а потом пополнить его четырьмя другими ракетами с нижнего яруса. □ ■ ЗРК «Куб». Фото: Вестник ПВО □ ► Постановление по разработке комплекса 9К37 «Бук» было принято 13 января 1972 года. Одновременно перед НПО «Альтаир» была поставлена задача создания корабельного ЗРК М–22 «Ураган» для ВМФ с использованием единой с комплексом «Бук» зенитной ракеты. ► Разработка комплекса велась НИИП. Главным конструктором ЗРК «Бук» в целом являлся А.А. Растов, за создание командного пункта 9С470 отвечал Г.Н. Валаев (позже В.А. Растов, затем В.И. Сокиран), самоходной огневой установки 9А38 — В.В. Матяшев (далее Ю.И. Козлов), полуактивной головки самонаведения 9Э50 — И.Г. Акопян, контура управления ракетой — Л.Г. Волошин, машин технического обслуживания и ремонта — В.А. Рослов. ► Пуско–заряжающая установка создавалась в МКБ «Старт» Минавиапрома СССР под руководством А.И. Яскина (далее — Г.М. Мурташина). Унифицированное гусеничное шасси для боевых единиц комплекса разрабатывалось в ОКБ–40 Мытищинского машзавода под руководством Н.А. Астрова (далее — В.В. Егоркина). Радиолокационная станция обнаружения и целеуказания 9С18 создавалась в НИИИП (Новосибирск) под руководством А.П. Ветошко (затем — Ю.П. Щекотова). ► В начале разработчик ракеты 3М9 ЗРК «Куб» МКБ «Вымпел» вел работы по твердотопливной ракете 3М9–М40 (главный конструктор А.Л. Ляпин). За короткий срок была выпущена конструкторско–техническая документация, производством были изготовлены 10 ракет и пусковой контейнер, смонтированный на вездеходе. В октябре—декабре 1965 года было выполнено пять пусков ракет на площадке № 1 в Фаустово (Подмосковье, ныне ГКНИПАС) с самоликвидацией их в пределах полигона. Однако МКБ «Вымпел» сосредоточил усилия на создании авиационных ракет класса «воздух–воздух», и задача по созданию ЗУР 9М38 для «Бука» была поставлена перед свердловским ОКБ «Новатор» под руководством Л.В. Люльева. ОКБ «Новатор» имело опыт создания ракет для армейских комплексов ПВО — дальнобойный (для своего времени) ЗРК «Круг» оснащался ракетой, созданной Л.В. Люльевым. ► Планировалось завершить работы по созданию комплекса «Бук» во втором квартале 1975 года. Однако сроки выдержать не удалось. Разработка самоходной огневой установки опережала работы по другим средствам ЗРК и по ракете. Принимая во внимание фактическое состояние работ по комплексу, а также необходимость усиления ПВО Сухопутных войск, было принято решение разбить работы по ЗРК «Бук» на два этапа. Вначале предусматривалось ускоренными темпами разработать зенитную управляемую ракету и самоходную огневую установку, способную применять как новые ракеты 9М38, так и старые ЗУР 3М9М3 из состава комплекса «Куб–М3». На этой базе с использованием других средств комплекса «Куб–М3» планировалось создать «переходный» ЗРК 9К37−1 «Бук–1», который планировалось передать на совместные испытания в сентябре 1974 года. На втором этапе предполагалось создание полноценного ЗРК «Бук». ► Для комплекса «Бук–1» предусматривалось в составе каждой из пяти зенитных батарей полка «Куб–М3», в дополнение к одной самоходной установке разведки и наведения и четырем самоходным пусковым установкам, иметь одну самоходную огневую установку 9А38. Таким образом, за счет введения в состав комплекса СОУ число целевых каналов полка увеличивалось с 5 до 10, а число боеготовых ЗУР — с 60 до 75. ► В состав СОУ входили пусковое устройство с силовыми следящими приводами, радиолокационная станция 9С35, дополненная телевизионно–оптическим визиром с наземным радиолокационным запросчиком, цифровая вычислительная система, аппаратура телекодовой связи с СУРН от ЗРК «Куб–М3» и проводной связи с СПУ. Самоходная огневая установка 9А38 имела пусковое устройство со сменными направляющими либо для трех ЗУР 3М9М3, либо для трех ЗУР 9М38. Масса СОУ с боевым расчетом из четырех человек составляла 35 т. ► Технический прогресс в области СВЧ–приборов, элементной базы, а также цифровых вычислительных машин позволил создать РЛС 9С35 с функциями станции обнаружения, сопровождения и подсвета цели. Станция работала в сантиметровом диапазоне радиоволн. ► Для зенитной ракеты была разработана радиолокационная головка самонаведения 9Э50. ► С августа 1975 года по октябрь 1976 года комплекс «Бук–1» проходил государственные испытания на полигоне под Эмбой. Испытаниями руководила комиссия во главе с П.С. Бимбашом. ► На испытаниях автономного режима работы самоходной огневой установки была подтверждена дальность обнаружения самолетов от 65 до 77 км на высотах свыше 3000 м. На малых высотах дальность обнаружения сокращалась до диапазона от 32 до 41 км. Вертолеты, находящиеся на малых высотах, засекались с дистанции от 21 до 35 км. ► При централизованном режиме работы из–за ограничений в работе самоходной установки разведки и наведения 1С91М3 дальность обнаружения самолетов уменьшалась до 44 км для высот от 3000 до 7000 м и до 21—28 км для малых высот. ► Работное время (период от обнаружения цели до запуска ракеты) самоходной огневой установки в автономном режиме составило 15—20 секунд. Перезарядка комплекса тремя ракетами 9М38 — около 15 мин. ► Поражение самолетов на высотах более 3000 м обеспечивалось на дальности от 3,4 до 20,5 км. Зона поражения по высоте составила от 30 м до 14 км, по курсовому параметру — 18 км. Вероятность поражения самолета одной ЗУР 9М38 — от 0,70 до 0,93. ► Комплекс приняли на вооружение в 1978 году под обозначением 2К12М4 «Куб–М4», взамен ранее употреблявшегося наименования «Бук–1». Причиной стал тот факт, что СОУ 9А38 и ЗУР 9М38 — лишь дополнения ЗРК «Куб–М3». ► Появившиеся в войсковой ПВО комплексы «Куб–М4» значительно повысили эффективность ПВО танковых дивизий Сухопутных войск советской армии. ► Серийное производство СОУ 9А38 было развернуто на Ульяновском механическом заводе, ракет 9А38 — на Долгопрудненском машиностроительном заводе, ранее выпускавшем ракеты 3М9. □ Бук □ ► Совместные испытания комплекса «Бук» в штатном составе проводились с ноября 1977–го по март 1979 года на полигоне Эмба. Нужно отметить, что тщательная отработка средств комплекса в период автономных испытаний, а также значительная степень преемственности с ЗРК «Куб−М4» привели к тому, что в период заводских, а также совместных с Минобороны испытаний принципиальных проблем выявлено не было. Комплекс полностью отвечал заданным тактико–техническим требованиям. В 1979 году комплекс «Бук» был принят на вооружение советской армии. В 1980 году разработка была удостоена Государственной премии СССР. ► Входящий в состав ЗРК «Бук» и размещенный на шасси ГМ–579 командный пункт комплекса 9С470 обеспечивал прием и обработку информации о целях, поступавшей от станции обнаружения и целеуказания 9С18, а также от шести самоходных огневых установок 9А310, и с КП зенитной ракетной бригады «Бук» (АСУ «Поляна–Д4»). Командный пункт обрабатывал сообщения о 46 целях, движущихся на высотах до 20 км в зоне радиусом 100 км, за цикл обзора станции обнаружения и целеуказания. Он выдавал на самоходные огневые установки до шести целеуказаний с точностью 1 градус по угловым координатам и 400—700 м по дальности. Работа командного пункта была предельно автоматизирована. Обработка всей информации производилась ЦВМ «Аргон–15». Масса самоходного КП с боевым расчетом из шести человек не превышала 28 т. ► Трехкоординатная когерентно–импульсная станция обнаружения и целеуказания (СОЦ) 9С18 «Купол» сантиметрового диапазона с электронным сканированием луча в заданном секторе по углу места (30 или 40 град.) и механическим (круговым или в заданном секторе) вращением антенны по азимуту (посредством электро- или гидропривода) была предназначена для обнаружения и опознавания воздушных целей на дальностях до 110‑120 км (45 км при высоте полета цели 30 м). СОЦ обеспечивала передачу радиолокационной информации о воздушной обстановке на КП 9С470. ► Самоходная огневая установка 9А310, размещенная на ГМ–568, по своему предназначению и устройству отличалась от СОУ 9А38 ЗРК «Куб–М4» («Бук–1») тем, что с помощью телекодовой линии сопрягалась с КП 9С470 и пуско–заряжающей установкой 9А39, а не с разработанными для комплекса «Куб» самоходами 1С91М2 и 2П25М2. А главное — на новой самоходной огневой установке располагалось не три, а уже четыре ракеты 9М38. Время перевода СОУ из походного в боевое положение не превышало 5 минут, а из дежурного режима в рабочий (например, после смены позиции с включенной аппаратурой) — не более 20 с. Масса самоходной огневой установки с ракетами и расчетом из четырех человек не превышала 35 т. ► Размещенная на шасси ГМ–577 пуско–заряжающая установка (ПЗУ) 9А39 служила для перевозки и хранения восьми ЗУР (по четыре на пусковом устройстве и на неподвижных ложементах); пуска четырех ракет; самозагрузки своего пускового устройства четырьмя ЗУР с ложементов; самозаряжания восемью ракетами с транспортной машины; заряжания и разряжания самоходной огневой установки четырьмя ракетами. Масса ПЗУ с расчетом из трех человек составляла 35,5 т. ► По сравнению с предшественниками «Куб–МЗ» и «Куб–М4» («Бук–1»), на комплексе «Бук» было достигнуто существенное улучшение боевых и эксплуатационных характеристик: • дивизион одновременно обстреливал шесть целей и мог выполнять до шести самостоятельных боевых задач при автономном применении самоходных огневых установок; • совместная работа станции обнаружения и целеуказания с самоходными огневыми установками дивизиона повысила надежность обнаружения целей; • новый бортовой вычислитель головки самонаведения и алгоритм формирования сигнала подсвета повысили помехозащищенность; • ЗУР получила боевую часть повышенного могущества. ► Серийное производство боевых средств ЗРК «Бук» вела та же кооперация, что и в случае с комплексом «Куб–М4». Пуско–заряжающие установки 9А39 выпускались на Свердловском машиностроительном заводе им. М.И. Калинина, а самоходные огневые установки 9А310, станции обнаружения и целеуказания 9С18 и КП9С470 — на Ульяновском механическом заводе. □ Бук–М1 □ ► Одновременно с принятием на вооружение комплекса «Бук» началась его модернизация. В соответствии с постановлением ЦК КПСС и СМ СССР от 30 ноября 1979 года, велись работы по повышению его боевых возможностей, защищенности его радиоэлектронных средств от помех и противорадиолокационных ракет. Новый комплекс должен был иметь увеличенные границы поражения, расширенную номенклатуру поражаемых целей, среди которых были маловысотные крылатые ракеты типа ALCM и Tomahawk, зависающие ударные вертолеты. ► Для нового комплекса ОКБ Долгопрудненского НПП разработало усовершенствованную ракету 9М38М1. При этом была обеспечена увеличенная дальность полета, повышена длительность инерциального участка, улучшена точность наведения на маневрирующую цель. Головка самонаведения 9Э50М1 лучше адаптировалась к условиям полета, помеховой обстановке, типу обстреливаемой цели. □ ■ ЗРК 9К37 Бук–М1. Пуско–заряжающая установка 9А39. Фото: Weaponscollection.com □ ► Была разработана и введена в состав усовершенствованной СОУ 9А310М1 принципиально новая система распознавания типа цели (самолет, вертолет, баллистическая ракета) с передачей соответствующей информации на радиовзрыватель ракеты для обеспечения момента оптимального подрыва БЧ. ► Применительно к «Бук–М1» был разработан комплекс мер, позволяющий эффективно бороться с зависающими вертолетами — весьма сложной целью как для средств ПВО СВ, так и для истребительной авиации. В ходе полигонных испытаний, проведенных в феврале—декабре 1982 года, было установлено, что модернизированный комплекс «Бук–М1» по сравнению с «Буком» обеспечивает большую зону поражения самолетов, способен сбивать крылатые ракеты типа ALCM и «Томагавк» с вероятностью поражения одной ракетой не менее 0,4, а высокоманевренные относительно «компактные» и хорошо защищенные боевые вертолеты типа «Хью Кобра» — с вероятностью 0,60,7 на дальности от 3,5 до 610 км. ► Радиолокатор модернизированного ЗРК получил 32 литерных частоты подсвета (вместо 16 у «Бука»), что способствовало повышению защищенности от взаимных и преднамеренных помех. ► СОУ 9А310М1 по сравнению с прежней обеспечила обнаружение и захват цели на дальности до 85 км, а автосопровождение — на 75 км. ► В состав комплекса вошла более совершенная станция обнаружения и целеуказания 9С18М1 «Купол–M1» с плоской угломерной ФАР, размещенная на гусеничном шасси ГМ-567М, однотипном (в отличие от станции «Купол») с другими гусеничными средствами дивизиона. ► «Бук–М1» принят на вооружение в 1983 году, а с 1985 года развернуто его серийное производство. □ Бук–М2 и Бук–М1−2 □ ► Одновременно с началом работ по малой модернизации комплекса, которая реализовалась в ЗРК «Бук–М1», НИИП развернул работы и над более продвинутой версией комплекса «Бук–М2». В комплексе третьего поколения предусматривалось создание многоканального ЗРК, способного одновременно обстреливать до 24 целей. Это потребовало введения в боевые средства комплекса РЛС с фазированной антенной решеткой (ФАР) и обеспечения прерывистого режима подсвета. ► В новом комплексе было достигнуто значительное расширение зоны поражения целей по дальности и высоте. За счет использования фазированной антенной решетки одна самоходная установка могла одновременно поражать четыре цели (СОУ «Бук–М1» — лишь одну). ЗРК обладал большей информативностью, повышенной помехозащищенностью и рядом других достоинств, обеспечивающих его существенное превосходство над зарубежными аналогами. ► Помимо усовершенствованной ракеты 9М317, созданной в ОКБ ДНПП, и самоходной огневой установки с ФАР комплекс получил и новое боевое средство — РЛС подсвета целей и наведения ракет (РПН). Приемо–передающий модуль этой станции, также размещенной на самоходе ГМ–562, в рабочем положении посредством специальной телескопической мачты поднимался на высоту 21 м, что существенно расширило возможности комплекса по борьбе с низколетящими самолетами, вертолетами и крылатыми ракетами. Дальность поражения целей, летящих на предельно малых высотах, увеличилась в 1,5—2 раза. ► Постановлением ЦК от 18 октября 1990 года ЗРК «Бук–М2» на гусеничном шасси был принят на вооружение, установлены сроки его серийного освоения. ► Практически следом были завершены совместные испытания модернизированного комплекса «Бук–М2−1» — «Урал», размещенного на колесной базе (автомобили повышенной проходимости «КрАЗ» и прицепы челябинского производства), предназначенного для войск ПВО страны. По замыслу тогдашнего главкома ПВО И.М. Третьяка, буксируемый ЗРК «Урал» предполагалось комплексировать с ЗРС типа С–З00ПМ, что должно было образовать весьма эффективную эшелонированную систему, предназначенную для обороны крупных государственных объектов (Москва, Ленинград и другие ключевые политические и экономические центры страны). К сожалению, распад СССР, резкое сокращение финансирования вооруженных сил и промышленности не позволили запустить в серию новые комплексы. ► Из всего состава боевых средств ЗРК «Бук–М2» в 90–е удалось серийно освоить только ЗУР 9М317. Ракета разрабатывалась и изготавливалась Долгопрудненским НПП как межвидовая: для ЗРК ПВО СВ и для корабельного ЗРК «Штиль–1». Наличие новой ракеты позволило ИИП выступить инициатором модернизации ЗРК «Бук–М1» за счет введения новой ракеты из комплекса «Бук–М2». Главное ракетно–артиллерийское управление Минобороны поддержало идею: проведение такой ОКР при минимальном использовании бюджетных средств позволяло получить существенное повышение ТТХ комплекса — в частности, возможность применения не только в системах ПВО, но и в системах тактической ПРО и в береговой обороне. ► Комплекс, получивший название «Бук–М1−2», создавался в самые тяжелые для ОПК годы, когда практически для всех предприятий основной задачей было не развитие и техперевооружение, а выживание в сложившихся условиях. □ ■ «Бук–М1–2» Фото: Саид Аминов □ ► ОКР «Бук–М1−2» выполнялся прежней кооперацией: НИИП (генеральный директор — В.В. Матяшев, на заключительной стадии разработки Ю.И. Белый, главный конструктор ЗРК — Е.А. Пигин), Ульяновский механический завод (генеральный директор — В.В. Абанин), ДНПП (генеральный директор — Г.П. Ежов, генеральный конструктор — В.П. Эктов), МНИИ «Агат» (генеральный директор и генеральный конструктор — И.Г. Акопян), НПП «Старт» (генеральный директор — Г.М. Муратшин), МЗиК (генеральный директор — Н.В. Клейн). ► Учитывая скудное госфинансирование, предприятия–соисполнители создавали новый комплекс за счет экспортной выручки по контрактам на поставку ЗРК «Бук–М1» в Финляндию и модернизации ЗРК «Квадрат» (экспортное наименование ЗРК «Куб») в Египте. В итоге в самые сложные для отечественного ОПК годы был создан уникальный по своим характеристикам ЗРК, не имеющий на то время аналогов в мировой практике по возможностям боевого применения. Сохранив состав боевых средств, аналогичных комплексу «Бук–М1», ЗРК «Бук–М1−2» в отличие от своего предшественника обеспечивает поражение тактических, баллистических и авиационных ракет, а также стрельбу по надводным и радиоконтрастным наземным целям. ► Зона поражения аэродинамических целей модернизированного ЗРК расширена до 25 км по высоте и до 42—45 км по дальности. Обеспечено увеличение в два раза канальности при поражении цели в режиме «координационная поддержка». Вероятность поражения самолетов противника возросла с 0,80—0,85 до 0,90—0,95. Командный пункт ЗРК «Бук–М1−2» был скомплексирован с пунктом управления ЗРК малой дальности «Тор», что позволило существенно повысить эффективность смешанной зенитной группировки. ► Важно отметить, что документация на модернизацию была сделана таким образом, что заводские бригады прямо в войсках при минимуме затрат могли доработать «Бук–М1» до «Бук–М1−2». В 1998 году приказом министра обороны № 515 от 21 ноября 1998 года ЗРК «Бук–М1−2» был принят на вооружение российской армии. ► Только в начале 2000–х, когда оборонка стала получать первые заказы, снова встал вопрос о серийном производстве ЗРК третьего поколения «Бук–М2». К сожалению, за прошедшие 15 лет после его разработки многие предприятия–поставщики комплектующих прекратили свое существование или оказались за границей, да и элементная база существенно поменялась. НИИП и головной производитель Ульяновский механический завод провели громадную работу по налаживанию новой кооперации, замене комплектующих и внедрению новых технологий и материалов. Например, была произведена замена основы вычислительных средств комплекса с теперь зарубежного поставщика БЦВМ «Аргон–15» (Кишинев) на отечественные ЦВМ типа «Багет». □ ■ ЗРК «Бук–М2Э» Фото: Саид Аминов □ ► В итоге ЗРК «Бук–М2» стал поступать на вооружение российской армии. С 2008 года комплекс участвует в парадах на Красной площади. Одновременно ЗРК «Бук–М2Э» получил высокое международное признание. В настоящее время исполняется экспортный контракт на поставку комплекса на гусеничном шасси в Сирию. В процессе проведения «Рособоронэкспортом» маркетинговых работ по продвижению на внешний рынок ЗРК «Бук–М2Э» несколько иностранных заказчиков выразили желание приобрести комплексы, но не на гусеничной базе, а на колесной. Такая работа была проведена НИИП совместно с УМЗ и НПП «Старт». В качестве базовой колесной машины был выбран тягач производства Минского завода колесных тягачей (МЗКТ). Колесный вариант ЗРК прошел все виды испытаний и был поставлен первому заказчику — Венесуэле. На очереди еще ряд государств дальнего зарубежья. ► В 2013 году серийное освоение ЗРК «Бук–М2» было отмечено премией правительства Российской Федерации. □ Бук–М3 □ ► Решение о создании новой модификации комплекса, которая получила индекс «Бук–М3», было принято Минобороны в 1990 году. Предприятия оборонки были предоставлены сами себе, и выживали лишь те, кто мог найти экспортные контракты. Продукция НИИП была хорошо известна в мире, что помогло институту пережить длительный период реформ и продолжать новые разработки. Со стороны Минобороны и ГРАУ не прекращалось финансирование, хотя и недостаточное. Главное, что было понимание необходимости сохранения уникальной школы, за плечами которой полувековой опыт разработки ЗРК средней дальности для ПВО Сухопутных войск. ► Несмотря на трудные условия, которые сделали разработку ЗРК «Бук–М3» самой длительной в истории НИИП, в 2011 году работа была завершена успешными пусками в рамках государственных испытаний. В настоящее время комплекс дорабатывается по плану устранения замечаний, полученных в процессе ГСИ, и Государственной программой вооружений предусмотрен его серийный запуск. По сообщениям СМИ, ЗРК «Бук–М3» должен начать поступать в войска с конца 2015 года. ► Основные особенности комплекса по сравнению с его предшественником: повышение канальности, увеличение дальности поражения, значительное повышение помехозащищенности, размещение ЗУР в транспортно–пусковых контейнерах, увеличение в 1,5 раза боезапаса ракет на СОУ (теперь их 6). По сообщениям СМИ, в Долгопрудненском НПП была разработана новая ракета 9М317МЭ, унифицированная для сухопутного комплекса «Бук–М3» и корабельного ЗРК «Штиль–1» с установкой вертикального пуска. Ракета в данных комплексах будет размещаться в транспортно–пусковых контейнерах. В корабельном варианте пуск ракеты будет вертикальным, в сухопутном — наклонным. ► Комплекс «Бук–М3» будет поражать воздушные цели, действующие со скоростью до 3 тыс. метров в секунду на дальностях 2,5—70 км и высотах 0,015—35 км. Кроме того, зенитный дивизион «Бук–М3» будет иметь 36 целевых каналов. Эти данные привел глава войск ПВО Сухопутных войск генерал–лейтенант Александр Леонов в своем интервью радиостанции «Эхо Москвы» в декабре 2013 года. ► В новом комплексе будет значительно увеличена огневая мощь. В НПП «Старт» создали новую систему комплекса — самоходную пусковую установку с 12–ю ракетами. Аналогов среди ЗРК средней дальности «Бук–М3» за рубежом нет. □ □ ► По материалам: • Созвездие Тихомирова. 60 лет НИИ приборостроения имени В.В. Тихомирова. ООО «Издательская группа «Бедретдинов и Ко», М., 2014 • Зенитные ракетные комплексы ПВО СВ. Техника и вооружение № 5—6, 1999. □ ► Автор — Саид Аминов



полная версия страницы