Форум » Служба в Советской Армии 1975—1977 гг. » Армейский альбом » Ответить

Армейский альбом

Admin: Срочная служба в Советской Армии 1975—1977 гг.Армейский альбомЗакрытый военный городок Солнечногорск–7 (Воинский гарнизон «Тимоново»)

Ответов - 19

Admin: Срочная служба в Советской Армии в 1975—1977 гг.Армейский альбомЧасть 1► По поговорке — лучше раз увидеть, чем сто раз услышать. Мои рассказы о «секретке» войсковой части 75555 образца 1975—1977 гг. все уже услышали, а вернее — увидели и прочитали в теме «Акуловский корпус ПРО». Теперь пришло время «опубликовать» фотоиллюстрации к этим рассказам. ► К сожалению, большая часть фотоиллюстраций находится в армейском альбоме с листами на металлических дужках, что полностью исключает возможность сканирования фотографий, а потому «опубликована» быть не может. ► Но кое–какие фотоиллюстрации по разным причинам не были вклеены в . Вот этими–то фотографиями я и собираюсь проиллюстрировать мои рассказы. Все фотографии датируются зимой 1976/1977 года или ранней весной 1977 года. Эти фотографии, к сожалению, — только небольшая часть из армейских «фотосессий», большая же часть фотографий из них, как я уже сказал, в альбоме. ► Для контраста первой будет фотография, сделанная за год до призыва в ряды Советской Армии, лето 1974 года, практика на Углегорской ГРЭС после окончания 3–го курса Славянского энергостроительного техникума. □ □ ► Следующая фотография сделана в день принятия присяги в помещении для гостей на КПП. За моей спиной — моя старшая сестра, приехавшая из Москвы по такому поводу. □ □ ► Следующие четыре фотографии сделаны 31 декабря 1976 года, то есть накануне нового 1977–го, для меня — «дембельского», года. По традиции дежурный по 41–й отдельной роте обеспечения (в/ч 12557) в новогоднюю ночь — командир «секретного» отделения. К сожалению, в момент съёмкм моргнул… □ □ ► На этой фотографии я снят с Володькой Гайдуковым на фоне «новогоднего» плаката, нарисованного начальником чертёжного бюро и моим другом Серёгой Гришиным. □ □ ► Обычная фотография, как говорится, «на память» □ □ ► «Праздничный концерт» местной армейской самодеятельности — «типография» и «чертёжное бюро» исполняют песню. □ □ ► На фотографии — «сборная солянка». Поскольку ребята снимались специально «на память», то здесь присутствуют представители всех взводов 41–й отдельной роты обеспечения (в/ч 12557). □ □ ► Следующие четыре фотографии сделаны в одно из воскресений января—февраля 1977 года. Володька «Чипа» Гайдуков лежал в санчасти по поводу «страшного» заболевания — скарлатины, болезни, как известно, абсолютно детской, но вот, угораздило его скарлатиной заболеть. Пришли проведать болящего и передать ему вкусный гостинец из солдатской чайной «Сказка». □ □ ► Поскольку погода была отличная, возвращаться в роту не торопились, решили «немного погулять», о чём и свидетельствуют эти три фотографии □ □ □ □ ► Кстати, своей, прямо–таки «комиссарской», шинелью Сергей Гришин очень гордился. ► Продолжение следует... ■ Первая публикация — 04.09.2010 на сайте pvo.forum24.ru ■ Отредактировано 28.04.2016 — Admin

Admin: Срочная служба в Советской Армии в 1975—1977 гг.Армейский альбом Часть 2► За каждым подразделением 41–й отдельной роты обеспечения (в/ч 12557) в гарнизоне была закреплёна так называемая «территория». Обычно это была часть какой—либо дороги, из имевшихся в гарнизоне. Закреплённый участок и зимой, и летом нужно было «содержать в порядке», то есть зимой быстро и чисто, сколько бы его не выпало, убирать снег, а летом — хорошенько выметать. ► За «секретным» и «чертёжным» отделениями был закреплён участок длиной метров 50, так сказать, «магистральной» дороги, которая как бы делила территорию гарнизона на две части: служебную (казарменный городок, склады, автопарк, санчасть, «старый» госпиталь, штабы в/ч 75555, 12517 и 12556) и жилой городок. ► Все фотографии сделаны на нашей «территории» в первой половине одного из воскресных дней зимы 1977 года после обильного снегопада, прошедшего накануне. Погода в этот день с утра была отличная, настроение — тоже, потому в казарму никто не торопился. Уборка «территории» по этим, объективным (!), причинам, затянулась. И фотографии получились — отличными. ► Зимы в период моей службы были «настоящими», снега за зиму выпадало, как в таких случаях обычно говорится, сколько положено. Потому на первых двух фотографиях хорошо видно, какой высоты сугробы образовывались с нашей помощью по краям дороги. □ □ □ ► Следующие две фотографии тоже хорошо иллюстрируют высоту сугробов. □ □ □ ► На первой фотографии, также сделанной на фоне рукотворного сугроба, представлены: «8–й отдел» — слева, справа от него «типография» и двое из «секретки», А. Выглай и сержант Е. Занин, ваш покорный слуга. На следующей — все те же самые, только «секретчиков» стало уже трое. □ □ □ ► На других фотографиях отлично видно, как мы от хорошего настроения дурачимся, при этом от избытка энергии весело подшучиваем друг над другом. Здесь особых комментариев не требуется. □ □ □ □ ► Завершает эту серию фотография, сделанная на фоне здания прачечной. В этой прачечной за небольшую шоколадку можно было выстирать и выгладить форму. По дороге на работу отдал форму в стирку, а по пути на обед — забрал выстиранную и выглаженную! Вот такой сервис!!! ► Поскольку у нас имелись карточки одиночного хождения по гарнизону, а также и финансовые средства, то мы, конечно, и были основными потребителями этой услуги. «Секретчики» всегда были — с иголочки! □ □ ► Продолжение следует... ■ Первая публикация — 05.09.2010 на сайте pvo.forum24.ru ■ Отредактировано 14.05.2016 — Admin

Admin: Срочная служба в Советской Армии в 1975—1977 гг.Армейский альбомЧасть 3► В начале этой части — фотография начала лета 1976 года. Прошёл приблизительно месяц или чуть больше, как я официально, по соответствующему приказу командира части, вступил в должность начальника секретной части секретного отделения управления в/ч 75555. □ □ ► Все четыре фотографии сделаны в солдатской чайной «Сказка». Время — обеденное. По воскресеньям «обычный» обед можно было при желании и финансовой возможности заменить посещением солдатской чайной, конечно, предупредив об этом дежурного по роте. В ближайшее после 9–го января 1977 года, дня моего рождения, воскресенье я с ребятами в «Сказке» отпраздновал свой 21–й день рождения. Съедено разных вкусностей и выпито кувшинов с какао по этому поводу было так много, что мы даже в этот день на ужин, по–моему, не пошли, поскольку всё ещё сытые были! □ □ □ □ □ ► Стрельбы! Любимое всей 41–й отдельной ротой обеспечения мероприятие! Кроме собственно самих стрельб, всегда на стрельбах много фотографировались. Это была уже хорошая традиция. Фотографии со стрельб, тоже по традиции, потом пополняли «дембельские» альбомы. ► Позже, дня через два–три, конечно, тоже по традиции, по результатам стрельб выпускалась (думаю, что без подсказки понятно кем) ротная крупноформатная стенгазета с полным фотоотчётом, а также в каждом взводе выпускались и вывешивались на специальной информационной доске боевые листки с фотографиями самых метких стрелков. Ежу понятно, что спустя какое–то время фотографии из стенной газеты и из боевых листков также пополняли «дембельские» альбомы. ► Построились на исходном рубеже. □ □ □ ► Замполит роты в качестве дежурного по стрельбам проводит инструктаж перед огневым рубежом. Можете судить сами, что обстановка вполне доброжелательно–рабочая, так сказать, без напряга, но по уставу. □ □ ► Уже отстрелялись. Как всегда — на «отлично». Слева от меня — мой верный карабин СКС № ИТ2994, а справа — Володька «Чипа» Гайдуков. Несмотря на то, что «Чипа» был «очкариком», стрелял он по мишеням вполне прилично. □ □ ► Думаю, что родившиеся в СССР, ещё не забыли, что каждый год в ближайшую после 22 апреля, дня рождения В.И. Ленина, субботу в СССР повсеместно в честь этого события проводился Всесоюзный коммунистический субботник. Советская Армия — не была исключением. ► На этой фотографии я снят во время такого субботника в апреле 1977 года в «предбаннике» секретного отделения. За мной хорошо видно окошко секретной части, через которое и проходило общение секретной части с «внешним миром». Напротив имеется такое же окошко и в секретной библиотеке. Также хорошо виден и перечень имущества, находящегося в помещении «предбанника», вывешенный согласно Уставу внутренней службы на стене в рамке под стеклом. □ □ ► В завершение этой части — фотографии моих сослуживцев и друзей. ► На этой фотографии мой армейский друг Сергей Гришин позирует за своим рабочим столом в чертёжном бюро на третьем этаже здания управления в/ч 75555. Хорошо виден его отличный рисунок в стиле «фэнтази», прикнопленный к стене. Трубка в его руках — а–ля Сталин. Снято это тоже в один из парко–хозяйственных дней, то есть в одну из суббот, января или февраля «дембельского» 1977 года. □ □ ► В 41–й роте в учебном классе имелся довольно приличный бильярд. Старшина роты был большим поклонником этой игры и часто на нём игрывал, конечно, с достойными партнёрами. Мы такими не были. И у нас, в связи с этим, составился свой «бильярдный клуб». Потому Сергей Гришин и был моим основным партнёром в ротный бильярд. Счёт у нас с ним всегда (!) стремился к ничьей. Меня же это, понятное дело, очень устраивало. ► Володька «Чипа» Гайдуков был вторым партнёром. Какой был у нас счёт — уже не помню, но то что под столом в основном не я кукарекал, а он — это точно! □ □ □ ► Эта фотография сделана летом 1977 года в одном из фотоателье моего родного города Славянск, то есть уже после моего дембеля. На ней — я и ребята, с которыми я учился в Славянском энергостроительном техникуме в 1971—1975 гг. Как–то встретились, поговорили, а потом почему–то решили, что неплохо бы сняться на память, причём именно в армейской форме. Потом судьба разбросала нас, а фотография на память — осталась! ► Справа от меня Николай Морозов, который служил в Группе советских войск в Германии, а с ним рядом — Валентин Ведь, а вот где он служил, память, к сожалению, не сохранила. □ □ ► Продолжение следует... ■ Первая публикация — 05.09.2010 на сайте pvo.forum24.ru ■ Отредактировано 10.07.2016 — Admin


Admin: Срочная служба в Советской Армии в 1975—1977 гг.Армейский альбомЧасть 4► Эту часть начинаю фотографией, на которой представлено почти всё (за исключением «секретных» библиотекарш) секретное отделение управления в/ч 75555. Справа налево верхний ряд — начальник секретного отделения прапорщик Ларьковский, начальник секретной части младший сержант Александр Одарченко (призыв — май 1974 г.), заместитель начальника секретного отделения прапорщик Анатолий Кузьмин, нижний ряд — рядовой Евгений Занин, делопроизводитель секретной части рядовой Николай Жураковский. Фотография сделана зимой 1975—1976 года, точнее сказать трудно. □ □ ► Фотография сделана летом 1976 года. На ней — слева рядовой Анатолий Выглай (призыв — ноябрь 1975 г., смена Н. Жураковского), недавно вступивший в должность начальника секретной части младший сержант Евгений Занин (призыв — май 1975 г.) и справа — делопроизводитель секретной части ефрейтор Николай Жураковский (призыв — ноябрь 1974 г.). □ □ ► На этой фотографии — командир 41–й отдельной роты обеспечения (в/ч 12557) капитан Виктор Иванович Пронов и его заместитель по политической части. Фамилию замполита я, к сожалению, запамятовал… Фотография сделана в канцелярии роты. ► Кстати, капитан В.И. Пронов дослужился до полковника. Видел его на одной из фотографий ветеранов Войск ПРО и ПКО. □ □ ► Дальше фотографии, сделанные нашим «штатным» фотографом в фотолаборатории управления в/ч 75555 в один из парко–хозяйственных дней (в одну из суббот) конца лета — начала осени 1976 года. □ □ □ □ ► Эти четыре фотографии относятся к самому началу моей службы. Сделаны они в середине лета 1975 г. в одно из воскресений в учебно–спортивном городке, который находился за нашей казармой — любимое место отдыха личного состава. Привлекала относительная уединённость места, густая мягкая трава, возможность расслабится, почитать книжку или письмо из дома, позагорать, а при желании — просто пару–тройку часов поспать. □ □ □ ► За моей спиной виден учебный корпус до настоящего времени, к сожалению, не сохранившийся. Его развалины видел лично. □ □ ► На этой фотографии рядом со мной шифровальщик из 8–го отдела сержант Габов (призыв — май 1974 г.). □ □ ► Теперь две фотографии, относящиеся к разряду фотоприколов. Я называю эти фотографии «Мальчишки и очки» № 1 и № 2. Сделаны они также в фотолаборатории управления в/ч 75555 в один из парко–хозяйственных дней (в одну из суббот) конца лета 1976 года. Во время съёмки использовались очки из запаса нашего единственного «очкарика» Володьки «Чипы» Гайдукова. По–моему, получились фотографии действительно прикольными. □ □ □ ► Под конец — пара фотографий, сделанных специально «на память». Период тот же, один из парко–хозяйственных дней конца лета 1976 года. Мне кажется, что эти фотографии самые лучшие в моей армейской фотоколлекции. Потому и выкладываю их последними… □ □ □ ► На этом запас «иллюстраций» исчерпан. Надеюсь, что рассматривать мои «армейские» фотографии 34–летней давности было интересно, а мои комментарии к ним были вполне исчерпывающими. ► И тем не менее — продолжение следует... ■ Первая публикация — 26.09.2010 на сайте pvo.forum24.ru ■ Отредактировано 10.07.2016 — Admin

Admin: Срочная служба в Советской Армии в 1975—1977 гг. Армейский «Секретные» приложения. Часть 1■ Мой армейский друг Сергей Гришин перед армией закончил художественное училище, фактически — техникум, и по профессии был художником—ювелиром. Само собой, умел он рисовать не только эскизы, по которым изготавливались ювелирные изделия, когда он успел перед призывом немного поработать на Московском ювелирном заводе. Понятно, что для дембелей Сергей был просто клад — для него классно оформить дембельский ничего не стоило. Но это занятие он считал пустой тратой времени, и всегда отказывался от подобных предложений, проявляя при этом характер, поскольку был «салагой». ■ Неудивительно, что его практически мгновенно «прибрал к рукам» замполит роты, и Сергей под его чутким руководством заново оформил ленинскую комнату, мы тогда «болтались» в расположении роты, так как ждали допуска к секретным сведениям. Оформил Сергей ленинскую комнату, конечно, классно! Всё у него получилось здорово, разные по форме и содержанию стенды, лозунги и цитаты и, конечно, пожилые товарищи из Политбюро. Как был доволен этим замполит, даже описать трудно. □ □ □ ■ Поскольку у меня в плане рисования руки тоже росли откуда надо, так как в своё время я окончил художественную студию, то я тоже помогал в оформлении ленинской комнаты. Но с просьбами оформить дембельский альбом, ко мне, к счастью, не очень приставали. Словом, рисованием с Сергеем Гришиным мы потом с разной интенсивностью так и занималиь всю службу. К слову, и условия для этого у нас были просто идеальные, поскольку, например, в чертёжное бюро, где мы в основном и занимались художественным творчеством, мало кто имел допуск. Главным «гостем» в основном был начальник редакционно—издательского отдела подполковник В.М. Терещенко, «шеф» чертёжного отделения, которому в принципе всё было до лампочки. Сергей оформлял для школы, в которой училась дочь подполковника В.М. Терещенко, отличные стенные газеты к разным датам и праздникам, и мы в качестве «оплаты» за это имели в неделю бутылку объёмом 0,7 литра чистого спирта! ■ Как правило, посвящали рисованию вечера, после ужина и до вечерней поверки. В основном рисовали разные картинки в стиле «фэнтази», ковбоев, индейцев и прочее тому подобное, конечно, про девочек мы тоже не забывали. Кроме того, я, например, для своего школьного друга, с которым мы переписывались всю службу, оформил на разные рок’н’рольные темы несколько цветных вкладышей в компактные магнитофонные кассеты, которые тогда только появились, и переслал их ему с письмами. ■ И вот, когда наша служба практически подошла к концу, в феврале—марте дембельского 1977 года, Сергея, что называется, «пробило» на плакатную живопись, причём исключительно на религиозные темы. В результате у нас появился рисунок, на котором был изображён Иисус Христос, распятый на кресте! ■ Как—то в одну из парко—хозяйственных суббот делать нам особо было нечего, потому мы искали чем бы заняться. И решили устроить очередную «фотосессию». Не долго думая, прикнопили на одну из стен чертёжного бюро Серёжкин плакат с Иисусом Христом, стали на его фоне фотографироваться. Понятно, что потом эти фотографии мы спрятали подальше, поскольку из—за них мы могли «разжиться» вполне серьёзными неприятностями, а перед дембелем нам этого, конечно, совершенно не хотелось. Но всё у всех обошлось. □ □ □ ■ А плакат с распятием Сергей Гришин потом повесил у себя дома в своей комнате. И когда я выкраивал во время учёбы в институте время, и приезжал в Черёмушки к нему в гости, мы с ним в разговоре за рюмкой чая, обязательно вспоминали ту «фотосессию».

Admin: Срочная служба в Советской Армии в 1975—1977 гг.Армейский альбом«Секретные» приложения. Часть 2■ После прохождения войскового приёмника и весьма краткого пребывания в/ч 12517, меня перевели в очень «таинственную», поскольку в роте обслуживания, куда меня временно определили, никто не мог толком сказать, чем же она занимается, в/ч 75555. Подразделение, в которое меня перевели, имело наименование 41—я отдельная рота обеспечения с приставкой в/ч 75555. ■ Мы все тогда не очень разбирались в «тонкостях» действительных и условных наименований воинских частей, потому приставка к наименованию роты «в/ч 75555» прокатывала. Это я сейчас понимаю, что раз в наименовании роты присутствует определение «отдельная», то рота — это уже отдельная воинская часть, имеющая помимо действительного наименования, также и условное наименование, или номер войсковой части. И номер такой, который я узнал через много лет, действительно, был — в/ч 12577. В военном билете, кстати, у меня в графе о месте службы была всё та же «хитрая» запись — 41 отдельная рота обеспечения в/ч 75555. □ □ ■ В роте меня определили в штабной взвод, в секретное отделение, именно так, без всяких кавычек секретное. Чем я буду заниматься в этом секретном отделении, так и осталось тайной. На мои вопросы ответ был один — «Будешь работать». Вот и понимай это, как знаешь. Единственное, что не было тайной, так это то, что на «работу» я выйду не раньше, чем через полгода, то есть не раньше, чем в ноябре. И скорее всего, когда все дембеля уже уволятся в запас. И всё это время буду прямо таки бездельничать в расположении роты, поскольку буду дожидаться так называемого «допуска». Кстати, что такое «допуск», тоже оставалось без комментария, «допуск» — и всё! Точка! ■ В «секретном» приложении к моему дембельскому есть ещё одна фотография. Когда точно и по какому поводу меня тогда сфотографировали, к сожалению, за давностью лет уже забылось, но вот период съёмки я могу указать точно — ожидание «допуска». То есть на фотографии я ещё самый настоящий, а точнее, зелёный, салага из славной 41—й отдельной роты обеспечения (в/ч 12577), ожидающий допуска к работам, связанным с секретностью, от Комитета государственной безопасности при СМ СССР.

altpfurz: Серьёзный товарищ :-)

Admin: Срочная служба в Советской Армии в 1975—1977 гг.Армейский альбом«Секретные» приложения. Часть 3■ В войсковой части 75555 был свой внештатный корреспондент печатного органа Министерства обороны СССР — газеты «Красная звезда» — майор Чепкой. Довольно часто он в поисках каких–либо фотосюжетов заглядывал, вооружившись фотоаппаратом, в расположение нашей 41–й отдельной роты обеспечения (в/ч 12577). Я в это время без дела болтался в роте в ожидании допуска, и поскольку человеком майор Чепкой был нормальным, без каких–либо закидонов, мы с ним, я и Серёга Гришин, также болтавшийся в роте в ожидании допуска, конечно, познакомились, и в каждый его очередной приход общались уже, как старые знакомые. И вот в один из таких своих приходов в роту, он заинтересовался и мной, как потенциальным «героем» будущей заметки в «Красной звезде» о вновь прибывшем молодом пополнении. Начал задавать мне разные вопросы из моей биографии. Ему очень понравилось, что перед армией я успел закончить техникум, что я член ВЛКСМ, что родители у меня нормальные, строители с инженерным образованием. Всю информацию записал в блокнот, а потом заставил меня нахлобучить на голову шапку, поставил на фоне натянутой на спинки простыни, и приступил к фотосъёмке, щёлкнув несколько раз фотоаппаратом. □ □ ■ Как он мне позже, недели через две, сообщил, материал, к сожалению, «в дело» не пошёл. Что–то там с выпускающим редактором, как говорится, не срослось. Но одну из сделанных им фотографий, он мне на пямять всё–таки принёс. На обратной стороне этого снимка стоит фиолетовый штамп «Фото М. Чепкого».

Admin: Срочная служба в Советской Армии в 1975—1977 гг.Армейский альбом«Секретные» приложения. Часть 4► Эти две фотографии сделаны, скорее всего, в конце лета или в начале осени 1976 года. Причём сделаны не в какой–нибудь другой день недели, а точно в субботу. Почему я так уверенно говорю? А всё очень просто объясняется. ► Суббота для личного состава 41–й отдельной роты обеспечения была не только парко–хозяйственным, но и банным днём. В другие дни устраивать банный день никак бы не получилось. У всех была ответственная работа, связанная с поддержанием на нужном уровне боеспособности Войск ПВО страны. Какая может быть в таком случае баня с понедельника по пятницу? Только суббота! □ □ □ ► Итак, по субботам все работы в здании управления у комендантского и штабного взводов и в автомобильном парке у автомобильных взводов заканчивались в 15:00. И все дружно выдвигались в расположение роты. В 15:45 — общее построение роты на плацу перед казармой в колонну по четыре, обычно, за очень редким исключением, никто из офицеров роты личный состав в баню не сопровождал; в 16:00 личный состав роты прибывал в баню и приступал к помывке. На мытьё в бане у нас, у чертёжного бюро и у секретного отделения, уходило не больше 30—40 минут. Потом, в принципе, до вечерней поверки мы могли быть свободны, приходить на ужин от нас не требовали. Потому помывшись, мы опять отбывали в здание управления и вечер субботы проводили там. Слушали музыку, играли на гитаре и пели под неё, потом ужинали тем, что по дороге в управление в складчину покупали в солдатской чайной, наши финансы это позволяли, снова занимались своими делами, например, писали домой письма или вполне даже могли себе позволить немного выпить разбавленного спирта, если накануне начальник редакционно–издательского отдела подполковник Терещенко расплатился с Серёгой Гришиным за нарисованные им стенные газеты для школы, в которой училась его дочка. ► Само собой, что в качестве времяпрепровождения мы частенько и фотографировались. В нашей фотолаборатории для этого были все условия и, конечно, нужные материалы. Эти два снимка и были сделаны там, в нашей фотолаборатории, в одну из таких замечательных суббот. Если кто обратил внимание, у меня на снимках оторван подворотничок. Грязные подворотнички мы отрывали, когда одевались после помывки в бане, соблюдали таким образом гигиену, а новые подворотнички пришивали уже когда приходили в здание управления. Главное, подшиться нужно было до возвращения в роту на вечернюю поверку. Поскольку пришивание подворотничков было не самым любимым занятием, обычно занимались этим незадолго до возвращения в роту. Если, конечно, в этот вечер не расслаблялись. Тогда подшивались перед расслаблением.

Admin: Срочная служба в Советской Армии в 1975—1977 гг.Армейский альбом«Секретные» приложения. Часть 5► Те, кто служил в Советской Армии в 1970—1980–е годы, ещё отлично помнят наглядную агитацию в ленинских комнатах в казармах, в которой раскрывался настоящий звериный оскал американской военщины и её ближайших союзников. И вот, достаточно насмотревшись на эту наглядную агитацию и, само собой, соответствующим образом впечатлившись, я, отстрелявшись во время одной из стрельб и коротая время до окончания этого планового мероприятия, решил перед объективом фотоаппарата изобразить, так сказать, звериный оскал уже советской военщины. Если им это можно, почему же нам нельзя? ► Что тогда из этого получилось, можно увидеть на фотографии. По–моему, звериный оскал советской военщины получился не слишком звериным. Явно неудачная попытка. Наверное, у меня сразу не вышло, потому что было экспромтом, а вот с опытом нужный звериный оскал был бы соответствующий. □

RevALation: Я прекрасно помню этот черно-белый агитплакат с оскаленным американским пехотинцем в кепи желтого цвета. Мы его повесили (плакат) прямо на лестничной площадке перед входом в казарму первого этажа. На уличном входе - призывы Ленина и партии, а только заходишь внутрь и... столбенеешь от неожиданности от того, что на тебя в упор М-16 нацелена. Более того, мой батарейный художник обнаружил некий зрительный эффект плаката. Если сделать два-три шага влево или вправо, создается впечатление, что и винтовка смещается отверстием ствола в твою сторону. Вроде как, по-настоящему. Начальнику политотдела подольской бригады очень понравилось.

Admin: Срочная служба в Советской Армии в 1975—1977 гг.Армейский альбомСослуживцы. Часть 1► Когда я, пройдя через войсковой приёмник и роту обслуживания в/ч 12517, прибыл в 41–ю отдельную роту обеспечения (в/ч 12577) рядовой Николай Жураковский прослужил уже шесть месяцев, он был призван в ноябре 1974 года. Родом Николай был из Горького, ныне — Нижний Новгород. Человеком он был довольно замкнутым, практически ни с кем на сближался и не дружил, но по характер он был достаточно коммуникабельным и доброжелательным. За всё время совместной службы он ни разу не позволил себе в отношении меня и других наших «духов», призванных после меня, чего–либо из дедовщины. ► Николай очень скучал по дому, и это было заметно. Благодаря хорошим отношениям с ребятами из узла связи, ему удалось наладить регулярную телефонную связь с домом. Я тоже потом пользовался этим «ресурсом», удивляя родителей звонками после 20:00. Работником Николай был отличным, и подготовил себе в течение полугода отличную смену. Так что, я был всегда вполне уверен, что никаких проблем с получение и отправкой почты не предвидится. ► На дембель ефрейтор Николай Жураковский, звание ему присвоили по должности, ушёл в ноябре 1976 года. С тех пор прошло уже 40 лет, но я до сих пор с удовольствием вспоминаю о времени нашей совместной службы, поскольку вспоминается о том времени только хорошее, а что–то плохое — в принципе отсутствует. ► К сожалению, как–либо наладить связь с Николаем, даже с помощью такого мощного ресурса, как Интернет, мне пока не удалось. Пишу «пока», потому что надежу наладить связь не теряю, и очень надеюсь, что со временем мне это удастся. Очень уж хочется узнать, как сложилась дальнейшая жизнь у такого хорошего парня, каким был Николай Жураковский. □

Admin: Срочная служба в Советской Армии в 1975—1977 гг.Армейский альбомСослуживцы. Часть 2► К моменту, когда я прибыл в 41–ю отдельную роту обеспечения (в/ч 12577), младший сержант Александр Одарченко отслужил уже год. Позже, ему присвоили звание сержанта, в этом звании он ушёл на дембель. Родом он был из Харькова. То есть, мой земляк. Но ничего из того, что обычно просматривается в отношениях между земляками во время службы в армии, у нас не было. Младший сержант Одарченко был просто черпаком, и этим в принципе всё сказано. Потому каких–либо хороших воспоминаний о совместной службе у меня не осталось. А вот воспоминания о том, как время от времени приходилось отстаивать своё достоинство, остались. Как и все не очень порядочные люди, Одарченко был большим трусом, и очень боялся что его «дедовские» художества по отношению ко мне станут известны, потому, когда я давал резкий отпор, это всегда срабатывало. Но удовольствия это мне никогда не доставляло. ► Незадолго до дембеля Александра Одарченко, я «подхватил» очаговое воспаление лёгких, и загремел в новый окружной госпиталь. И вернулся в роту уже после того, как все дембеля разъехались по домам. И был очень рад этому обстоятельству, поскольку не пришлось, так сказать, провожать Одарченко на дембель, и желать ему что–то хорошее на будущее. ► Ни одного значка, которые у сержанта Одарченко красуются на правой стороне груди, ему не вручали. Это он сам их разными способами приобрёл, и навесил себе на грудь, чтобы быть супер дембелем. □

Admin: Срочная служба в Советской Армии в 1975—1977 гг.Армейский альбомСослуживцы. Часть 3► Сержант Габов, имя, к сожалению, память не сохранила, был из 8–го отдела. Время призыва — май 1974 года. Откуда он родом, тоже, к сожалению, забылось. К тому моменту, когда я прибыл в 41–ю отдельную роту обеспечения (в/ч 12577), ему уже присвоили звание сержанта, в отличие от командира «секретного» отделения младшего сержанта А. Одарченко, а на дембель Габов ушёл старшим сержантом. За год совместной службы между нами не произошло ни одной размолвки, поскольку ни одного случая дедовщины с его стороны в отношении нас, салаг, а потом — черпаков, не было. Габов обладал ровным и дружелюбным характером, с ним всегда можно было что–нибудь обсудить или просто о чём–то поговорить, спросить у него совета или попросить помощи, он бы не отказал. ► Понятно, что между нами дистанция была, но очень небольшая, поскольку по возрасту я ему был ровесником, ведь меня призвали, когда мне хорошо было за 19 лет, и потому у нас всегда находились темы для разговоров. И о времени совместной службы с сержантом Габовым у меня остались только хорошие воспоминания. И если бы нам довелось сейчас встретиться, думаю, мы, после вступительных слов и приветствий, легко нашли бы о чём поговорить или что обсудить. ► Очень надеюсь, что после увольнения в запас, жизнь у старшего сержанта Габова, как говорится, сложилась. У него отличная семья, много детей, в том числе, двое сыновей, а сам он жив и здоров… □

Admin: Срочная служба в Советской Армии в 1975—1977 гг.Армейский альбомСослуживцы. Часть 4► К моменту моего прибытия в 41–ю отдельную роту обеспечения (в/ч 12577), Вася Степанов прослужил уже целый год. Его призвали в мае 1974 года. Так же, как и Александра Одарченко. Но родом Вася был из Москвы. На фотографии Вася справа, а Одарченко — слева. Оба — ещё салаги. Фотографию эту мне на память подарил сам Василий, и я с благодарностью её принял, и хранил в своём архиве, как ценный артефакт. ► Ничем, что могло бы вызвать отрицательные эмоции, Вася Степанов в моей памяти не отметился. Характер у него был очень коммуникабельный, настроение, практически всегда хорошее, а улыбка на лице — была его визитной карточкой. И что особенно бросалось в глаза, Вася Степанов с нами, салагами, с первого дня общался на равных. Службу Вася Степанов нёс в типографии, которая в основном занималась изготовлением парадных адресов, вручавшихся офицерам, генералам и командирам войсковых частей по самым разным поводам, но обычно — к юбилеям. Никаких дедовских, а потом, после выхода приказа Министра обороны об увольнении в запас, уже и дембельских, закидонов я за ним не припомню. Отличный сослуживец старшего призыва! ► Хотелось бы надеяться, что после увольнения в запас, жизнь у него задалась — Вася Степанов в своё время обзавёлся большой и дружной семьёй, вырастил отличное и многочисленное потомство, а сам до сих пор жив и вполне здоров… □

Admin: Срочная служба в Советской Армии в 1975—1977 гг.Армейский альбомСослуживцы. Часть 5► К большому сожалению, имя и фамилия этого сослуживца, со временем забылись. Ещё раз подчёркиваю, к большому сожалению. Поскольку за непродолжительное время, всего шесть месяцев, нашей совместной службы, остались очень хорошие воспоминания. И фотографию я столько лет хранил именно поэтому. ► Когда я в июне 1975 года прибыл в 41–ю отдельную роту обеспечения (в/ч 12577), эти ребята отслужили по полтора года, и до дембеля им оставалось служить всего ничего, до ноября. Рядовой, изображенный на фотографии за изготовлением настенного стенда «Наши будни», к тому времени был уже в звании сержанта, и занимал должность начальника чертёжного бюро. И запомнился каким–то внутренним достоинством, к дедовщине не имевшим никакого отношения, только как старший и более опытный по службе товарищ. И ощущение этого не поменялось до сих пор. ► Личный состав чертёжного бюро традиционно комплектовался в основном призывниками из Москвы. В этом случае тоже не было исключения. Очень хотел бы надеяться, что после дембеля и у этого моего сослуживца, имя которого в памяти, к сожалению, не удержалось, в жизни всё было хорошо, неожиданности были только приятными, настроение было практически всегда отличным, здоровье — непременно крепким, а близкие ему люди — бесконечно счастливыми, плюс ко всему удача проявлялась всеобщей и постоянной… □

Admin: Срочная служба в Советской Армии в 1975—1977 гг.Армейский альбомСослуживцы. Часть 6.1►К сожалению, память не сохранила многие незначительные эпизоды, связанные с началом моей службы в 41–й отдельной роте обеспечения (в/ч 12577). В частности, такую «мелочёвку», в каком войсковом приёмнике познавал основы воинской службы Сергей Гришин, мой сослуживец, мой хороший товарищ и приятель, с которым я в принципе прошёл всю службу от начала до конца. Точно, не в войсковом приёмнике в/ч 12517, в котором был я. А в каком? ► Когда я прибыл в роту, Сергей уже в роте был. И подружились с ним мы очень быстро, поскольку оба ждали допуск, я для работы по секретному делопроизводству, а он для работы в чертёжном бюро, и на пару без дела болтались в роте после утреннего развода, когда весь личный состав роты, кроме суточного наряда, расходился согласно распорядку по своим рабочим местам. Базировались мы с ним в основном в ленинской комнате, читали подшивки газет и журналов, писали письма домой или оформляли взводные боевые листки. Ну и, конечно, разговаривали, делились друг с другом ностальгическими воспоминаниями о прошлой, доармейской жизни, такой весёлой и беззаботной, как выяснилось. ► Перед армией Сергей также, как и я, окончил учебное заведение. Я окончил строительный техникум, а он — художественно–прикладное училище при московском ювелирном заводе, из которого вышел квалифицированным специалистом по ювелирному делу. То есть Сергей мог сам разработать эскиз какого–то авторского ювелирного украшения, а потом, после утверждения эскиза на художественном совете, сам же мог его и изготовить. Само собой разумеется, что Сергей отлично рисовал. И как только наш ротный замполит об этом проведал, Сергея привлекли, и меня, конечно, в помощь к нему, к масштабной реконструкции ленинской комнаты. Кстати, я тоже достаточно неплохо чертил и рисовал. ► Мы с Сергеем очень обрадовались, что для нас нашлось такое интересное занятие, и теперь не нужно ломать голову, как скоротать время от подъёма до отбоя. Благодаря дружной работе, а работали мы, действительно, с энтузиазмом и огоньком, если мне память не изменяет, на обновление и замену всех стендов в ленинской комнате мы потратили всего–то чуть больше месяца. После этого, ленинская комната, конечно, совершенно преобразилась. И заслуга в этом была в основном со стороны Сергея. Именно он, под чутким руководством нашего замполита в плане политического содержания материалов, продумал и воплотил потом в жизнь свои отличные оформительские задумки. ► До армии жизнь у Сергея, который был родом из Москвы, так сказать, била ключом. Поскольку человеком он был общительным, с достаточно обширным кругозором и с соответствующей этому кругозору внешностью, то у женского пола он пользовался большим интересом. И отвечал на этот интерес взаимностью. Скучать в этом плане ему в принципе было некогда. Кроме того, был Сергей большим любителем пива. Что в то, ещё советское, время, тоже хорошо способствовало и разнообразию жизни, и расширению круга общения. ► На фотографии, подаренной мне на память, Сергей Гришин на балконе своего дома в Новых Черёмушках незадолго до призыва в армию. □

Admin: Срочная служба в Советской Армии в 1975—1977 гг.Армейский альбомСослуживцы. Часть 6.2► Рабочий день в управлении в/ч 75555 заканчивался в 18:00, и минут через десять в здании никого уже не было, кроме, конечно тех, кому быть там «положено» круглые сутки. На ужин, который по распорядку был в 20:00, мы отправлялись в распоряжение роты не раньше 19:30. То есть у нас, у штабного отделения, каждый день было практически полтора часа свободного времени, которое можно было потратить по своему усмотрению. Например, написать домой письмо, почитать книгу или побренчать на гитаре в чертёжном бюро. Ещё можно было, спуститься на первый этаж, на узел связи, и позвонить домой. Правда, можно было это себе позволить не очень часто. Но сказанное выше, больше касалось нас, «секретчиков», а вот ребята из чертёжного бюро, «чертёжники», и после окончания рабочего дня обычно продолжали работать, но обычно те из них, кого сроки поджимали. Другие же, тоже занимались своими делами. Довольно часто и я составлял им компанию, когда и письма были все написаны, и книги прочитаны. ► В течение рабочего дня «чертёжники» были заняты тем, что по эскизам, которые им приносили офицеры разных отделов управления, они делали плакаты на ватмане с разными таблицами, схемами и графиками. Также делали и много разного вида карт. Плакаты, да обычно и карты тоже, были достаточно больших размеров, 2,0 на 2,0 или 2,5 на 2,5 метра. Иногда и больше. И чтобы изготовить такой плакат, например, с крупным заголовком и какой–нибудь большой таблицей, нужно было очень хорошо поработать плакатным пером и чертёжными инструментами. В углу зала чертёжного бюро стоял огромный рулон ватмана, из которого нарезались заготовки, а потом, если требовалось, они склеивались под нужные размеры. ► Кроме плакатных перьев, рейсфедеров, чёрной туши, различных линеек и треугольников, основным «инструментом» был специальный стол, на котором и выполнялись практически все работы. Размеры у этого стола были впечатляющие — приблизительно 6,0 метров на 3,0 метра. На столе без проблем размещались со своей работой все «чертёжники» одновременно. Очень удобным был стол не только для работы, но и для отдыха. Я, например, очень любил сидя на этом столе, побренчать на гитаре, свесив со стола ноги, и помахивая ими в такт. Иногда таким образом мы располагались на столе вдвоём с Сергеем Гришиным, чтобы побренчать на гитаре на пару. ► Не будет преувеличением, если я скажу, что с приходом в чертёжное бюро Сергея Гришина, оформительский уровень выполняемой работы значительно повысился. Так как всем было чему поучиться у него, и перенять оформительские и прочие изобразительные приёмы. Я тоже приобщился к этому процессу, и через короткое время научился отлично владеть плакатным пером, а потом и писать обычным пером каллиграфическим почерком. Что мне в жизни очень и очень пригодилось. Если раньше какие–нибудь иллюстративные материалы чертёжным бюро практически не изготавливались, то теперь рисованные плакаты стали обычным делом. В том числе и плакаты, которые рисовались Сергеем, так сказать, для личного употребления. Я тоже приобщился к такому рисованию, и несколько нарисованных мной плакатов даже увёз с собой на дембель. И потом пара из них даже висела на стене в моей комнате институтского общежития. На одном из них была реализована одна из «философских» идей Сергея Гришина — на чёрном фоне здоровенный мужик с длинными волосами, перевязанными красной лентой, одетый в крутой джинсовый костюм и остроносые ковбойские сапоги, держит в одной руке, не до конца опущенной и слегка отведённой назад, дымящийся револьвер, а в другой руке, прямо перед собой, — человеческий череп с дыркой во лбу. По тем временам, это было очень круто! ► Отдельным мероприятием были перекуры. На третьем этаже, где располагались наши комнаты, «предбанник» туалета, превращённый в курилку, занимал площадь не меньше 20 метров квадратных. Целый курительный зал! По трём стенам этого зала бы установлены стулья с опрокидывающимися сидениями, какие обычно были в зрительных залах кинотеатров или клубов. Стульев было человек на 15. При перекурах очень часто компанию нам составляли офицеры из отделов, тоже расположенных на третьем этаже (к счастью, в особом отделе, который тоже был расположен на третьем этаже, курящих не было), и перекуры таким образом превращались в краткие, но очень интересные беседы. И, как скоро выяснилось, Сергей Гришин оказался очень неплохим рассказчиком. Я до сих пор помню некоторые истории, рассказанные им на таких перекурах. ► На фотографии — Сергей Гришин между 6 и 12 месяцем службы, точнее сказать не могу. □

Admin: Срочная служба в Советской Армии в 1975—1977 гг.Армейский альбомСослуживцы. Часть 6.3► Кроме плакатов, мы с Сергеем Гришиным рисовали разного рода поздравительные открытки. Которые потом отправляли с соответствующими поздравлениями своим друзьям или родным. Причём, старались, чтобы такая открытка была полным эксклюзивом, то есть ни на что из того, что выпускалось, не была похожа. К счастью, у меня в архиве сохранились эскизы, точнее — рабочие наброски, которые мы использовали при разработке окончательного варианта открытки. Но ни одной из отправленных мной открыток, к сожалению, найти не удалось. Правда, было их, лично мной нарисованных, очень немного, штук пять или семь. Немного. ► Кроме рисования открыток, я «баловался» ещё тем, что своему школьному другу Виктору Пономаренко, рисовал вкладыши для компактных аудиокассет. А потом отправлял их в письмах. Но и их тоже было не более пяти штук. Однако, то что у меня получилось в этом плане, Виктору очень понравилось. Но до наших дней, ни один из этих вкладышей тоже не дожил. ► Представляю на суд участников и гостей сайта рабочие наброски Сергея Гришина. Прошу учесть, что это приблизительно конец 1976 года — начало 1977 года. То есть, наброскам этим, около сорока лет. □ □ □ □ □ □ □ □ □ □ □ □



полная версия страницы