Форум » Политика, экономика, общество, культура — тематические и аналитические публикации » Из истории России » Ответить

Из истории России

Admin: Тематические и аналитически публикации, статьи, обзоры, эссе и комментарииИз истории России

Ответов - 90, стр: 1 2 3 All

Admin: ■ 28.11.2010Каким виделось будущее Москвы из 1920—30—х годовЧасть 2 ■ На темном фоне зимнего неба ярко горели бесчисленные световые рекламы: «Катанье на тройках по льду Восточного канала». «Управление Гражданского воздушного флота сообщает: с 1 марта 1945 года воздушные экспрессы Москва—Лондон—Нью—Йорк и Москва—Сан—Франциско отправляются два раза в сутки: в 10 часов 15 минут и в 23 часа 30 минут». ■ Слева забавно гримасничала веселая физиономия клоуна. Из широко открытого рта струилась по небу надпись: «Иван Иванович Неунывающий приглашает всех московских ребят на детский карнавал на льду Химкинского водоема». ■ Справа сверкал и переливался всеми цветами спектра небесный календарь — «10 марта 1945 года». □ □ ■ Следуя указанию светящейся стрелки, Герасимов направился к стоянке такси и уселся рядом с шофером в машине «ЗИС—117»: — Магистраль Север—Юг, угол Добрынинской и Люсиновской. ■ Иван Артемьевич вскоре заметил, что шофер везет его не по улице Кирова, как он ожидал, а по какой — то новой, значительно более широкой улице. — Это что за улица? — спросил он шофера. — Ново—Кировская, — последовал ответ. ■ Вот и Садовая—Спасская… По ней в несколько рядов нескончаемым потоком неслись машины. «Ну, придется постоять у светофора», — подумал Герасимов. ■ Но опасения его не оправдались. За несколько десятков метров до Садовой машина перешла на середину уличного полотна и очутилась в открытой пологой выемке. Опустившись метров на шесть, машина нырнула в ярко освещенный тоннель и, проехав под Садово—Спасской, вышла на такую же плавно подымающуюся открытую выемку по другую сторону Садовой. — Здорово! — сказал Герасимов. — Что же, светофор-то совсем отменили? — Зачем же отменять? — отозвался шофер. — На тихих перекрестках остались. ■ Вот и площадь Дзержинского. Первое, что бросилось в глаза Ивану Артемьевичу, — это ее небесно—голубой цвет. «Цветной асфальт», — подумал он. ■ Перед зданием Наркомата внутренних дел стоял гигантский памятник. В тонкой лепке лица сразу узнавался Феликс Эдмундович Дзержинский. ■ Справа от памятника Герасимов увидел величественное 14—этажное здание. Высоко поднятая арка соединяла его с таким же громадным соседним зданием. ■ По другую сторону площади уходила новая широкая прямая, как стрела, улица, прорубленная сквозь Китай—Город. В конце ее виднелись мавзолей и зубчатые стены древнего Кремля. ■ Пройдя небольшое расстояние по Театральному проезду, машина свернула налево и неожиданно опять нырнула в тоннель, ловко обогнав перед въездом в него огромный двухэтажный автобус. ■ Иван Артемьевич полагал, что через несколько секунд машина поднимется на поверхность улицы, но тоннель казался бесконечным. — Это всем тоннелям тоннель, — разъяснил шофер, — километр с лишком. Мы сейчас под Китай—Городом едем. ■ Через полторы минуты машина вышла на Красную площадь, позади храма Василия Блаженного. Вдаль тянулась дуга Москворецкого моста, залитого ярким светом молочно — белых фонарей. У въездов на мост, по сторонам его, стояли две громадные скульптурные группы из нержавеющей стали. На одной из них во главе группы конников несся Чапаев. На другой в окружении своих боевых товарищей на приступ вражеских окопов шел Щорс. ■ Оглянувшись назад, Герасимов увидел Красную площадь. Все огромное пространство ее было залито бледно—розовым асфальтом. На месте тяжеловесного здания Верхних торговых рядов раскинулись высокие, обрамленные колоннадами трибуны, растянувшиеся во всю длину площади. ■ Машина шла по Москворецкому мосту. Навстречу ей бесшумно пронесся двухэтажный трамвай. ■ Широкое снежное поле Москва—реки было заполнено молодежью, танцевавшей вокруг разноцветной карусели. Хор сильных молодых голосов, сопровождаемый духовым оркестром, оглашал Москва—реку веселой карнавальной песней. ■ Мелькнул Чугунный мост, Большая Ордынка, и машина остановилась у подъезда 10—этажного здания на углу Люсиновской и Добрынинской площадей. ■ Оранжевая площадь была обрамлена темно-синими тротуарами. В морозном воздухе мелькали хлопья пушистого снега. Но на площади не было заметно ни единой снежинки: при первом же прикосновении к асфальту они мгновенно таяли. ■ Расплачиваясь с шофером, Иван Артемьевич почувствовал под ногой тепло тротуара: под асфальтом была скрыта густая сеть теплофикационных труб. □ □ ■ Иван Артемьевич вошел в просторный вестибюль. Он не успел сделать и двух шагов, как неожиданное прикосновение заставило его опустить глаза книзу. Выскочившие из люка в полу две пушистые щетки быстро проехались по его сапогам и исчезли так же внезапно, как и появились. ■ Мягкий отраженный свет лился с потолка. Широкая пологая лестница была покрыта ковровой дорожкой. На мраморной стене сияла неоновая надпись «Лифт». ■ На площадке шестого этажа лифт остановился перед эмалированной дощечкой «Доктор медицинских наук С.И. Герасимов». — Пожалуйте, пожалуйте… Вот сюда, — и маленькая седая старушка радушно ввела Ивана Артемьевича в кабинет. — Сергей Иванович скоро будет. Он просил не отпускать вас. ■ Иван Артемьевич уселся в мягкое кресло у письменного стола. Потянувшись за папиросой, он отодвинул маленький черный ящик. Но как только он коснулся его полированной крышки, из глубины ящика раздался укоризненный женский голос: — Сережа, опять подвел! А я ждала… Разве можно так жену обманывать? ■ Три глухих гудка — и из ящика загрохотал веселый баритон: — Сергей, говорит Михаил. Всякой волоките есть предел. Твой буер беру я. Идем с Павлом в Каширу. ■ Снова три гудка — и ящик официальным тоном сообщил: — Товарищ Герасимов, ваш доклад «Итоги десятилетней работы над продлением человеческой жизни» назначается на 25 марта в конференц-зале университета. — Отец! Ты что же мои секреты подслушиваешь?! — Сергей Герасимов, раскрасневшийся от мороза, радостно обнимал отца; в дверях стоял десятилетний Юрка. — У тебя здесь какие—то чудеса, Сережа: ящики разговаривают! — Это не ящик, дедушка, а телеграфон, — солидно поправил Юрка. — Папе звонили, и телеграфон записал. А ты кнопку нажал. ■ Подойдя к деду, Юрка отозвал его в сторону и тихо спросил: — Дедушка, ты какой климат любишь? — Климат? — улыбнулся Иван Артемьевич. — Северный, милый, северный: мы ведь уральские… Зима у нас серьезная. ■ Через несколько минут в комнате стало холодновато. — Юрка, ты опять погодой занимаешься! — шутливо — сердито сказал Сергей Иванович — Кондиционная установка, — объяснил он отцу. — Читал, наверно? Ну, так вот этот молодой заведующий погодой и устроил тебе уральский климат. Удружил деду, нечего сказать! Живо переведи на умеренный! ■ В половине седьмого Иван Артемьевич заторопился. Вместе с внуком он спустился в вестибюль. ■ На голубом мраморе стены было расположено несколько кнопок. Над каждой кнопкой две крошечные, величиной с горошину, электрические лампочки. Выше матовый экран. И лампочки и экран были темны. Юрка нажал одну из кнопок — вспыхнула зеленая лампочка, и на темпом экране быстро пронесся яркий силуэт автомобиля. — Все в порядке, — сказал Юрка. — Через минуту машина будет у подъезда. ■ Подъехав к Дворцу Советов, Герасимов убедился, что в его распоряжении еще добрых полчаса. Он решил обойти вокруг Дворца. Перед главным входом на небольшой высоте недвижно висели в воздухе два серебристых привязных аэростата. Между ними, подвешенный на толстых тросах, спускался громадный экран телевизора. Перед ним уже собралась многотысячная толпа москвичей. Они ждали. Вскоре на экране возникнет трибуна Большого зала, появятся знакомые лица вождей и радиорупоры разнесут над Москвой речи ораторов. ■ Иван Артемьевич шел дальше… На фасаде Дворца, окружая его со всех сторон, растянулась гигантская высеченная из гранита лента барельефов. Перед Герасимовым проходила история героической борьбы угнетенных всего мира за счастье человечества. Он видел колонны рабов, восставших против цезарского Рима под предводительством мужественного Спартака, толпы немецких крестьян, штурмующих мрачные замки феодалов, фигуру Ивана Болотникова, ведущего свою сермяжную рать на боярскую Москву, видел трагическую гибель Парижской коммуны и взятие Зимнего дворца… ■ За четверть часа до открытия съезда Иван Артемьевич через 38—й подъезд вошел во Дворец и поднялся на лифте—экспрессе. ■ Перед ним раскрылась бесконечная анфилада огромных фойе. Мрамор, цветы, картины, скульптура. В одном из фойе Герасимов долго стоял перед бронзовым бюстом своего старого друга, Героя социалистического труда, агронома Митрофана Федоровича Завьялова. Он пошел дальше. И не было конца нарядным, торжественным залам… ■ В каждом фойе был свой особенный, присущий только ему климат: знойный, сухой воздух казахских степей, аромат цветущих яблоневых садов Украины, смоляной запах хвойного вологодского леса и воздух залитого солнцем Черноморского побережья. Ивану Артемьевичу чудилось, будто он совершает сказочное путешествие по необъятным просторам своей страны. ■ В кулуарах Дворца толпились группы делегатов. Герасимов слышал обрывки разговоров. ■ У диаграммы нефтедобычи стояли нефтяники. Атакуемый делегатами Башкирии и Урала, молодой инженер-азербайджанец упорно пытался отстоять честь старого Баку перед патриотами новой нефтяной базы Союза, вот уже год не уступающей по добыче «черного золота» старому Апшеронскому полуострову. ■ Награжденный всеми орденами Союза, седой, как лунь, но все еще бодрый и подвижной, строитель Куйбышевского гидроузла возбужденно читал вслух только что полученную им телеграмму: «Сообщите съезду: сегодня в ночь опробованы насосные станции Заволжской оросительной системы. Механизмы работали безукоризненно». ■ Сибирский делегат обстоятельно разъяснял своему собеседнику все преимущества подземной газификации кузнецкого угля для снабжения газом городского хозяйства Томска. ■ За несколько минут до начала заседания Иван Артемьевич занял свое место. ■ Много раз видел он фотографии Дворца Советов, но только сейчас по-настоящему ощутил, как грандиозен его Большой зал. ■ Зал шумел, как морской прибой. Старые друзья обменивались веселыми приветствиями. Пневматическая почта принесла Герасимову записку от его друга из ложи Героев Советского Союза. □ □ ■ Точно в 7 часов вечера за столом президиума появился товарищ Сталин в окружении своих боевых соратников. Тысячи человек встали со своих мест, и гром аплодисментов потряс зал. ■ Из—за стола президиума поднялся одетый в скромную куртку человек, имя которого знает весь мир… ■ Товарищ Сталин начал свой доклад. Сидевший справа от Ивана Артемьевича гость — испанец, нагнувшись к ручке своего кресла, передвинул стрелку маленького циферблата на деление с надписью «испанский» и приложил к уху трубку радиотелефона. ■ В изолированных кабинах, скрытые от глаз делегатов, десятки опытных переводчиков мгновенно переводили и транслировали речь вождя. Слова товарища Сталина, родные и понятные всему трудящемуся человечеству, неслись над миром… … Переполненный яркими ощущениями этого незабываемого дня, Иван Артемьевич сидел за обеденным столом в квартире своего сына. ■ Здесь были доктора и художники, учителя и рабочие, инженеры и военные — родные, друзья, товарищи, бывшие односельчане Ивана Артемьевича. ■ Стул рядом с Иваном Артемьевичем был пуст. Юрка, задрав кверху свою вихрастую голову, дежурил у окна. Стрелка часов приближалась к двенадцати. Раздался мелодичный удар стенных электрочасов. — Поворачивается, поворачивается! — радостно закричал Юрка. ■ На темном московском небе страница небесного календаря задрожала, сморщилась, потускнела, и на ее месте вспыхнула новая дата — «11 марта 1945 года». ■ Иван Артемьевич поднял бокал: — Предлагаю тост, товарищи, за наше героическое прошлое, за наше радостное настоящее, за сияющее будущее… И за того, кому мы обязаны и нашим настоящим и нашим будущим! ■ Давая описание Москвы 1945 года, мы отнюдь не позволяли себе фантазировать. ■ Намеченный в тезисах товарища В.М. Молотова грандиозный рост производственной мощи и благосостояния народов Советского Союза демонстрирует безграничные возможности социалистического хозяйства. □ □ ■ Сталинский план реконструкции столицы осуществляется уже три с лишним года. Кипит работа на стройке Дворца Советов. Прокладываются новые магистрали. Строятся сотни новых прекрасных домов. ■ Уличные тоннели, подземные эскалаторные переходы существуют уже в виде детально разработанных технических проектов. Завод цветного асфальта уже работает. ■ Теплофикация, кондиционирование воздуха, телеграфон, автоматический вызов такси уже полностью освоены современной техникой. ■ В Советской стране реальная жизнь часто обгоняет фантазию. Подлинная Москва 1945 года, конечно, будет неизмеримо прекраснее той, которую мы попытались нарисовать в этом очерке.

Admin: ■ История | 03 декабря 2013 г.Правая история.Чрезвычайное время требовало и чрезвычайных мерЮрий Рубцов, доктор исторических наук Критики советской государственной системы неизменно обращают внимание на то, что она большую часть своей истории существовала в чрезвычайных обстоятельствах, подчас самостоятельно, в собственных интересах продуцируя обстановку чрезвычайности. □ □ Колхозники слушают радиосообщение о нападении фашистской Германии на СССР. Репродукция ИТАР—ТАСС с фото А. Скурихина □ Основания для таких умозаключений есть, и немалые. Однако, как часто бывает в жизни, в определённых условиях недостатки обращаются в свою противоположность, становясь достоинствами. Так произошло с системой государственного управления СССР после 22 июня 1941 года, когда всё стало подчиняться достижению одной—единственной цели — отражению фашистской агрессии. В довоенный период значимость заблаговременного определения, какой облик приобретёт управление страны в случае войны, к сожалению, недооценивалась. «Отсутствие системы мы прочувствовали с особой остротой в первые дни Великой Отечественной войны, — вспоминал член правительства, нарком ВМФ адмирал Н.Г. Кузнецов. — Государственная машина, направленная по рельсам невероятности нападения Гитлера, вынуждена была остановиться, пережить период растерянности и потом повернуть на 180 градусов. Последствия этого пришлось исправлять на ходу ценою больших жертв». □ ■ Сборка штурмовиков во время войны. Фотохроника ТАСС □ Из ряда вон выходящие испытания, обрушившиеся на страну, потребовали и чрезвычайных организационных форм госуправления. 30 июня 1941 года был образован Государственный Комитет обороны (ГКО) во главе с И.В. Сталиным. Он не был предусмотрен Конституцией СССР, его учреждение диктовалось экстремальными условиями катастрофического начала войны, необходимостью скорейшей мобилизации всех сил на отпор врагу и требованиями максимальной централизации руководства. ГКО был наделён всей полнотой власти, его решения и распоряжения были обязательны для всех государственных, военных органов, партийных комитетов и общественных организаций, всех граждан страны. Как следствие, претерпели серьёзные перемены конституционные органы — Верховный Совет СССР и Совнарком СССР: они заняли подчинённое по отношению к ГКО положение, их функции и полномочия стали быстро сужаться. Самостоятельность Верховного Совета СССР оказалась сведена до минимума. Достаточно сказать, что до конца 1941 года не состоялось ни одной его сессии. Что касается Президиума Верховного Совета СССР, то его роль свелась к оформлению в виде указов тех решений, которые, по Конституции СССР, относились к компетенции высшего законодательного органа — о введении военного положения, общей и частичной мобилизации в вооружённые силы и других. Формальный глава государства — председатель Президиума Верховного Совета СССР М. И. Калинин — даже не входил в состав ГКО. Совнарком СССР, обладавший разветвлённым аппаратом наркоматов и действовавших при нём комитетов, стал проводником линии ГКО — в первую очередь, в обеспечении экономической составляющей, организуя эвакуацию промышленных предприятий на восток, налаживая производство продукции невоенного назначения, руководя кредитной и денежной системами. Собственные возможности СНК сузились, поскольку из его ведения в прямое подчинение ГКО были переданы промышленные наркоматы оборонного профиля (авиационной, танковой, боеприпасов и др.), наркоматы железнодорожного и водного транспорта, промышленные наркоматы — чёрной, цветной металлургии, угольной, нефтяной, химической промышленности, наркомат электростанций и др. □ ■ Генерал армии Г.К. Жуков под Ельней. 1941 г. Фотохроника ТАСС □ Важную роль в новой конфигурации органов власти продолжала играть коммунистическая партия в лице её руководящих органов. Фактически в ГКО из Политбюро ЦК ВКП(б) переместился центр политической власти. Тем не менее, было бы опрометчивым утверждать, что руководящие партийные органы были отодвинуты от властных рычагов. Следует учесть, что ГКО действовал строго в рамках тех политических целей и задач, которые определялись Политбюро. Показательно также, что все входившие в состав ГКО лица были членами или кандидатами в члены ПБ ЦК ВКП(б), а действовавшие на местах городские комитеты обороны возглавлялись секретарями горкомов и обкомов ВКП(б). Так что чрезвычайный характер ГКО не отменил, а лишь несколько видоизменил руководящую роль компартии и обозначил практически полное сращивание высших партийно—государственных инстанций. Глобальную задачу организации отпора гитлеровской агрессии ГКО решал на трёх основных направлениях. Осуществляяполитико-административное управление, он принимал меры к укреплению правопорядка и воинской дисциплины в стране, устанавливал порядок эвакуации населения и промышленного потенциала, регулировал вопросы межгосударственных отношений, определял меры по выселению в отдалённые районы страны отдельных групп населения. Решая задачи военно-стратегического руководства вооружёнными силами, ГКО определял общую численность армии и флота, соотношение видов вооружённых сил и родов войск, объём и сроки призывов и мобилизаций, принимал решения о формировании новых частей, соединений, объединений и об изменении организационной структуры штатов уже существующих, осуществлял назначение высшего командного состава. Обеспечивая военно-хозяйственное управлениестраной, ГКО определял параметры развития военной экономики, утверждал планы и организовывал производство оружия, боевой техники и другой продукции военного назначения, принимал меры к строительству оборонительных рубежей, устанавливал нормы снабжения, решал иные задачи в условиях начавшейся войны. Большую часть своих усилий ГКО посвятил решению именно военно—экономических проблем: из 10 тысяч постановлений на них приходится две трети. Центр сосредоточения своих усилий в военно—хозяйственной области — форсированное производство боевой техники и вооружения — ГКО продемонстрировал уже своим постановлением № 1сс от 1 июля 1941 года «Об организации производства средних танков Т—34 на заводе «Красное Сормово». Перед наркоматом судостроительной промышленности была поставлена задача уже с 1 августа 1941 года начать производство «тридцатьчетвёрок», доведя к концу года их выпуск до 700—750, а в 1942 году — до 3 тысяч танков. О значении, которое ГКО придавал выполнению этой задачи, свидетельствует уже тот факт, что в г. Горький для реализации постановления были откомандированы наркомы В.А. Малышев и И.И. Носенко. □ ■ Сборка танков в тылу. Фотохроника ТАСС □ Стремительное продвижение вермахта вглубь советской территории, утрата значительной части производственного потенциала в связи с оккупацией советских земель на западе страны, необходимость эвакуации оттуда важнейших производств вызвали резкое снижение выпуска боевой техники и вооружения. В связи с этим ГКО 14 июля 1941 года поручил председателю Госплана Н.А. Вознесенскому совместно с руководителями промышленных наркоматов «разработать военно—хозяйственный план обеспечения обороны страны, имея в виду использование ресурсов и предприятий, существующих на Волге, в Западной Сибири и на Урале, а также ресурсов и предприятий, вывозимых в указанные районы в порядке эвакуации». Такой план на IV квартал 1941 года и на 1942 год был рассмотрен и утверждён уже 16 августа 1941 года, его выполнение позволило обеспечить перестройку всего народного хозяйства на военный лад и нарастить военно-экономический потенциал. Усилиями вновь образованного Совета по эвакуации к концу 1941 года на восток (в Поволжье, на Урал, в Западную и Восточную Си¬бирь, Казахстан и Сред¬нюю Азию) было вывезено около 2600 предприятий. На этой базе в восточных районах СССР быстрыми темпами создавалась воен¬но—промышленная база. Что касается стратегического руководства вооружённой борьбой с гитлеровской Германией и её союзниками, то его ГКО осуществлял через ещё один чрезвычайный орган — Ставку Верховного Главнокомандования, созданную на второй день войны. В основу деятельности ГКО был положен принцип строжайшей персональной ответственности. Каждый член ГКО получил конкретное задание и строго отвечал за порученный участок. Так, на В.М. Молотова была возложена ответственность за выпуск танков, на Г.М. Маленкова — за выпуск самолётов, авиамоторов и формирование авиационных частей, А.И. Микоян ведал снабжением действующей армии боеприпасами, продовольствием и обмундированием, К.Е. Ворошилов курировал формирование новых воинских частей и соединений. Что касается методов управления, то высшее государственное руководство шло по линии их ужесточения. Доминирующим был административно—командный, директивный метод: привычный для кадров ещё по довоенному времени, он оказался наиболее адекватным условиям войны. В историческую литературу проникло утверждение, будто ГКО был виртуальным органом, в реальности не существовавшим. За аббревиатурой, призванной якобы служить лишь имитацией коллективного руководства, скрывалось единоличная власть Сталина. Обратимся к авторитету Г.К. Жукова, который в силу служебных обязанностей начальника Генерального штаба, а позднее заместителя Верховного Главнокомандующего, регулярно участвовал в работе высшего органа власти. «На заседаниях ГКО, которые проходили в любое время суток, как правило, в Кремле или на даче И.В. Сталина, обсуждались и решались важнейшие вопросы, — вспоминал маршал. — Планы военных действий рассматривались Политбюро Центрального Комитета партии и Государственным Комитетом Обороны. На заседания приглашались народные комиссары, которым предстояло принять участие в обеспечении операций. Это позволяло, когда появлялась возможность, сосредоточить огромные материальные силы на важнейших направлениях, проводить единую линию в области стратегического руководства и, подкрепляя её организованным тылом, увязывать боевую деятельность войск с усилиями всей страны». Маршал вспоминал также, что заседания ГКО проходили в деловой атмосфере, нередко возникали острые споры, при этом мнения высказывались определённо и резко. Если к единому мнению прийти не удавалось, создавали комиссию из представителей крайних сторон, которой и поручалось доложить согласованные предложения на следующем заседании. Практика уже первых месяцев войны показала, что меры, предпринятые по коренной перестройке системы государственного управления страной и вооружёнными силами путём создания чрезвычайных органов, полностью себя оправдали. При неизбежных издержках они, тем не менее, позволили в короткий срок решить сложнейшую задачу по перестройке всей жизни на военный лад и достичь высокой степени управляемости государства, вооружённых сил и общества.

Admin: Архив ■ 25.04.2011СССР начала 1930—х как открытая миру страна■ Сложился стереотип, что в 1930—е СССР был «закрытой страной». Однако даже в разгар сталинских репрессий, не говоря уже о конце 1920—х, люди выписывали иностранные газеты, слушали зарубежное радио, выезжали в турпоездки за границу. В свою очередь, в СССР приезжали десятки тысяч иностранных туристов и специалистов. Каким тогда был СССР — фотографии из Dickinson Library. □ ■ Рынок в Москве, 1930 г. □ ■ О том, что и в 1920—30-е годы СССР продолжал оставаться страной, открытой миру, подробно, опираясь на статистику, рассказывается в книге А.В. Голубева «Если мир обрушится на нашу Республику. Советское общество и внешняя угроза в 1920—1940—е гг.» (Издательство РАН, Институт российской истории). ■ Так, в 1925 году по легальным каналам в продажу поступило 8816 наименований книг, напечатанных за границей, в 1926-м — 4449. В 1925 году советские граждане выписывали около 8 тысяч наименований иностранной периодики. ■ С 1922 года в СССР можно было выписывать и некоторую эмигрантскую периодику. Так, каждый губком РКП(б) в обязательном порядке выписывал эсеровскую газету «Голос России». В 1926 году 300 ведомств выписывали меньшевистскую газету «Социалистический вестник». В письме ОГПУ от того же года говорилось, что «ряд белоэмигрантских изданий существовал только благодаря их распространению в СССР по завышенным расценкам». В первую очередь речь шла об эмигрантских газетах «Возрождение», «Дни», «Последние новости», «Руль». В 1927 году открытая подписка на эмигрантскую печать прекратилась — она стала возможной только для ведомств. ■ В 1936 году ограниченным тиражом в СССР даже была выпущена книга Гитлера «Майн Кампф». Так, в спецхране сохранился экземпляр, прочитанный лично Михаилом Калининым. Поля «Майн Кампф» были испещрены его пометками типа «Фу, какая глупость!» и «Мелкий лавочник!». ■ С начала 1930—х иностранная периодика распространяется на «специальные группы» — учёных, партийных деятелей, писателей, членов различного рода интернациональных комиссий, и т.д. Так, профессор Вернадский в своих дневниках от 1934 года жалуется, что ему с задержкой доставляют New York Times. ■ В 1939 году на подписку иностранной периодики было потрачено 250 тысяч рублей золотом, в общей сложности в СССР поступило 2 млн 360 тысяч журналов и газет, книг и брошюр. Цензура забраковала около 10% всех поступивших экземпляров. ■ Ещё одним каналом поступления информации из—за границы была личная переписка. Так, в мае 1941 года ежедневно из СССР за границу отправлялось 1,5 тысячи телеграмм и 33 тысячи писем. В СССР телеграмм и писем из—за рубежа поступало 1 тысяча и 31 тысяча соответственно. В начале 1930—х этот поток был больше в несколько раз. ■ В 1920—х выезд из СССР был практически свободным. Так, в 1925—27 годах из страны выехало 140 тысяч человек (из них 1,5 тысячи эмигрировало, около 1 тысячи оказались в итоге невозвращенцами). Причины поездок были разные — от туристических и учебных, до научных и спортивных. В эти же годы в СССР въехали 130 тысяч иностранцев, причём 10 тысяч из них эмигрировали в нашу страну. ■ В 1930—е годы выезд из СССР затруднился: требовалось поручительство двух лиц, да и международная обстановка в Европе не особенно способствовала поездкам. Так, в 1939 году из СССР выезжало около 20 тысяч человек. ■ Из—за осложнений международной обстановки был затруднён и въезд туристов в СССР. К примеру, в 1935 году только один Ленинград посетили 12 тысяч иностранных туристов (22% из них были финны, 16% — немцы). А в 1938 году — только 5 тысяч, и на весь СССР. В 1939 году въехало и вовсе 3 тысячи туристов (почти все — немцы). ■ Даже в 1930—е продолжалась эмиграция из СССР. В первую очередь это были сектанты, а также люди, платившие за выезд золотом. Но случались и неожиданные мотивы эмиграции. Так, в 1934 году харьковские гомосексуалисты просились на выезд в Германию. В своём письме немецкому послу они писали: «Разве мы, третий пол, с нашей нежной душой и чувствами способны на разрушение культуры, порядка, цивилизации… Культурная Европа, а тем более Германия должны понять это». ■ Ещё один пусть «знакомства» с миром — это приезд иностранных специалистов, с помощью которых осуществлялась сталинская индустриализации. Известно, что в 1932 году их было около 35—40 тысяч человек — это не считая тех, кто эмигрировал в СССР по политическим мотивам (до 15 тысяч). ■ Иностранцы, в свою очередь, возвращаясь к себе, доносили до своего народа, как живут в СССР. Причём по большей части это была объективная информация. Даже в ОГПУ признавались, что «антисоветской злобой насыщены не более 10% статей о СССР, причём большей частью — в белоэмигрантской печати». ■ Как выглядел СССР в 1930—32 годах — можно посмотреть на фотографиях из Dickinson Library. □ 01 02 03 □ 01 — Колхоз им. М. Горького, Подмосковье, 1930 г.; 02 — Астраханские грузчики, 1932 г.; 03 — М. Горький с внучками, 1930 г.. □ 04 05 06 □ 04 — Лагерь, лесоповал, Архангельская область, 1930 г.; 05 — Митинг в колхозе, 1931 г.; 06 — Вячеслав Молотов на Трёхгорке, 1931 г. □ 07 08 09 □ 07 — Праздник урожая хлопка в Узбекистане, 1932 г.; 08 — Родченко в колхозе, 1930 г.; 09 — Самолёт прилетел в Харьков, 1932 г. □ 10 11 12 □ 10 — Собрание жителей в Баку, 1930 г.; 11 — Столешников переулок, 1930 г.; 12 — Торфоразработки в Березняках. □ 13 14 15 □ 13 — Сталинградский тракторный завод, 1932 г.; 14 — Утренний поезд пришёл в Москву, 1930 г.; 15 — Канал Волга-Москва, чертёжники, 1930 г. □ 16 17 18 19 □ 16 — Базар в Севастополе, 1932 г.; 17 — Набережная Москва—реки, 1930 г.; 18 — Работницы с детьми, Москва, 1930 г.; 19 — Стоматология, Кимры, 1930 г.

Admin: ■ Экономика | 13 ноября 2013 г.Экономисты милостью Божьей. Николай БунгеАлексей Чичкин Крупный теоретик, он показал себя непревзойдённым практиком, создал стабильную финансовую систему и стал первым в официальной России провозвестником необходимости социальной политики. □ □ Сегодня наша страна столкнулась с финансово—экономическими проблемами, схожими с теми, что стояли во второй половине позапрошлого века. Тот опыт сохраняет несомненный интерес. Особую ценность представляет практическая деятельность министерства финансов и теоретические разработки возглавлявшего его экономиста Николая Христиановича Бунге (1823—1895). Он руководил ведомством с 1882 по 1887 год. Предки Бунге имели шведское происхождение, в семье культивировались усердие, любовь к знаниям, дисциплина, воздержанность в быту. После окончания в 1845 году Киевского университета св. Владимира Николай Бунге был направлен на кафедру законов казенного управления в Нежинский лицей князя Безбородко (имевший статус высшего учебного заведения). □ Кузнечный цех. Конец XIX века □ Уже спустя два года, в возрасте 24 лет (!) недавний выпускник, защитив диссертацию «Исследование начал торгового законодательства Петра Великого», становится магистром государственного права. А в 1850 году Бунге был удостоен степени доктора политических наук за диссертацию «Теория кредита». В развитие этих своих работ он подготовил и издал «Курс статистики» (1865) и «Основания политической экономии» (1870). Подробно анализируя зарубежную практику, Бунге настойчиво рекомендовал ограничивать хождение ассигнаций в пользу металлических, а также безналичных расчётов. Он пришёл к выводу, что бумажные, «зачастую многонулёвые» деньги провоцируют инфляцию и тем самым обесценивают обращение. Эти вопросы подробно изложены в книгах и статьях Бунге. Он также переводит и дополняет своими комментариями труды зарубежных авторов. Неслучайно Михаил Туган—Барановский отмечал, что Бунге «был очень сильным теоретиком и пришёл на пост министра как добросовестный учёный, который, кроме всего прочего, был хорошо знаком с экономической и финансовой политикой Запада». Бунге трижды избирался ректором Киевского университета. Первый раз — в 1859 году по рекомендации знаменитого Пирогова, хирурга и героя Севастополя. Выдвижение ректором столь молодого профессора не имело прецедента в истории университета. Но объяснялось теми переменами, которые происходили в общественной жизни. Императором стал Александр II — Освободитель. И, едва приступив к обязанностям ректора, Бунге был вызван в Петербург для участия в работе Редакционных комиссий, учреждённых для подготовки законопроекта об отмене крепостного права. Он вошёл в состав Финансовой комиссии, на которую было возложено создание модели выкупных операций. В Киеве Бунге проработал три десятка лет. Он читал многочисленные курсы, в своих публикациях пытался раскрыть передовой опыт тех зарубежных стран, которые обогнали Россию в социально—экономическом развитии. При этом в науке занимал самостоятельную позицию. Во многом опираясь на идеи Адама Смита, Бунге вместе с тем считал, что цены определяются спросом и предложением. Движущей силой общественного развития он полагал стремление людей к удовлетворению потребностей путём «полезной деятельности», которая заключается не только в производстве предметов потребления, но и в научной, культурной, просвещенческой деятельности. «Хозяйственное устройство человеческих обществ… развивается вместе с успехами образования, благосостояния и нравственности, вместе с расширением круга деятельности и общественной власти, и индивидуальной инициативы. Общество благоустроенное не есть неизбежная форма свободно сложившихся частных отношений, как думали последователи Смита, — это результат непрерывного совокупного действия правительства и народа». При Бунге сложилась киевская школа экономической мысли. Её представителей объединяло отрицание трудовой теории стоимости, неприятие социалистической доктрины, признание необходимости социальных реформ, преимущественное внимание к практическим вопросам экономической политики. Влияние Бунге на представителей школы ярко описано её видным представителем Дмитрием Пихно. «Что влекло нас, молодых студентов, к этому осторожному мыслителю, аудитория которого была полна слушателей и почти каждый выпуск давал молодых экономистов, с увлечением работавших под его руководством? Это была другая, более интимная, невидимая постороннему глазу духовная связь… Этот холодный с виду мудрец был весь проникнут недосягаемым нравственным идеализмом, за его иронической улыбкой, которая так часто смущала и которой мы так боялись, от нас не скрывалось нежное, любящее, отзывчивое и бесконечно доброе сердце». □ ■ Крестьянский банк. Киев □ В одном из своих первых (1883 г.) развёрнутых докладов императору Александру III Бунге отмечал: «Внимательное изучение слабых сторон нашего государственного строя указывает на необходимость обеспечить правильный рост промышленности достаточным для неё покровительством: укрепить кредитные учреждения на началах, проверенных опытом, способствуя притом удешевлению кредита; усилить в интересах народа и государства доходность железнодорожных предприятий, установив над ними надлежащий контроль; упрочить кредитное денежное обращение совокупностью направленных к достижению этой цели постепенно проводимых мер. Далее — ввести преобразования в системе налогов, сообразные со строгой справедливостью и обещающие приращение доходов без обременения плательщиков податей; наконец, восстановить превышение доходов над расходами (без чего улучшение финансов немыслимо) ограничением сверхсметных кредитов и соблюдением разумной бережливости во всех отраслях управления».Вступление Бунге в 1880 году в должность товарища министра финансов и вскоре, с 1 января 1882—го, министра обозначило новый этап в российской денежно—кредитной политике. В назначении на пост в правительстве учёного многие увидели признание высокого авторитета науки и необходимости специальных знаний. Но начинать работу пришлось в весьма сложных обстоятельствах. Сумма государственного долга на 1 января 1881 года превысила шесть миллиардов рублей. Предстояли новые займы — внутренние и внешние. Основными причинами были финансовые последствия русско—турецкой войны 1877—1878 годов и колоссальные государственные расходы по крестьянской и последующим реформам. Для предотвращения системного кризиса Бунге инициировал выпуск золотой шестипроцентной ренты 1883 года на доходы. Это улучшило финансовую ситуацию. Лавируя, идя на компромиссы, Бунге был стоек при защите доходов казны. Ангел кротости и доброты превращался в Геркулеса железной воли и не только председателю министров, но самому государю говорил «невозможно» в ответ на просьбу о деньгах. Эту программу долговременной финансовой политики государства император одобрил, и в последующие годы она была выполнена почти полностью (кроме пункта о превышении — ввиду крупных расходов по погашению госзаймов). Одним из первых финансовых мероприятий, проведённых Бунге, стало понижение выкупных платежей для крестьян. Оно было осуществлено в размере 1 рубля с каждого душевого надела в великорусских пределах и на 16 копеек с рубля в других местностях. Общая сумма понижения составила 12 миллионов рублей в год. Частичное освобождение крестьян (кроме государевых) от подушной подати в 1886—м — тоже заслуга Бунге. Это решение способствовало росту продуктивности сельского хозяйства. Вследствие стабилизации крестьянских доходов стал расти спрос на технику. Бунге являлся сторонником государственного протекционизма и жёсткой налоговой системы. В период его руководства российским Минфином были увеличены налоги на сахар, спирт, табак. Были повышены гербовый сбор, пошлины примерно на 35% ассортимента российского потребительского импорта. Кроме того, в 1881 году была учреждена десятипроцентная надбавка на весь импортный тариф. Затем последовало повышение ввозных пошлин на вальцевое железо, сталь, технические машины, некоторые виды морских и речных судов. Тогда же ввели налог на золотодобычу и обработку драгметалла; дополнительные и раскладочные сборы с торгово-промышленных предприятий (законы 5 июля 1884 г. и 5 января 1885 г.). Повышались ставки большинства других налогов. Эти меры позволили к концу 1880—х сократить дефицит госбюджета почти на 90%. Вместе с тем, Бунге утверждал, что «обычные таможенные пошлины составляют налог и должны быть рассматриваемы главным образом как подать. Они должны как можно меньше зависеть от торговых договоров (то есть не быть подспорьем протекционизма. — А.Ч.), должны быть соотнесены с общею системою налогов, с влиянием их на производство, на торговлю и на потребление. Поощрение промышленности может и должно иметь место, но покровительственный тариф и льготы, общие для всех лиц, дают поощрение любому безо всякого разбора и потому не всегда желательны. Пособия такие часто свидетельствуют о нерасчётливости в государственном хозяйстве. Либеральный таможенный тариф способствует усилению потребления, но низкие таможенные пошлины при высоких налогах в стране нежелательны». Упомянутые проблемы, как ни странно, не потеряли актуальности и спустя 130 лет. □ ■ Бакинские нефтяные промыслы. Конец XIX в. □ Банковское обслуживание крестьянства — тоже во многом заслуга Бунге. Он считал, что основные проблемы этой социальной группы связаны с недостаточным размером земельных наделов и невозможностью получить долгосрочный кредит для расширения угодий. Для решения этих вопросов был создан Крестьянский банк. Он выдавал ссуды на покупку частновладельческих, прежде всего дворянских, земель. В 1883—1915 годах услугами банка воспользовались свыше миллиона крестьянских дворов. Они приобрели более 15,9 млн десятин земли (это больше территории современных Австрии, Швейцарии и Словении, вместе взятых). Общая сумма выданных ссуд превысила 1,35 млрд рублей. Кроме того, Бунге инициировал активное развитие общероссийской железнодорожной сети и особенно межрегиональных магистралей, которые, по его мнению, «при пространствах, национальных и экономических особенностях, присущих Российскому государству, имеют наиважнейшее значение». В 1881—1889 годах на строительство путей сообщения было израсходовано около 133,6 млн рублей. Проложена 3461 верста железных дорог. Стальные артерии связали Поволжье, Средний Урал, Черноземье, Северный Кавказ, Бессарабию и некоторые районы Средней Азии. В числе реализованных Бунге реформ — закон от 1 июня 1882 года, впервые в России регламентирующий фабричный труд, в том числе продолжительность рабочего дня, параметры выплат сверхурочных, социальные гарантии рабочим и их семьям. В 1886 году изданы правила найма и надзора за предприятиями. Как вспоминал российский государственный деятель, учёный и предприниматель Владимир Ковалевский, «Бунге был первым министром финансов, исходившим из твёрдого и ясного сознания, что узкий «финансизм» — исключительная забота о государственных финансах в тесном смысле, — должен быть заменен «экономизмом» — широкой экономической политикой, направленной к развитию народного труда и производительных сил страны, и что хотя бы только удовлетворительного состояния государства нельзя достигнуть при бедности, бесправности и темноте массы населения». В жизни Николай Христианович Бунге был, по свидетельствам очевидцев, весьма скромным человеком. Отправляясь в Гатчину, он ехал на вокзал на простом извозчике. Из своих доходов (20 тыс. руб. в год) тратил лишь часть, отправляя остальные суммы в кассы благотворительных учреждений для бедняков и учащейся молодёжи. Причём делал это анонимно, факт открылся лишь после его отставки. Кстати, зародыши идей социальной политики содержатся в трудах Бунге ещё доминистерского, киевского периода. Так, в работе «Полицейское право» учёный особо выделял роль рабочих в прибылях акционерных компаний, которые он называл «товариществами нового времени». Ему (рабочему. — А.Ч.) «говорят: мы даём тебе как участнику, как акционеру, права капиталиста и собственника; ты можешь иметь голос в деле общем, а если у тебя есть знания и талант, то предоставляем тебе обязанности главы и руководителя, хотя бы ты не имел капитала». Для современной России эти рекомендации сверхактуальны. Академик РАН Леонид Абалкин, который привлёк внимание к фундаментальным основам экономических воззрений Бунге, досадовал, что спустя столетие они по—прежнему недооценены. Речь шла в том числе и о создании ссудных касс, которые Бунге считал средством повышения материального благосостояния рабочих. Его могли бы поднять как «производительные товарищества», так и общества, создаваемые для просвещения рабочих, постройки квартир, выдачи пенсий и пособий, кредитные и потребительские кооперативы. В этой связи задача государства «состоит в установлении юридических норм для того, чтобы обеспечить ими возникновение и деятельность новых хозяйственных союзов на правах юридических лиц». В конце своей жизни Бунге, который ранее читал лекции для наследников престола, составил политическое завещание, адресованное Николаю II («Загробные заметки», 1893—1894 гг.). В нём, опираясь на собственные исследования, международный экономический опыт и результаты проводимых реформ, учёный пропагандировал умеренное — поэтапное, системное, основанное на российской специфике — реформаторство. Он предлагал также больший уровень общественной самостоятельности, выступил за комплексное освоение национальных окраин при сохранении их самобытности. Бунге фактически предлагал «дрейф» Российской Империи к «просвещённой конституционной монархии», как обозначил цель Дмитрий Мережковский. Словом, деятельность Николая Христиановича Бунге — это комплекс взаимосвязанных мероприятий по укреплению государственной финансово—экономической системы, а также внешнеторговых позиций России, проведению назревших, усиливающих державу преобразований.

Admin: ■ История | 16 декабря 2013 г.Нюансы. Спецслужба БенкендорфаАндрей Ефремов Мятеж декабристов стал для государства серьёзным сигналом о появлении новых угроз. Вскоре было создано Третье отделение собственной его императорского величества канцелярии — фактически первая российская спецслужба. Какой она была и что не позволило ей с должной эффективностью предотвратить агрессию революционеров и террористов, рассказывает историк, признанный эксперт в данной области Фёдор Севастьянов. □ Восстание на Сенатской площади 14 декабря 1825 г. □ — Фёдор Леонидович, чем примечательно в отечественной истории созданное в 1826 году Третье отделение? □ — В некотором смысле это была первая спецслужба современного типа. Она состояла в массе своей не только из людей, образно говоря, гонявшихся за теми, кто царскому портрету кулак показал. Третье отделение располагало как центральным аппаратом, представлявшим собой своего рода мозг ведомства, так и приданным ему корпусом жандармов, оперативных сотрудников в городах и весях. До того ни одна наша тайная полиция исполнительного аппарата на местах не имела. Соответственно, не имела и того охвата деятельности, который получила после 1826 года. Функции политического сыска были усилены более масштабным, чем прежде, контролем, который осуществляли жандармские офицеры, собиравшие сведения о настроениях жителей того или иного населённого пункта. Причём делали они это помимо губернаторской власти, также работавшей в этом плане. То есть Третье отделение имело свою параллельную информационно-аналитическую вертикаль. □ — Основателем и многолетним начальником Третьего отделения был, как известно, Александр Христофорович Бенкендорф. Каким он был руководителем и человеком? □ ■ А.Х. Бенкендорф. 1822 г. □ — Это был очень храбрый генерал, рубака. С его именем связано множество романтических и героических историй. Например, ещё за несколько лет до начала Отечественной войны его высадили с небольшим отрядом на Корфу, поставив задачу создания антинаполеоновского партизанского движения с привлечением в него тамошних жителей. И Бенкендорф с этой задачей замечательно справился. А в годы войны он так же отменно бил французов, брал в плен генералов, огромное количество солдат и офицеров, атаковал и принуждал их к капитуляции уже на территории Западной Европы… В момент междуцарствия, когда разные лоббистские группировки при дворе выступали кто за Константина, кто за Николая, а декабристы устроили восстание на Сенатской площади, Бенкендорф, естественно, продемонстрировал верность новому царю. Естественность этого шага прежде всего в том, что великий князь Николай Павлович и Александр Христофорович были дружны. Во всяком случае, настолько, насколько у царей и великих князей могут быть друзья. Когда Николай стал императором, в его кабинете бюст Бенкендорфа, можно сказать, на самом видном месте располагался. Ну, то есть, по нынешним временам это что—то вроде фотографии на память. Что же касается службы Бенкендорфа начальником Третьего отделения, то тут большинство мемуаристов данного периода сходились во мнении: администратором, организатором он был никудышным, а руководителем, мягко говоря, не вполне компетентным. □ ■ М. Я. фон Фок. 1820—е гг. □ Хотя его заслуги в создании этой структуры бесспорны. Ещё со времён наполеоновских войн он вынашивал идею такого создания, которую, кстати говоря, во многом позаимствовал у министра французской полиции Жозефа Фуше. Но создать — это одно, а управлять — совсем другое. К рутинной, бюрократической деятельности он был совершенно не приспособлен, и практически вся работа Третьего отделения до поры до времени держалась на плечах его управляющего, старого специалиста Максима Яковлевича фон Фока, очень известного в ту пору бывшего директора особенной канцелярии при министерстве полиции. Причём, по общему признанию, тот отличался весьма положительными чертами характера. А когда умер, не кто иной, как Пушкин выразил сожаление по этому поводу в своём дневнике, охарактеризовав покойного как человека «доброго, честного и твёрдого». □ — Создание Третьего отделения многие историки однозначно объясняют предшествующей попыткой государственного переворота со стороны декабристов. Насколько эта причинно—следственная связь абсолютна? □ — Это не бесспорно. То есть восстание декабристов послужило лишь одной из причин, стало своего рода импульсом к созданию новой российской спецслужбы. Однако в 1825 году из крупнейших событий в Российской империи не только восстание декабристов произошло. Прежде всего, пришёл к власти новый император и соответственно сменилось его окружение. Не зря же в связи с образованием Третьего отделения непременно вспоминают Бенкендорфа с его немалыми амбициями и влиянием при дворе. При том, что тогдашние, скажем так, интеллектуалы отзывались о нём не самым лестным образом, в целом по России это был весьма авторитетный человек. А потому обращались лично к нему и через него подавали обращения «на высочайшее имя» самые разные люди с самыми разными ходатайствами. Фактически это был, как сказали бы сейчас, канал обратной связи между подданными Его Императорского Величества и верховной властью. Ведь если посмотреть архив Третьего отделения за первые годы его существования, немудрено поразиться сумасшедшему потоку этих обращений. Причём по поводам, с точки зрения сегодняшнего дня, удивительным, странным и даже весьма курьёзным. Там рассматривали сугубо внутрисемейные конфликты, споры об имуществе, всевозможные бытовые неурядицы, бесчисленные прожекты и многое другое, по идее никак не связанное с основным предназначением тайной полиции. Скажем, повздорил взрослый сын с отцом или матерью и один из родителей пишет жалобу губернатору: так, мол, и так, обретается детинушка в непростительном житие, пьянствует, не слушается. Такого ослушника, бывало, сажали под административный арест, в монастырскую тюрьму. А это мог быть человек лет тридцати, в каких—нибудь штаб—офицерских чинах. И сидел он за свои провинности многие недели, месяцы, а то и год, отбывая наказание с официальной формулировкой «до прощения». Ну а ежели мать не простит?.. Вот и обращался этот сиделец в высшие инстанции, стремясь достучаться до самого государя—императора. Огромное множество именно такого рода прошений шло через Третье отделение. □ ■ Приёмная А.Х. Бенкендорфа. Конец 1820—х гг. □ Сохранились в его архивах и «грандиозные планы по спасению России», составленные неуёмными графоманами. Они—то ещё в те времена точно знали, что нужно делать, чтобы, например, искоренить коррупцию в стране и вообще чтобы её самым наилучшим образом обустроить. Короче говоря, если судить по документам той эпохи, то не создаётся впечатление, что Третье отделение как-то уж очень сильно было озабочено проблемами противодействия революционным организациям, в какой—то мере похожим на декабристские. Хотя, с другой стороны, этих сколько—нибудь опасных для императорской власти организаций в России в годы царствования Николая I фактически не было. □ — А каков вообще был потенциал движения, получившего название «декабристского»? К чему мог привести мятеж этих дворян при удачном для них стечении обстоятельств? К свержению абсолютной монархии, к установлению некой конституционной формы правления в России?.. □ — В советские времена главным декабристоведом у нас была М.В. Нечкина, пользовавшаяся, как сейчас говорят, колоссальным административным ресурсом. Она—то и определяла практически всецело взгляд нашего общества на декабристов и их деятельность. Нечкиной принадлежит знаменитый двухтомник, насквозь пропитанный эдаким карбонарским духом. Там она пыталась сравнивать, сопоставлять декабристское движение с процессами и движущими силами, которые привели к Великой Французской революции. Но разве для этого есть хоть какие—то основания! Ведь во Франции революцию осуществляли широкие массы самых разных людей. Декабристы же дистанцировались не только от народа, но даже, по большому счёту, и от армии. В этом плане довольно показателен эпизод, связанный с бунтом Черниговского полка. Когда возглавившие его заговорщики испробовали модель этакого народного восстания, то ничего у них не получилось. В короткий срок восставшие превратились в некую полубандитскую организацию наподобие пугачёвской. И кончили они примерно так же, как Разин с Пугачёвым. Погуляли несколько дней по Украине, пока их не «зачистили». То есть вождей революции из них совершенно не получилось. Да, наверное, и не могло получиться. Рассуждая о возможных объективных причинах и гипотетических последствиях восстания 1825 года, следует учитывать некоторые важные обстоятельства, коим в советской историографии не придавали должного значения. Тут я имею в виду в первую очередь и вышеупомянутые трения двух лоббистских группировок при дворе, и банальный конфликт поколений. Ведь Николай в отличие от своего брата Константина не только пороху войны 1812 года не нюхал, но и своего отца толком не помнил. Те же, кто ратовал за воцарение Константина, в большинстве своём видели Суворова, екатерининские времена, царствование Павла и, возможно, имели некоторые основания считать Николая недостаточно зрелым для управления огромной империей. Но Константин, судя по всему, царствовать искренне не желал. Есть версия о том, что и их мать Мария Фёдоровна была не так проста, не так безучастна к вопросу престолонаследия, как принято считать. Известно, что ещё в 1801 году она не прочь была занять российский трон, однако царствовать её не пустили. □ ■ Николай I □ Могли ли события 14 декабря 1825 года и всё, что с ними связано, привести к падению абсолютизма, к принятию какой—то конституции в России? Трудно сказать. Однако, на мой взгляд, ни муравьёвский конституционный проект, ни тем более пестелевская «Русская правда» шансов быть принятыми в то время практически не имели. Ведь и Александр I вынашивал некие планы по конституционному реформированию государства. И вообще он много чего интересного планировал. В том числе дожить до 25—летия своего царствования. И даже поговаривал, что вот, мол, через 25 лет службы даже солдата на волю отпускают, почему бы, дескать, и его не освободить от службы царской. Но как оно могло случиться, проживи император Александр ещё год—другой, никто, конечно же, не знает. □ — Можно ли заключить, что в николаевские времена какой—то особой, чрезвычайной нужды в работе ведомства, основанного Бенкендорфом, в общем—то, и не ощущалось? Зато при Александре II, когда пришло время всерьёз бороться с угрозами внутренней стабильности государства, российские спецслужбы, похоже, оплошали… □ — Во времена царствования Александра II Россия столкнулась с терроризмом, к которому оказалась практически не готова. Террористы были хорошо организованы и законспирированы, применяли новые, зачастую крайне жестокие, кровавые методы борьбы с государством. Причём иногда эта жестокость была просто бессмысленной. Главные упущения Третьего отделения были в том, что его руководители не смогли в своё время наладить эффективную агентурную сеть, поставить на должный уровень профилактическую, предупредительную работу по противодействию террористическим и иным «экстремистским» действиям. И когда оно приказало долго жить, когда его, мягко говоря, реорганизовали, было уже слишком поздно. Для царя Александра Николаевича Романова прежде всего.

Admin: К 360—летию воссоединение Украины с Россией Лев ЗаборовскийПереяславская Рада и Московские соглашения 1654 года: проблемы исследования■ Переяславский акт 8 (18) января 1654 г. принадлежит к числу одного из наиболее заидеологизированных, политизированных событий истории взаимоотношений двух наших народов, международной и политической жизни в ареале XVII в. Неудивительно поэтому, что в общем процессе освобождения от мифологии советской эпохи, столь характерном для современного этапа украинской историографии, переосмысление значимости переяславских решений заняло заметное место (1). В данной связи хотелось бы высказать некоторые соображения в качестве одного из представителей российской исторической науки, занимающегося указанной проблематикой. ■ Начну с ряда общих моментов. В отличие от наших украинских коллег, русским историкам названного профиля нет необходимости кардинально пересматривать свои прежние мнения. Специфика развития историографии в СССР в послесталинский и особенно в «застойный» период (имею в виду, конечно, ее участок, занимающий нас сейчас) состояла в том, что в «центре» условия для ее развития были гораздо либеральнее, чем в «провинции». Сказывалась и общая атмосфера, и положительное влияние наших учителей. Маленький личный пример. Ныне мы не встретим ни одной украинской работы, где не говорилось бы об отрицательном влиянии на научную мысль известных тезисов к 300—летию воссоединения. Меж тем, автор этих строк, довольно давно занимающийся данной тематикой, никогда не знакомился с названным текстом и, соответственно, не учитывал его в своей исследовательской работе, не являясь тут каким—то исключением в круге московских историков. Разумеется, не стоит упрощать дела: укоренившиеся историографические стереотипы и мифы влияли, к примеру, на гораздо более осторожных в те времена издательских работников, а опосредствованно — на нас. Но в целом обстановка в академической науке на нашем направлении была относительно приемлемой. Иное дело в той же Украине. Тяжкие местные «инициативы», накладываясь на «линию центра», заставляли наших коллег испытывать идеологическое давление на несколько атмосфер выше, чем ощущали мы, а идеология очень легко перетекала в «оргвыводы». ■ Второй момент. В независимой Украине произошел вполне естественный взрыв интереса к ранее малодоступным исследованиям не только своих прежних историков, именовавшихся до того «националистическими», но и зарубежных, включая труды представителей украинской диаспоры. В освоении этого богатого наследия недостает, однако, духа здорового критицизма. Ведь посланцы западной историографии, занимавшиеся интересующими нас здесь сюжетами, далеко не всегда представляли только чистую науку, над ними также довлели требования времени, а предлагаемые ими научные решения часто отличались не меньшей тенденциозностью (понятно, с противоположным знаком), чем концепции историков в СССР, и не обладали необходимой сбалансированностью. Поэтому, при всей необходимости всеобъемлющего учета и использования достижений прежней историографии, не удастся приблизиться к исторической истине на путях простого синтеза всего лучшего, наработанного предшественниками. ■ Третье. В ходе пересмотра современными украинскими исследователями постулатов советской историографии, касающихся освободительной войны на Украине середины XVII в., был подвергнут тотальной и во многом обоснованной критике прежний официально принятый взгляд о стремлении к воссоединению со «старшим братом», как главной пружине планов и действий казачества и его руководства с самого начала восстания, о гармонии интересов их и царского правительства и т.д. Справедливо, что все многообразие палитры событий того времени никак не втиснуть в эти узкие рамки. Взамен наши коллеги выдвинули гипотезу, согласно которой основной целью национально—освободительной войны являлось создание и закрепление независимой державы на Украине в ее этнических границах (это распространено и на деятельность последовавших за Б.М. Хмельницким гетманов). Подобный взгляд стал общеупотребительным и вошел в популярные работы и учебники (2), получил статус официально признанного. В современной ситуации на Украине он понятен и объясним политически и идеологически. Однако российским исследователям уже приходилось — например, в ходе совместной конференции по случаю 340—летия Переяславской рады (Москва, январь 1995) (3) — высказывать своим оппонентам мнение об опасности такого чрезмерно «огосударствленного» подхода для воссоздания реальной истории тех лет. ■ Действительно, изложенная гипотеза, вполне допустимая как рабочая, пока остается именно такой. Ее фактическое обоснование еще недостаточно, есть немало источников, не вполне вписывающихся в ее рамки. Вообще изученность политических представлений, идей, действий казачьей элиты и их эволюции хотя бы в гетманство Б.М. Хмельницкого совершенно недостаточна. В еще большей мере это надо отнести к исследованию массовых настроений в разных слоях тогдашнего украинского общества, а ведь в конечном счете именно эти настроения были той глубинной основой, которая определяла мощь удара по сложившимся порядкам и прочность происходивших перемен. Для решения подобных задач требуется поиск новых материалов, спокойная продуктивная работа в русских, польских, украинских архивах, объективный анализ всей имеющейся документации, а не постулирование новых схем. ■ Немного о дипломатической предыстории событий 1654 г. В историографии сложился довольно затверделый канон определяющий борьбу с Речью Посполитой за ликвидацию последствий Смуты как одну из важнейших, даже главную цель внешней политики России в первой половине XVII в., а конфликт двух держав считающий неизбежным. Думается, что такой взгляд явно упрощает реальность. Справедливо, что положение на русской западной границе стало неблагоприятным, проблема эта стояла в повестке дня двусторонних отношений. Однако после Смоленской войны 1632—1634 гг., с неизбежно приближавшимся концом Тридцатилетней войны, примерно с середины 40—х гг. XVII в. международная ситуация в ареале толкала обе страны в ином направлении, к сближению (тем более, что политики Речи Посполитой не стремились к дальнейшей экспансии на востоке). Главной причиной стала опасная для них агрессивная политика Крымского ханства. Попытки царского правительства обеспечить безопасность на юге дипломатическими средствами, используя посредничество Порты, успеха не принесли. Поэтому, наряду с масштабными оборонительными мероприятиями на южных рубежах, московский двор не исключал и наступательных операций против татар, что совпало со сходными (но более широкими) планами Владислава IV и его сторонников. ■ Контрагенты довольно далеко продвинулись по этому пути (соглашение А. Киселя 1647 г. и его конкретизация), настолько далеко, что с началом восстания на Украине, с учетом казацко—татарского союза, начала реально осуществляться координация совместных польско—русских боевых усилий. Правда, единение продолжалось недолго. Разобравшись в действительном характере украинского восстания, включая в особенности его религиозный, проправославный аспект, царское правительство достаточно быстро отказалось от какой—либо поддержки поляков, как и от всяких антикрымских действий, и твердо держалось такого курса, несмотря на все последующие попытки варшавского двора добиться военной помощи. Однако отсюда до активного вмешательства в конфликт на стороне казачества было еще очень и очень далеко. Русские власти разными способами помогали гетманату, в т.ч. в важной в условиях тяжелой войны экономической сфере, но далее не шли. Политику московского двора наиболее основательно проанализировал Г.М. Лызлов (с использованием материалов А.В. Чернова по военной истории) в нескольких опубликованных в 50—х гг. статьях и кандидатской диссертации, выполненной под руководством В.Д. Королюка. Доказано, что царское правительство не вело сколько—нибудь значительной боевой подготовки того типа, которого требовала война на западе: формирование полков нового строя, соответствующее вооружение, обучение и т.д. И объяснялось это политическими целями — они не были ориентированы на конфликт с Речью Посполитой, имелось в виду использовать к своей выгоде ее ухудшившееся положение дипломатическими средствами. ■ К сожалению, Г.М. Лызлов не дошел до конца, повторив общепринятое положение о Земском соборе февраля 1651 г., как поворотном пункте в русской внешней политике, когда было принято стратегическое решение о войне (промедление до 1654 г. объяснялось тактическими причинами). Впрочем, в те времена ему и не позволили бы покуситься на этот замшелый историографический постулат, если б у него и появилось подобное желание. Фактически и после собора ситуация не изменилась кардинально. Причиной был и «южный фактор», прежде всего позиция Крымского ханства, то вполне обоснованное недоверие к политике ханов, которое испытывали в Москве, несмотря на татаро—украинский союз (впрочем, опыт его осуществления в 1649, 1651, 1653 гг. показал и руководителям гетманата, насколько небезопасна данная ориентация). Лишь преимущественно с 1653 г. под влиянием обострения ситуации на Украине и растущей информации о возможности ее перехода под протекторат Османской империи, военная подготовка русских приобрела отмеченный выше «западный» крен в значительных масштабах, свидетельствуя о политических переменах: возможности войны с Речью Посполитой. Но эта подготовка оставалась незавершенной, отсюда, в частности, усилия царской дипломатии оттянуть начало столкновения, вызвавшие недовольство чигиринских руководителей. ■ Характеризуя период в целом, считаем, что вплоть до августа 1653 г. (неудача посольства во главе с Б.А. Репниным—Оболенским в Речь Посполитую), при колебаниях общей линии, московский двор стремился выступать скорее как посредник в достижении мира на Украине, конечно, не забывая и о собственных выгодах. Условия урегулирования, выдвинутые в ходе львовских переговоров Б.А. Репнина, объективно не были тяжелыми для Речи Посполитой и могли устроить всех участников. Три года спустя, во время бесед в Немежи в 1656 г. польско—литовская сторона сама желала посредничества царя и выражала готовность принять сходные условия. Но в 1653 г. Руководители Речи Посполитой ориентировались на крайне радикальную программу, добиваясь фактически полной капитуляции гетманата, что свидетельствовало о прискорбно неверной оценке реального соотношения сил. В итоге последний шанс предотвратить большую войну оказался упущенным. ■ Несколько слов о Переяславском акте. Вначале одно источниковедческое замечание. Широко известный и многократно публикуемый рассказ о раде воспроизводится обычно по тексту из статейного списка посольства, возглавляемого В.В. Бутурлиным. Не учитывается, однако, что это вторичный, несколько препарированный вариант. Меж тем, сохранился подлинник (4): именно его повез сеунщик А.С. Матвеев 21 января, именно он зачитывался царю неделю спустя. Разумеется, существенные различия отсутствуют, но некоторые детали не совпадают. В частности, в списке удалены украинизмы. Текст в нем расположен так, что создается впечатление записи со слов И.О. Выговского, именно так излагаются иногда события в литературе. Но фактически это отдельный документ, авторство которого требует дополнительных разысканий. Принадлежность его самому писарю генеральному вызывает сомнения, хотя вполне вероятно, что источник исходил из писарской канцелярии и составлен с его слов. В любом случае нет никаких оснований считать документ, как и запись в статейном списке, искажающими смысл говорившегося и происходившего на Переяславской раде. ■ Касаясь существа дела отметим, что заметное исчерпание ресурсов гетманата в ходе долголетней войны, невозможность вести ее дальше только своими силами, определившаяся ненадежность крымского союзника поставили Б.М. Хмельницкого к концу 1653 г. перед необходимостью выбрать сюзерена среди альтернатив, о которых он говорил в речи на «раде явной всему народу» в Переяславе 18.01.1654: нереальной тогда польской, «бусурманской» (султан либо хан) и русской. Сделанный там выбор был оптимальным из возможных и пользовался поддержкой жителей Украины. В данной речи мы находим в концентрированном виде изложение комплекса идей, очевидно, согласованного среди прочего во время тайной рады в узком составе, с участием полковников, утром того же дня. Это констатация: «Что уже шесть лет живем без пана в нашей земле в безпрестанных бранех...», и два главных вывода: «Что уж велми нам всем докучило, и видим, что нелзя нам жити боле без царя...», а также сравнительная характеристика претендентов и определение преимуществ кандидатуры Алексея Михайловича, которые трактовались прежде всего с религиозной точки зрения как естественное объединение православных (что было поддержано и присутствующими на раде). ■ Из текста однозначно следует, что имелся в виду переход под царскую власть: «...себе за царя и пана просим...», «... под царя восточного православного крепкою рукою...». Вместе с тем на тайной раде выработали, очевидно, процедуру такого перехода, желательную руководству гетманата: требование ответной присяги послов с обязательствами защиты войска Запорожского от поляков и сохранения давних сословных прав, включая имущественные, которое прозвучало перед присягой гетмана и др. в соборной церкви 18 января, в т.ч. со ссылкой на практику королей Речи Посполитой. Фактически короли не присягали войску Запорожскому, тут имелась в виду их общая коронационная присяга, хотя на деле она давалась привилегированным сословиям, т.е., в частности, не казачеству, а украинской шляхте. Но в условиях, когда гетманские власти считали себя свободными от прежних обязательств перед Речью Посполитой, они сочли необходимым при перемене подданства добиваться нерушимости прежнего статуса. ■ Взятое само по себе требование подтвердить комплекс сословных, личных и некоторых других прав жителей гетманата, прежде всего казачества и шляхты, не представляло собой ничего неприемлемого, и это сразу же подчеркнули царские посланцы. Однако попытка установить в некоторой мере принцип взаимности обязательств была ими решительно отвергнута, как противоречащая практике самодержавного государства (что соответствовало действительности). Безрезультатными остались и последующие усилия полковников получить от послов письмо примерно такого же содержания, по образцу прежних соглашений войска Запорожского с Речью Посполитой, закреплявшихся иногда сенаторами от имени короля. Ответ остался прежним: для получения желаемого необходимо обратиться непосредственно к царю. Одновременно давались устные заверения, что в таком случае все просьбы будут уважены. Ясно, что в возникшей ситуации никаких шансов на успех не мог иметь тайный демарш, предпринятый представителями украинской шляхты с целью обеспечить ей особое положение в гетманате. Можно полагать, что первоначально Б.М. Хмельницкий не планировал специального посольства в Москву для дальнейших переговоров, ограничившись взаимной присягой: во всяком случае, в ходе бесед с прибывшей к нему немного раньше миссией во главе с Р.М. Стрешневым данная тема не возникала. Поездка в столицу царей была сочтена необходимой только после неудачи предложенной процедуры (5). ■ Даже из предшествующего краткого изложения ясно, что ни о каких соглашениях речи тогда не было, поэтому от встречающегося иногда наименования «Переяславский договор» следует отказаться: нельзя же считать договором устные обещания послов. И еще об одном термине, ставшем в последние годы очень одиозным, «воссоединение». Пишущий эти строки всегда считал его совершенно искусственным и потому старался не применять. Однако именно в недавнее время пришлось задуматься, а правилен ли такой подход? Причина не в том, конечно, что термин родился не в советский период, а заимствован из трудов некоторых украинских историков XIX в. Суть дела совсем в ином. Проводимая сотрудниками ИСБ РАН под эгидой РГНФ работа над источниками эпохи Хмельниччины показала, что не сам термин, но соответствующее ему идейное содержание или элементы последнего нередко встречались в высказываниях жителей гетманата разного круга, причем в обстоятельствах не только торжественных или особых, но и будничных. Если учесть также уже известные аналогичные примеры в источниках более раннего времени, следует, возможно, понятие «воссоединение» сохранить, во всяком случае до дальнейших обсуждений. Само собой разумеется, что в любом случае оно должно быть очищено от идеологизированной шелухи, налипшей на него в нашем недавнем общем прошлом. Не исключено, что тогда термин потеряет свою одиозность. ■ В западной и современной украинской литературе заметное место занял показ противоречий между переяславскими контрагентами и оппозиции данному акту в гетманате. Это вполне естественная реакция на то искаженное, беспроблемное, стерилизованное изображение тогдашних событий, которое было принято у нас со сталинских времен. При всем при том необходимо соблюдать реальные пропорции: действительно возникавшие споры, разногласия, конфликты сторон не столь уж редко рисуются в неоправданно гипертрофированном виде. Так, эпизод с отказом в присяге приобретает поистине драматическую форму, когда на волоске повисает успешное завершение всей акции, хотя имеющиеся источники едва ли подтверждают такую трактовку. Или подсчитывают примерную численность участников Переяславской рады, доказывая, что о всеукраинском или общенародном ее характере говорить не приходится. Все так, но при этом недостаточно учитываются два важных факта. Во—первых, на раде присутствовали почти все полковники, представлявшие не только себя и подчиненных им казаков, но и определенные территории, а также их жителей. Во—вторых, что еще важнее, за радой последовала присяга населения гетманата. Не всеохватывающая, но масштабная, поставить в ряд с которой по этому признаку из событий на Украине, в Речи Посполитой, да и вообще в тогдашней Европе можно не столь уж многое. ■ Известны сообщения о противодействии переяславским решениям в ряде мест, со стороны отдельных лиц и т.д. Но не будем забывать, что такие данные исходили нередко с польской стороны или от пропольски настроенных групп, а потому нуждаются в осторожном использовании. Особенно «повезло» в данном смысле полковнику И. Богуну, который в результате комбинации подобных сообщений превратился чуть ли не в центральную фигуру оппозиции новому курсу, хотя доказательные факты отсутствуют. Иногда пишут о полном неучастии в этих событиях сельского населения. Можно подумать, что где—либо на континенте в XVII в. особо интересовались его мнением о политическом курсе! Пожалуй, единственное, о чем мы знаем вполне определенно, — это противодействие переяславскому акту и вообще данной политической линии со стороны части православного клира гетманата. Соответствующие источники вводились в научный обиход и исследовались с XIX в. Они далеко не исчерпывающи, да и не могут быть такими из—за весьма доверительного характера соответствующих акций, которые нередко приобретали прямо—таки детективный вид. Основной источниковый минус — крайне редкие упоминания рассматриваемой темы в выявленных документах польского происхождения, а без них, новых, окончательные выводы затруднительны. ■ Известно, что активные контакты с польско—литовской стороной поддерживали деятели масштаба С. Косова, И. Тризны, Ф. Василевича, Д. Балабана, К. Старушича — они упоминаются чаще всего, но остается неясным, отражало ли все это позицию только группы представителей высшего клира или имело менее узкую базу. Под большим знаком вопроса остается возможное предположение о поддержке данной линии средним и низшим духовенством. Кроме того, со временем и ориентация некоторых из названных лиц, включая митрополита киевского, менялась. Для гетманской администрации пропольская активность части духовенства не была секретом, вызывая скорее отрицательную реакцию: известны соответствующие высказывания Б.М. Хмельницкого, который, впрочем, имел мощную поддержку своему «переяславскому» курсу со стороны греческого духовенства, включая восточных патриархов. ■ Условия вступления гетманата в состав России определялись в ходе переговоров в Москве с посольством, возглавляемым С. Богдановичем (Зарудным) и П.И. Тетерей. Комплекс выработанных тогда (март—апрель 1654 г.) соглашений можно назвать Московским договором, если не по форме, то по существу. Определяемый им статус Украины представляет и поныне целый букет суждений историков. Это объясняется среди прочего воздействием политических страстей: проблема издавна актуальна и не является чисто академической. Тем не менее, столь большой и продолжительный разброс мнений, при практической неизменности источниковой основы, кажется неестественным, являя, если использовать одно из крылатых выражений В.О. Ключевского, еще один пример научной патологии, наподобие пресловутого «варяжского вопроса». Выбраться из этого историографического тупика можно, если ориентироваться на научный подход, а не на преходящие политические ценности. Не входя здесь в обсуждение существа дела, что требует специального исследования, хотелось бы высказать некоторые соображения. ■ Полностью разделяю уже выдвинутое в историографии положение о необходимости нового пересмотра и желательно — издания на современном уровне всех относящихся к теме документальных материалов (6), поскольку прежние публикации представляются на нынешнем этапе недостаточными. При этом необходимо учесть, что нельзя ограничиваться только документами за март—апрель 1654 г., сюда же должны быть подключены источники о последующих переговорах с представителями духовенства и городов гетманата, может быть, и об обращениях старшины и т.п. Только при таком комплексном подходе можно доказательно выяснить, как представляли себе статус Украины ее элита, частью и остальные жители. Именно так анализировал проблему еще М.С. Грушевский, хотя не все полученные им результаты бесспорны. И еще одно важное обстоятельство. До сих пор авторы, занимавшиеся рассматриваемыми на этих страницах вопросами, подходили к ним так, как будто имели дело с чем—то совершенно уникальным, не имеющим аналогий. Между тем, уже с осени 1654 г., но особенно в 1655—1656 гг. был заключен ряд соглашений, тексты которых совершенно необходимо привлечь для сопоставительного анализа. Достаточно назвать самые крупные из них, договоры Великого княжества Литовского со Швецией и Россией (они заключались частями ВКЛ, но от его имени как нераздельного целого), Молдавского княжества с Россией (переговоры не дошли до подписания договоров, но проекты были выработаны). Сравнив их с комплексом московских соглашений 1654 г., можно будет гораздо точнее и правильнее оценить реальное содержание последних. ■ Думается также, что при исследовании московских текстов необходим не только сбалансированный, но и несколько расчлененный подход. Одно дело общие положения, рассчитанные на более отдаленную перспективу: они укладываются в рамки представлений, высказанных Б.М. Хмельницким в речи 18 января 1654 г. Совсем иное — реальное положение Украины в последние годы его жизни: тогда гетманат был практически, с определенными ограничениями, независимым, в частности, его руководители вели достаточно самостоятельную внешнюю политику, с 1656 г., как известно, вошедшую в противоречие с курсом царского правительства. Несомненно, статус Украины в немалой мере определялся тем личным признанием и авторитетом, которыми пользовался Б.М. Хмельницкий и у ее масс, и в Москве. А дальнейшее реальное наполнение переяславских соглашений зависело от многих факторов, в том числе от политики его преемников, старшины, духовенства. ■ В заключение, несколько замечаний о международном аспекте темы. В преддверии и в начале общей войны с Речью Посполитой русская и украинская дипломатия предприняли весьма значительную внешнеполитическую акцию. На некоторых направлениях Чигиринские и московские посланцы действовали рука об руку, согласованно, на других — полусогласованно: первое относится к Крымскому ханству и Дунайским княжествам, второе — к Швеции, куда, в частности, ездили русские и казацкие миссии, но не одновременно и с несовпадающими целями. В иных местах они работали самостоятельно, но ко взаимной пользе: гетманские представители проявили традиционную активность в Стамбуле, царские — в ряде столиц Центральной и Западной Европы, а также в Дании. Результаты их деятельности оказались неоднозначными. На юге, несмотря на первоначальные оптимистические расчеты Б.М. Хмельницкого, не удалось добиться благоприятных результатов, реальностью стал наиболее неприемлемый политический вариант, а именно блок между Крымским ханством и Речью Посполитой. В результате татарские силы участвовали уже в зимнем походе на Украину 1654—1655 г., принесшем ей тяжкие испытания. ■ Гораздо более радужные перспективы открылись на севере. С верным политическим чутьем казацкий гетман нащупал вариант, дававший тогда наилучшие возможности решить к выгоде потенциальных союзников их споры с Речью Посполитой: он старался смонтировать русско—шведско—украинский альянс. При осуществлении данного плана, в частности, усиливались позиции Украины, но и московский двор постепенно стал считать его приемлемым. Очень показательно, что в сентябре 1654 г. через Россию пропустили в Стокгольм казацкое посольство во главе с известным о. Даниилом—афинянином, нацеленное на создание военного союза, о чем в Посольском приказе получили достаточную информацию. Имелись и иные признаки, но царские дипломаты ожидали первого шага со стороны нового шведского короля Карла X Густава. Указанная политическая альтернатива, реализация которой могла существенно изменить ситуацию и дальнейший ход дел в данной части континента, и позже некоторое время не потеряла актуальности. Даже, когда в конце июня 1655 г. последовал отказ пропустить в Стокгольм новую казацкую миссию, это не означало еще изменения курса русского правительства, а объяснялось ожиданием начала полномасштабных переговоров с уже объявленным «великим посольством» от Карла X (7). Только события Потопа в Речи Посполитой принесли кардинальные перемены, но это совсем иная тема. □ ■ Примечания □ 1. См. например: Смолій В.А., Степанков В.С. Богдан Хмельницький. Соціально—політичний портрет. ; Київ, 1993 (к сожалению, не довелось пока ознакомиться со вторым, расширенным вариантом этой ценной монографии); Цибульский В. Переяславська угода 1654 року у зарубіжній історіографії (1945—1990). Рівне, 1993, Апанович О.М. Українсько—російський договор 1654 р.: Міфи і реальність, Київ, 1994; Горобець В. Переяславсько—Московський договір 1654 р. результати і наслідки із історії українсько—російських відносин доби Богдана Хмельницького // Доба Богдана Хмельницького (До 400—річчя від дня народження великого гетьмана). Збірник наукових праць. Київ,1995; Горобець В.М. Від союзу до інкорпорації: українсько—російські відносини другої половини XVII — першої чверти XVIII ст. Київ, 1995; Заяць А. Українсько—російський договір 1654 р. в оцінці сучасної української історіографії (90—ти роки) // Козацькі війни XVII століття в історичній свідомості польського та українського народів. Матеріали Другої Польсько—Української наукової зустрічі (Львів, 12—13 жовтня 1995 р.). Львів—Люблін, 1996. 2. См., например: Історія України. Нове бачення. У двох томах. Т. 1. Київ, 1995; Рибалко I. К. Історія України. Ч. 1. Харків 1995. 3. См. о ней: Заборовский Л.В. Российско—украинская конференция, посвященная 340—летию Переяславской рады // Отечественная история. 1995. № 5. 4. Собрание государственных грамот и договоров, хранящихся в государственной коллегии иностранных дел. Ч. 3. М., 1822. С. 494—495 (публикация с неточностями в передаче текста). 5. См. об этих событиях: Воссоединение Украины с Россией. Документы и материалы в трех томах. Т. III. М., 1953. С. 393—402, 454—477. 6. См.: Заяць А. Указ. соч. С. 292. 7. Соответствующие материалы см.: РГАДА. Ф. 214. Сибирский приказ. Стб. 1636. Ч. 3. Л. 481—530.

Admin: Запорожцы пишут письмо турецкому султану■ Уверен, что абсолютно всем с детства известна картина русского художника Ильи Ефимовича Репина (1844—1930) «Запорожцы пишут письмо турецкому султану». Огромное полотно (2,03×3,58 м) художник начал писать в 1880 году и закончил только в 1891 году. ■ Эта картина стала как бы общим местом в истории про Запорожскую сечь. Мол, вольнолюбивые запорожцы могли себе позволить отписать письмо кому угодно и что угодно, не то что какому—то там турецкому султану. Но почему—то вопрос о том, какому султану писали изображенные И.Е. Репиным на картине запорожцы, а также каков был текст их письма, как—то сам собой «опускался». Было, мол, как—то такое дело, черкнули запорожцы турецкому султану письмецо, и главное — именно этот факт написания письма, а дальше что там и как, не очень и интересно. □ □ ■ Нет, дальше тоже интересно. В общем, история такая. По легенде, письмо было написано в 1676 году кошевым атаманом Иваном Серко «со всем кошем Запорожским» в ответ на ультиматум султана Османской империи Мехмеда (Мухаммеда) IV. Оригинал письма не сохранился, однако в 1870—х годах екатеринославским этнографом—любителем Я.П. Новицким была найдена копия, сделанная в XVIII веке. Он передал её известному историку Дмитрию И. Яворницкому, который однажды зачитал её, как курьёз, своим гостям, среди которых был, в частности, художник Илья Ефимович Репин. Он очень заинтересовался сюжетом и в 1880 году начал первую серию этюдов. ■ Итак, □ Предложение Магомета IV—го □ Я, султан, сын Мухаммеда, брат Солнца и Луны, внук и наместник Бога, владелец царств Македонского, Вавилонского, Иерусалимского, Великого и Малого Египта, царь над царями, властитель над властелинами, необыкновенный рыцарь, никем непобедимый воин, неотступный хранитель гроба Господня, попечитель самого Бога, надежда и утешение мусульман, смущение и великий защитник христиан — повелеваю Вам, запорожским казакам, сдаться мне добровольно безо всякого сопротивления и меня Вашим нападками не заставлять беспокоиться. Султан турецкий Мухаммед IV. □ ■ А дальше □ Отвiт запорожцiв Магомету IV □ Запорожские казаки турецкому султану! Ти, султан, чорт турецкий, i проклятого чорта брат i товарищ, самого Люцеперя секретарь. Якiй ты в черта лыцарь, коли голою сракою ежака не вбъешь. Чорт высирае, а твое вiйско пожирае. Не будешь ты, сукiн ты сыну, сынiв христiянських пiд собой маты, твойого вiйска мы не боiмось, землею i водою будем биться з тобою, распро’йоб твою мать. Вавилоньский ты кухарь, Макидоньский колесник, Iерусалимський бравирник, Александрiйський козолуп, Великого и Малого Египта свинарь, Армянська злодиюка, Татарський сагайдак, Каменецкий кат, у всего свiту i пiдсвiту блазень, самого гаспида внук и нашего х@я крюк. Свиняча ты морда, кобыляча срака, рiзницька собака, нехрещений лоб, мать твою в’йоб. От так тобi запорожцi виcказали, плюгавче. Не будешь ти i свиней христiанских пасти. Тепер кончаемо, бо числа не знаемо i календаря не маемо, мiсяц у небi, год у книзя, а день такий у нас, якиi i у Вас, за це поцелуй в сраку нас! Пiдписали: Кошевой атаман Иван Сирко Зо всiм кошем Запорожськiм. □ ■ Думаю, теперь вполне понятно, почему вопрос о том, что же написали в своём письме султану запорожцы, оставляли без ответа. Правда, есть сомневающиеся в подлинности как предложения Магомета IV—го, так и подлинности текста ответного письма. Но пока ничего другого представлено не было.

Admin: И.В. СталинВоенная присяга Члена Главного Военного Совета РККА ■ Вот такой есть любопытный документ, как—либо комментировать который, высасывая из пальца разные умозрения, думаю, необходимости нет. Это — просто любопытный документ. □

Admin: ■ Политика | 23 января 2014 г.Экономисты милостью Божьей. Николай КондратьевЛюбовь Зайцева, старший научный сотрудник Института экономики РАН В связи с пульсирующим глобальным кризисом обществоведы всё чаще вспоминают «большие циклы» экономической конъюнктуры, названные именем открывшего их русского учёного Николая Кондратьева (1892—1938). Он много сделал также для разработки методологии планирования и прогнозирования советской экономики, путей преобразования сельского хозяйства и организации агропроизводства. □ ■ Николай Кондратьев с дочерью Еленой □ Уроженец деревни Галуевская Кинешемского уезда Костромской губернии, выходец из многодетной крестьянской семьи, он сумел за несколько лет закончить церковно—учительскую семинарию, вечерние курсы в Санкт—Петербурге и подготовиться к сдаче экстерном экзаменов за полный курс гимназии. В сентябре 1911—го поступает на экономический факультет Петербургского университета. А к концу 1913—го заканчивает своё первое крупное исследование, посвящённое развитию хозяйства Кинешемского земства. 25—летний Кондратьев восторженно встречает Февральскую революцию, служит секретарём по сельскому хозяйству во Временном правительстве. Активно участвует в создании Всероссийского совета крестьянских депутатов, выступает с докладами по продовольственному вопросу. Избирается делегатом Учредительного собрания по списку партии эсеров. За две недели до Октябрьской революции Кондратьева назначают товарищем (заместителем) председателя Общегосударственного продовольственного комитета в последнем кабинете Временного правительства. □ ■ Николай Кондратьев в студенческие годы □ В работах, опубликованных весной—летом 1917—го, Кондратьев развивает и обосновывает эсеровскую программу социализации земли, считает, что будущее принадлежит крупному кооперативному хозяйству, но на заседании Главного земельного комитета делает любопытную оговорку: «Принципом экономической политики должно служить следующее положение: допустимы и желательны лишь те меры воздействия, которые усиливают производительность народного хозяйства и по возможности более соответствуют правосознанию масс». Октябрьскую революцию Кондратьев воспринимает как переворот, разрушительный по своим результатам. Вначале он даже участвует в работе подпольного Временного правительства и отказывается передать Советской власти продовольственное дело, заявляя, что «разложение аппарата, разрушение и расстройство телеграфа и железнодорожного транспорта ставит непреодолимые препятствия в области дела снабжения населения предметами первой необходимости». Однако в дальнейшем отношение Кондратьева к большевикам меняется. После его выхода из партии эсеров стало возможно сотрудничество с новой властью. Любопытен такой факт. Во время зарубежной поездки в 1924 году (предпринятой для изучения организации сельскохозяйственного производства) Кондратьев встретился в Соединённых Штатах с переехавшим туда Питиримом Сорокиным, с которым был дружен со школьных лет. Тот уговаривал его возглавить кафедру в одном из университетов. Кондратьев не принял предложения. Он считал, что квалифицированный и честный экономист может служить своей стране при любом режиме… После переезда в начале 1918 года в Москву Кондратьев ведёт преподавательскую и научную работу, становится инициатором и первым руководителем экономического отдела Центрального товарищества льноводов (Льноцентр), председателем которого был известный экономист Алексей Чаянов. Он входит в Сельскосовет — руководящий орган объединения сельскохозяйственных кооперативов России. Весной 1921—го учёного приглашают в Народный комиссариат земледелия на ответственную должность начальника управления экономики и планирования сельского хозяйства. На годы нэпа пришёлся расцвет научной деятельности Николая Кондратьева. Он много пишет, рассматривая закономерности современной ему отечественной и мировой экономики. По его мнению, рыночное хозяйство никогда не находится в состоянии идеального равновесия. Оно может быть предусмотрено в теории, но не существует в реальности. Экономика подвержена волнообразным колебаниям, в ходе которых меняется и сам уровень равновесия. Кондратьевым были обработаны статистические материалы (динамика цен, ссудный процент, заработная плата, объём внешней торговли, производство основных видов промышленной продукции) с 1780 по 1920 годы по четырём ведущим странам — Англии, Франции, Германии, США. Динамика добычи угля и выплавки чугуна учитывалась также по индексам общемирового производства. Большинство взятых данных обнаружили наличие циклических волн продолжительностью в 48—55 лет (называются также и 40—60 лет). В течение этого времени происходит смена запаса основных материальных благ, в результате которой мировые производительные силы поднимаются на новый уровень развития. Период статистических наблюдений и анализа учёного составлял максимально 140 лет (по некоторым базам меньше). На этот отрезок времени, исследованный Кондратьевым, к середине 20—х годов пришлось два с половиной закончившихся больших цикла: с 1780—х до 1840—х, с 1850—х до 1890—х и начало третьего — с 1900—х. □ ■ Николай Кондратьев и Питирим Сорокин □ Большие циклы не всегда равномерны, но они воспроизводят одну и ту же динамику. Сначала наблюдается «повышательная» волна (производство, цены и прибыли растут, кризисы оказываются неглубокими, а депрессии непродолжительными). Затем наступает «понижательная» волна. Рост экономики неустойчив, кризисы становятся более частыми, депрессии затяжными. Периоды понижательной волны каждого большого цикла сопровождаются длительной и особо ярко выраженной депрессией сельского хозяйства, проявляющейся в падении цен на его продукцию и сокращении земельной ренты. «Каждый новый цикл протекает в новых конкретно-исторических условиях, на новом уровне развития производительных сил и потому вовсе не является простым повторением предыдущего цикла». Именно эту мысль Николая Кондратьева никак не усвоят либеральные экономисты, так как для них мировая экономика развивается не циклично, а линейно. Оттого и не могут понять, почему практикуемые ими методы борьбы с кризисными явлениями оказываются действенными только в фазах оживления и подъёма. На понижательной же волне больших циклов, в периоды спада и депрессии, они действуют в противоположном направлении. Несмотря на довольно высокую конъюнктуру, наблюдавшуюся в 20—е годы в главных капиталистических странах, Кондратьев причислил указанное десятилетие к началу очередной понижательной волны, что вскоре нашло подтверждение в драматических событиях мирового экономического кризиса 1929—1933 годов. СССР смог максимально эффективно воспользоваться Великой депрессией и осуществить полную модернизацию и индустриализацию своей экономики (с какими издержками — другой вопрос), которая позволила победить в Великой Отечественной войне, создать основу для атомной промышленности, выиграть соревнование по освоению космоса и достичь военного паритета с США. Но уже следующей понижательной волной, 70—80—х, СССР, расслабившись на нефтедолларах, воспользоваться не сумел. В результате чего потерпел поражение в экономическом соревновании с мировым капитализмом. По мнению некоторых экспертов, современная Россия смогла бы воспользоваться кризисной ситуацией понижательной волны пятого цикла, перехватить цивилизационную инициативу и выступить архитектором «мира после доллара», поведя за собой страны, заинтересованные в новом экономическом устройстве (включая Европу, Японию, Китай, Индию, Бразилию, Южную Корею и другие). Но вернёмся к аграрным исследованиям Кондратьева. В Петровской академии он — приват—доцент, а затем профессор — становится во главе лаборатории сельскохозяйственной конъюнктуры, вскоре переименованной в Конъюнктурный институт. Вначале в штате всего пять сотрудников: директор, заместитель и три статистика. Но вскоре институт становится серьёзным научно—исследовательским центром, издаёт журнал «Экономический бюллетень» и периодический сборник «Вопросы конъюнктуры». Под началом Кондратьева работает уже 50 высококвалифицированных специалистов. Исследования института отличают единство глубокого анализа и нацеленных на решение конкретных вопросов разработок, широкое использование достижений научной мысли того времени, в том числе статистических и математических методов. Сотрудники работали с большой отдачей и воодушевлением. Их материалы широко использовались государственными органами. По запросам ЦК ВКП (б), ВЦИК, СНК, ВСНХ, Наркомфина, Наркомата земледелия институт готовил многочисленные записки и справки, их число доходило до двухсот в год. При активном участии учёного Плановая комиссия Наркомзема РСФСР разработала первый в истории перспективный план развития сельского и лесного хозяйства (1923—1928), вошедший в историю как «пятилетка Кондратьева». Он выдвинул тогда идею тесной связи и равновесия аграрного и индустриального секторов, для чего предложил использовать как директивные (руководящие), так и индикативные (ориентировочные) показатели. Можно с полным основанием назвать Кондратьева главным разработчиком концепции плана—прогноза как одного из вариантов индикативного (рекомендательного) планирования, реализованного во многих странах Запада после Второй мировой войны. В середине 20—х годов идеи учёного окончательно оформились в концепцию равновесного развития экономики. Лишь «здоровый рост сельского хозяйства, — писал Кондратьев, — предполагает… мощное развитие индустрии». Эффективный аграрный сектор должен обеспечить подъём всей экономики, стать гарантом устойчивости народного хозяйства. Правительству предлагалось направить силы и внимание прежде всего на подъём аграрного сектора, нужды которого в техническом оснащении удовлетворяла бы промышленность. Крестьянин, с точки зрения исследователя, для рационального ведения хозяйства должен свободно распоряжаться своей землёй: сдавать её в аренду, пускать в оборот и пр. Решительно выступая против наследия военного коммунизма — ограничения свободы в землепользовании, Кондратьев предлагал помочь крепким хозяйствам перейти к интенсивным и товарным формам, близким по типу к фермерским. Именно такая модель обладает значительными производственными возможностями и способна обеспечить быстрое наращивание объёмов товарного хлеба, включая поставки на экспорт. Отнесение крепких, интенсивно развивающихся семейных трудовых хозяйств к кулачеству неизбежно приведёт к борьбе с ними, но только они способны стать основой экономического подъёма в стране. Стремление же большевистского правительства направить материальные ресурсы на поддержку сначала бедняков и малоимущих середняков, то есть слабых хозяйств, Кондратьев считал неоправданным. Им можно будет реально помочь лишь тогда, когда товарное производство на селе окрепнет. В 1920—е Кондратьев напряжённо работает над теорией народнохозяйственных планов. Рынок он рассматривал в качестве связующего звена между национализированным, кооперативным и частным секторами. Предназначение же плана состояло, во—первых, в обеспечении более быстрого, чем при спонтанном развитии, роста производительных сил, во—вторых, в том, чтобы подъём народного хозяйства был сбалансированным. Разумное сочетание рыночных и плановых начал в экономической жизни страны представлялось Кондратьеву вполне пригодным для всех секторов. В статье «План и предвидение» учёный резко критикует отрыв поставленных правительством целей от имеющихся в реальной жизни возможностей, разработку так называемых «смелых планов». «В лучшем случае они останутся безвредными, потому что мертвы для практики. В худшем — они будут вредными, потому что могут ввести практику в жёсткие ошибки». В ряде выступлений он предупреждал о последствиях волюнтаризма, приводящих к разрушению сельского хозяйства и неизбежному вслед за этим ухудшению ситуации на товарном рынке и в промышленности. □ ■ Памятная медаль в честь Николая Кондратьева □ В целом заслуга Кондратьева в области планирования заключалась в том, что он разработал стройную концепцию сознательного и осторожного воздействия на экономику. Неудивительно, что это пришлось не ко времени в годы «великого перелома». На конференции аграрников—марксистов теория равновесия, разработанная Кондратьевым и его единомышленниками, была раскритикована и названа «буржуазным предрассудком». Учёный упорно отстаивал свою позицию при обсуждении проекта пятилетнего плана развития народного хозяйства, который был составлен под руководством известного советского экономиста и статистика Станислава Струмилина. В начале 1927 года острота ситуации определялась несколькими моментами: во—первых, исключительной важностью рассматриваемых проблем для будущего страны, во—вторых, тем, что за расхождениями по ряду теоретических и практических вопросов стояли различия методологического, а то и мировоззренческого характера, в—третьих, ограниченностью выбора решений из—за политических и идеологических установок. Кондратьев, конечно, представлял вероятные последствия для себя публичной полемики, но выступил с резкой критикой разработанного документа. Наука не в состоянии дать надёжный, выраженный количественно прогноз изменения множества экономических показателей на сколько—нибудь отдалённую перспективу. Поэтому такие планы могут содержать лишь самые общие ориентиры, характеризующие главные направления развития. Ученый подчёркивал необходимость согласования установок на форсированную индустриализацию с задачами сельского хозяйства, без решения которых невозможны успешный экономический рост и социальное развитие в будущем. Говорил об особом значении лёгкой промышленности, продукция которой является материальной основой, обеспечивающей включение крестьянства в общехозяйственный товарооборот. Указывал на важность сбалансированности платежеспособного спроса населения и наличной массы потребительских товаров, роста реальной заработной платы и повышения производительности труда. В 1926—27 годах Кондратьев пытается отстоять свою позицию на страницах экономических журналов, трибунах совещаний (широкий резонанс имели его выступления в Коммунистической академии в ноябре 1926—го в связи с разработкой законопроекта «Об основных началах землепользования и землеустройства» и доклад в Институте экономики Российской ассоциации научно—исследовательских институтов общественных наук в марте 1927—го), а также в докладной записке в ЦК «Задачи в области сельского хозяйства в связи с развитием народного хозяйства и его индустриализацией». Именно последняя работа послужила поводом для появления в журнале «Большевик» (№ 13, 1927) статьи Григория Зиновьева, содержавшей политическую и идеологическую оценки позиции автора и его сторонников и во многом определившей направление и характер будущих выступлений против учёного и его единомышленников. Точка зрения Кондратьева была названа «манифестом кулацкой партии», сам он объявлен вождём «либеральной устряловщины» и главой целой школы, объединившей «неонародников» (Чаянов, Челинцев, Макаров) и «либеральных буржуа» (Студенский, Литошенко). Несмотря на то, что сам Зиновьев был вскоре исключён из партии как один из лидеров троцкистской оппозиции и предан остракизму, его установки остались на вооружении. Главный удар был нацелен против взглядов Кондратьева по планированию и управлению, развитию сельского хозяйства и промышленности, концепции больших циклов. Его позиция была расценена как направленная на срыв индустриализации и коллективизации, защиту кулачества, наступление на беднейшие слои крестьянства, реставрацию капитализма и подчинение народного хозяйства мировому рынку. Даже такое, казалось бы, очевидное утверждение, что рост реальной заработной платы должен быть поставлен в тесную зависимость от повышения производительности труда, левые критики сочли свидетельством стремления понизить уровень жизни рабочих. А высказывание учёного о невозможности указать точный срок крушения капитализма и рассчитывать на это в ближайшем будущем объявили здравицей в честь подлежащего отправлению на свалку строя. В 1928 году Кондратьев был уволен из Конъюнктурного института, вскоре закрытого. В 1931—м учёного приговорили к восьми годам тюремного заключения и отправили в политизолятор, расположенный в Суздальском Спасо—Евфимиевом монастыре. Он и здесь продолжал научную работу, несмотря на то что всё больше слабел и терял зрение. 17 сентября 1938 года по приговору Военной коллегии Верховного суда Николай Кондратьев был расстрелян. Только через полвека его — вместе с другими учёными, проходившими по делу о «трудовой крестьянской партии» (никогда не существовавшей), — полностью реабилитировали. Имена крупных экономистов, их труды были возвращены народу, истории, науке. Николай Дмитриевич Кондратьев прожил 46 лет. Но это был воистину «большой цикл», оставивший ярчайший след в истории отечественной и мировой науки. На его творческую жизнь — от окончания университета и до ареста — судьба отпустила всего 15 лет. Но за это короткое время им были написаны труды, свидетельствующие об оригинальности ума и энциклопедической образованности. 1992—й, когда отмечалось 100—летие Николая Дмитриевича Кондратьева, решением ЮНЕСКО был провозглашён годом памяти великого русского учёного.

Admin: ■ Экономика | 16 января 2014 г.Экономисты милостью Божьей. Валериан КуйбышевАлексей Чичкин Валериан Владимирович Куйбышев (1888—1935) известен не только как видный партийный и государственный деятель СССР, но и как крупный хозяйственник. □ ■ Первого мая 1932 года Днепрогэс дала первый ток □ Он был вторым, после внезапной кончины Феликса Дзержинского, председателем Высшего совета народного хозяйства (1926—1930), возглавлял Государственную плановую комиссию (1930—1934). В 1934—1935 годах руководил Комиссией советского контроля при Совнаркоме СССР, будучи одновременно первым заместителем председателя СНК и Совета труда и обороны. Принято считать, что задача индустриализации была поставлена XIV съездом партии, состоявшимся в 1925 году. Однако к тому времени эта идея не только витала в воздухе, но и была довольно детально разработана. Уже существовал первый перспективный план развития промышленности, впоследствии, правда, серьёзно переделанный. □ ■ Председатель ВСНХ В.В. Куйбышев в рабочем кабинете. 1935 г. □ Идее индустриального планирования дали путёвку в жизнь не только наработки руководимого Дзержинским ВСНХ, но и практика ГОЭЛРО — 10—летнего плана электрификации страны, одобренного в декабре 1920—го VIII Всероссийским съездом Советов. В этом документе нашло отражение выдвинутое Валерианом Куйбышевым, который руководил осуществлением плана, предложение о максимальном использовании местных природных ресурсов, в том числе энергетических. В тот же период, в первой половине 1920—х, по инициативе председателя Комиссии по разработке плана электрификации Кржижановского, а также Дзержинского, Куйбышева, Орджоникидзе была проведена тщательная геологоразведка — во многих регионах РСФСР, а затем и в других союзных республиках — на предмет выявления полезных ископаемых. ГОЭЛРО был планом развития всей экономики. Он дал начало освоению Кузнецкого и Подмосковного угольного бассейнов, строительству железных дорог и портов. Среди объектов плана — заложенный в 1927 году Сталинградский тракторный завод, один из крупнейших в СССР. Создание к концу 1920—х и дальнейшее развитие Подмосковного угольного бассейна (Мосбаса) впрямую связано с предложением Куйбышева о необходимости максимального использования местных запасов. Он считал, что «…энергетика и в общем вся промышленность Европейского Центра РСФСР получат на долгие годы импульс для развития, если будут востребованы энергоресурсы этого региона». Так и случилось: вплоть до 1970—х, то есть до перехода страны на сверхдешёвые в то время мазут и природный газ, Мосбас оставался основным источником. План ГОЭЛРО был в основном перевыполнен. Выработка электроэнергии в 1932 году по сравнению с 1913—м увеличилась почти в семь раз. Основы индустриализации были заложены, однако вопрос масштабного технического оснащения, которое решало бы ключевые вопросы развития страны и изменило её облик, оставался открытым. Советский Союз находился во враждебном окружении. Существовала высокая вероятность новой войны с капиталистическими государствами, что требовало основательного перевооружения. В то же время темпы индустриализации были недостаточными, отставание от западных стран увеличивалось. Серьёзной проблемой стал рост безработицы. Одним из факторов, сдерживающих развитие промышленности, правительство считало недостаток продовольствия, нежелание деревни обеспечивать город хлебом по низким ценам. На повестку дня встал вопрос планового перераспределения ресурсов в соответствии с концепцией социализма. В начале своей деятельности Госплан СССР занимался изучением положения в экономике и составлением докладов по определённым проблемам, например, по восстановлению и развитию угледобывающих регионов. Однако переход к индустриализации меняет и масштаб задач этого государственного органа. Разработка единого экономического плана страны началась с выпуска ежегодных контрольных цифр, директив на 1925—1926 годы, которыми были определены ориентиры по всем отраслям. □ ■ Ленинград, 1931 г. Тракторы, изготовленные на заводе «Красный путиловец» (ныне Кировский тракторный завод) □ Выбор концепции центрального планирования бурно обсуждался в 1926—1928 годах. Сторонники генетического подхода (члены президиума Госплана Владимир Базаров и Владимир Громан, известный учёный Николай Кондратьев) полагали, что план должен составляться на основе объективных закономерностей развития экономики, выявленных в результате анализа существующих тенденций. Приверженцы телеологии (первый председатель Госплана Глеб Кржижановский, Станислав Струмилин, Валериан Куйбышев) считали, что требуется большее. План должен трансформировать экономику и исходить из будущих структурных изменений, возможностей выпуска продукции и жёсткой дисциплины. Куйбышев работал в годы становления директивного управления и стал одним из создателей этого метода. Будучи сторонником «рекордных темпов», призывал «не зацикливаться» на детальном изучении последствий реализации требуемых социально-экономических решений. Но так было позже, а в марте 1926—го Куйбышев направил письмо Дзержинскому и Сталину, предлагая составлять подробные планы социально-экономического развития – трёх- или пятилетние. Причем за основу рекомендовалось брать именно местные планы. Дзержинский вначале поддержал такой подход, но вскоре стал высказывать небезосновательные опасения, что Центр рискует оказаться в заложниках не столько региональных расчётов, сколько региональных амбиций. На местах могут сознательно «тянуть» с предложениями, чтобы к контрольному сроку попытаться вынудить Москву согласиться с первоначальными местными заявками. Что, в свою очередь, приведёт к многочисленным перекосам как в общегосударственном планировании, так и в социально-экономическом развитии СССР в целом. Поэтому основой должно быть централизованное планирование, то есть «сверху». Эту позицию поддержали Сталин, Орджоникидзе, Киров, тогдашний председатель союзного Совнаркома Рыков. Согласился с ней в конце 1920—х и Куйбышев. Заметим, что его концепция фактически воплощалась в СФРЮ в 1950—е—1960—е годы. Югославский комитет по планированию, управленческие функции которого были ограничены, занимался в основном тем, что уговаривал регионы не дублировать развитие одних и тех же производств, сократить финансовые, сырьевые, кадровые и т.п. заявки. В большинстве случаев — тщетно. Поэтому общегосударственное социально—экономическое планирование в Югославии, изначально являясь рекомендательно-прогнозным, уже в начале 1970-х было де-факто отменено. История повторилась в СССР, в последние 4—5 лет его существования — советское руководство не сумело найти «золотой середины»… □ ■ Электричество пришло в деревню. Начало 30—х годов □ Куйбышев не мог, конечно, знать, к каким неудачам приведёт в последующие годы реализация его предложений. Но они развивали практику тех лет. Напомним в этой связи, что первым экономико—управленческим органом страны стал учреждённый в декабре 1917—го Высший совет народного хозяйства (Куйбышев был избран членом Президиума ВСНХ в 1921—м). В его состав входили отраслевые государственные ведомства (Главсахар, Главнефть, Главлесхоз, Главуголь, Центрочай, Центросоль). А на местах были созданы регионально—отраслевые совнархозы. Это был — и юридически, и фактически — объединённый наркомат экономики. В первой половине 1920—х, в условиях НЭПа и стимулируемого Центром расширения социально-экономических прав регионов (это вписывалось в куйбышевскую концепцию первичности местного планирования), в непосредственном подчинении ВСНХ из 37 тысяч предприятий осталось только 4500 наиболее крупных. Тогда же по инициативе Куйбышева, Дзержинского, Орджоникидзе и Рыкова был сформирован первый государственный планово-регулирующий орган СССР — Главное экономическое управление ВСНХ. Но когда со второй половины 1920—х руководство страны взяло курс на централизацию руководства экономикой, управленческо—регулирующие функции ВСНХ и местных совнархозов стали «дробиться» на отраслевые наркоматы, управления, главки. 05 января 1932—го ВСНХ был преобразован в наркомат тяжёлой промышленности. Ранее, в ноябре 1930—го, Куйбышев был назначен председателем Государственной плановой комиссии при СНК СССР. В новых условиях именно этому органу предписывалось планировать социально-экономическое развитие страны, исходя из приоритетности, прежде всего, общесоюзных задач. Куйбышев поддержал Сталина в определении основных направлений, темпов и методов экономического развития. В 1929—м он отмечал, в частности, что «нужно во что бы то ни стало полностью обеспечивать потребности соцстроительства в рабочей силе. Иначе все наши планы останутся на бумаге». Ответственность за их выполнение Куйбышев предлагал закрепить законодательно, предусмотрев как административные санкции, так и уголовное преследование. В зависимости от причин срыва плановых заданий… По некоторым данным, сам Сталин, а также Орджоникидзе с Кировым отговорили Куйбышева от выступления с этим предложением на XVI съезде ВКП(б) в 1930 году. Но его позиция по данному вопросу продолжала оставаться крайне радикальной. Поскольку капиталовложения в тяжёлую индустрию почти сразу превысили ранее запланированную сумму и продолжали расти, была резко увеличена денежная эмиссия. В течение всей первой пятилетки рост денежной массы в обращении более чем в два раза опережал производство предметов потребления. Была ли альтернатива подобной политике? По-видимому, нет. Сталин в свойственном ему духе по полочкам разложил последствия реализации других вариантов экономического развития: «Надо отдавать себе отчёт, к чему бы нас привела подобная политика отодвигания на задний план задач индустриализации. Конечно, мы могли бы из полутора миллиардов рублей валюты, истраченной за этот период на оборудование нашей тяжёлой промышленности, отложить половину на импорт хлопка, кожи, шерсти, каучука и т.д. У нас было бы тогда больше ситца, обуви, одежды. Но у нас не было бы тогда ни тракторной, ни автомобильной промышленности, не было бы сколько—нибудь серьёзной чёрной металлургии, не было металла для производства машин, — и мы были бы безоружны перед лицом вооружённого новой техникой капиталистического окружения. Мы лишили бы себя тогда возможности снабжать сельское хозяйство тракторами сельхозмашинами, — стало быть, мы сидели бы без хлеба». Так в результате индустриализации возникла политическая система, основанная на руководящей роли ВКП(б), государственной собственности на средства производства и минимуме частной инициативы. В то время эта система помогала решать задачи мобилизационного периода развития экономики, который переживала страна. В конце 1932 года было объявлено об успешном досрочном выполнении первой пятилетки за четыре года и три месяца. Подводя её итоги, Сталин сообщил, что тяжёлая индустрия выполнила план на 108%. Её основные фонды за период между 01 октября 1928—го и 01 января 1933—го увеличились в 2,7 раза. □ ■ Монтаж первой турбины на Артёмовской ТЭЦ. 1936 г. □ До сих пор среди части исследователей распространено мнение, будто первый пятилетний план не был до конца выполнен. Эти рассуждения не учитывают, по меньшей мере, двух обстоятельств. Во—первых, он был в первую очередь финансовым, а не производственным. То есть планировал не столько производство, сколько капиталовложения и отдачу от них. Второе обстоятельство заключается в том, что и по фактическому производству пятилетнее задание было выполнено. Как известно, план состоял из двух частей – отправного и оптимального. На деле оказалось, что реальное производство даже в таких областях, как чёрная металлургия и добыча угля, превысило задания отправного варианта. А в большинстве отраслей, особенно тех, которые или создавались заново, или реконструировались, был перевыполнен и оптимальный план. Это позволило руководству партии заявить о досрочном выполнении пятилетки и приступить к подведению её итогов не в 1933—м, а на год раньше. Более того, основные контуры созданной промышленности были видны уже в конце 1930—го, хотя до массового производства ещё было далеко. А главное под руководством Госплана были успешно реализованы масштабные задачи строительства советской промышленности, превратившей СССР из преимущественно аграрной страны в индустриальную державу. В годы первой пятилетки были созданы 1500 крупных предприятий. Казалось, иностранцы, посетившие в те годы Страну Советов, лучше понимали происходящее в ней, чем некоторые современные «эксперты». Особенно восхищались происходящим в СССР журналисты ряда англосаксонских изданий. Журнал «Нейшн» (США) в 1932 году писал: «Четыре года пятилетнего плана принесли с собой поистине замечательные достижения. Советский Союз работал с интенсивностью военного времени над созидательной задачей построения основной жизни. Лицо страны меняется буквально до неузнаваемости… Это верно относительно Москвы с её сотнями заново асфальтированных улиц и скверов, новых зданий, с новыми пригородами и кордоном новых фабрик на её окраинах. Это верно и относительно менее значительных городов. Новые города возникли в степях и пустынях, по меньшей мере, 50 городов с населением от 50 до 250 тысяч человек. Все они возникли в последние четыре года, каждый из них является центром нового предприятия или ряда предприятий, построенных для разработки отечественных ресурсов… Советский Союз организовал массовое производство бесконечного множества предметов, которые Россия раньше никогда не производила: тракторов, комбайнов, высококачественных сталей, синтетического каучука, шарикоподшипников, мощных дизелей, турбин в 50 тысяч киловатт, телефонного оборудования, электрических машин для горной промышленности, аэропланов, автомобилей, велосипедов и нескольких сот типов новых машин… Впервые в истории Россия добывает алюминий, магнезит, апатиты, йод, поташ и многие другие ценные продукты. Путеводными точками советских равнин являются теперь не кресты и купола церквей, а зерновые элеваторы и силосные башни. Колхозы строят дома, хлева, свинарники. Электричество проникает в деревню, радио и газеты завоевали её. Рабочие учатся работать на новейших машинах. Крестьянские парни производят и обслуживают сельскохозяйственные машины, которые больше и сложнее, чем то, что видела когда—либо Америка. Россия начинает «мыслить машинами». Россия быстро переходит от века дерева к веку железа, стали, бетона и моторов». Гиббсон Джарви, председатель банка «Юнайтед доминион» (Англия), в том же 1932—м писал: «Пятилетку высмеивали и предсказывали её провал… Но вы можете считать несомненным, что в условиях пятилетнего плана сделано больше, чем намечалось… Сегодняшняя Россия — страна с душой и идеалами. Россия — страна изумительной активности. Я верю, что стремления России являются здоровыми… Быть может, самое важное в том, что молодёжь и рабочие в России имеют одну вещь, которой, к сожалению, недостаёт сегодня в капиталистических странах, а именно — надежду». Валериан Куйбышев внёс большой вклад в то, чтобы намеченное стало явью, чтобы две пятилетки изменили страну. Он по праву считается одним из отцов советской индустриализации. □ ■ Артёмовская ТЭЦ. 1937 г. □ Однако ставка на «штурмовщину» и выжимание последних соков из русской деревни не могли превращаться в долговременную политику. Согласно многим источникам, в конце апреля 1934—го на расширенном заседании политбюро ЦК Куйбышева в присутствии отмолчавшихся Сталина, Молотова, Кирова и Орджоникидзе обвинили в приверженности «левачеству» в сфере планирования, в «троцкистском пренебрежении» к социально—экономическим реалиям. Предложили оставить должность главы Госплана СССР и сосредоточиться на работе руководителя Комитета советского контроля при СНК. Куйбышев согласился безоговорочно, признав свои «левацкие» ошибки, но отклонив обвинения в троцкизме. Во всяком случае, плановые задания второй пятилетки (1933—1937), составлявшиеся с участием Куйбышева, прорабатывались более тщательно, с использованием прогнозов спроса-предложения на товары и услуги. На XVII съезде ВКП(б) (январь—февраль 1934—го) с докладами о плане второй пятилетки выступили Молотов и Куйбышев. В число задач нового пятилетнего плана партийный форум включил «более быстрый подъём благосостояния рабочих и крестьянских масс и при этом решительное улучшение всего жилищного и коммунального дела в СССР; укрепление экономических и политических позиций пролетарской диктатуры на основе союза рабочего класса с крестьянством...» Среди целевых показателей развития — техническая реконструкция народного хозяйства, программы подготовки кадров и размещения производительных сил (в частности, создание новых опорных баз индустриализации в восточных районах). Куйбышеву удалось в какой—то мере приблизить сложившуюся государственную систему к текущим и перспективным потребностям экономического развития страны. Ещё в конце 1928—го, используя наработки Дзержинского и Орджоникидзе, он выдвинул предложение о создании межрегиональных производственных комплексов, в которых сырьевую «начинку», перерабатывающие технологии, энергоснабжение и кадровую достаточность обеспечивали бы несколько участников таких объединений. Это, по его мнению, сократило бы сверхдальние перевозки разнообразной продукции, уменьшило нагрузку на ограниченное число крупных предприятий общегосударственного значения, нерациональную передислокацию профессиональных кадров. Данное предложение Куйбышева воплощалось со второй пятилетки (1933—1937) и, пожалуй, главное подтверждение тому — многоотраслевые территориально—производственные комплексы на Украине, Урале, в Средней Азии, Восточной Сибири, созданные с конца 1930—х до середины 1980—х годов. Да и сегодня такой подход актуален, схожие проекты реализуются в Российской Федерации. Также вплоть до середины 1980—х претворялись идеи Куйбышева о переработке разнообразного местного сырья в регионах—производителях — «пусть не всегда комплексной, а начальной, первичной, неглубокой, но всё равно — переработки, которая устранит для какой—либо территории роль извечного сырьевого придатка и поставщика. Всё это можно и нужно тщательно изучать, планировать в увязке с общесоюзными социально—экономическими планами». Такие подходы Куйбышева отразились в его докладе о плане второй пятилетки на XVII съезде партии: «В промышленности будет строиться и реконструироваться более 175 машиностроительных заводов, 248 каменноугольных шахт, 79 районных электрических станций, 46 трубчаток и 96 крекингов, 18 крупнейших заводов чёрной металлургии, 25 заводов цветной металлургии, 313 наиболее крупных предприятий лёгкой промышленности и около 350 наиболее крупных предприятий пищевой промышленности». Отметим, что около трети этих предприятий были построены позже — к 1940—1941 годам. Но в результате выполнения второго пятилетнего плана введено в действие 4500 крупных производств. Куйбышев не успел по достоинству оценить усилия своих соратников и учеников — он скоропостижно скончался в январе 1935—го. Но проекты по развитию переработки разнообразного местного сырья, которые им предлагались, разрабатываются или реализуются по сей день. Куйбышев выступал за планомерное освоение земель, которое будет учитывать как традиции их использования в сельскохозяйственных целях, так и экологические факторы, — в отличие, к примеру, от хрущёвских «кукурузовозделывания», уничтожения травопольных севооборотов и чистых паров, шапкозакидательских методов освоения целинно—залежных земель… Отметим в этой связи инициативу 1934 года по комплексному сельхозосвоению Заволжья — восточных районов Самарской, Ульяновской, Саратовской, Сталинградской и Астраханской областей, реализованную в 1940—х — начале 1950—х. Куйбышев предсказывал, что «развёртывание ирригационных работ в Заволжье обеспечит уже в 1937 г. посев на 130 тыс га зерновых на орошаемых землях в этих районах, что явится отправным пунктом великих работ по созданию свободной от случайностей погоды, серьёзной и совершенно стабильной базы хлебного производства на Волге». Такая база, в том числе с помощью межрегиональных полезащитных лесных полос, была создана к середине 1950—х: до 20% товарного урожая пшеницы в СССР и до 25% его в РСФСР обеспечивало к этому времени именно Заволжье. (По мнению некоторых авторов, отсутствие лесозащитных полос и прудов в колхозах и совхозах, которые хоть как—то защищали бы посевы от жары, усугубило положение в южных районах страны в голодные 1932—1933 годы). Но затем, в угоду целинным и прочим «новациям», это регион стал опять превращаться в полупустынный, солончаковый, а в целом — запущенный. Упомянутые же лесополосы в 1960—х — 1990—х частично иссохли, частично были вырублены. Автор этих строк, побывавший в ряде районов Астраханского, Саратовского и Волгоградского Заволжья в 2001 и 2011 годах, свидетельствует: теперь это в большинстве своём снова неиспользуемые в сельском хозяйстве земли, исключая, разве что, редкие участки для выпасов скота… Куйбышев был одним из инициаторов поэтапного развития в нашей стране алюминиевой промышленности на основе месторождений бокситов (Ленинградская, Свердловская области, Красноярский край, Таджикистан, Армения, Северный Казахстан, Южная Украина), а также азотно—тукового производства (в Поволжье, Волго—Вятском регионе и Приуралье). Сегодня эти отрасли, получившие развитие с середины 1930—х, — в числе экспортных «визитных карточек» упомянутых регионов. Примечательно и то, что Валериан Куйбышев чуть ли не ежемесячно призывал свести к минимуму импорт кондитерских изделий, особенно дорогостоящего шоколада. Опять—таки — в связи с широкими ресурсными, кадровыми и технологическими возможностями нашей страны, а также — с производственными традициями отрасли. Куйбышев добился крупных государственных дотаций на реконструкцию в первой половине 1930—х одной из крупнейших в Российской империи и СССР Самарской кондитерской фабрики, основанной купцом Савиновым. Причём призывал изучать и развивать традиции «кондитерского, равно как и целого ряда других производств, основанных до Октябрьской революции». И в частности — «поставить бы дело так, как было оно, для примера, поставлено у Савинова». Куйбышев способствовал созданию «Ударницы» — одного из крупнейших предприятий отрасли, кондитерских фабрик в Воронеже и Ростовской области. Их продукция и сегодня пользуется спросом в России и за её пределами. Как видим, у многих куйбышевских проектов нет срока давности…

Admin: ■ История | 21 августа 2013 г.Правая история.Самодержец со связанными рукамиЯрослав Бутаков, кандидат исторических наук Измена элиты привела к поражению России в Первой мировой войне и последующей катастрофе. □ □ После революции 1917 года оказавшиеся в эмиграции деятели «старого мира» — от монархистов до эсеров и меньшевиков — дружно взвалили большую долю ответственности за случившееся на Николая II, который, по их мнению, был негодным государственным вождём. Эта историографическая легенда в ходу по сей день. Но не имеем ли мы здесь дело с обычным для неудачников стремлением найти виноватого и снять с себя вину? Возьмём для примера хотя бы легенду о таком якобы роковом шаге последнего императора, как вступление в Верховное командование в августе 1915 года. Её сторонники до сих пор не смогли указать ни одного вредного последствия этого шага. Между тем, очевидны его положительные результаты, а также и рациональные мотивы, которыми руководствовался царь, принимая это решение. Как известно, под верховным водительством Николая II русская армия не познала поражений. Может быть, это и простое совпадение, что со вступлением государя в Верховное командование прекратилось отступление русских войск, но факт, как говорится, налицо. В 1916 году — блистательный Брусиловский прорыв. Неудачи возобновились только при Временном правительстве. Часто можно встретить утверждения, что последний царь «в военном деле решительно ничего не понимал»[1]. Факты свидетельствуют об обратном. Как стало ясно уже после войны, стратегические решения, предлагавшиеся Николаем II, были способны решительно переломить её ход в пользу России. И тогда успех революции был бы крайне затруднён. Ещё в апреле 1915 государь повелел готовить десантную операцию на Босфоре. Состояние русских армии и флота позволяло рассчитывать на успех операции. Однако в это время случился Горлицкий прорыв австро—германских войск, и Верховный главнокомандующий Великий князь Николай Николаевич совершил преступное стратегическое расточительство, расформировав десантную экспедиционную армию и бросив её по кускам затыкать бреши во фронте, между тем как выгода от взятия Константинополя явно перевесила бы потерю Галиции, Польши и ряда западных губерний. □ ■ Император благословляет солдат и офицеров Русской армии □ Когда кончилось отступление, Николай II снова приказал готовить десантную армию — на этот раз для удара по Болгарии, только что объявившей войну Сербии. Но командующий этой армией генерал Д.Г. Щербачёв, найдя полную поддержку у начальника царского штаба генерала М.В. Алексеева, саботировал этот приказ, всякий раз ссылаясь на неготовность. Сербия была разгромлена. Николай II, вопреки своим генералам, упорно славшим русские войска в бессмысленную мясорубку под немецкие пулемёты у Нарочи и на Стоходе, был убеждён, что победу в войне нужно искать там, где позиции врага слабее всего. Это же ключевое правило военного искусства! Конец войны подтвердил стратегическую правоту последнего Государя. Прорывы, произведённые в 1918 году союзниками на Балканском и Палестинском фронтах, привели к тому, что в считанные недели стратегическая оборона всего Четверного союза рухнула, как карточный домик. Только… России уже не было к этому времени среди победителей. «Русский Царь уже не был хозяином в своей стране — не был хозяином своей вооружённой силы. Дважды он повелевал овладеть Константинополем — и дважды это повеление не было исполнено Его военачальниками (Великим князем в мае и ген. Щербачёвым в ноябре 1915 года). А когда Государь назначил в третий раз овладеть Царьградом в апреле 1917 года — все сроки оказались безвозвратно пропущенными. Вот основной стержень русской драмы в Мировую войну»[2], — сокрушался военный историк русского зарубежья. Чем же объяснялся саботаж генералов? Только ли их стратегическим недомыслием? Или же, напротив, они видели, что царский план способен привести Россию к победе и… не хотели, чтобы слава этой победы досталась монарху? Учитывая, что отречение Николая II произошло под дулами генерал—адъютантских револьверов[3], вопрос отнюдь не праздный. Решение царя лично занять пост Верховного главнокомандующего имело и внутриполитическое обоснование. Задним числом была придумана легенда о том, что в ставке в Могилёве Николай II оказался оторванным от событий в столице, а правительство между тем окончательно подпало под влияние «распутинской клики». И революция—де застала монархию врасплох. Миф о всесильном Распутине давно разоблачён серьёзными историками и реанимируется лишь на бульварном уровне. Что же касается потери царём рычагов управления, то, напротив, его удаление из столицы как раз и было продиктовано стратегией борьбы с революцией. В случае внезапного захвата революционерами Петрограда государь оказывался вне удара. В его распоряжении оставалась вооружённая сила, с помощью которой можно было подавить восстание. И этот план Николай II начал осуществлять в февральские дни. План рухнул из—за того, что те, на чью лояльность царь рассчитывал — высшие военачальники — в решающий момент предали его. Вряд ли государь переоценивал верность к себе своих генералов. Он наверняка знал, что в их среде существует сильная оппозиция. Но он считал их людьми здравого рассудка, а потому полагал, что в схватке с революцией, как и в 1905 году, они окажутся на его стороне. Он отчётливо видел, чем грозит элитным классам России свержение освящённой веками монархии, да ещё в период мировой войны. Ведь самым своим существованием они были обязаны самодержавному строю, который взращивал и пестовал их. Можно сказать, что ошибка Николая II заключалась в переоценке умственных способностей своих оппонентов: он ожидал, что они поступят рационально, в соответствии с их реальными интересами. □ ■ Император Николай II обходит строй солдат лейб—гвардии Измайловского полка □ Именно дальновидностью, а не мнимой политической близорукостью последнего императора была продиктована его неуступчивость элитарной оппозиции в вопросе о власти. Революция 1917 года явилась побочным следствием ускоренной капиталистической модернизации России и в этом смысле стала историческим банкротством российских элит. Последний царь как раз делал всё, что было в его силах, чтобы предотвратить крушение «старого мира» или хотя бы отсрочить его. Бросая взгляд на регулярность острых политических кризисов в последние годы Российской империи — январь 1905, октябрь 1905, декабрь 1905, июль 1906, июль 1914, август 1915, февраль 1917 гг. — следует удивляться не тому, что самодержавный строй в итоге пал, а тому, что при широко разлитом в обществе враждебном отношении к нему он сумел продержаться так долго. В этом — несомненная заслуга Николая II. Своей политикой он давал элитам время одуматься и прекратить азартную рискованную игру в революцию. Но социальная психология оппозиционных групп российских элит не позволяла этого сделать. Они боролись не против Николая II, а против самодержавного строя вообще, как бы они ни старались прикрыть своё намерение нападками лично на государя. Это стремление многое объясняет в истории последних лет русской монархии и особенно в ходе Первой мировой войны, что давно подмечено: «Недостаток и перебои в боевом снабжении… явились следствием нараставшего хаоса, создаваемого в определённой степени умышленно соперниками царизма в правящих кругах»[4]. Им представлялось, что без царя они смогут лучше управлять народными массами, используя социальную демагогию. Стихия безответственной парламентской борьбы привлекала их сильнее, чем проза служения царю и Отечеству. На такой позиции стояли и многие представители высшей бюрократии, связанной тысячами деловых и личных связей с либеральной оппозицией, что показала «забастовка» Совета министров в августе—сентябре 1915 года. Многие монархисты (по названию) перенимали методы врагов режима, переходя в «оппозицию справа» царской воле, как показало ещё голосование правых в марте 1911 года в Государственном Совете против поддержанного царём законопроекта Столыпина о земстве в Западном крае. В этих условиях не имело значения, кто конкретно находится на троне — борьба в верхах велась против самого принципа самодержавия. Николай II не создавал российских элит — он унаследовал их в готовом виде от всей предшествующей истории русской монархии. Точно так же и промышленная отсталость России досталась ему как тяжёлое наследство. Но кто с чистой совестью рискнёт утверждать, что последний император не прилагал огромных усилий к тому, чтобы ликвидировать эту отсталость и обеспечить России ускоренное экономическое развитие? Причём его усилия не остались втуне — общеизвестно, что в начале ХХ века рост ВВП в России происходил быстрее, чем в любой другой стране мира. □ □ ■ Император Николай II обсуждает план боевых действий с генералами Алексеевым (справа) и Пустовойтенко (слева). Первая мировая война © РИА «Новости» □ Оппозиция постоянно обвиняла царя в «реакционности». Между тем, в стремлении снизить социальную напряжённость и предотвратить революцию самодержавие оказывалось зачастую адекватнее либеральной буржуазии. Но легальные профсоюзы, вводимые С.В. Зубатовым, встретили активное противодействие предпринимательских кругов. В январе 1905 по велению царя министр финансов В.Н. Коковцов созвал совещание промышленников и предложил им одобрить законодательное ограничение рабочего дня, введение обязательного социального страхования рабочих, а также отмену наказаний за стачки с чисто экономическими требованиями[5]. Предприниматели единодушно отвергли эти инициативы. Быть может, в основе этой эгоистической политики капиталистов лежал и тонкий политический расчёт: обострить социальное недовольство в стране, чтобы на его волне придти к власти? Вряд ли лишь капризом толстосумов — таких, как Савва Морозов, — можно объяснить и субсидирование ими революционных партий. В деятельности Николая II, как и любого человека, наверняка можно найти какие—то ошибки. Но совершенно неплодотворное занятие — пытаться объяснить ими гибель Российской империи. Во всех государствах, где существует известное единство элит, последние стараются сгладить ошибки своего государственного вождя. В России начала ХХ века эти ошибки усиленно отыскивались (даже там, где их не было) и выставлялись напоказ именно представителями элит. Они, напуганные социальными движениями низов общества, заранее «сдавали» царя надвигающейся революции, дистанцировались от режима, который хотели считать обречённым (падающего толкни!), надеясь тем самым спасти свои привилегии, но этим лишь углубляли революционный кризис. Любые удачные или неудачные решения и действия Николая II имели ничтожное значение на фоне более важного факта эпохи — усиливающегося расхождения между самодержавием и большинством российских элит по вопросу о коренных основах политического строя. Поведение элитных классов российского общества в начале ХХ века можно сравнить с поведением взбесившихся пассажиров корабля, попавшего в бурю (аналог революционной ситуации). Буря — стихийное явление, которого невозможно избежать. Но им кажется, будто капитан (в данном случае Николай II) по неумению завёл их в самое сердце бури. Они насильно сводят капитана с мостика, запирают в трюм и пробуют рулить сами и отдавать команды матросам. Обречённый корабль тонет вместе с капитаном, экипажем и всеми пассажирами… Тогда как, если у них и был шанс спастись — то лишь продолжая во всём слушаться своего самодержавного капитана. □ [1] — А.А. Брусилов. Мои воспоминания. Минск, 2003. С.185. [2] — А.А. Керсновский. Мировая война. (Белград, 1939). «Москва». 1998, № 10. С.198. [3] — Это образное и совершенно точное, если не по конкретному воплощению, то по сути, определение, как ни странно, принадлежит Л.Д. Троцкому: «Генералы почтительно приставили семь револьверных дул к вискам обожаемого монарха». См.: Л.Д. Троцкий. История русской революции. М., 1997. Т.1. С.109. [4] — Н.Н. Яковлев. 1 августа 1914. М., 1993. С.150. [5] — А.Я. Аврех. П.А. Столыпин и судьбы реформ в России. М., 1991. С.155.

Admin: ■ История | 13 августа 2013 г. Ярослав Бутаков, кандидат исторических наукПравая историяПроиграла ли Россия Первую мировую войну? Часть I28 июля 1914 года началась Первая мировая война, столетие которой мы будем отмечать в следующем году. Если бы исход этой войны решался только на полях сражений, Россию бы ждала победа. □ ■ Русская пехота готовится к атаке. Осень 1914 г. □ Сегодня мы предлагаем анализ событий того времени, который заставляет по—новому взглянуть на участие России в «империалистической», как долго принято было её у нас называть, войне. □ Давно стало расхожим штампом утверждение о том, что царская Россия неудачно вела Первую мировую войну. Со школьной скамьи мы знаем о «неготовности России к большой современной войне», о «бездарности царских генералов» и т.п. Потому, дескать, в России и разразилась революция. Но так ли всё просто? Мы знаем войну, которая для нашей страны складывалась гораздо тяжелее Первой мировой и обернулась для неё значительно более высокими потерями. Это Великая Отечественная война 1941—1945 гг. Вооружённые силы СССР потеряли в ней убитыми и пленными 11,4 млн человек [01], тогда как наши противники (включая сателлитов гитлеровской Германии) — 8,6 млн. [02]. Соотношение безвозвратных боевых потерь армий сторон, таким образом, составило 1,3:1 не в нашу пользу. Однако, как видим, при таком неблагоприятном соотношении потерь война, тем не менее, была выиграна нашей страной. □ ■ Карикатура времён Первой мировой войны □ Если сравнить только по числу убитых в бою (и умерших от ран в госпиталях), вычтя количество пленных, то в 1941—1945 гг. погибло 7 млн бойцов Красной Армии [03], тогда как наших противников — только 4,8 млн [04]. Следовательно, непосредственно на поле брани наших солдат гибло в среднем в полтора раза больше, чем врагов — соотношение ещё менее благоприятное. Но практика показала, что и при таком соотношении потерь Россия может одержать победу в войне. Какие же цифры на этот счёт мы имеем по Первой мировой войне? Здесь у исследователей есть расхождения, но возьмём наиболее известные и авторитетные подсчёты. Число погибших в Русской армии за 1914—1917 гг. составляет 2,1 млн [05], число попавших в плен за эти годы — 2,4 млн [06]. Войска Германии, Австро—Венгрии, Турции и Болгарии в боевых действиях против России потеряли убитыми 1,4 млн [07], пленными — минимум 2,2 млн [08]. Удельный вес этих потерь по странам, воевавшим с Россией, был неодинаков. Наибольшие потери несла Австро—Венгрия. В боях против Русской армии погибло не менее 800 тысяч и в русский плен попало 1,85 млн военнослужащих двуединой монархии Габсбургов. Аналогичные потери Германии составили, соответственно, 400 тысяч и 250 тысяч [09]. Итак, общее соотношение потерь сторон на Восточном фронте Первой мировой войны — 1,25:1 (больше у нас). Как видим, эта пропорция почти равна той, что имела место в Великую Отечественную войну (небольшое отличие отнесём на счёт статистической погрешности), закончившуюся нашей победой. Ровно таким же, как в 1941—1945 гг., было и соотношение убитых — 1,5:1 (не в нашу пользу). Простое сопоставление показывает: при наличии такого же морально-политического единства в тылу, какое было у нас в 1941—1945 гг., Первая мировая война должна была завершиться победой России. Конечно, было бы преувеличением считать, что в 1914—1917 гг. Россия нанесла поражение Германии, от которого та потом не смогла оправиться. Львиную долю своих потерь кайзеровская армия несла на Западном фронте (ещё 1,6 млн убитых, в том числе 1,1 млн до конца 1917 г., и 750 тысяч пленных) [10]. В то же время Австро—Венгрия понесла больше 60% потерь убитыми и почти 75% всех своих потерь именно в боевых действиях против России [11]. Было бы правильно сказать, что сила Австро—Венгрии была сокрушена главным образом Россией. В коалиционной войне, какой была Первая мировая, Россия справлялась с противником, доставшимся ей на долю. Это особенно заметно становится при сравнении потерь сторон на Востоке и на Западе Европы. Армии Франции, стран Британской империи, Бельгии и США в 1914—1918 гг. потеряли на Западноевропейском фронте 2,3 млн человек погибшими, а вместе с пленными — 2,9 млн [12]. Таким образом, союзники понесли общих потерь в 1,25 раза, а потерь только убитыми — в 1,4 раза больше, чем немцы. Как видим, соотношение потерь примерно такое же, как на Восточном фронте, и опять—таки меньше у немцев. Выходит, что противники Антанты (Германия на Западе, Австро—Венгрия, Германия и Турция на Востоке) теряли живой силы меньше, причём в одинаковых пропорциях на обоих главных театрах военных действий. Это означает, прежде всего, что Русская армия воевала против своих врагов не менее успешно, чем армии её западных союзников — против своих врагов. Между тем, западные державы довели войну до победы, тогда как Россия — увы, нет. Отметим, что кайзеровская армия ни разу не была разгромлена на Западном фронте в ходе стратегической наступательной операции армий Антанты. Компьенское перемирие было подписано германским командованием тогда, когда немецкие войска повсеместно находились ещё на чужой территории. И вообще, единственный эпизод в ходе войны, когда солдат противника вступил на германскую землю, имел место в 1914 году в Восточной Пруссии — и это был именно русский солдат! □ ■ Листовка, посвящённая подвигу донского казака Козьмы Крючкова □ Вот один из образцов полководчества союзников в 1915 г.: «У Нев—Шапель командующий английской 1—й армией ген. Хейг двинул 48 батальонов Индийского корпуса для прорыва расположения 3 германских батальонов. Пропорция обеих сторон определялась как 16:1; подготовка атаки англичанами была солидная: действовало 343 орудия, сзади была сосредоточена масса английской конницы для использования прорыва. Однако прорыв ограничился лишь овладением англичанами деревни Нев—Шапель с потерей 12 тыс. человек» [13]. 12 тысяч — это значит, полегла почти целая дивизия. В бою всего против трёх батальонов, то есть одного полка немцев! Так воевали (не всегда, конечно) британцы. Перед началом успешного для нас Брусиловского прорыва летом 1916 г. соотношение живой силы в полосе Юго—Западного фронта было всего в 1,3 раза больше у русских войск, чем у противника, а по количеству артиллерии стороны были равны (при этом австрийцы и немцы имели трёхкратный перевес в тяжёлой артиллерии). Соотношение различалось в полосах разных армий. Так, в полосе 11—й армии противник имел в 1,4 раза больше бойцов и в 1,2 раза больше артиллерии, чем русские войска [14]. Брусиловский прорыв, как известно, стал самым крупным успехом Антанты за период 1915—1917 гг. на всех фронтах. Правда, именно 11—я русская армия наступала тяжелее всего, но всё же и она продвинулась на своём фронте. О чём всё это говорит? О том, что Русская армия в Первой мировой войне сражалась (имея в виду как мастерство и героизм солдат и офицеров на поле боя, так и полководческое искусство высшего командования) явно ничуть не хуже своих союзников по Антанте и будущей Красной Армии в Великую Отечественную войну. Только, в отличие от них, не завершила войну своей победой. Не видно оснований ставить русский командующий состав ниже его противника — кайзеровского генералитета. В действиях последнего имели место и несогласованность, и грубые ошибки. Победа под Танненбергом явилась следствием в первую очередь просчётов русского командования, а не выполнения немцами чёткого плана. «Сами по себе «Канны» явились последним, случайным и при этом не главным этапом армейской операции 8—й германской армии» [15]. □ ■ Карикатура времён Первой мировой войны □ Следствием недооценки сил русских явилось наступление немецких войск на Варшаву осенью 1914 года, закончившееся разгромом 9—й армии хвалёного Гинденбурга и её бегством к границе. Авантюрой была и Лодзинская операция немцев под командованием не менее прославленного Макензена, не превратившаяся в катастрофу по образцу «Канн» для немцев только благодаря случаю. Что касается стратегического руководства кайзеровской армией в Первой мировой войне в целом, то битва с французами на Марне в 1914 году даёт яркий пример его рассогласованности, явившейся главной причиной проигрыша этого сражения немцами. «Германское командование оказалось в состоянии паралича» [16]. Всё познаётся в сравнении. Боевая эффективность русских войск по сравнению с войсками противника была не ниже, чем у английских и французских войск в ту же войну, и не ниже, чем у советских войск в Великую Отечественную. Этот доказанный цифрами факт заставляет отбросить как несостоятельное утверждение о неготовности Русской императорской армии к Первой мировой войне по части военного профессионализма. Почему же ход Первой мировой войны воспринимался в российском обществе как неудачный, а о царских генералах сложился негативный миф как о военных бездарностях — об этом в следующей части. Окончание следует. □ [01] — Всероссийская Книга Памяти, 1941—1945. Обзорный том. М., 1995. С. 411 [02] — Великая Отечественная война 1941—1945. Кн.4. Народ и война. М., 1999. С. 292 [03] — Там же. С. 286; Гриф секретности снят! Потери Вооружённых сил СССР в войнах, боевых действиях и военных конфликтах: Стат. исследование. М., 1993. С. 338 [04] — Гриф секретности снят! С. 391 [05] — Россия и СССР в войнах ХХ века. Потери вооружённых сил. Статистическое исследование. М., 2001. С. 100 [06] — Н.Н. Головин. Военные усилия России в Мировую войну. М., 2001. С. 137 [07] — Б.Ц. Урланис. Войны и народонаселение Европы. М., 1960. Ч. III. Гл. 2 [08] — А.А. Керсновский. История Русской армии. М., 1998. С. 666 [09] — Я.А. Бутаков. Загадка Брестского мира. М.: «Алгоритм», 2011. С. 521—525 [10] — Там же. [11] — Там же. [12] — Там же. С. 382—383; Б.Ц. Урланис. Указ. соч. Ч. III. Гл. 2 [13] — А.М. Зайончковский. Первая мировая война. СПб., 2000. С. 367 [14] — Там же. С. 542—544; Н.Н. Яковлев. 1 августа 1914. М., 1993. С. 196 [15] — А.М. Зайончковский. Указ. соч. С. 186 [16] — Там же. С. 233

Admin: ■ История | 14 августа 2013 г. Ярослав Бутаков, кандидат исторических наукПравая история.Проиграла ли Россия Первую мировую войну? Часть IIРоссийские элиты начала ХХ века были неадекватны реалиям тотальной войны. Они заранее сочли мировую войну проигранной ненавидимым ими «царским режимом» □ ■ Плакат времён Первой мировой войны. «Казак и немцы» □ Широкое распространение в российском обществе в 1915—1917 гг. пораженческих настроений нередко принято связывать только с пропагандой врага и тесно связанной с ним части революционного движения. Такое представление искажает реальную картину дел. Оно было создано в эмиграции представителями дореволюционных элит для того, чтобы снять с себя ответственность за случившееся с Россией. Давно уже доказано: когда либеральная оппозиция устраивала «патриотическую тревогу» по поводу недостаточного снабжения армии, она сознательно раздувала просчёты правительства, чтобы создать в обществе представление, что с «этим режимом» Россия не сможет выиграть войну. Но на то она, впрочем, и оппозиция. Значительно труднее понять, как и почему рассадниками паники становились высшие правительственные сферы. Летом 1915 года военные действия шли ещё в Польше, а министры российского правительства уже всерьёз гадали, куда немцы направят главный удар: на Петроград или на Москву? При этом главнокомандующий Северо—Западным фронтом генерал Н.В. Рузский (одно из главных действующих лиц будущего Февральского переворота), прекрасно знавший обстановку на фронте, нисколько не пытался успокоить министров; наоборот, подливал масла в огонь, говоря, что немцы пойдут на Бологое и «тогда столица сама падёт» [01]. А военный министр А.А. Поливанов, который по должности обязан был быть примером стойкости и оптимизма, безнадёжно говорил коллегам в те дни: «Уповаю на пространства непроходимые, на грязь невылазную и на милость угодника Николая Мирликийского» [02]. □ ■ Карта боевых действий Первой мировой войны □ Яркой иллюстрацией фатального пессимизма, охватившего в то время различные круги российского общества, могут служить недавно опубликованные дневники военных лет известного публициста Л.А. Тихомирова [03]. Как показывают, например, его записи о секретных переговорах России с союзниками по вопросу Дарданелл, он в ряде случаев владел довольно эксклюзивной информацией из первых рук. Тем удивительнее, что на протяжении 1915—1916 гг. он неизменно демонстрирует убеждённость в том, что война Россией уже безнадёжно проиграна. Его сообщения строятся на гиперболизируемых слухах, циркулирующих в обществе, и, несомненно, отражают общее состояние умов того времени. Во время отступления Русской армии летом 1915 г. Тихомиров нередко, без всякой связи с оперативной обстановкой, задаётся вопросом, дойдут ли немцы до Москвы? И обычно отвечает на него утвердительно. Вот его типичные оценки: «У нас нет плана, нет умения исполнять планы, и мы ведём войну по указке неприятеля», «Похоже, что наши армии имеют в виду отступать до Москвы, а может, и дальше», «Правду сказать, я теперь уже не имею никакого сомнения в победе Германии. Вопросы могут быть лишь частные: возьмут ли немцы Москву? Возьмут ли они Петербург? Но они, конечно, победят… У нас — всё скверно, и подданные, и правительство, нет ни ума, ни знаний, ни порядка, ни даже совести. Из всех же наших зол — самое ужасное — это власть, которая, вероятно, погубила бы нас даже и в том случае, если бы мы были порядочным народом». И это писал монархист! Тихомиров огульно отметает свидетельства близко стоящих к делу людей о том, что «теперь произведено снарядов огромно — на заводах, организованных правительством» и что «о настроении войска тоже пишут, что оно бодрое и у всех есть уверенность в победе». Как мы теперь знаем, именно эти свидетельства были ближе всего к истине. Брусиловский прорыв 1916 г. не прибавил ему и окружавшим его общественным слоям оптимизма: «Разве есть сомнение, что это малейшее и эфемерное движение, которое тотчас сменится полным бездействием… если только не чем—нибудь хуже?» Приводя заявление Брусилова корреспонденту одной из газет в начале 1917 г. о том, что «в 1917 г. мы победим немцев», Тихомиров задаёт вопрос: «Откуда такая зряшная болтовня у генерала, без сомнения, умного?.. Ведь всё равно никто не верит, да и как можно верить, когда доказано фактами, что наша армия неспособна побеждать немцев». Опять же, как теперь известно, у Брусилова с чисто военной точки зрения были все основания для такого утверждения. Тихомиров, как мы отметили, был не одинок в своём пассивном пораженчестве, ибо свои оценки он черпал из настроений и мнений окружающего общества. Таким образом, прежде поражения на поле боя российские элиты уже проиграли врагу в психологическом противостоянии. Тяготы войны для России бессознательно преувеличивались молвой. Об этом мы теперь можем судить по цифрам и фактам. Общеизвестно, что рост цен, дефицит продуктов первой необходимости и падение жизненного уровня населения в России к началу 1917 года были значительно меньше, чем в Германии или Франции. Первая мировая война значительно слабее ударила по народному хозяйству России, чем других воевавших европейских стран. Хотя в России было мобилизовано в армию 15,4 млн человек, но в процентном отношении к общей численности населения (165,7 млн к 1914 г. [04] без Финляндии, но с Польшей, где также проводилась мобилизация) это было всего лишь 9,3%. Тогда как в Великобритании — 10,7%, в Италии — 15%, в Австро—Венгрии и Франции — по 17%, а в Германии — 20% всего населения [05]! □ ■ Плакат времён Первой мировой войны «Подвиг и гибель летчика Нестерова», 1915 г. □ Безвозвратные людские потери России в абсолютных цифрах (считая умерших в плену) оказались выше, чем в любой другой стране, участвовавшей в Первой мировой войне — 2,25 млн. Однако в относительных величинах это означало, что погиб один человек на каждые 73 человека населения, тогда как в Англии (700 тысяч погибших) — 1 на 69, в Италии (600 тысяч) — 1 на 62, в Австро—Венгрии (1,4 млн) — 1 на 38, в Германии (2 млн) — 1 на 35, а во Франции (1,3 млн погибших) — 1 на 30 человек населения [06]! В ходе войны Россия потеряла территории ряда западных губерний, где до войны проживало, по приблизительным прикидкам, примерно 11—12 млн человек [07]. Эта потеря не идёт ни в какое сравнение с колоссальными потерями СССР в 1941—1942 гг., несмотря на которые наша страна оказалась способна выиграть войну. Относительно всей страны эта потеря вполне сопоставима с потерей Францией в самом начале войны в 1914 г. ряда промышленно развитых и густонаселённых северо—восточных департаментов. Итак, никаких реальных оснований для безнадёжного пессимизма по поводу хода и исхода войны у российских элит в 1915—1916 гг. не было. Субъективное восприятие радикально искажало подлинную картину дел. Но справедливости ради необходимо отметить, что у российского общества имелись объективные предпосылки для такого неадекватного восприятия действительности. Испытания, переживавшиеся Россией с 1914 года, не были непереносимыми, но они были беспрецедентными для страны. Как это ни парадоксально, но великая Российская держава оказалась избалована веками своего могущества. Впрочем, любой парадокс в истории только кажущийся, на самом же деле это просто ещё недостаточно раскрытая нами закономерность. Когда в августе 1914 г. в Восточной Пруссии немцы окружили и пленили два русских корпуса, страна пережила настоящий шок: ведь ничего подобного она не испытывала со времён Нарвской «конфузии» 1700 года! Отступление 1915 года, ограничивавшееся пределами нескольких западных губерний (даже не великорусских), было названо «великим». Хотя в 1812 году неприятель даже взял Москву, но в те далёкие времена отступление происходило в узкой полосе, а теперь существовал сплошной фронт. Но всё это было сущей мелочью по сравнению с тем, что неоднократно испытывали в течение XIX столетия другие великие европейские державы. Им не раз пришлось пережить моменты полного военного поражения, капитуляции, вражеской оккупации значительной части территории. Франция была полностью оккупирована врагами с 1814 по 1818 год, а в 1870—1871 гг. она ещё раз была очень близка к этому. Пруссия была в 1806 году разгромлена и целиком оккупирована врагом. Австро—Венгрия терпела сокрушительные поражения в войнах 1796—1797, 1800—1801, 1805, 1809, 1859—1860, 1866 гг., выиграв за всё это время лишь войну 1813—1814 гг., и то лишь в коалиции с другими державами. Для России же со времён Петра Великого поражение в войне воспринималось как нечто исключительное. Тем более что почти все войны велись на чужой территории (исключение — война 1812 г., но неприятель был изгнан из России менее чем за полгода) и в буквальном смысле «малой кровью», то есть не числом, а умением. Сдача Севастополя (ставшего русским лишь за 60 лет до этого) в Крымскую войну приравнивалась к национальному позору, равно как и сдача Порт—Артура в 1904 г. Поэтому у многих просто не укладывалось в голове, что могущество России может натолкнуться на неодолимую внешнюю силу. Постулат о «непобедимости России» настолько въелся в сознание людей, что они были не в состоянии объяснить, почему Россия до сих пор не разгромила врага, простой причиной: Россия не так сильна, как привыкли думать. Верноподданническое сознание охотнее склонялось к другому объяснению: тайные враги, некие «тёмные силы», окопавшиеся у власти, препятствуют победе России. □ ■ Брусиловский прорыв □ Миф о тайных «немецких агентах», вездесущих и всесильных, определял сознание широких слоёв населения России в ту войну. К слову, здесь Россия не представляла собой чего—то уникального среди воевавших стран: там тоже всюду искали и находили «вражеских шпионов» (знаменитая Мата Хари, как теперь выясняется, вряд ли сознательно работала на германскую разведку). Но, пожалуй, только в России «охота на ведьм» сыграла такую большую и зловещую политическую роль. Показательным здесь служит дело военного министра В.А. Сухомлинова, обвинённого в государственной измене. Дело Сухомлинова сыграло существенную роль в дискредитации власти накануне революции. Это было ясно уже современникам. Британский министр иностранных дел Э. Грей в беседе с председателем российской парламентской делегации А.Д. Протопоповым иронично сказал: «Ну и храброе же у вас правительство, раз оно решается во время войны судить за измену военного министра!» [08] Обвинение в измене так и не было доказано даже пристрастным судом Временного правительства, который приговорил Сухомлинова к пожизненному заключению «за халатность», чем «либеральный» февральский режим показал свой правовой нигилизм: ведь ни один закон не предусматривал столь сурового наказания за такое преступление! Психологическая стойкость российских элит оказалась ниже, а их связь с собственным народом — слабее, чем у элит других европейских держав — участниц Первой мировой войны. Этот тяжёлый исторический урок, последствия которого Россия не изжила по сей день, должен служить назиданием любым нынешним и будущим властям России. □ [01] — А.Н. Яхонтов. Тяжёлые дни. Секретные журналы заседаний Совета Министров, 16 июля — 2 сентября 1915 г. В кн: Архив русской революции. Под ред. Г.В. Гессена. Берлин, 1926. Т. 18. С. 65. [02] — Там же. С. 37. [03] — Л.А. Тихомиров. Дневник. 1915—1917. / Сост. и комм. А.В. Репников. М.: РОССПЭН, 2008. [04] — http://www.demoscope.ru/weekly/knigi/polka/gold_fund05.html [05] — А.М Зайончковский. Первая мировая война. СПб., 2000. С. 836. [06] — Б.Ц. Урланис. Войны и народонаселение Европы. М., 1960. Ч. III. Гл. 2; Я. А. Бутаков. Загадка Брестского мира. М.: «Алгоритм», 2011. С. 521—526. [07] — Подсчитано по: А.Г. Рашин. Население России за 100 лет (1813—1913). М., 1956. [08] — П.Г. Курлов. Гибель императорской России. М., 1992. С. 200.

Admin: ■ История | 28 июня 2013 г.Опасная историяНеизвестное цареубийствоВалерий Шамбаров С тех пор, как произошла бессудная расправа с Николаем II и его семьёй, минуло без малого 95 лет. Годовщина трагедии — день общероссийского поминовения царственных мучеников. Предваряя трагическую дату, предлагаем взгляд нашего постоянного автора на редко упоминаемые, а вместе с тем весьма важные обстоятельства преступления, не имеющего срока давности. □ ■ Семья Николая II □ Измена и обман: Тобольск вместо Крыма □ Екатеринбургской расправе предшествовали события, о которых чаще всего предпочитали не вспоминать ни на Западе, ни в либеральных эмигрантских кругах. Как известно, Николай II до конца сохранял рыцарскую верность союзникам по Антанте, спасал их от разгрома в 1914, 1915, 1916 годах. Расплатились с ним за это «сполна». Сейчас уже широко известны факты, свидетельствующие о том, что к российской революции приложили руку правящие круги западных держав. В правительстве Англии, по донесениям дипломатов, радость по поводу революции «была даже неприличной». Ллойд Джордж, узнав об отречении царя, воскликнул: «Одна из целей войны теперь достигнута!» Британский посол в Петрограде Бьюкенен поздравил «русский народ» с революцией. Указал, что главное достижение России — это то, что «она отделалась от врага». Под «врагом» понимался Николай II. Для этого были пущены в ход клеветнические сплетни о связях государя и его супруги с Германией — хотя всего месяц назад Англия наградила Николая II орденом Бани I степени и произвела в британские фельдмаршалы «в знак искренней дружбы и любви». Искажались и сами события. Ведь царя в общепринятом смысле не «свергали». 02 (15) марта его вынудили отречься в пользу брата Михаила и утвердить список правительства, буквально подсунутый ему заговорщиками. Но впоследствии обманули и Михаила. Запутали в переговорах и убедили отказаться от власти до решения Учредительного собрания. На первый взгляд это выглядело достойно и солидно — так же, как в 1613 году. Тогда Земский собор призвал на царство Михаила Фёдоровича. А пока, до Учредительного собрания, правительство приняло название Временного и всю полноту власти — что и требовалось заговорщикам. Николай II всего лишь неделю после отречения оставался на свободе. Съездил в Ставку, попрощался с офицерами. Арестовали его подло, исподтишка, 21 марта, когда возвращался из Ставки домой. 22 марта новую российскую власть признали США, и президент Вильсон гневно осудил «автократию, которая венчала вершину русской политической структуры столь долго». Через день последовало признание со стороны Англии, Франции и Италии. Перед Временным правительством встал вопрос о будущей судьбе Николая II. Оно сочло пристойным выходом из положения выезд государя в Англию и обратилось к Великобритании с соответствующей просьбой. 23 марта Бьюкенен сообщил о положительном решении… Однако обстановка «вдруг» стала резко ухудшаться. Председатель Петросовета Чхеидзе направил отряд Мстиславского (Масловского), чтобы устроить покушение на государя. Тогда планы были сорваны, так как царскую семью охранял батальон георгиевских кавалеров, не пропустивший головорезов. Ответом на «неожиданно» возникшую во Временном правительстве идею судить царя и создание особой следственной комиссии стала подготовка офицерами-монархистами побега августейшей семьи через финскую границу в Швецию. Но Николай отказался. Он знал о своей невиновности и не пожелал превращаться в беглеца. Меж тем решение о легальном выезде «зависло». Временное правительство указывало, что Николай Александрович нужен для показаний следственной комиссии. Англичане поднимали мелочные вопросы об оплате проживания. У царя же денег не было. Все личные средства, около 200 млн руб., он в годы войны пожертвовал на нужды раненых и семей погибших. Кроме того, британцы не желали рисковать кораблём. Через датчан Временное правительство запросило немцев. Германское командование в данном случае повело себя благородно, заверило: «Ни одна боевая единица германского флота не нападёт на судно, перевозящее государя и его семью». Но… когда и этот вопрос утрясли, из Лондона вдруг пришёл странный ответ: «Правительство Его Величества больше не настаивает на переезде царя в Англию». (Как будто оно прежде «настаивало»!) А вскоре последовала официальная нота — до окончания войны Романовых принимать отказались. «Британское правительство не может посоветовать Его Величеству (т.е. своему королю Георгу V) оказать гостеприимство людям, чьи симпатии к Германии более чем хорошо известны». Вот так. Николая Александровича, столько сделавшего для союзников, голословно и огульно обвинили в прогерманских симпатиях! Между тем, особая следственная комиссия, несмотря на откровенную пристрастность, на попытки подтасовок, перелопатив горы документов и допросив сотни свидетелей, ни единой зацепки для доказательства «измены» Николая II и царицы не нашла. Развела руками — никаких оснований для суда нет. Романовы обратились с предложением отправить их в Крым, в Ливадию. Цесаревич Алексей и его сёстры недавно перенесли корь в тяжёлой форме, им не мешало подлечиться. Керенский обещал исполнить просьбу. Но на совещании четверых министров — Львова, Терещенко, Некрасова и Керенского, без привлечения других членов кабинета, всех членов царской семьи почему—то было решено выслать в Тобольск. Настроенных на отъезд в Крым, их поставили перед фактом — впереди Сибирь. Отправили тайно, в ночь на 01 августа. Вскоре правительству Керенского стало не до царственных узников, а потом власть и вовсе сменилась. □ Территория Свердлова □ Большевики также вынашивали идею устроить над царём публичное судилище. Троцкий вызывался быть обвинителем. Но, изучив материалы следственной комиссии Временного правительства, поняли: красивого процесса не получится, только осрамишься. Вопрос отложили на потом. □ ■ Яков Свердлов □ Тобольск же попал в ведение Западносибирского областного совета рабочих и крестьянских депутатов, который относился к царю достаточно сносно. Приказали содержать — ну и содержали. Однако повышенный интерес к Николаю II неожиданно начал проявлять соседний Уральский совет. Это была персональная «епархия» Якова Свердлова. Яков Свердлов был совсем не простой фигурой. В 1905—1906 годах выступал могущественным вожаком боевиков, сформировал на Урале натуральную мафию. Через брата, нью—йоркского банкира Вениамина Свердлова, был связан и с крупными американскими финансистами, выступал одним из их эмиссаров в большевистском руководстве. На Урале верховодили его ставленники Белобородов, Голощекин, Войков, Сафаров, Дидковский, Вайнер, Юровский и др. Они вдруг принялись беспокоиться о возможном побеге царской семьи. Высылали к Тобольску вооружённые заставы — в случае чего перехватить, а пользуясь случаем, и совершить покушение на жизнь царских особ «при попытке к бегству». В действительности для Николая вместе со всей семьёй бежать было проблематично. Монархисты образца 1918 года проявили полную беспомощность. Им не хватало денег, людей, а главное — решимости и организованности. Дело ограничивалось робкими поездками в Тобольск «на разведку». Свердлов же и его подручные в любом случае не намеревались выпускать Николая II живым. Убийство привлекало радикальных революционеров, и было им необходимо, чтобы отрезать пути назад, «сжечь мосты». Для Свердлова и деятелей его круга цареубийство имело, помимо прочего, идеологическое значение. Ведь царь символизировал собой великое православное государство, которое предстояло разрушить «до основания». Ну а с «прагматической» точки зрения его смерть больше всего устраивала западные державы. Все соглашения о послевоенных переделах мира и уступках для России заключались с Николаем II. Не станет его — не станет обязательств. Первые потуги Уральского совета убить или захватить царя кончились плачевно. Западносибирскому совету не понравились чужие заставы в их владениях. Некоторых уральцев арестовали, других убили в перестрелках. Тогда «свердловцы» пошли другим путём. К государю и его семье было приставлено 330 солдат охраны. О них все забыли, они не получали жалованья, обносились. Сам Свердлов обласкал председателя коммунистической ячейки отряда Лупина, когда тот приехал в столицу. 01 апреля 1918 года было принято постановление президиума ВЦИК (Всероссийского центрального исполнительного комитета советов депутатов): выделить деньги, сменить караул и «перевести всех арестованных в Москву». □ ■ Расстрел царской семьи □ Правда, когда Лупин уехал, 6 апреля президиум ВЦИК принял другое постановление — о переводе не в Москву, а на Урал. Заметим, президиум ВЦИК не собирался почти никогда. Решения принимал единолично Свердлов. На основе подобных постановлений была организована операция по вывозу царской семьи из Тобольска. Свердлов поручил её своему бывшему боевику К.А. Яковлеву (Мячину). Выдал ему мандат за подписью Ленина с полномочиями вплоть до расстрела за неисполнение его распоряжений. Яковлев получил 5 млн руб. «николаевскими», поезд, отборный отряд. Вспоминал: «Я переспросил: «груз» должен быть доставлен живым? Тов. Свердлов взял мою руку, крепко пожал её и резко отчеканил: «Живым». В Тобольске Яковлев выплатил солдатам долги по жалованью, чем сразу расположил их к себе. Предъявил мандат, сообщив, что прибыл увезти царскую семью. Но пункт назначения скрыл. Царственная семья и охрана пребывали в уверенности, что их доставят в Москву. Свердлов не зря выбрал Яковлева, исполнителя крайне дисциплинированного. Приказ был — живым, значит — живым. Он пугал противящихся грозным мандатом, прорывался через заслоны, ощетинившись пулемётами, поворачивал поезд то в одну, то в другую сторону. Свердлов телеграммами пытался образумить своих уральских подручных, торопившихся совершить злодеяние: «Всё, что делается Яковлевым, является прямым выполнением данного мной приказа. Сообщу подробности специальным курьером… Яковлеву полное доверие. Ещё раз: никакого вмешательства». Наконец, 30 апреля Николая и его близких высадили на станции «Екатеринбург—2». □ Тайны замысла □ Сюда же, на территорию Уральского совета, свозили и других представителей дома Романовых. Брата государя Михаила Александровича прислали в Пермь. В Алапаевске разместили великую княгиню Елизавету Фёдоровну, великого князя Сергея Михайловича, князей Иоанна, Константина и Игоря Константиновичей. Может возникнуть вопрос, зачем понадобились такие сложности? Получи Яковлев иной приказ, он легко «ликвидировал» бы государя по дороге. Но надо учитывать — далеко не все в советском руководстве были сторонниками подобных действий. Многие отмечают «мистическое совпадение»: династия Романовых началась в Ипатьевском монастыре и закончилась в доме Ипатьева… Но на самом—то деле совпадения не было! Его создали искусственно. «Дом Ипатьева» принадлежал купцу Г.И. Шаравьеву. А в январе 1918 года его купил инженер Ипатьев. Что выглядит очень странно. В январе 1918 года недвижимость в России не покупал никто. Уже были национализированы банки, счета, а домовладельцев приравняли к буржуям. Те, кто сохранил деньги, обращали их в золото и валюту. Но Э. Радзинский сообщает, что Ипатьев был хорошим знакомым Войкова. Очевидно, он и помог со сделкой. А в апреле тот же Войков потребовал от Ипатьева выехать. В общем, нашли человека с подходящей фамилией, чтобы дом стал «домом Ипатьева». Обеспечили «роковое совпадение». К приезду царя здание превратили в тюрьму, обнесли двойным забором. Первая расправа грянула 12 июня в Перми. Великого князя Михаила Александровича и его секретаря Джонсона тайно расстреляли и объявили, будто они сбежали. Почему начали с Михаила Александровича? Напомним, что он отрёкся от власти с оговоркой — если его не призовёт на престол Учредительное собрание. С юридической точки зрения он всё ещё оставался кандидатом на трон. □ ■ Комната в подвальном этаже дома Ипатьева, где были убиты члены царской семьи и их приближённые □ Расправа над Михаилом Александровичем могла быть «пробным шаром» — посмотреть, как отреагируют иностранцы, «общественное мнение». Кроме того, создавалась легенда о некой подпольной организации, которая смогла похитить Михаила Александровича, а значит, могла организовать побег и для Николая II. В рамках этой провокации в дом Ипатьева начали передавать записки за подписью «Офицер» — дескать, держитесь, освобождение близко! Фабриковал их Войков. Потом их добавили к доказательствам, что цареубийство было необходимо. Что же касается зарубежья, то до царской семьи никому дела не было. Воспитателю наследника Алексея Жильяру удалось вырваться на свободу. Незадолго до цареубийства он обратился к британскому консулу. Описал ему ситуацию и молил предпринять шаги для спасения Николая II, его жены и детей. Могло ли подействовать твёрдое дипломатическое вмешательство? В той тяжёлой обстановке, в которой очутились большевики летом 1918—го, могло. По крайней мере, оно могло заставить их осторожничать, отложить расправу. Но Жильяру ответили, что, по мнению англичан, положение царя «не является угрожающим»! В начале июля Голощёкин отправился из Екатеринбурга в Москву на съезд Советов. Он жил у своего друга и покровителя Свердлова, где и получил окончательные инструкции. В это же время, 04 июля, была заменена внутренняя охрана дома Ипатьева. Вместо красногвардейцев Злоказовской фабрики поставили латышей из спецотряда Свикке. А вместо коменданта Авдеева назначили Юровского — он был доверенным лицом Свердлова по самым грязным делам. В 1990 году на аукционе «Сотби» было выставлено донесение Белобородова в Москву о цареубийстве: «Ввиду приближения контрреволюционных банд к красной столице Урала Екатеринбургу и ввиду того, что коронованному палачу удастся избежать народного суда (раскрыт заговор белогвардейцев с целью похищения бывшего царя и его семьи) президиум Ур. Обл. Сов. Раб., Кр. и Кр. Арм. Депутатов Урала, исполняя волю революции, постановил расстрелять бывшего царя Николая Романова, виновного в бесчисленных кровавых насилиях над русским народом. В ночь с 16 на 17 июля приговор этот приведён в исполнение. Семья Романовых, содержавшаяся вместе с ним под стражей, эвакуирована из города Екатеринбурга в интересах общественного спокойствия». Исследователи обратили внимание — в датах 16 и 17 были проставлены только единицы, а цифры 6 и 7 вписаны позже, другими чернилами. Текст согласовывался заранее, во время пребывания Голощёкина в Москве. Намечалась вторая декада июля. А конкретный день уточнили позже, вписав цифры в готовое донесение. □ Палачи □ По возвращении Голощёкина закипела подготовка к экзекуции. Юровский копался в глухом углу у Ганиной Ямы, выбирал место для сокрытия трупов. Заготавливались керосин и серная кислота для уничтожения тел. И спирт — поить участников. Белогвардейское следствие потом установило: за день до убийства в Екатеринбург прибыл специальный поезд из паровоза и одного вагона. Привёз человека в чёрной одежде с «чёрной, как смоль, бородой». Кто это был, до сих пор неизвестно, но при нём была персональная охрана из 6 солдат. Очевидно, кто—то из столичных начальников прибыл проконтролировать акцию. □ ■ Ипатьевский дом □ Юровский в эти дни обменивался шифровками со Свердловым. Отступая из Екатеринбурга, большевики забыли телеграфные ленты. Они попали к следователю Н.А. Соколову. Расшифровали их только в 1922 году. При этом открылось, что в преступлении были замешаны не только большевики. Есть данные, что Свердлов получал какие—то указания из—за океана, через американскую миссию, находившуюся в Вологде. Юровский при переговорах предлагал убить «главу семьи», а жену и детей эвакуировать. Но Свердлов дважды подтвердил — надо ликвидировать «всю семью», это приказ «свыше». Подобрали бригаду из 12 человек. Двое латышей отказались стрелять в девушек, их расстреляли самих, заменили другими исполнителями. Собрались в доме Ипатьева вечером 16 июля. Ермаков опоздал, он готовил и поил команду для сокрытия трупов. Прибыли и Голощёкин, Белобородов. Около двух часов ночи узников разбудили, потребовали сойти в подвал — мол, в городе неспокойно. 11 человек умылись, оделись, спустились вниз. Николай Александрович, Александра Фёдоровна, Алексей (отец нёс его на руках), царевны Ольга, Татьяна, Мария, Анастасия, врач Боткин, повар Харитонов, лакей Трупп и комнатная девушка царицы Демидова. Александра Фёдоровна попросила принести стулья — принесли лишь два, для неё и царевича. Юровский попросил всех пройти к восточной стене. Вежливо и деловито расставил — по профессии он был фотографом. Потом вошли убийцы. Юровский зачитал приговор. Царь попытался переспросить: «Как, я не понял?» Но Юровский выстрелил в него. Началась бешеная пальба. Комнату заволокло дымом, летела крошка известки, пули рикошетили, грозя задеть «своих». Юровский дал команду прекратить огонь. Охранник Стрекотин вспоминал (орфография сохранена подлинная): «…Наследник всё ещё сидел на стуле. Он почему—то долго не упадал со стула и оставался ещё живым. Впритруть начали стрелять ему в голову и в грудь, наконец и он свалился со стула… Второй на носилки стали ложить одну из дочерей царя, но она оказалась живой, закричала и закрыла лицо рукой. Кроме того, живыми оказались ещё одна из дочерей и та особа, дама, которая находилась при царской семье… тогда тов. Ермаков, видя, что я держу в руках винтовку со штыком, предложил мне докончить оставшихся в живых. Я отказался, тогда он взял винтовку и начал их доканчивать. Это был самый ужасный момент их смерти. Они долго не умирали, кричали, стонали, передёргивались. В особенности тяжело умирала та особа, дама. Ермаков ей всю грудь исколол…» Охранник Нетребин писал: «Младшая дочь б. царя упала на спину и притаилась убитой. Замеченная тов. Ермаковым, она была убита выстрелом в грудь. Он встал на обе руки и выстрелил ей в грудь». По воспоминаниям М.А. Медведева, Демидова, закрывшаяся при расстреле подушкой, закричала: «Слава Богу! Меня Бог спас!» Подошли, ударили штыками. А охранник Кабанов свидетельствовал: «Один из товарищей в грудь фрельны стал вонзать штык американской винтовки «Винчестер». Штык вроде кинжала, но тупой, и грудь не пронзал, а фрельна ухватилась обеими руками за штык и стала кричать. Её добили прикладами ружей». Трупы вывезли к Ганиной Яме. Стали раздевать и нашли бриллианты, зашитые в лифы царевен. Начался ажиотаж, поиски драгоценностей. Все участники были вдребезги пьяны. Долго не могли найти место, намеченное для захоронения. Сжигать поленились. Побросали тела в старую шахту и забросали гранатами. За халтуру последовал разнос от начальства. На следующий день заставили переделывать под контролем Голощёкина, Белобородова и чернобородого посланца из Москвы. Тела извлекали из шахты, расчленяли, жгли на костре и серной кислотой (было израсходовано не менее 30 вёдер керосина и 11 пудов кислоты). То, что осталось, попрятали по болотам и старым штольням. На день позже царской семьи, вечером 17 июля, произошла расправа в Алапаевске. За город вывезли великую княгиню Елизавету Фёдоровну (после смерти мужа от руки террориста она приняла постриг, была настоятельницей Марфо—Мариинской обители). С ней казнили келейницу монахиню Варвару, великого князя Сергея Михайловича, князей Иоанна, Константина, Игоря Константиновичей, Владимира Палея и Ф. Ремеза. С побоями и издевательствами их привели к старой шахте. Завязывали глаза и заставляли идти по доске, чтобы падали вниз. Сергей Михайлович попытался ухватить с собой одного из палачей, и его застрелили. Остальные падали с высоты 20 метров. Из шахты ещё долго неслись стоны, крики, молитвенные песнопения Елизаветы Фёдоровны. Это привлекало крестьян. Убийцы несколько раз возвращались. Бросали в шахту бомбы, потом кинули горящую серу, чтобы удушить. Кто из советского руководства, кроме Свердлова, санкционировал эти злодеяния, точных сведений нет до сих пор. Известно, что к цареубийству были причастны Зиновьев и Урицкий. Имеются основания полагать, что всё происходило с ведома Троцкого и самого Ленина, однако однозначных свидетельств пока недостаточно. Даже на заседании правительства большевиков была оглашена искажённая информация — будто убили только царя, а всю его семью эвакуировали. Осмысленное совместное лицемерие или ложь одной из группировок большевистской верхушки? Это ещё предстоит установить. Однако уже теперь можно со всей ответственностью утверждать: убийство царя Николая, как и всех царственных мучеников, было преступлением тщательно подготовленным, продуманным, управлявшимся из большевистского правительства и имевшим покровительство за рубежом.

Admin: ■ 11—03—2014Россия и Крым Происходящие на Украине события, решение Верховного совета Автономной Республики Крым о вхождении этого полуострова в состав Российской Федерации в качестве её субъекта обусловливают, естественно, повышенное внимание общественности к историческому аспекту вопроса. По просьбе читателей рассказать об истории Крыма и города Севастополя, об эволюции их правового статуса в XVIII—XX столетиях мы публикуем справку, подготовленную на основе материалов книги Андрея Владимировича Фёдорова «Правовой статус Крыма. Правовой статус Севастополя», вышедшей в издательстве МГУ им. М.В. Ломоносова в 1999 году. □ Таврическая губерния □ ■ Вхождению Крыма в состав Российской империи предшествовало заключение Кючук-Кайнарджийского мирного договора 1774 года, который завершил русско—турецкую войну 1768—1774 годов и заложил основу последующего вхождения Крыма в состав России. В соответствии с этим договором Крымское ханство приобрело независимость от Турции. □ □ ■ 08 апреля 1783 года был издан манифест о присоединении Крыма, Тамани и Кубани к России, а уже в июне 1783 года основан город Севастополь. Менее чем через год после издания манифеста императорским указом от 02 февраля 1784 года была учреждена Таврическая область, впоследствии, в 1802 году, преобразованная в губернию. ■ Было образовано семь уездов, из которых пять (Симферопольский, Левкопольский и созданные несколько позже, в 1787 году, Феодосийский, Евпаторийский и Перекопский) располагались в пределах Крымского полуострова, а три — на материке. В 1837 году из состава Симферопольского выделили восьмой, Ялтинский уезд, после чего административно—территориальное деление почти не изменялось вплоть до 1920—х годов. ■ Основная соперница России на Чёрном море, Турция, признала принадлежность Крыма России лишь в результате заключения в 1791 году Ясского мира, завершившего русско—турецкую войну 1787—1791 годов. ■ Присоединение Крыма к России способствовало позитивным сдвигам в различных сферах жизни края. Население полуострова стало быстро увеличиваться за счёт переселенцев, в основном русских и украинцев, а также за счёт части татар и ногайцев, возвращавшихся из Турции по мере того, как обстановка в Крыму стабилизировалась. ■ После вхождения Крыма в состав России всем жителям полуострова были предоставлены определённые свободы, в частности свобода вероисповедания, свобода передвижения, они были освобождены от воинской повинности. А в начале XIX века было создано четыре татарских полка добровольцев, которые осуществляли охрану порядка. ■ Императорским указом в феврале 1784 года татарской феодальной знати предоставили права российского дворянства. Большинство её представителей получило земли. Представители мусульманского духовенства были освобождены от уплаты налогов. Серией законодательных актов татарские и ногайские поселяне были приравнены к различным категориям крестьян Российской империи. ■ В 1827 году татарское население получило право иметь в собственности недвижимое имущество. Местные земледельцы могли свободно продавать и закладывать свои земли, а обрабатывавшие помещичьи наделы осуществляли эту деятельность по найму и имели право переходить к другим помещикам или на казённые земли. ■ «Казённым поселянам», наделявшимся государственной землёй, разрешалось также заниматься виноделием, добычей соли, ловлей рыбы, ремёслами и торговлей. В первой половине XIX века крепостных крестьян в Крыму было всего около 5 тысяч человек, то есть 4 процента сельского населения. Как видим, с момента присоединения Крыма к России положение населения полуострова было значительно лучше положения жителей других губерний империи. ■ Характер национальной и экономической политики, проводимой царским правительством в Крыму, был обусловлен исключительным экономическим и военным значением этого региона для России, необходимостью ослабления турецкого влияния на полуострове, превращения Крыма в развитой в экономическом отношении регион. ■ Такая политика принесла определённые результаты. Население Крыма увеличилось в несколько раз, по естественному приросту населения Таврическая губерния занимала в 1850—1890—е годы третье место в России. В 1897 году доля русского населения полуострова составляла 33,1 процента и была почти равной общему количеству татар, украинцев же насчитывалось 11,8 процента. □ Образование Крымской АССР □ ■ Образованию Крымской АССР предшествовало возникновение Таврической Республики. К январю 1918 года большевикам удалось взять власть в Крыму в свои руки, а уже в феврале собрался чрезвычайный съезд Советов Таврической губернии. Съезд сформировал постоянные органы губернской власти и управления, прежде всего ЦИК Тавриды, который и провозгласил создание Советской Республики Тавриды 21 марта 1918 года. ■ Таврическая Республика просуществовала недолго: 30 апреля 1918 года в Крым вторглись германские войска. Было создано марионеточное Крымское краевое правительство. Правительство РСФСР ответило нотой, в основу которой лёг протест против оккупации Крыма. ■ В свете современного правового положения Крыма представляет интерес позиция по вопросу о принадлежности Крыма петлюровской Центральной рады, провозгласившей вскоре после Октябрьской революции Украинскую Народную Республику, просуществовавшую до февраля 1918 года. В документе, озаглавленном «Универсал Центральной рады», подписанном Симоном Петлюрой 08 ноября 1917 года, содержатся следующие строки: «…На родной земле мы станем на страже права и революции не только у себя, но во всей России и потому объявляем территории: Украинской Народной Республике принадлежат земли, заселённые в большинстве украинцами: Киевщина, Подолия, Волынь, Черниговщина, Харьковщина, Полтавщина, Екатеринославщина, Херсонщина, Таврия без Крыма». ■ Особенностью образовавшихся в первой половине 1918 года автономных республик явилось то, что они возникли в рамках прежних административно—территориальных единиц. Не являлась исключением и Таврическая Республика, в которую вошли все уезды Таврической губернии, располагавшиеся как на полуострове, так и на материке. ■ После освобождения Крыма от германских войск в мае 1919 года была образована Крымская Республика, но вскоре полуостров заняли белогвардейцы. ■ После их разгрома в 1921 году Крымская Республика не была восстановлена. Этот факт объясняется тем, что Советское правительство проводило политику создания национальных, а не территориальных автономий. Поэтому в ноябре 1921 года в соответствии с Декретом «Об образовании Автономной Крымской Советской Социалистической Республики как части РСФСР в границах Крымского полуострова» была образована Крымская АССР в составе РСФСР. ■ В отличие от большинства автономий, где имело место преобладание коренного населения, Крымская Автономная Республика не являлась татарской. Более того, 65 процентов населения Крыма, то есть две трети, было русскими. Специфика состава населения Крыма, его национальное многообразие и тесные хозяйственные связи различных национальных групп с однородными хозяйственными функциями — всё это придавало Крыму особый характер, требовало проведения крайне дифференцированной национальной политики в этом районе. ■ Являются совершенно неверными заявления, что это была якобы татарская автономия. На территории Крыма проживало 14 процентов крымских татар, 9 — греков, 7 — караимов (вместе с евреями) и 3 процента потомков древних готов (вместе с немцами). По замыслу советского руководства Крым должен был стать и стал уже к концу 1920—х годов образцом решения национального вопроса в Советской России и СССР. ■ Органы власти автономных республик в первые послереволюционные годы решали весьма широкий круг вопросов, порой выходя за рамки, предусмотренные самой идеей автономии, руководили хозяйством, финансами, вооружёнными силами. Крымская Республика до начала 1920—х годов даже осуществляла внешние сношения по дипломатической и торговой линиям. ■ По Конституции СССР 1936 года Крымская АССР вошла в состав РСФСР (статья 22). Конституция СССР 1936 года и Конституция РСФСР 1937 года регламентировали систему органов государственной власти и органов государственного управления автономной республики. Высшим органом государственной власти АССР и единственным законодательным органом являлся Верховный совет АССР (статьи 89, 91 Конституции СССР). Каждая автономная республика имела свою Конституцию, построенную в полном соответствии с Конституцией РСФСР, в состав которой она входила, и с учётом местных особенностей. ■ Верховный Совет автономной республики избирал из своего состава президиум, который был подотчётен Верховному совету АССР и полномочия которого определялись Конституцией АССР. Высшим исполнительным и распорядительным органом являлся Совет народных комиссаров АССР, который осуществлял свою деятельность в пределах компетенции АССР и в соответствии с конституциями РСФСР и АССР. ■ Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 30 июня 1945 года Крымская АССР была преобразована в Крымскую область. ■ (Продолжение следует).

Admin: ■ 12—03—2014Россия и Крым■ (Продолжение. Начало в № 42). □ Происходящие на Украине события, решение Верховного совета Автономной Республики Крым о вхождении этого полуострова в состав Российской Федерации в качестве её субъекта обусловливают, естественно, повышенное внимание общественности к историческому аспекту вопроса. По просьбе читателей рассказать об истории Крыма и города Севастополя, об эволюции их правового статуса в XVIII—XX столетиях мы публикуем справку, подготовленную на основе материалов книги Андрея Владимировича Фёдорова «Правовой статус Крыма. Правовой статус Севастополя», вышедшей в издательстве МГУ им. М.В. Ломоносова в 1999 году. □ В составе Украинской ССР □ ■ Передача Крымской области в состав Украинской ССР стало беспрецедентным актом. По мнению многих историков, подобное было немыслимо до 1953 года. Исключительно важный в военном отношении регион, морской форпост СССР, руководство которым фактически осуществлялось напрямую из Москвы, был неожиданно для руководства и населения области передан Украине. Эта передача стала возможной вследствие инициативы первого секретаря ЦК КПСС Н.С. Хрущёва, склонного к поспешным и необдуманным решениям. □ □ ■ В соответствии с политической практикой того времени важнейшие государственные проблемы рассматривались сначала на заседаниях Политбюро (Президиума) ЦК КПСС и только затем в высших органах государственной власти. Первоначально в соответствии с решениями партийных органов предполагалось утвердить совместное постановление Президиумов Верховных Советов РСФСР и УССР о передаче Крымской области. Однако такие постановления были приняты раздельно. ■ Хронологически события развивались так. 25 января 1954 года на заседании Президиума ЦК КПСС был утверждён проект Указа Президиума Верховного Совета СССР о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР. Было признано целесообразным проведение специального заседания Президиума Верховного Совета СССР для рассмотрения совместного представления Президиумов Верховных Советов РСФСР и УССР о передаче Крымской области. ■ 05 февраля 1954 года Президиум Верховного Совета РСФСР принимает постановление «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав Украинской ССР» с последующим внесением его на утверждение Президиума Верховного Совета СССР. ■ Не позднее 05 февраля того же года председателю Президиума Верховного Совета СССР К.Е. Ворошилову направляется проект совместного постановления Президиумов Верховных Советов РСФСР и УССР о передаче Крымской области для утверждения постановления Президиумом Верховного Совета СССР. В постановлении указывается, что Президиум Верховного Совета РСФСР считает возможным поддержать ходатайство Президиума Верховного Совета УССР о включении Крымской области в состав Украинской ССР. ■ Тогда же, 05 февраля, Совет Министров РСФСР принимает постановление «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР», в котором такая передача признаётся целесообразной и содержится просьба к Президиуму Верховного Совета РСФСР рассмотреть этот вопрос и войти в Президиум Верховного Совета СССР с соответствующим постановлением. ■ 13 февраля Президиум Верховного Совета УССР принимает постановление «О представлении Президиума Верховного Совета РСФСР по вопросу передачи Крымской области в состав УССР». Президиум постановляет «просить Президиум Верховного Совета Союза ССР передать Крымскую область из состава Российской СФСР в состав Украинской ССР». ■ 19 февраля в соответствии с решением ЦК КПСС собирается Президиум Верховного Совета СССР для рассмотрения вопроса о передаче Крымской области. Был утверждён проект Указа Президиума Верховного Совета СССР «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР», которым в свою очередь утверждено совместное представление Президиумов Верховных Советов РСФСР и УССР. ■ Законом СССР «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав Украинской ССР» от 24 апреля 1954 года Указ Президиума Верховного Совета СССР от 19 февраля 1954 года был утверждён. Закон предписывал внести соответствующие изменения в статьи 22 и 23 Конституции СССР. Он был опубликован в центральных газетах 28 апреля 1954 года. ■ 02 июня 1954 года был принят Закон РСФСР «О внесении изменений и дополнений в статью 14 Конституции (Основного закона) РСФСР», которым Крымская область исключалась из состава РСФСР. ■ Нельзя не отметить, что закон несёт следы спешки и правовой небрежности. В нём, как и в Указе от 19 февраля 1954 года, нет чёткой формулировки: «Передать Крымскую область и утвердить изменение границ между РСФСР и УССР». Приведённые в документах основания для передачи Крымской области выглядят весьма расплывчатыми. ■ В перечисленных актах необходимость передачи Крыма объясняется практически одними и теми же обстоятельствами: территориальной близостью, общностью экономики, хозяйственной целесообразностью, наличием исторически сложившихся культурных связей между населением Крымской области и Украинской ССР. Председатель Президиума Верховного Совета УССР Д. Коротченко определил вхождение Крыма в состав Украины как «исключительно замечательный акт братской помощи». ■ При принятии решения о передаче Крыма не был принят во внимание, в частности, национальный фактор. С конца XIX века численность русского населения в Крыму продолжала непрестанно увеличиваться. По данным переписи населения 1979 года, русских в Крыму было почти в 2,5 раза больше, нежели украинцев, а численность татарского населения составляла примерно 13 тыс. человек. По итогам переписи населения 1989 года в Крыму проживало русских — 67 процентов, украинцев — 25,7, татар — 2 процента. ■ В этих условиях передача Крыма Украине — элемент той национальной политики, которая и привела во многом к разрушению СССР. Очевидно, что вопрос о передаче Крымской области решался наспех, в очень короткие сроки и под нажимом «сверху». Советское руководство, не проведя всестороннего анализа долгосрочных последствий принимаемого решения, во что бы то ни стало стремилось приурочить акт передачи к трехсотлетию Переяславской Рады (08 января 1654 г.), на которой было принято решение о воссоединении Левобережной Украины с Россией. ■ Было ли решение о передаче Крыма правомерным? Можно констатировать, что при рассмотрении актов о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР встаёт вопрос о соответствии постановления Президиума Верховного Совета РСФСР от 05 февраля 1954 года и Указа Президиума Верховного Совета СССР от 19 февраля 1954 года «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР» действовавшей тогда Конституции СССР 1936 года, Конституциям РСФСР и УССР. ■ Передача Крымской области была совершена по совместному представлению Президиума Верховного Совета РСФСР и Президиума Верховного Совета УССР, утверждённому, как уже упоминалось, Президиумом Верховного Совета СССР 19 февраля 1954 года. Его утверждению предшествовали постановления Президиумов Верховных Советов РСФСР и УССР, касающиеся передачи Крыма в состав УССР. ■ Но были ли наделены Президиумы Верховных Советов союзных республик такими полномочиями? ■ Конституция РСФСР 1937 года не называет в числе полномочий Президиума Верховного Совета РСФСР право решать вопросы территориальной целостности РСФСР. Более того, статья 16 Конституции РСФСР содержит положение о том, что территория РСФСР не может быть изменена без согласия РСФСР. ■ В связи с вышеизложенным встаёт вопрос: можно ли признать правомерным утверждение Указа от 19 февраля 1954 года Законом СССР? Следует обратиться к конкретным правовым актам, оформившим изменение статуса Крыма. Таких актов пять. ■ Исходный из них — Постановление Президиума Верховного Совета РСФСР от 05 февраля 1954 года. В тот же день, 05 февраля 1954 года, было издано аналогичное Постановление Совета Министров РСФСР. ■ И лишь 02 июня 1954 года вопрос о Крыме рассматривался на сессии Верховного Совета Российской Федерации. Но речь шла не о согласии или несогласии РСФСР на изменение статуса Крыма, а о приведении Конституции РСФСР в соответствие с Конституцией Союза ССР, по которой Крым стал частью Украины уже в апреле 1954 года. ■ Суть проблемы сводится к ответу на вопрос: кто имел право давать согласие от имени Российской Федерации на изменение её территории? О необходимости такого обязательного согласия говорили в то время статья 16 Конституции РСФСР и статья 18 Конституции СССР. ■ Статья 33 Конституции РСФСР содержала исчерпывающий перечень полномочий Президиума Верховного Совета РСФСР — 11 пунктов: от права созывать сессии Верховного Совета, давать толкование законов РСФСР и до назначения и отзыва дипломатических представителей РСФСР, принятия верительных или отзывных грамот аккредитованных при нём дипломатических представителей иностранных государств. Исчерпывающий перечень полномочий Президиума не включал в себя права решать вопрос о территориальной целостности и изменении границ РСФСР. ■ В соответствии со статьёй 22 Конституции Республики Верховный Совет РСФСР являлся высшим органом государственной власти РСФСР. Согласно статьи 23 Конституции он осуществлял все права, присвоенные РСФСР согласно статей 13 и 19 Конституции РСФСР, за исключением тех, которые входили (в силу Конституции) в компетенцию подотчётных Верховному Совету РСФСР органов РСФСР: Президиума Верховного Совета, Совета Министров и министерств РСФСР. ■ Итак, высший орган государственной власти РСФСР мог осуществлять лишь права, предусмотренные статьями 13 и 19 Конституции, да и то не в полном объёме. Между тем правовая норма о том, что территория РСФСР не может быть изменяема без согласия РСФСР, содержалась в статье 16 Конституции, а значит находилась вне сферы прав не только Президиума, но и самого Верховного Совета РСФСР. Отсюда следует, что никакие органы государственной власти РСФСР не наделялись правом изменять территорию РСФСР или давать согласие на её изменение. ■ Поскольку пункт «д» статьи 14 Конституции Союза ССР относил к ведению СССР в лице его высших органов государственной власти и органов государственного управления утверждение изменений границ между союзными республиками, а Конституция РСФСР не наделяла никакие органы государства правом решать этот вопрос, то, по всей видимости, существовал некий конституционный пробел. ■ Единственным способом получения согласия РСФСР на изменение её территории был референдум. И пункт «г» статьи 33 Конституции Республики наделял Президиум её Верховного Совета правом производить всенародный опрос (референдум). В 1954 году этого сделано не было. ■ Таким образом, можно говорить о том, что акты 1954 года о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав Украинской ССР были приняты органами государственной власти РСФСР, не правомочными решать такого рода вопросы, то есть с нарушением действовавшего законодательства. А значит, данные акты не имеют юридической силы с момента их принятия.

Admin: ■ Культура, искусство, история ■ Опубликовано 14—03—2014 ■ Александр Смирнов«Всей России притеснитель...» Каким вошел в историю А.А. Аракчеев?Надеюсь, эта статья будет первой из посвященных несправедливо оболганным фигурам истории. Единым в одном: они создавали массу неудобств современникам. Мы же часто вынуждены судить и о них самих, и об их деятельности по воспоминаниям тех самых современников! По общественному мнению, часто несправедливому. □ ■ А.А. Аракчеев. Фрагмент портрета Джорджа Доу □ ■ Понимать логику поступков исторических личностей нужно в контексте того времени. Судить же о результатах их поступков иногда можно лишь много позже. К тому же контекст ситуации — это и отношение современников. Не обязательно объективное… а скорее, никогда не объективное. ■ Предыдущую статью я посвятил Л.П. Берии. А теперь — о не менее крупном государственнике, жившем за столетие до того. Чьи дела вызывали самые негативные отзывы современников. Увы! Немногие способные оценить те же дела иначе, мемуаров не оставили. Слишком были заняты укреплением государства. Неоднозначно оценивали и самих этих «немногих»: Павла I, Александра I, Николая I… ■ О нашем же герое отзывались однозначно: Губернаторов мучитель И Совета он учитель, А царю он — друг и брат. Полон злобы, полон мести, Без ума, без чувств, без чести, Кто ж он? Преданный без лести, <Бляди> грошевой солдат. ■ Вторили и поэты иного времени: Минует век. И мрачная фигура Встает над Русью: форменный мундир, Бескровные щетинистые губы, Мясистый нос, солдатский узкий лоб, И взгляд неизреченного бесстыдства Пустых очей из—под припухших век. У ног ее до самых бурых далей Нагих равнин — казарменный фасад… ■ Чем же этот человек заслужил такое о себе мнение? Наводил порядок среди наводнившей страну в конце 18 в. вольницы власть имущих. Наверное, ему повезло: врожденные черты характера соответствовали требованиям наступившей эпохи, сделав его ближайшим сподвижником двух императоров. Порядок наводился жестко до жестокости, могли ли подчиненные быть иного мнения о начальнике? ■ Равных отвращали нелюдимость и суровость. И мрачность. Хотя она—то была скорее внешней, Аракчеев мало перед кем раскрывался. И никогда не напоказ. Примеры известны. Раз, несправедливо отчитав офицера, на следующий день Аракчеев наедине просил у него прощения. Объяснив, что не мог при окружающих спустить нарушения дисциплины даже по уважительной причине. ■ Был он способен на личную преданность… Многие уверены: Павел не погиб бы, будь рядом Аракчеев. И хотя Аракчеев был в опале, Павел вызвал именно его. Алексей Андреевич не успел… ■ Был он предан и Александру, хотя не мог не знать о причастности того к заговору. Аракчеев и Александр были дружны и при жизни Павла. Хотя есть мнение современника, что на деле он Александра ненавидел. Но предан был. Скорее всего, просто не умел иначе. ■ Был способен на любовь. Гибель жены, к которой Аракчеев был страстно привязан, едва не свела в могилу его самого. ■ Да и друзей у Алексея Андреевича было, может, и немного (а бывает ли друзей вообще много?), но и не так мало. ■ Окружающие же считали его властолюбцем и карьеристом. Наверное, так и было, только на что граф употреблял немалые возможности? Аракчеев был патологически честен. По одной из версий, причиной его развода стала взятка, полученная за что—то его женой. Всего лишь версия… А отказ Аракчеева от многих наград и поощрений — факт. Например, будучи (еще в бытность Павла наследником) комендантом Гатчины, Аракчеев имел единственные мундир и панталоны. Вряд ли Павел отказал бы любимцу в помощи, но тот ни разу за ней не обратился, подрабатывая преподаванием. На занятия он ездил в столицу ночами, тратя на дорогу большую часть дополнительного заработка. Отказывался и от орденов. От званий не отказывался, но они означали большие возможности. А служба была для него всем. ■ Занятно, что его называли безграмотным и плохо образованным. Это выпускника Шляхетского Артиллерийского и Инженерного корпуса, готовившего военных инженеров и артиллеристов, серьезных технарей! Кстати, там же обучался Кутузов… Так и Пушкина, закончившего «всего лишь» лицей, можно записать в необразованные! «Плохо образованный» граф был инспектором артиллерии, писал пособия по артиллерийскому делу. Реформировал и, по сути, создал к войне 1812 г. новую русскую артиллерию. Признаваемую лучшей в войне! ■ «Плохо образованному» кадету Аракчееву поручали… вести занятия с отстающими. В конце обучения он получил персональное разрешение не посещать уроки, занимаясь самостоятельно. А после был оставлен преподавать математику и артиллерию, а также (ничего, по «воспоминаниям», не читавший!) заведовать библиотекой. Позже собрав собственную библиотеку из более чем 11 тысяч томов. ■ С началом русско—шведской войны Аракчееву поручили подготовку артиллерийской команды. Он написал пособие (уровень которого признавали высоким) для ускоренной подготовки артиллеристов. Был рекомендован в учителя к сыну президента Военной коллегии. Затем — в Гатчину, для обучения артиллеристов. И до того Аракчеев рос по службе, при Павле же состоялась его подлинная карьера: Инспектор гатчинской артиллерии и пехоты. Комендант Гатчины. Комендант Петербурга. Командир лейб-гвардии Преображенского полка. Генерал—квартирмейстер русской армии. Начальник Главного штаба. Инспектор русской артиллерии. В 1799 отставлен, при Александре I снова инспектор артиллерии. Генерал от артиллерии. Министр военно-сухопутных сил. Сенатор. Председатель Военного департамента Государственного совета. Инициатор преобразований в армии. ■ В Отечественную войну руководил формированием ополчения и артиллерийских полков. Отказался от звания генерал—фельдмаршала. ■ Считается, что фактически стал вторым лицом в государстве. ■ Организатор военных поселений. ■ Участник работы над секретным проектом освобождения крестьян. ■ Одним из первых привел подчиненных к присяге Константину, затем Николаю. ■ Будучи любимцем двух императоров, ни одной парадной должности граф не имел. Все требовали реальных дел! Даже будучи не согласен с мнением императора, граф весь вкладывался в дело! ■ А жесткость… выходила ли она за обычные рамки того времени? Да и здесь есть нюансы. Он был куда требовательней к офицерам, чем к солдатам. То есть требовал много с каждого, но с офицеров — еще больше. Лично мое впечатление: он просто поступал в каждой ситуации как должно и сверх того. Более чем ревностный служака, дома граф оказывался по отношению к тем же подчиненным гостеприимным хозяином. ■ Порядок в имении Аракчеева был идеальным. Косвенно свидетельствует об этом непрерывный рост доходов. За счет дисциплины. Но и улучшения быта… Точно так же он наводил порядок в столице, будучи петербургским комендантом. Город был вычищен дочиста… и первыми чистоту оценили в больницах. ■ При жесткой дисциплине в военных поселениях там были школы, больницы и приюты для ветеранов. В его имениях был банк, дававший крестьянам беспроцентные ссуды! ■ В личных письмах и воспоминаниях друзей Алексей Андреевич предстает совсем иным человеком. Живым, далеко не лишенным иронии! ■ Аракчеев не был полководцем, но его заслуги как администратора в реформировании армии накануне войны с Наполеоном неоценимы. ■ В конце жизни он внес в банк крупную сумму, проценты с которой шли на обучение бедных дворян в одном из кадетских корпусов. Свое имение завещал казне. А не любивший его Николай I отдал имение тому самому корпусу… заодно присвоив ему имя Аракчеева. ■ Кстати, в название статьи вынесены строки из того самого стихотворения М. Волошина, которым статья начинается. И еще… Пушкин, в молодости автор злобных эпиграмм на Аракчеева, в 1834 г. писал: «Сегодня умер граф Аракчеев. Об этом во всей России жалею я один – не удалось мне с ним свидеться и наговориться». ■ Что, как ни это признание давно повзрослевшего поэта, лучше всего характеризует великого труженика — Алексея Андреевича Аракчеева? □ ■ © Shkolazhizni.ru

Admin: ■ 16—01—2014Преступления без наказанияВторая мировая война отличалась повсеместным несоблюдением принятых в Гааге в 1899 и 1907 годах международных конвенций о законах и обычаях войны со стороны вермахта и особенно войск СС нацистской Германии. Уверенность в безнаказанности в случае удачи блицкрига — ведь победителей не судят — стала благодатной почвой для грубого попрания норм международного гуманитарного права. Пренебрежение к нему возникло в годы Первой мировой войны, по завершении которой военные преступники не получили возмездия. □ ■ Австрийцы расстреливают пленных сербов. 1917 г. □ Историкам известно немало примеров военных преступлений, совершённых 1914—1918 годах. Так, одним из первых дел, взятых в производство, стало расследование обстоятельств захвата и разгрома польского города Калиша германскими войсками. ■ Летом 1914—го из—за объявления мобилизации и под влиянием слухов о возможном начале войны между Германией и Россией у жителей Калиша, расположенного в 3—4 верстах от германской границы, появилась тревога. Однако большинство коренного населения не боялось наступления германских войск, так как все считали Германию культурной страной. Считалось, что мирные жители не пострадают и враждебные действия будут происходить лишь между сражающимися армиями и вне города, из которого в течение 18 и 19 июля (даты даны по старому стилю. — С.П.) выехали почти все должностные лица Российской империи, увезя казённое имущество. Последними ушли русские войска и пограничная стража. ■ На рассвете 20 июля (2 августа) отходившие русские военнослужащие подожгли железнодорожные сооружения, таможенные и военно—продовольственные склады и взорвали мосты через реку Просну. Город был предоставлен сам себе, и в нём не осталось ни одного русского солдата. ■ Около 2 часов в тот день в город вступил небольшой германский разведотряд велосипедистов и улан полка имени Александра III, а затем постепенно стали прибывать другие воинские части. Появление германских войск, по наблюдениям очевидцев, встречено было большею частью польского населения сдержанно, а другой частью, особенно местными немцами, восторженно — криками «Ура», немецким «Носн» и подбрасыванием шапок вверх. ■ Около полуночи в город вступил батальон 155—го пехотного Прусского полка под командой майора Прейскера, объявившего себя комендантом города. Он приказал бургомистру города Буковскому заготовить к 7 часам утра продовольствия для тысячи человек и фуража на 150 лошадей, угрожая при этом расстрелять каждого десятого человека (это в городе с населением в несколько десятков тысяч!). □ ■ Н.П. Карабчевский □ ■ Весь день 21 июля прошёл спокойно. Но около 11 часов вечера началась стрельба, продолжавшаяся до часу ночи. ■ Утром 22 июля в Калише можно было увидеть ужасную картину: на домах виднелись следы от выстрелов, на панелях — кровь; стёкла в окнах были разбиты; на улицах валялись раненые и убитые мирные жители, к которым даже приближаться не позволяли германские солдаты, бродившие по улицам с револьверами и винтовками в руках. Запрещено было не только принимать раненых в больницы, но даже оказывать им медицинскую помощь. Запрещено было несколько дней забирать трупы убитых жителей и хоронить их. □ Свидетели, опрошенные впоследствии созданной Россией следственной комиссией, видели не только одиночные трупы, но и по 15, 20 и более расстрелянных. Бесчинства, насилие, разграбление города, поджоги домов продолжались ещё несколько дней. ■ Василий Петрович фон Эгерт, один из активных инициаторов расследования преступлений неприятеля, писал: «Суд вынесет история. Она скажет: война была начата не русскими, а немцами, и начата ими так, что от образа их действия становятся дыбом волосы ещё при чтении об этом через много лет. Заняли открытый русский пограничный город и, не видя ещё ни одного русского солдата, имея перед собой только мирное население, сразу приступили к кровопролитию, притом без чего бы то ни было враждебного, совершённого перед тем с русской стороны по отношению к их стране или к их соотечественникам. Расстреляли чиновника за то, что он ещё до вступления в город немцев сжёг по приказанию своего начальства состоявшие у него на хранении как у казначея русские бумажные деньги и, значит, исполнил свой законный служебный долг. Не получив тут денег, били и пытали затем в продолжение восьми часов бургомистра города, вымогая деньги также у него. Оставили его лежать едва живым на улице, а когда подошёл служитель магистрата и из жалости подложил под несчастного подушку, то расстреляли и этого человека. Затем принялись за женщин и насиловали их, причём в двух случаях расстреляли отцов, которые вступились за своих дочерей. Вечером перепились, причём некоторые из озорства выпалили в воздух, на что другие прибежали с противоположного конца города, в темноте стали стрелять в своих же, вообразив, что подошли казаки, и несколько немецких солдат было убито. Решили прикрыть скандал и воспользоваться случившимся для учинения кровавой бани между жителями. Под предлогом, что выстрелы будто бы были сделаны из их среды, схватили многих и расстреляли, в том числе девять женщин и несколько детей. Затем вдобавок вышли на недалёкое расстояние из города и подвергли последний бомбардировке, от чего тоже были убиты люди и разрушено много зданий. За голову же врача, который осмотром убитых немецких солдат и извлечением пуль из их трупов удостоверил, что они пали от немецких же ружейных выстрелов, назначили премию, когда он бежал в предвидении расстрела как нежеланный свидетель. Таково было начало войны, которому в то же время сопутствовали самые дикие насилия над русскими, застигнутыми войною в Германии. И после пошёл длинный и беспрерывный ряд зверств всюду, куда только заходили германцы, а также австрийцы». □ Так начинала «цивилизованная» Германия войну с Россией. Уже в 1914 году правительству России, Госсовету, Госдуме, высшему командному составу армии, в органы юстиции был представлен доклад о необходимости создания Чрезвычайной следственной комиссии о расследовании преступной деятельности неприятеля в текущей войне. В докладе подчёркивалось, что «германцами и австрийцами совершаются в ужасающих видах и размерах насилия, несовместимые с элементарными понятиями о войне между культурными народами». ■ Между тем стало известно, что в Германии, Австро—Венгрии во всю говорили о варварстве и дикости русских войск. Более того, под наблюдением особых высших комиссий там было организовано следствие по фактам, якобы подтверждающим эти слухи. Этим обосновывалась необходимость и России проводить расследование преступных действий немцев и их союзников. Предлагалось создать для этого специальные следственные органы, предметом разбирательств которых должны были стать прежде всего военные преступления, совершаемые государственными органами, войсками и отдельными гражданами. ■ Правоотношения между воюющими сторонами в годы Первой мировой войны должны были опираться на Женевскую конвенцию 1864 года, Санкт—Петербургскую декларацию 1868 года, Гаагскую конвенцию 1907 года и Лондонскую декларацию 1909 года. ■ Преступными считались, во—первых, следующие действия, направленные непосредственно против укреплений противника и его войск: • несоблюдение требования при осаде и бомбардировке защищённых населённых пунктов щадить, насколько это возможно, храмы, здания, служащие целям науки, искусств и благотворительности, исторические памятники, госпитали и места, где собраны больные и раненые; • обманное пользование парламентским флагом или флагом, знаками и форменной одеждой войск противника, а также знаками Красного Креста; • употребление разрывных пуль; • предательское убийство, как, например, поднятие флага о сдаче и затем стрельба в офицеров или солдат противника при их приближении без боя; • употребление ядов. ■ Во—вторых, нарушение со стороны неприятеля правил Женевской конвенции о раненых и больных: • стрельба в походные лазареты и повозки Красного Креста; • добивание после сражения раненых противника, истязание их, ограбление, а также оставление без помощи; • лишение подобранных раненых должного ухода. ■ В—третьих, нарушение правил о военнопленных: • направление военнопленных на работы, относящиеся к военным действиям, неоплата их работы или оплата по расчёту ниже местных цен, принуждение офицеров к работам; • дурное содержание военнопленных, не соответствующее тому довольствию пищей, помещением, одеждой и офицерским окладом, какое полагается в соответствующих собственных воинских частях; • за исключением необходимых мер по ограничению свободы военнопленных, всякое против них насилие и действие общеуголовного характера — убийство, истязание, лишение имущества (кроме оружия, лошадей и военных бумаг), оскорбление и т.д. ■ В—четвёртых, всякие посягательства на жизнь, здоровье, честь и имущество невоюющего населения (кроме случаев лишения его гарантий неприкосновенности вооружённым нападением на войска или отдельных лиц): • атака или бомбардировка незащищённых городов, селений, жилищ и строений; • реквизиция от населения продуктов и вещей в размерах, превышающих средства данной местности, обращение забранных предметов не на нужды армии, а отсылка или увоз домой. Реквизиции без оплаты наличными деньгами или расписками. Наложение на население повинностей без оплаты или повинностей, обязывающих население принимать участие в военных действиях против своего отечества; • деяния против невоюющих лиц, которые являются преступлениями по общим уголовным законам. ■ Ни одно из этих положений не оказалось не нарушенным со стороны немецких войск. □ ■ Пытка русского военнопленного в австрийском лагере □ ■ Следствию предлагалось устанавливать как сами совершённые факты, так и виновных лиц. Причём делаться это должно было с допросом свидетелей и потерпевших, обязательно под присягой, с осмотром места преступления, осмотром и выемкой вещественных и письменных доказательств, врачебными или техническими экспертизами, допросом обвиняемых, где это возможно. Чтобы составляемые протоколы по юридической силе приравнивались к доказательным актам, чтобы впоследствии по ним без нового следствия можно было предъявлять обвинения преступникам после окончания — подразумевалось победного — войны. ■ Работу предполагалось возложить как на действующих судебных следователей, военных и гражданских, так и поручить её специально назначенным для расследования воинских преступлений. Предлагалось также создать Чрезвычайную следственную комиссию как высший орган, осуществляющий общее руководство следствием и обобщением установленных данных о преступлениях противника. □ Требования расследовать военные преступления неприятеля возымели действия. 09 апреля 1915 года высочайше утверждённая Чрезвычайная следственная комиссия для расследования нарушений законов и обычаев войны австро—венгерскими и германскими войсками начала своё действие. Она должна была работать под председательством одного из сенаторов уголовного кассационного департамента Правительствующего сената в составе семи членов, в том числе одного члена Государственного совета по выборам и одного члена Государственной Думы. ■ В декабре 1915 года комиссия расширила пределы своего расследования включением в него случаев нарушения турецкими и болгарскими войсками законов и обычаев войны в отношении русской армии и русских подданных. ■ Председателем Чрезвычайной следственной комиссии стал присяжный поверенный Николай Платонович Карабчевский. Делопроизводство комиссии было открыто в здании Правительствующего сената (вход с Английской набережной). Приём посетителей происходил ежедневно. Информацию журналисты получали в будни. При комиссии был открыт музей. Информация о деятельности ЧСК периодически появлялась в печати. Газеты же извещали о том, куда необходимо обращаться в случае необходимости и куда предоставить сведения о бесчинствах противника. ■ Наконец, в 1916 году вышел «Обзор действий Чрезвычайной следственной комиссии с 29 апреля 1915 г. по 1 января 1915 г.». Свидетельствами использования запрещённых к применению разрывных пуль и обстоятельств, способствующих совершению этих преступлений, открывался первый том. Указывалось, что ещё в 1868 году в Петербурге представителями многих держав, в том числе Германии и Австро—Венгрии, была подписана декларация, согласно которой «договаривающиеся стороны... обязуются в случае войны между собою отказаться взаимно от употребления как сухопутными, так и морскими войсками, снарядов, которые при весе в 400 гр. имеют свойство взрывчатости или снаряжены ударным или горючим составом». ■ На совещании в Гааге в 1899 году это положение было дополнено обязательством «не употреблять пуль, легко разворачивающихся или сплющивающихся в человеческом теле, к каковым относятся оболочечные пули, коих твёрдая оболочка не покрывает всего сердечника или имеет надрезы». ■ Наконец, Женевская конвенция 1907 года запретила употребление всякого оружия, снарядов или других материалов, способных причинять излишние страдания. ■ В «Обзоре» подчёркивалось: во многих сообщениях с театра войны сообщалось, что германские и австрийские войска с самого начала военных действий стали употреблять разрывные пули для стрельбы по русским войскам. Первый случай их применения немцами был зафиксирован 07 августа, а австрийцами —12 августа 1914 года. ■ (Окончание следует) □ Автор — Сергей Порохов

Admin: ■ 20—03—2014Крымское ханство и Россия Постоянные набеги крымских татар на литовско—польские и украинско—русские земли начались с 1507 года — после смерти московского великого князя Ивана III Васильевича. Они грабили, собирали дань и захватывали пленников для продажи и получения выкупа. □ ■ Украина и Крым в начале ХVIII века □ Польша и Литва подписывали с Крымским ханством договоры, направленные против Великого княжества Московского, в 1507, 1513, 1516 и 1520 годах. Самые опасные и страшные набеги из Крыма на московские земли происходили в 1516, 1537, 1555, 1570, 1572, 1589, 1593 годах. Они имели место даже в XVII веке (в 1640, 1666, 1667, 1671 и 1688 годах). За один набег крымчаки уводили в полон от пяти до пятидесяти тысяч человек. Пленные продавались в Кафе (Феодосия), Карасубазаре (Белогорск), Бахчисарае и Гёзлёве. Крымское ханство как вассал Порты обязано было проводить внешнюю политику, враждебную Московскому государству, однако крымские ханы часто выступали на русской стороне во время войн Москвы с Литвой и Польшей, не желая чрезмерного усиления ни одной, ни другой стороны. К тому же у Крыма и Московского княжества был общий противник — Большая Орда. Но с уходом её в небытие крымчаки становились всё враждебнее к Московии. Со смертью хана Менгли I Герая речи о дружбе с Москвой не было. Его сын, Мехмед I, совершил в 1521 году набег на Московию. Затем он вернулся в Крым, где в 1523 году в междоусобной войне был убит князьями Ногайской орды. □ Из манифеста Екатерины II от 08 апреля 1783 года «О принятии полуострова Крымского, острова Тамана и всей Кубанской стороны под Российскую державу»: «В прошедшую с Портой Оттоманскую войну, когда силы и победы оружия Нашего давали нам полное право оставить в пользу Нашу Крым, в руках наших бывший, Мы сим и другими пространными завоеваниями жертвовали тогда возобновлению доброго согласия и дружбы с Портою Оттоманскую, преобразив на тот конец народы татарские в область вольную и независимую, чтобы удалить навсегда случаи и способы к распрям и остуде, происходившим часто между Россиею и Портою в прежнем татар состоянии... Но ныне... по долгу предлежащего нам попечения о благе и величии Отечества, стараясь пользу и безопасность его утвердить, как равно полагая средством, навсегда отдаляющим неприятные причины, возмущающие вечный мир между империями Российскою и Оттоманскою заключённый, который мы навсегда сохранить искренне желаем, не меньше же и в замену и удовлетворение убытков Наших, решилися Мы взять под державу Нашу полуостров Крымский, остров Таман и всю Кубанскую сторону». □ В боевых действиях вместе с ногайцами участвовали украинские казаки со своим военным вождём Евстафием Дашкевичем. Бывший литовский воевода стал черкасско—каневским старостой и превратил Черкассы и Канев в центры украинского казачества. Численность казаков уже через сто лет (в начале XVII века) составляла более ста тысяч воинов. После набега большой татарской орды на Черкассы в 1531 году казаки предложили польскому правительству организовать регулярную охрану государственных границ в устье Днепра. Эти предложения были даже одобрены на сейме в Пиотрокове, но оставлены без исполнения. Зато казакам был подарен укреплённый городок Чигирин. □ В середине XVI века Московия с переменным успехом отбивалась от крымских набегов. Формально Крымское ханство было союзником Польско-Литовского государства против Москвы, что, впрочем, не мешало крымчакам в 1489, 1494, 1499, 1500, 1502, 1508, 1509, 1524 годах совершать опустошительные набеги и на земли Подольского, Галицкого, Волынского, Киевского воеводств, принадлежавших тогда Литве. Усилиями шляхтича Дмитрия Вишневецкого, позже ставшего запорожским кошевым атаманом, южная граница Польши охранялась крепостями на Днепре. Позже Вишневецкий перешёл на русскую службу. Московский царь Иван IV в конце 1550—х годов прикладывал серьёзные дипломатические усилия по созданию совместно с поляками антикрымской коалиции, но они не увенчались успехом. В 1559 году поход Адашева в Крым заставил хана Девлета I искать диалог с Москвой. В 1564 году состоялся обмен грамотами. В 1569 году объединённое турецко—татарское войско потерпело неудачу в походе против захваченного Москвой астраханского ханства, а повторная попытка вернуть Астрахань и Казань закончилась в 1572 году разгромом крымского войска при Молодях воеводой Воротынским. К концу XVI века Крымское ханство достигло предела своего могущества. Крымскому ханству платили дань племена адыгов, Молдавия, Польша и до 1685 года Россия. За вторую половину XVI века на Московское государство было совершено сорок восемь набегов крымских татар! Набеги совершались не только ханом, но и крымскими беками и мурзами по собственной инициативе. Московское государство защищалось от крымско—татарских и ногайских набегов укреплёнными линиями, образованными цепочками больших и малых городов—крепостей, — «засечными чертами». С 1632 года крымчаки стали вновь регулярно нападать на Московское царство, доходя до Тулы, Каширы, Серпухова. За первую половину XVII века из русских земель ими было угнано более 200 тысяч человек, то есть около четырёх процентов населения. □ Во второй половине XVII века разгорается конфликт между польским правительством и украинскими казаками, к тому времени представлявшими серьёзную военную силу. Гетман Хмельницкий пытался заручиться поддержкой Крыма в борьбе против поляков, но татары показали себя весьма ненадёжными союзниками, лавируя между противоборствующими сторонами. В конце концов 08 января 1654 года в Переяславле был создан военный союз Украины и Московского государства, гарантированный протекцией московского царя над Украиной. Восточные земли Украины юридически освободились от власти Польши и стали независимым государством. В 1660 году, после поражения под Чудновом на Волыни объединённого русско—украинского войска от поляков, Украина была поделена на две части — левобережная часть осталась в составе Московского государства, а правобережная часть опять вошла в Польское государство. Это было юридически узаконено договором, подписанным Польшей и Москвой в 1667 году в Андрусове. 27 апреля 1670 года между Московским царством и Крымским ханством был подписан мирный договор, в котором хан с оговорками признал включение Левобережной Украины в состав России. В Крыму тогда правил Адиль Герай — единственный из ханов Крыма, принадлежавший к Чобан—Гераям — побочной ветви рода Гераев (династии ханов, правившей Крымским государством с начала XV века до присоединения его к Российской империи в 1783 году). Адиль даже вёл переговоры с запорожским гетманом Петром Суховием о возможности союза против Османской империи и Речи Посполитой. Крым должен был помочь казакам в войне с Польшей, а запорожцы в свою очередь — оказать помощь хану в освобождении от зависимости от Турции. Однако до союза дело не дошло. проект так и остался неосуществлённым. В 1671 году османский султан убрал Адиля с трона и отправил жить в Болгарию, где он вскоре умер. В конце 1679 года к хану Мураду в Крым для определения границ между двумя государствами отправились московские послы Сухотин и Михайлов, но договориться с ханом не смогли. В августе 1680 года для окончания переговоров в Крым прибыли стольник Василий Тяпкин и дьяк Никита Зотов, сумевшие всё же достичь договорённости с крымским правителем о перемирии на двадцать лет с 13 января 1681 года. В начале 1680—х годов Австрия, Венеция, Польша, Ватикан и Московское царство составили антитурецкую и антикрымскую «Священную лигу». 21 апреля 1686 года между Россией и Польшей был заключён «вечный мир», стороны договорились о совместной защите своих государств от крымских татар и Турции. Это привело к разрыву мирных отношений Москвы с Турцией и Крымским ханством. Осенью 1686 года стотысячное русское войско во главе с князем Василием Васильевичем Голицыным начало первый поход в Крым «для избавления Русской земли от нестерпимых обид и унижений от татар». Но ни этот, ни последовавший зимой 1689 года поход успехами не увенчались. □ Очередную попытку выйти к берегам Чёрного моря, которое было необходимо для развития России, но контролировалось Турцией и Крымским ханством, совершил Пётр I. Весной 1695 года русские полки под командованием Бориса Шереметева по Днепру пошли к Крыму, а тридцатитысячное войско с Петром I реками спустилось до Царицына, прошло к Дону и в июне было под Азовом. Но русские не смогли блокировать крепость из-за отсутствия боеспособного флота. Трёхмесячная осада Азова оказалась неудачной. К апрелю 1696 года на новых верфях на реке Воронеж были построены 2 корабля, 4 брандера, 23 галеры и 1.300 стругов для перевозки войск. Петр I с сорокатысячной армией уничтожил турецкие корабли, прикрывавшие Азов, вывел русские суда в море и полностью окружил Азов. 19 июня 1696 года турецкий гарнизон в Азове капитулировал. Через три года был заключён мир, закрепивший город и прилегающие к нему территории за Россией. Однако его пришлось возвратить после окончившегося катастрофой Прутского похода (1711 г.). □ В 1735 году Российская империя воспользовалась внутриполитическим конфликтом в Стамбуле и объявила войну Турции и Крыму, ослабленным войной с Персией. Военные действия начались в Крыму, а затем переместились на границы Бессарабии и Подолии. В августе 1735 года генерал-фельдмаршал Бурхард Миних с войсками переправился через Дон. Генерал—лейтенант Леонтьев с сорокатысячным корпусом, рассеяв небольшие ногайские отряды, остановился в десяти днях пути от Перекопа, но дальше не пошёл и повернул назад. В марте 1736 года русские войска начали осаду Азова. 20 апреля 1736 года пятидесятитысячное русское войско во главе с Минихом выступило из местечка Царицынки, бывшего местом сбора, и 20 мая через Перекоп вошло в Крым. В результате кампании были взяты Гёзлёв, Бахчисарай, Ак—мечеть (нынешний Симферополь). Пробыв в Крыму месяц, русские войска отошли к Перекопу и в конце осени вернулись на Украину. Непосредственно от боевых действий были потеряны две тысячи человек, а от болезней — до половины армии. В апреле 1737 года начался второй поход русских войск на турецко—крымские владения. В середине июля Миних с семидесятитысячным войском осадил и штурмом взял Очаков. Второй русский отряд (25 тыс. человек) под командованием генерал—фельдмаршала Петра Ласси в начале июля 1737 года перешёл Сиваш вброд, разбил и рассеял ханское войско и взял Карасубазар. В результате недовольный поражениями турецкий султан сместил с престола вначале крымского хана Каплана I, а затем Фетиха II. □ Русские походы на Крымский полуостров прекратили на время крупные набеги татар на украинские и российские земли. Однако мирные переговоры, проведённые по инициативе турок в Немирове в 1737 году, не дали ожидаемого Санкт—Петербургом результата. В 1738 году Миних с войсками переправился через Днепр, дошёл до Днестра, но из—за начавшегося морового поветрия (холеры) возвратился на Украину. Ласси тогда смог дойти только до Перекопа, разорил его и вернулся к Днепру. Тогда же из—за мора русские оставили Очаков и Кинбурн. Крымские татары зимой попытались прорваться в Придонецкий край, но были отбиты. 16 августа 1739 года в сражении при Ставучанах Миних нанёс поражение превосходящим силам турок и крымчаков, взял Хотин и Яссы, но под давлением военно—политических обстоятельств (сепаратный мир союзной Австрии с Турцией и ухудшение отношений со Швецией) в Санкт—Петербурге решили прекратить боевые действия. По условиям Белградского мира был возвращён Азов, потерянный в 1711 году. Война 1736—1738 годов обернулась для Крымского ханства государственной катастрофой. Основные города лежали в руинах, экономике был нанесён огромный ущерб, в стране свирепствовала эпидемия холеры, жители голодали. Погибла значительная часть населения. При Кырыме (1758—1764, 1768—1769 гг.), интересовавшемся европейской культурой, была предпринята попытка возрождения былой мощи ханства. Поощрялось развитие сельского хозяйства и архитектуры, значительно выросло производство зерна. Возникла даже идея постройки специального порта на Днепре для экспорта зерна. Затевалась и геологическая разведка в Крымских горах с целью поиска полезных ископаемых и драгоценных металлов. □ Но своей недальновидной антирусской политикой (поддержка противников возведения на польский престол Понятовского) Кырым Герай втянул Османскую империю в новую войну с Россией. Дело в том, что в сентябре 1764 года польский сейм выбрал королём российского кандидата Станислава Понятовского. В марте 1765 года между Россией и Польшей был заключён военный союз. В начале 1768 года по инициативе Понятовского, поддержанного сеймом, православные и католики в польском королевстве были уравнены во всех правах. Но противники этого решения, инспирируемые Ватиканом, создали в Подолии так называемую Барскую конфедерацию и подняли восстание. Разбитые в самой Польше отряды барских конфедератов отступили на юг - к турецким владениям и попросили помощи у Турции. 25 сентября 1768 года великий визирь потребовал от русского посла отмены постановлений польского сейма о равноправии православных и католиков (противоестественная на первый взгляд забота мусульманина о католиках, хотя история знает ещё более странные союзы) и вывода русских войск из Польши. В итоге Турция объявила войну Российской империи. 27 января 1769 года семидесятитысячное войско Крымского ханства по указанию османского султана перешло русскую границу. Крымские татары сумели дойти только до Бахмута, где были остановлены и отброшены полками Петра Румянцева. 07 июля 1770 года генерал—аншеф Пётр Румянцев с двадцатитысячным войском разбил восьмидесятитысячную турецко—крымкую армию при реке Ларге. 16 октября 1769 года Екатерина II направила командующему 2—й русской армией генерал—аншефу Петру Панину указ: «Мы заблагорассудили, не можно ли будет при настоящих войны обстоятельствах Крым и все татарские народы поколебать в верности Порте Оттоманской внушением им мысли к составлению у себя независимости ни от какого правительства и обещанием им в том с нашей стороны действительного вспоможения». Екатерина II поручила канцлеру графу Никите Панину провести с крымским ханом Селимом III, сменившим отравленного Кырыма Герая, переговоры по отделению Крымского ханства от Османской империи. Но хан высокомерно ответил Санкт—Петербургу отказом. □ В конце 1770 года 2—я русская армия во главе с новым командующим генерал—аншефом Василием Долгоруковым начала покорение Крыма. Первое сражение произошло у Перекопской крепости 14 июня 1771 года. Сорокатысячная российская армия завладела перешейком, рассеяв семидесятитысячную армию хана и семитысячный турецкий гарнизон крепости. Крымчаки отступили в глубь полуострова и остановились в селении Тузла. 17 июня Долгоруков начал наступление на Бахчисарай, отряд генерал—майора Брауна двинулся на Гёзлёв, а отряд генерала Щербатова пошёл к Кафе (Феодосии). Разбив 29 июня армию крымских татар (хан собрал все оставшиеся силы — всего 95 тысяч воинов) в сражении при Кафе, русские войска заняли Арабат, Керчь, Еникале, Балаклаву и Таманский полуостров. □ □ Среди крымских беев в силу сложившихся обстоятельств укрепилась пророссийская партия. Хан был вынужден прислать князю Долгорукову письмо, предлагая переговоры и дружбу с Россией. Военачальник Российской империи получил письмо и от беков и духовенства Крыма с предложением союза и дружбы. Селим III надеялся выиграть время, но вскоре, осознав своё бессилие, отрёкся от престола и бежал в Стамбул. Собрание беев постановило пойти на союз с Россией и избирать хана самостоятельно, что означало выход полуострова из—под османского владычества. 27 июня 1771 года к князю Долгорукову из Карасубазара приехал мурза Измаил (из рода Ширин) с подписанным ста десятью знатными татарами листом об утверждении вечной дружбы и неразрывного союза с Россией. Новым крымским ханом стал сторонник сближения с Россией Сахиб II. 01 ноября 1772 года в Карасубазаре крымский хан подписал с князем Долгоруковым договор, по которому Крым объявлялся независимым ханством под покровительством Российской империи. К ней переходила Керчь. Оставив гарнизоны в крымских городах и освободив более десяти тысяч русских пленников, армия Долгорукова ушла с полуострова к Днепру. Хану была обещана военная и финансовая помощь России. 15 июля 1774 года в болгарском селении Кючук—Кайнарджи Россия и Турция подписали мирный договор, по которому к России отходили земли от Буга и крепости Кинбурн при устье Днепра до Азова с Прикубаньем и Приазовьем, крепости Керчь и Еникале, запиравшие выход из Азовского в Чёрное море. Османская империя признала независимость Крыма, выступив наравне с Россией гарантом независимости ханства. К Крымскому ханству перешли бывшие османские владения на полуострове (земли южного и юго—восточного Крыма). В 1775 году Сахиб II был вынужден оставить трон из—за появления на полуострове войск во главе с бывшим ханом Девлетом IV (проник в Крым через Керчь). Но правление турецкого ставленника было недолгим. Султан не был расположен к новому конфликту с Россией, поэтому отверг предложение хана расторгнуть договор о независимости Крыма и вернуть полуостров под своё верховенство. □ В 1777 году при содействии русской армии Крым занял внук хана Девлета II Шахин, прибывший во главе отрядов кубанских ногайцев. Его поддержали местные беи, среди которых Девлет IV был непопулярен из—за своего намерения наказать их за поддержку пророссийского Сахиба II. В июле 1778 года в Феодосийской бухте с намерением высадить десант появился турецкий флот — 170 вымпелов. Однако твёрдая позиция генерала Александра Суворова, предупредившего, что он будет обеспечивать безопасность Крыма всеми доступными ему способами, предотвратила десантирование турок. 10 марта 1779 года Россия и Турция подписали Анайлы—Кавакскую конвенцию. Россия обязалась вывести свои войска из Крымского полуострова и, как и Турция, не вмешиваться во внутренние дела ханства, а Турция признала Шахина крымским ханом. Шахин был довольно яркой личностью. Он родился в 1745 году на европейских землях Турции в Эдирне (Адрианополе). В юном возрасте побывал в европейских странах, изучил итальянский и греческий языки, в 1774—1776 годах командовал войском Кубанской орды. После объявления независимости Крыма в 1774 году поддерживал Сахиба II, посетил Санкт—Петербург. Когда Сахиба II свергли, в Санкт—Петербурге поддержали Шахина, доверив руководить кубанскими ногайцами. Став ханом, Шахин попытался провести в государстве реформы и реорганизовать управление по российскому образцу. Это вызвало недовольство местной знати и мусульманского духовенства. Против политики хана выступили даже его родные братья. В 1782 году начались волнения, поддержанные закулисно турками. Шахин был вынужден бежать в Керчь под защиту русского гарнизона. Новым ханом был провозглашён его брат Бахадыр. Российская императрица Екатерина II поручила Григорию Потёмкину подавить восстание в Крымском ханстве. В сентябре 1782 года Потёмкин, встретившиcь с изгнанным ханом Шахином, отправил войска для подавления мятежа. Генерал—поручик Антон де Бальмен во главе корпуса вступил в Крым, а на Кубань против восставших ногайцев был отправлен генерал-поручик Александр Суворов со вторым корпусом. Русские войска под командованием генерал—майора Александра Самойлова взяли Перекоп и Карасубазар, разгромили в сражении под Чонгаром войско крымского хана Бахадыра II. Восстановленный на ханском престоле Шахин стал жестоко мстить своим противникам. Начались казни, вызывая недовольство местной знати. Только благодаря вмешательству России были спасены от смерти родные братья хана Бахадыр и Арслан, которых отправили в заключение в Херсон. По указанию раздосадованной Екатерины II мстительному хану посоветовали добровольно отказаться от ханства и передать Крым России, на что ему пришлось согласиться. В феврале 1783 года хан Шахин отрёкся от престола. Манифест Екатерины II от 08 (19) апреля 1783 года включил Крым в состав Российской империи. По распоряжению императрицы сразу же после присоединения Крыма к полуострову был направлен фрегат «Осторожный» под командованием капитана II ранга Ивана Берсенева для выбора гавани у юго—западного побережья. Осмотрев в апреле 1783 года бухту у посёлка Ахтиар, расположенного недалеко от развалин Херсонеса Таврического, Берсенев рекомендовал её в качестве базы для кораблей будущего Черноморского флота. Екатерина II своим указом от 10 февраля 1784 года повелела основать здесь «военный порт с адмиралтейством, верфью, крепостью и сделать его военным городом». В начале 1784 года был заложен порт—крепость, названный Екатериной II Севастополем. В июне 1783 года в Карасубазаре, на вершине горы Ак—Кая (Белая скала), князь Потёмкин принял присягу на верность России крымской знати и представителей всех слоёв крымского населения. Крымское ханство перестало существовать. Было организовано «земское правительство» Крыма во главе с представителем местной знати ширинским беем Мехметшой, получившим звание наместника. Местом пребывания региональной администрации был определён город Карасубазар. Следить же за выполнением данных в манифесте обещаний в том же 1783 году поручили генералу Осипу Игельстрому. Он определил свои обязанности так: 1) защищать от любых посягательств татарскую религию и национальную культуру; 2) следить за тем, чтобы татары не призывались в российскую армию без их на то воли; 3) запрещать российским офицерам входить в татарские гаремы. 22 февраля 1784 года указом Екатерины II знати Крыма были предоставлены все права и льготы российского дворянства. По решению Григория Потёмкина были составлены списки 334 новых дворян Российской империи из числа крымских татар. Все они сохранили за собой земельную собственность.

Admin: ■ 23—01—2014Преступления без наказания Уже с августа 1914 года применение разрывных пуль против русских войск приобрело систематический характер. К 01 января 1916 года Чрезвычайная следственная комиссия (ЧСК) установила 5.178 случаев ранения разрывными пулями. При этом нужно учесть, что попадание ими в голову, грудь или живот почти всегда приводили к смертному исходу. Да и не все из числа раненных ими солдат были допрошены и подвергнуты медицинскому освидетельствованию. □ ■ Казаков, попавших в плен, немцы нередко расстреливали □ ■ Показания пленных австрийских солдат и офицеров, собранные ЧСК, говорят, что с начала войны патроны с разрывными пулями были розданы всем без исключения солдатам. Стрельба ими по русским войскам не только не запрещалась военным командованием, но и всемерно поощрялась. Пленный офицер засвидетельствовал, что некоторые офицеры австрийского стрелкового полка стреляли разрывными пулями в русских солдат от скуки и на пари. Ряд пленных нижних чинов удостоверили, что патроны с разрывными пулями раздавались им исключительно для стрельбы по русским офицерам и вообще по начальствующим лицам. ■ Пленным австрийским офицерам показали раненных разрывными пулями солдат. В результате ими в военное министерство в Вену были отправлены протесты: «...Причинённые этими пулями ранения ужасны. Во имя человеколюбия, мы протестуем против дальнейшего применения их и просим прекратить употребление этих прицельных (так они официально именовались в австрийской армии — С.П.) патронов. Нам объяснили, что пользование прицельными патронами — нарушение Женевской конвенции, и что впоследствии в случае повторения пленных офицеров будут расстреливать такими же патронами». ■ 18 февраля 1915 года командовавшим австрийской 3—й армией генералом Светозаром Бороевичем фон Бойна в одну из русских армий через парламентёра было передано «объявление». Оно было вызвано опасением репрессий по отношению к австрийским военнослужащим, изобличённым в использовании разрывных пуль и гласило: «В случае наказания смертью австро—венгерских солдат, при которых находятся официально в армии введённые и лишь только для определения дистанций употребляемые «У»—патроны, будут немедленно расстреляны 2 русских солдата из находящихся в плену». ■ Признание официального лица, принадлежащего к высшему командному составу армии Австро-Венгрии, о наличии в войсках запрещённых патронов, свидетельствует о том, что задолго до военного столкновения с Россией неприятель проникся решимостью использовать запрещённые международным правом средства ведения войны. Маркировка патронов показывала, что они производились на австрийском казённом заводе с 1912 года, а также на заводах в Карлсруэ и Будапеште. ■ Поскольку факт нахождения патронов с подобными пулями опровергнуть было невозможно, австрийцами была выдвинута версия о том, будто патроны эти были розданы войсковым частям исключительно с целью пристрелки — «для определения дистанции». ■ Но в России была проведена экспертиза, которая показала: взрываясь, эти пули дают незначительный дымок и слабое пламя, а потому крайне сомнительно, что они могут служить для пристрелки в боевой обстановке. К тому же применялись они и в тумане, и на близком расстоянии, на дальностях прямого выстрела, в том числе пулемётами. □ Тщательным образом в России исследовались и иные военные преступления армий германского блока. Особое возмущение вызвало применение немцами удушливых газов. Дело в том, что применение всякого рода дымов и газов, наблюдавшееся в древние и средние века, к началу Первой мировой войны было практически прекращено. Способствовала этому и Гаагская декларация 1899 года, запрещающая употребление снарядов, имеющих назначение распространять удушающие или вредоносные газы. ■ Появляющиеся время от времени перед войной многочисленные сообщения о том, что в Германии учёные работают в лабораториях над исследованиями природы удушливых газов и поиском мер по борьбе с ними, не вызывали тревоги ни в общественных кругах, ни в военных сферах европейских держав. Подобные исследования объяснялись немцами поиском путей облегчения дыхания при водолазных, шахтных и кессонных работах. ■ Но уже весной 1915 года выяснилось, что работа германских учёных послужила созданию запрещённого к применению оружия. 08 мая 1915 года при речках Писсе и Скроде против 3—го и 4—го батальонов 38—го Тобольского пехотного полка был выпущен удушливый газ, от действия которого пострадало 3 офицера и 4 нижних чина, телеграфиста. ■ Впервые в широком размере оно было применено против русских войск 18 мая. На протяжении 30 вёрст против частей Северо—Западного фронта были выпущены удушливые газы. В материалах ЧСК воссоздана, со слов очевидцев и потерпевших, картина этого боя у реки Бзура. Комиссией было истребовано из лазаретов заключения врачей, выписки из истории болезней и копии скорбных листов на отравленных газом в количестве 951 экземпляра. А всего было опрошено 747 нижних чинов, удостоверивших применение противником удушливых газов. □ ■ На фронтах Первой мировой войны с весны 1915 г. использовались удушливые газы □ ■ Засвидетельствовано было воздействие хлора не только на солдат, но и на всё живое, что попадало в круг действия газа. Найдены были и трупы германских солдат, шедших в атаку вслед за облаком газа и неосторожно ложившихся на землю для укрытия от ружейного огня. ■ Петроградское телеграфное агентство распространило в те дни следующее сообщение из Варшавы: «Приехавшие с позиций передают о любопытном приказе, отданном германским штабом по войскам на Бзуре. В приказе говорится, между прочим: «Сам Бог с нами и за нас. Борясь с целым миром, волею Его получили в руки новое могучее оружие — газы, которыми мы победим врагов. Могущество и господство великой Германии над Европой является единственною целью нашей германской борьбы, а потому мы ни перед чем не должны останавливаться и должны бороться до окончательной, уже обеспеченной победы. Не пройдёт и двух месяцев, как враги наши будут разбиты». ■ Знакомые мотивы? Не на этих ли приказах воспитывались будущие нацистские «герои» Второй мировой войны? □ Свидетельства преступлений против русских войск стали всё чаще появляться в специально изданных брошюрах, на страницах газет. Так, «Русский инвалид» 28 мая 1915 года сообщал: «Среди доставленных с Галицийского фронта раненых воинов есть пострадавшие от ядовитых газов». ■ 04 июня эта же газета писала: «Государь император Высочайше повелеть соизволил пожаловать, в изъятие из закона, младшему унтер—офицеру Алексею Макухе и унтер—офицеру Парасюку, по увольнению их из военной службы, усиленных пенсий по 518 рублей 40 копеек в год каждому в воздаяние их геройской доблести и верности воинской присяге. Означенные нижние чины удостоились такой царской милости за то, что, несмотря на учинённые над ними австрийцами и германцами пытки, выразившиеся в вырезании языка Макухе и изуродовании ушей и носа у Панасюка, отказались сообщить неприятелю сведения о численности и расположении русских войск». ■ 07 июня в ней сообщалось о прибытии в Петроград бежавших из плена. Они, «будучи допрошены чинами жандармского дозора, показали, что жили они в плену в крайне скверных условиях, в скотском сарае, а некоторые из них пробыли 20 суток под открытым небом, обращение с ними немцев было очень плохое, пищу давали им недоброкачественную и в весьма ограниченном количестве, почему среди пленных русских развились эпидемические болезни, зачастую со смертным исходом...». ■ В августе 1915 года вышла из печати одобренная Штабом Верховного Главнокомандующего иллюстрированная брошюра «Как живётся нашим пленным в Германии и Австро—Венгрии». В ней говорилось, что в избиении наших раненых и пленных участвуют не отдельные лица, а целые подразделения во главе со своими командирами. ■ Принц Рупрехт Баварский и генерал Стенгер (командир 58—й бригады 14—го баварского корпуса), другие германские офицеры отдавали приказы о расстреле пленных. Был приведён приказ генерала Стенгера: «С сегодняшнего дня пленных больше не брать. Всех пленных, даже в значительном количестве, немедленно расстреливать. Так же поступать с ранеными, всё равно, имеют ли они при себе оружие или нет». ■ Вскоре нашлись свидетельства выполнения этих преступных приказов. Главное управление Генерального штаба сообщало через печать, что «пленные шестого австрийского корпуса, взятые в первых числах июля на Холмском направлении, со слов прибывшего пополнения, настойчиво утверждают, что в Раве Русской германцы расстреляли 5.000 русских пленных, что прибывшие на пополнение нижние чины видели большое кладбище, где похоронены эти расстрелянные». ■ Свидетели были и из числа бежавших из плена. Вот рассказ одного из них — рядового Сибирского полка Игнатия Калинина: «В тот день, как нас взяли в плен, многие из нас были свидетелями гнусного зверства немцев. Я вместе с другими нижними чинами сидел за горкой около немецкого резерва. Видим, как из лесу, который был совсем рядом с немцами, выехали 8 наших оренбургских казаков и наехали сразу вплотную на немцев. Старший из них схватился за шашку, но тут раздался выстрел, он упал. Подбежали немцы, окружили казаков и спешили остальных. Их выстроили в ряд около канавы. Подошёл к ним унтер—офицер, затем офицер. Он что—то приказал. Вышло несколько человек немцев, построились против казаков, взяли ружья на изготовку. Прицелились в казаков. Старший махнул платком, раздался залп; казаки упали; их стали зверски бить прикладами, докалывать штыками. ■ С нами был один казак, он заплакал и говорил: «Смотрите, братцы, вас хоть в плен берут, а нас зверски убивают». ■ На пути к границам Германии и в лагерях военнопленных мы завидовали судьбе казаков, которых убили немцы, так как жизнь в плену была полна мучений. Непосильная, тяжёлая работа, голод и разные болезни ежедневно уносили много жертв. Все мы умирали медленной голодной смертью. Некоторые не выносили этих мук, кричали: «Застрелите, убейте нас или дайте есть!». ■ Один из пленных австрийских офицеров, лейтенант пехотного полка, на опросе 06 июня 1915 года поведал следующее: «Германские офицеры постоянно приучают своих и наших австрийских солдат к жестокости на русских пленных, раненых и трупах убитых. Я сам своими глазами видел, как германцы заставили наших улан упражняться в рубке раненых и убитых русских солдат, застрявших в болоте. Я с ужасом смотрел, как уланы, осторожно подползая по болоту, рубили головы русским, из которых, наверное, многие были ещё живы, так как бой на этом месте закончился только два дня назад». □ Работа Чрезвычайной следственной комиссии сводилась не только к констатации фактов нарушения законов и обычаев войны. В конечном итоге обилие материала заставляло задуматься над тем, кто же являлся организатором преступной военной деятельности. Ответ напрашивался сам собой. К примеру, профессор Н. Лазаревский в брошюре «Причины и задача войны (1914—1915 гг.)» отмечал: «Германия провозглашает, что все даваемые ею обещания для неё не обязательны, если только того требуют её военные интересы. И установленные правила войны нарушаются не только солдатами и офицерами, но и правительством: оно решает напасть на Бельгию и Люксембург немедленно после обещания не нападать на них; оно снабжает свою армию разрывными пулями; оно приказывает разрушать церкви; бомбардирует Реймсский собор в течение вот уже более четырёх месяцев под тем ложным оправданием, будто там французами одно время был устроен наблюдательный пункт; оно приказывает бросать бомбы на Собор Парижской Богоматери уже вовсе без всякого оправдания; оно приказывает уничтожить Лувенский университет и его библиотеку; оно, не смея напасть на английский флот, посылает германский флот бомбардировать незащищённые города (Либаву, Скарборо), чего Германия обязалась не делать. ■ Дело не только в том, что германцы считают, что по нужде им всё позволено; они смакуют свою жестокость, любуются ею, они горды, когда их называют варварами, гуннами; Вильгельм сам называет себя бичём Божьим, Аттилою». ■ В предисловии к переведённой с немецкого книги «Обычаи сухопутной войны» (официальное издание германского генерального штаба) указывалось: «Так как творческой мыслью последнего столетия завладели всецело гуманитарные соображения, зачастую вырождавшиеся в попытки повести развитие военных обычаев таким путём, который совершенно расходился с природой войны и её целью. Попытки такого рода совсем нежелательны, а в будущем, тем более... ■ Изучая военную историю, офицер будет в состоянии оградить себя от слишком сильных гуманитарных представлений, это изучение покажет ему, что некоторые строгости неизбежны на войне, тем более, что истинная гуманность заключается в безжалостном их применении». □ Общественное мнение России указывало на главных военных преступников: на германский и австро—венгерский генеральные штабы, на высший командный состав армий и на верховное руководство стран противника. Над ними в первую очередь и должен был бы состояться суд. ■ А для этого требовалось победить. Неотвратимость суда в случае поражения осознавали и в германском генеральном штабе. ■ …После октября 1917 года в Петрограде странным образом «забыли» о жертвах преступной деятельности Германии и её союзников. Материалы Чрезвычайной следственной комиссии исчезли, экспозиция музея была уничтожена. ■ В результате в послереволюционных работах по истории Первой мировой войны нет никаких следов её деятельности. Нет указаний на её документы ни в военных энциклопедиях, ни в специальных изданиях. Даже специалисты по этой войне не знают о том, как шла подготовка к суду над германскими и австро—венгерскими военными преступниками. ■ Санкт—Петербург. □ Автор — Сергей Порохов

Admin: ■ Статья из электронной версии журнала «Diletant» — сайта «Дилетант.ру» — познавательного проекта, всецело посвященного истории. Сайт создан для тех, кто любит историю и хочет знать о ней как можно больше — мир истории от древних, не знавших письменности племен, до XXI века. ■ 08 апреля 2014 г.Как Крым стал русским □ 08 апреля 1783 года был издан манифест императрицы Екатерины II о присоединении Крыма к России. ■ В этом документе констатировался тот факт, что, несмотря на законность получения Крыма в качестве военной добычи, Россия поначалу дала Крымскому ханству независимость, которой крымские татары не смогли разумно воспользоваться. Таким образом, на южных границах нашей страны настал мир, а сами они обрели геополитическую завершенность. ■ В Крыму постоянно возникали мятежи, создавая беспокойство на южных границах Российской империи. Так продолжалось с 1774 по 1783 г. Десять лет крымские татары проводили эксперимент по существованию своего ханства в качестве независимого государства. Эксперимент провалился, показав полную несостоятельность и правящей в Крыму династии, и крымско—татарской элиты, которая была занята исключительно междоусобной борьбой и антирусскими интригами. Результатом этого стала ликвидация несостоятельного государства и присоединение его территории к России. ■ Рассмотрим этот процесс и все, что ему предшествовало. В 1441 году первый хан Крыма — Хаджи Гирей — отделил свои владения от Золотой Орды и провозгласил себя независимым правителем. Династия Гиреев происходила от Чингисхана и очень высоко ценила свою знатность и независимость. Однако подъем военной и политической мощи Османской империи привел к тому, что следующий хан Менгли Гирей признал верховную власть турецкого султана и с этого времени Крымское ханство стало союзником и вассалом Османской империи. ■ Начиная с XV века набеги крымцев стали настоящим проклятьем для русского государства. ■ Экономика Крыма была в значительной мере построена на доходах, получаемых с набегов на север, на территории, заселенные русскими, которые на протяжении трех веков подвергались разграблению и угону в рабство. Долгое время Россия мало что могла противопоставить крымским набегам. Оборонительные полосы на юге — «засечная черта» — созданные в середине XV века и подновляемые на протяжении XVI века служили лишь частичной защитой от набегов, тем более, что в ходе Смутного времени засечная черта пришла в упадок и была восстановлена лишь в конце 30—х годов XVI века. ■ Английский посланник Д. Флетчер сообщает, что способ татар вести войну заключался в том, что они разделялись на несколько отрядов и, стараясь привлечь русских к одному или двум местам на границе, сами нападали на какое-либо другое место, оставленное без защиты. Нападая небольшими подразделениями, татары сажали на лошадей чучела в виде людей, чтобы их казалось больше. По сообщению Ж. Маржерета, пока 20—30 тысяч татарских всадников отвлекали на себя внимание основных сил русских, другие отряды опустошали русские пределы и возвращались назад без большого урона. Через подосланных языков ханы пытались сообщить в Москву ложные сведения о своих намерениях и силах. ■ Фактически в Крымском ханстве утвердился особый тип экономики, который получил название «набеговое хозяйство». ■ Кочевой образ жизни большей части населения Крыма позволял быстро мобилизовать очень значительные силы, выставляя более 100 тысяч воинов. В набегах участвовало практически все взрослое мужское население Крыма. Однако лишь меньшая часть из него участвовало в непосредственных боевых действиях. Большинство участников набега занимались грабежом и захватом пленников, преимущественно детей. В течение только первой половины XVI века произошло около 40 нападений крымских татар на территорию русского государства. Набеги приходились в основном на время, когда русские крестьяне участвовали в полевых работах и не могли быстро укрыться в крепостях: во время посевной или сбора урожая. Захваченные русские люди продавались на крымских невольничьих рынках. Крым в XV—XVI веках был крупнейшим центром работорговли, а русское государство вынуждено было выделять значительные средства на выкуп православных, захваченных татарами. Но все равно большая часть пленников оказывалась в Турции, странах Ближнего Востока, где они на всю жизнь оставались рабами. ■ Если мы посмотрим хронику крымских походов на Русь, то увидим, с каким постоянством были разоряемы южные земли русского государства, украинские и белорусские земли Литвы и Польши. В 1482 г. татары захватили и сожгли Киев, в 1517 г. татарское войско доходит до Тулы, 1521 г. — осада Москвы, 1527 г. -разорение московских земель, 1552 г. — крымцы снова дошли до Тулы, 1569 г. поход на Астрахань, 1571 г. — взята и сожжена Москва, 1591 г. — новый поход на Москву, 1622 г. — разорены тульские земли, 1633 г. — разорены Рязань, Тула, Коломна, Калуга, 1659 г. — поход до Курска и Воронежа, 1717 г. — татарские войска доходят до Тамбова. И это лишь самые ужасные страницы крымских набегов. ■ Войска ханства совершали военные походы на русские земли раз в 2—3 года, как только заканчивалась добыча, полученная в прошлом набеге. ■ В 1768 г. после того, как Турция объявила войну России, ее сразу же поддержал и Крым. 27 января 1769 года семидесятитысячное татарское войско Крым Гирея перешло русскую границу. Крымские татары сумели дойти только до Елисаветграда (Кировоград) и Бахмута, где были остановлены и отброшены войсками генерал—губернатора Малороссии П.А. Румянцева. Захватив две тысячи пленных, татары ушли за Днестр. Этот набег оказался последним в русской истории. 05 февраля 1769 года Румянцев доложил Екатерине II об отражении татарского нападения. В 1770 г. начались переговоры с новым ханом Крыма Селим Гиреем, которому было предложена независимость Крыма по итогам русско—турецкой войны. Так Россия рассчитывала отколоть от Османской империи сильного союзника и обезопасить свои южные границы. Но хан ответил отказом, заявив, что крымцы довольны властью султана и не хотят независимости. Однако донесения русских разведчиков свидетельствовали о том, что татары были недовольны новым ханом. П.А. Румянцев в письме Екатерине II писал: «Человек, принесший письма, сказывает, что новый хан весьма нелюбим мурзами и татарами и почти ни с кем сообщения не имеет, а татары же в великой скудости в пропитании и лошадях находятся... Татарское же общество, хотя под протекцию российскую предаться и желает, однако о том просить не в состоянии по причине, что нынешний хан содержит их в немалой строгости и к пресечению того весьма наблюдает». ■ В 1771—1772 гг. в ходе военных действий на территории Крыма русские войска под командованием князя В.В. Долгорукого разбили ханскую армию, а Селим Гирей бежал в Турцию. Новым крымским ханом стал сторонник дружбы с Россией Сахиб Гирей. В результате 1 ноября 1772 года в Карасубазаре крымский хан подписал с князем Долгоруковым договор, по которому Крым объявлялся независимым ханством под покровительством России. К России переходили морские черноморские порты Керчь, Кинбурн и Еникале. Оставив гарнизоны в крымских городах и освободив более десяти тысяч русских пленников, армия Долгорукова ушла к Днепру. Война с Турцией завершилась подписанием Кучук—Кайнарджийского мира в 1774 г., по которому к России отходили земли от Буга и крепости Кинбурн при устье Днепра до Азова с Прикубаньем и Приазовьем, крепости Керчь и Еникале, запиравшие выход из Азовского в Черное море. Крымское ханство было объявлено независимым от Турции. Русские торговые суда получили право проходить Босфор и Дарданелы наравне с английскими и французскими. Турция выплачивала России контрибуцию в четыре с половиною миллионов рублей. Угроза русским землям с юга была наконец—то устранена. Но не была решена проблема нестабильности в Крыму, где противоречия между несколькими крупнейшими татарскими кланами приводили к постоянным внутренним конфликтам, что не способствовало установлению на полуострове спокойной и мирной жизни. ■ Дружба с Россией постоянно подвергалась угрозам со стороны части протурецки ориентированной элиты. ■ Началась череда переворотов, заговоров и частой смены правителей. Уже в 1774 г. протурецкие мурзы свергли Сахиб Гирея и выбрали ханом Девлет Гирея который летом 1774 г., поддержанный турецкими войсками, вторгся в Крым морским десантом. Вплоть до 1776 г. Девлет Гирей находился в Крыму, но затем был выбит оттуда русским войсками под командованием А.В. Суворова и бежал в Турцию. Ханом стал сторонник России Шагин Гирей. Новый хан начал проводить реформы, направленные на европеизацию и модернизацию Крыма. Но это лишь привело к нарастанию внутреннего конфликта в нестабильном государстве и в 1777 г. начался бунт против Шагин Гирея. Этим немедленно воспользовалась Турция, не оставляющая желания вернуть Крым под свою власть, Шагин Гирей был провозглашен неверным за то, что он «спит на кровати, сидит на стульях и не молится, как подобает мусульманину». В Стамбуле крымским ханом был назначен Селим Гирей, который при поддержке турок высадился на полуострове в конце 1777 г. В Крыму началась гражданская война между сторонникам двух ханов. В Крым вошли русские войска, которые занялись наведением порядка в охваченном хаосом ханстве. ■ Летом 1778 г. турецкий флот в составе более 170 кораблей подошел к Крыму с запретом плавания русским кораблям вдоль крымского побережья, угрожая топить их в случае невыполнения ультиматума. Но твердая позиция А.В. Суворова, подготовившего Крым к обороне, заставила турок увести флот домой. Балансирование на грани новой войны завершилось 10 марта 1779 г. подписанием Анайлы—Кавакской конвенции России и Турции, где обе державы договаривались о выводе войск из Крыма, Турция признавала независимость Крымского ханства и Шагин Гирея как его правителя. ■ Шагин—Гирей, считавший себя, по словам Потемкина, крымским Петром Великим, жестоко расправился со своими врагами, чем создал немалое число недовольных. ■ Попытки Турции отторгнуть Крым не прекращались. В 1781 г. османы инспирировали мятеж брата хана — Батыр Гирея, который был подавлен русской армией. Затем начался новый бунт, провозгласивший ханом Махмут Гирея, но его армия также была разбита. Шагин Гирей снова вернувшись к власти, мстил бывшим противникам, чем спровоцировал новый мятеж. Для русского правительства стало очевидно, что Шагин Гирей неспособен к управлению государством, ему было предложено отречься от престола и передать Крым России, с чем хан, подавленный результатами собственного неудачного правления, согласился. ■ В феврале 1783 г. Шагин Гирей отрекся от престола, и манифестом Екатерины II от 08 апреля 1783 г. Крым вошел в состав Российской империи. В июне 1783 г. в Карасубазаре, на вершине горы Ак—Кая, князь Потемкин принял присягу на верность России крымской знати и представителей всех слоев крымского населения. Крымское ханство перестало существовать. Было организовано земское правительство Крыма, в которое вошли князь Ширинский Мехметша, Гаджи—Кызы—Ага, Кадиаскер Муследин Эфенди. Указом Екатерины II от 02 февраля 1784 г. была учреждена Таврическая область под управлением Г.А. Потемкина, состоящая из Крымского полуострова и Тамани. А 22 февраля 1784 г. указом Екатерины II татарским мурзам было даровано российское дворянство, сохранены земельные владения, но было запрещено владеть русскими крепостными крестьянами. Эта мера сразу же сделала большую часть татарской знать сторонниками России, в то время как недовольные русской властью предпочли эмигрировать в Турцию. Крепостное право в Крыму не вводилось, русские пленники освобождались. В качестве базы русского флота в 1784 г. на побережье Крыма в удобной бухте был основан Севастополь — «величественный город». ■ Началась более чем столетняя эпоха процветания Крыма в составе Российской империи. ■ За это время Крым из бедной земли, чье население жило за счет земледелия и грабежей соседей, превратился в процветающую территорию, курорт, любимый русским императорами, центр земледелия и виноделия, промышленно развитую область, крупнейшую военно-морскую базу русского флота. ■ Неотъемлемая часть России, населенная русскими, казалось, так и останется одной из наиболее благодатных ее земель, но судьба Крыма в очередной раз переменилась и уже в советский период в ходе волюнтаристских реформ Н.С. Хрущева Крым был под сомнительным предлогом подарен Украине. Это и по сей день порождает массу проблем, как во внутренней жизни Украины, так и в ее взаимоотношениях с Россией. □ ■ Автор — Михаил Диунов

Admin: ■ Уверен, что ещё достаточно не скоро Министерство обороны Российской Федерации поделится с общественностью подробностями об операции по обеспечению присоединения Крыма к России. Здесь, как говорится, на безрыбье, любой рак будет считаться рыбой. И в качестве такого «безрыбного рака», как мне кажется, в данный момент вполне сойдёт вот эта, предлагаемая оппозиционной (!) газетой «Новая», статья по теме. Мне было интересно. Потому читайте и вы. ■ Комментарии / Выпуск № 42 от 18 апреля 2014«Вежливые люди» в Крыму: как это было«И тогда приняли решение: отложить оружие и идти врукопашную» ■ Фото: Евгений Фельдман — «Новая» □ То идет, то прекращается передача военной техники, захваченной «вежливыми без опознавательных знаков людьми» в ходе крымской операции, Вооруженным силам Украины. Несколько кораблей ждут своей участи в крымских водах, не в силах дойти своим ходом до Одессы. Пришла пора подвести итоги военной операции, проведенной в Крыму с 26 февраля по 28 марта. Для сбора сведений о том, как это было, «Новая газета» обратилась к ряду источников. В силу специфики службы сотрудники Министерства обороны, военнослужащие частей, участвовавших в операции, мичманы и матросы украинского флота, старшие офицеры пограничной службы Украины, а также один гражданский специалист, обеспечивавший работу наших войск, попросили не называть их имен. Операция закончилась практически бескровно, как и требовало руководство. Это в военной истории случай нечастый. Да что там, уникальный. □ Необходимое пояснение □ Во всем мире и во все времена военные годами готовятся к исполнению приказов политиков. И едут безропотно в Корею, Вьетнам, Афганистан, Пенджаб, Чечню. Их не судят за войну, если они не совершают воинских преступлений и понимают, что такое преступный приказ. Судят потом политиков, таково исторически сложившееся «разделение труда». И целью материала является рассказ об операции в Крыму только с военной точки зрения. Мы вообще не затрагиваем политический аспект присоединения Крыма. Должен пояснить, что все войска России, оказавшиеся там в день, когда Совет Федерации выдал Путину разрешение применить их в военных действиях на территории Украины, я буду называть «группировкой, находящейся в Крыму по соглашению между нашими странами». Вплоть до конца операции Украина этот договор так и не денонсировала. А обладающие самыми современными средствами разведки американцы не зафиксировали превышение предельной численности российских войск (26 000 человек), определяемой договором о военно—морской базе России в Севастополе. Таково формальное основание, позволяющее Кремлю отвергать термин «оккупационные войска». □ С чем и с кем имели дело российские войска? □ Армию Украины, целиком вышедшую из Вооруженных сил СССР, российский Генштаб знал как облупленную. Исходили из того, что на 01 января 2014 года общая численность Вооруженных сил страны составляла 182 тыс. военнослужащих. В их распоряжении было: • 2311 танков; • 3782 боевые бронированные машины (ББМ); • 3101 ракетно-артиллерийская система; • 507 боевых самолетов; • 121 ударный вертолет. Боеспособна была в лучшем случае половина этой техники. Численность частей украинской армии, дислоцируемых в Крыму, по самым комплиментарным оценкам, не превышала 30 тыс. человек. По данным и.о. министра обороны Игоря Тенюха, 18 800 военных, из них ВМС — 11 900, Воздушных сил — 2900, остальных воинских частей — 4000. Украинские ВМС и пограничная береговая охрана Украины не имели серьезного военного потенциала. Некоторые пограничные корабли смогли уйти в Одессу из Балаклавы. А весь остальной корабельный состав ВМСУ был с началом операции практически публично заблокирован в трех бухтах Крыма: Северной и Стрелецкой бухтах Севастополя и на базе озера Донузлав. □ ■ Фото: Евгений Фельдман — «Новая» □ В реальности большая часть этих кораблей — либо ожидающие списания, устаревшие суда, либо вспомогательные. Какой—то интерес для наших военных при оценке сил представляли лишь несколько малых противолодочных кораблей (называемых в ВМС Украины корветами), пара ракетных катеров и БДК «Константин Ольшанский». Но и те требовали ремонта. □ Третья сила □ Американские и европейские комментаторы отметили, что накануне появления «вежливых людей» у административных зданий в Симферополе не было замечено активности в эфире. Даже мобильными телефонами пришельцы практически не пользовались. В некоторых статьях высказывалось мнение, что они чуть ли не перешли на связь с помощью вестовых. Так или иначе, операция, начавшаяся 27 февраля, оказалась для разведок разных стран полной неожиданностью. Согласно положениям Конвенции Монтрё о режиме прохода военных кораблей в Черное море через проливы Дарданеллы и Босфор, нахождение военных кораблей нечерноморских стран в Черном море не может превышать 21 сутки, а общий тоннаж каждого такого корабля — 30 тыс. тонн. В феврале 2014 года, еще во время Олимпийских игр в Сочи, в Черном море находились сразу два американских корабля — штабной «Маунт Уитни» и фрегат «Тейлор». Первый из них выдержал сроки конвенции Монтрё в 21 сутки, а второй просрочил их под предлогом устранения поломки гребного винта в турецком порту Самсун при выходе из Черного моря. Считается, что именно фрегат «Тейлор» был оборудован необходимыми радарными системами и средствами для ведения разведки. Однако и «Тейлор» ничего подозрительного не обнаружил. □ Накануне □ Оценивая вероятного противника на полуострове в ходе подготовки и проведения референдума в Крыму, специалисты Минобороны предусматривали и возможное появление полувоенных организаций. Имелась оперативная информация о размещении в Крыму группы «Правого сектора» и конкретных планах по организации диверсий на объектах Черноморского флота. Ожидались акции, призванные перевести освещение операции в мировых СМИ на более высокий эмоциональный уровень — захват боевыми группами заложников и пленение российских военнослужащих. Вероятность применения оружия со стороны крымских татар тоже учитывалась при проведении мероприятий. За счет подключения к диалогу мусульманской общины России в лице председателя ДУМ Татарстана, муфтия Камиля Самигуллина, а также президента Татарстана Рустама Минниханова развивающийся конфликт с крымскими татарами удалось значительно сгладить. Напряженность в обстановке на полуострове генерировали экстравагантными заявлениями и некоторые российские политики. Например, на фоне заявлений Кадырова, которые трудно трактовать иначе, как готовность к участию в вооруженной борьбе на Украине, Генштаб Вооруженных сил Украины сообщил 05 марта о том, что в Джанкое находится 1—й мотострелковый батальон «Восток» (Чечня). Но в последний момент мудрые люди в Кремле от «помощи» отказались — мол, в чеченцев украинские солдаты стрелять начнут скорее, чем в «русских братьев». □ ■ Фото: Евгений Фельдман — «Новая» □ Предстоящая задача требовала в первую очередь гарантированной управляемости и выдержки личного состава, а это не самая сильная черта подчиненных президента Чечни. Люди, отвечающие за операцию, это учли. □ Какие опасности видели спецслужбы □ Операция сопровождалась с обеих сторон информационной войной. Арсений Яценюк заявил, что Россия перебросила в Крым 6000 военнослужащих. Однако информация о количестве прибывших самолетов (5—7 бортов) приводит к другим выводам. Один Ил—76 вмещает 126 десантников, двухпалубная версия самолета — 225 человек. Также эти самолеты перевозят военную технику. Таким образом, на Ил—76 (будем считать, что технику и боеприпасы вообще не привезли) могло прибыть не более 1575 человек. 10 вертолетов, отмеченных пограничниками, могли перевезти порядка 200 человек. Итого воздушным транспортом — максимум 1700 человек. Корабли Черноморского флота в условиях полного контроля просто не могли незамеченными перевезти еще 4300 военнослужащих. Штаб операции учитывал также: • большое количество крымских татар вывезло своих женщин, стариков и детей на территорию Украины, все провожатые — молодые мужчины — вернулись назад; • перед событиями в Киеве агентура в военной среде на Украине фиксировала случаи насилия над женами «силовиков» (пограничники, таможня, военные, МВД), иногда воспринимавшихся как опора режима Януковича, со стороны радикально настроенной части населения — было понятно, что есть горячие головы, готовые зайти очень далеко, если они попадут в Крым; • источники разведки зафиксировали вывоз культурных ценностей на материковую Украину; • были отмечены активные попытки ультраправых создавать собственные группы на востоке Украины «для поддержания правопорядка». Каждая такая информация в отдельности не стоила большого внимания, но в совокупности картина выходила мрачная. При любом планировании лучше исходить из пессимистического варианта развития событий. □ ■ Фото: Евгений Фельдман — «Новая» □ Забегая вперед, могу констатировать: несмотря на угрожающие приготовления сторон и высокую военную активность, за время «крымского кризиса» погибли 4 человека. Две первые жертвы — участники пророссийского митинга 26 февраля в Симферополе: пожилой мужчина (от сердечного приступа) и задавленная толпой женщина. Еще две жертвы было зафиксировано 18 марта во время штурма фотограмметрического центра Главного управления оперативного обеспечения Вооруженных сил Украины в Симферополе — украинский военнослужащий, прапорщик по фамилии Какурин и боец местной самообороны 34—летний житель Котельниковского района Волгоградской области России Руслан Казаков, который приехал в Крым в качестве добровольца. Обстоятельства их гибели до сих пор не ясны. Потерь среди личного состава Вооруженных сил РФ официально зафиксировано не было. □ Операция □ 27 февраля в 4 часа 20 минут по местному времени около 120 автоматчиков в полной боевой экипировке, но без знаков различия заняли здания парламента и правительства Крыма. Над зданиями были подняты российские флаги, а у входа появились баррикады. В ночь с 27 на 28 февраля аэропорт Севастополя «Бельбек» заблокировали вооруженные люди. Туда прибыло около полутора десятков военных грузовиков. Неизвестные люди в военной форме захватили также и аэропорт Симферополя. В обоих аэропортах с ними соседствовали сотрудники МВД Украины, никаких столкновений между ними не происходило и оружие не применялось. В ночь на 01 марта вооруженные люди, по приказу из Киева, попытались захватить здание МВД Республики Крым, однако им помешали «отряды самообороны» при участии российского спецназа. Это была первая и последняя попытка Украины сорвать начавшуюся операцию. В тот же день центр Симферополя взяли под контроль вооруженные люди. На первом заседании кабинета министров Крыма в новом составе премьер Аксенов признал, что важные объекты охраняют совместные патрули с участием российских военных. 02 марта Пограничная служба Украины объявила о том, что зафиксировала пересечение российско—украинской границы десятью вертолетами Ми—8 и Ми—24 Вооруженных сил РФ (по сведениям осведомленного источника, украинская сторона была официально оповещена только о трех вертолетах). В этот же вечер на Украину, по сообщениям все тех же пограничников, прибыли около пяти военно—транспортных самолетов Ил—76. Самолеты сели на аэродроме Гвардейское (13 км севернее Симферополя). По сведениям «Новой газеты», для участия в операции были привлечены силы спецназа и отдельные подразделения ВДВ из Пскова, Тулы, Ульяновска. «Вежливые люди» в форме без знаков различия блокировали административные здания и объекты инфраструктуры в Симферополе. В число таких объектов помимо здания правительства и Верховного совета Крыма вошли в том числе аэропорты, радиостанция, объекты «Укртелекома» (крупнейший на Украине оператор связи). К вечеру 02 марта бескровно были захвачены штабы Азово—Черноморского регионального управления и Симферопольского пограничного отряда Погранслужбы Украины. Установлен контроль над одним из украинских дивизионов Противовоздушной обороны (ПВО) в районе мыса Фиолент. 03 марта в правительстве Крыма заявили о переходе на сторону региональных властей 204—й истребительной авиабригады ВВС Украины. В большинстве случаев, когда украинские военнослужащие отказывались добровольно сдавать части, прибывшие военные спустя некоторое время разблокировали их. Все планы исходили из необходимости бескровного захвата. □ Достоинство украинских военных □ После того как только что назначенный А. Турчиновым главнокомандующий ВМС Украины Денис Березовский призвал подчиненных сложить оружие и перешел под командование премьер—министра Крыма Сергея Аксенова, немалая часть командиров и личного состава частей отказалась ему подчиняться. Инциденты между военными внутри украинских подразделений, связанные с расколом по линии «сдаваться/не сдаваться», произошли в военной части А—0669 в Керчи, Севастопольской бригаде тактической авиации им. Покрышкина, Академии военно—морских сил им. Нахимова, части украинской береговой обороны в Перевальном, военной части 7542 в Севастополе (39—й отряд ВМС Украины), 191—м учебном центре ВМС Украины в Севастополе. Наши собеседники не подтвердили пропагандистскую версию, что отказывались сдаваться в первую очередь призванные с правобережной Украины. Единственной попыткой начать в Крыму партизанскую войну можно назвать попытку украинских пограничников повредить 16 марта газопровод в районе Стрелкового. Однако достоверность этого факта, известного только в изложении премьера Крыма Аксенова, не установлена. Свидетелей пока не нашлось. 19 марта в Севастополе был взят штурмом штаб ВМС Украины, задержан находившийся там командующий Сергей Гайдук. После вмешательства Сергея Шойгу, обратившегося к руководству Крыма, задержанного отпустили. В тот же день Министерство обороны Украины наконец—то разрешило украинским военным в Крыму применять оружие. Это было явно запоздавшее решение: операция заканчивалась, под контролем Киева из обширного поначалу хозяйства оставались считанные объекты, не имеющие между собой никакой связи. Вероятность применения оружия частями украинских ВС в Крыму, по мнению наших источников, была, однако поведение и тактика российских военных позволили избежать прямых столкновений. Действия российских военных носили либо внезапный характер — что не давало возможности их украинским коллегам провести ответные действия, либо контроль над объектами устанавливался в ходе переговоров. Важнейшим фактором этого драматического противостояния было понимание обеими сторонами конфликта, что применение оружия может привести к катастрофическим последствиям. Поэтому главной задачей на первом этапе во всех случаях был захват или надежное блокирование оружейных комнат и складов. □ ■ Фото: Евгений Фельдман — «Новая» □ Спецназовцам поручили охрану и таких странных для непосвященного объектов, как детские сады. В том числе в Алуште. Это означало, что ждали захвата заложников. Интересная деталь: спецназу на охране детства приказали пристегнуть пустые магазины, чтобы исключить возможность непроизвольного выстрела. □ Морпехи против ВДВ □ Самым показательным эпизодом в этой бескровной эпопее стали события ночного захвата российскими десантниками базы 1-го Феодосийского батальона морской пехоты ВМС Украины под командой подполковника Дмитрия Делятицкого. Поведение этого офицера, так и не дождавшегося от политического руководства в Киеве ни одного внятного приказа, до последнего призывавшего своих солдат оставаться верными присяге, я считаю образцом. С особым уважением отозвались о нем и наши собеседники в Министерстве обороны России. Часть Делятицкого стала последней, над которой и после референдума, проведшего черту под украинским прошлым полуострова, продолжал развеваться флаг Украины. Ранее более половины морпехов решили перейти на службу в российскую армию, и под командованием Делятицкого остались самые стойкие. Даже участники штурма по—разному оценивают количество морских пехотинцев, находившихся на базе в ночь на 24 марта, когда российский спецназ, смешавшись с толпой местных жителей, ворвался во двор базы, — от 80 до 120 человек. Быстро взломав ворота, забросали казарму светошумовыми гранатами. Однако морская пехота не спешила выйти во двор с поднятыми руками. И тогда было принято ситуативное решение: командиры во избежание кровопролития предложили рукопашный бой. Бойцы в помещении сошлись стенка на стенку. От российского спецназа вышли около 40 человек. Само название «морская пехота» преимущества не дает, но это была элитная часть. Могу себе представить насмешки: мордобой — это все, что дала хваленая военная реформа? По мне же, высшей похвалы достоин командир, решивший дело таким эпическим манером, как в кулачный бой на Масленицу. Некоторые журналисты сообщали с места, что «русские вертолеты Ми—24 обстреливали казарму морпехов неуправляемыми ракетами». А там даже штык—ножи убрали от греха. Дмитрия Делятицкого и его заместителя майора Ростислава Ломтева, вставших в рукопашной в первый ряд, с переломанными ребрами отправили на гауптвахту. Через три дня Делятицкий покинул Крым. Другие результаты рукопашной таковы: утром офицеров под честное слово, которое они сдержали, отпустили по домам собирать вещи. Солдаты, решившие продолжать служить Украине, ждали их у казармы. Каждые трое из четырех их товарищей решили остаться в Крыму, в том числе и стоявший рядом с Делятицким в той стенке надежный Ростислав Ломтев. Был ли возможен такой исход, если бы прогремел хоть один выстрел? Очень советую непреклонным любителям крови ознакомиться с рассказом украинского участника. Для российских военных важнее был спуск флага над казармой, которого часто добивались просто переговорами, а не показное торжество русского оружия. Особенно это проявилось в истории с украинским флотом. Но спуск флага — тяжелый символ. Если относиться к нему как положено военному. Он дерется за флаг, когда купец спешит им торговать. Власти в Киеве тянули до последнего, рассчитывая вернуть корабли в политическом торге после кризиса. На мой взгляд, половину флота они могли без ущерба для боеспособности торжественно затопить под государственный гимн Украины — большинство судов и выпускать в море было рискованно. Но мир увидел бы символ новой Украины и начало славной военной традиции. Шансом не воспользовались. К исходу 20 марта, после того как Владимир Путин подписал указ о признании Россией воинских званий военнослужащих Украины, командиры и начальники 72 воинских частей, учреждений и кораблей Министерства обороны Украины, дислоцированных на Крымском полуострове, приняли решение перейти в Вооруженные силы РФ. После этого штурм авиабазы в Бельбеке 22 марта показывали уже в прямом эфире. «Вежливые люди» превратились в русских военных. Общественность не удивилась… □ ■ Фото: Евгений Фельдман — «Новая» □ 28 марта и.о. президента Украины Александр Турчинов подписал указ о выводе украинских частей из Крыма. 4300 из 18 800 украинских военнослужащих выразили желание покинуть Крым и продолжить службу на материковой Украине. А министр обороны Шойгу сообщил, что «организованный вывод подразделений украинской армии, изъявивших желание продолжать службу в Вооруженных силах Украины, завершен». Стиль управления войсками в значительной степени зависит от личного опыта командиров. Имея за плечами опыт командира полка ВДВ и помня афганское прошлое, Павел Грачев, не понимая, что имеет под рукой совершенно другую армию, намеревался взять Грозный за сутки силами одного полка. Кошмар, к которому привела его самонадеянность, я буду помнить всю жизнь. Операция в Крыму — первое и дай бог последнее боевое применение войск под руководством нового командования. И осторожный стиль операции скорее походил на операцию МЧС, у руля которого Шойгу находился столь долгое время. Политическое значение этой истории каждый волен оценивать в силу убеждений. Но я считаю удачей для всех, что решающие приказы в Крыму отдавали люди, ценящие чужую жизнь не меньше, чем боевую славу. □ Автор — Валерий Ширяев, заместитель директора АНО РИД «Новая газета»

Admin: ■ 07—01—2014 Спорная история УкраиныКто придумал украинцев?■ Несмотря на то что данный материал всё таки в большей степени исторический чем политический, выложил я его на Альтернативную политику а не историю. Так как, во—первых, он очень срачеопасный. А во—вторых, именно, он имеет прямое отношение к возможной интеграции Украины и России — к одной из главных тем сайта Альтернативная Политика. ■ Но австрийские поляки не сами изобрели украинство, а всего лишь взяли на вооружение наработки своих российских соплеменников. Честь изобретения украинцев принадлежит польскому писателю Яну Потоцкому, который в своем сочинении «Историко—географические фрагменты о Скифии, Сарматии и славянах», изданном в Париже на французском языке в 1795 г., сформулировал концепцию о том, что украинцы, населявшие малопольскую украйну, являются народом, отдельным от русского и имеющим совершенно самостоятельное происхождение. ■ Частично гипотеза Потоцкого базировалась на популярной в то время в Польше сарматской теории, по которой поляки были прямыми наследниками этого легендарного племени, одним из ответвлений которого автор счел украинцев. Никакой научностью это писание, разумеется, не обладало, а являлось пропагандистским ответом на раздел Польши. ■ Мысль, которую пытался обосновать автор, была довольно прямолинейна: поскольку украинцы не имеют никакого отношения к русским, ни культурно, ни исторически, то никаких исторических прав на земли к западу от Днепра Россия не имеет. Пропаганда эта была, разумеется, рассчитана на западного читателя, имеющего слабые представления о восточноевропейской этнографии. ■ Творчески переосмыслил украинскую концепцию другой польский деятель — публицист, историк, библиофил Тадеуш (Фаддей) Чацкий. В 1801 г. он написал псевдонаучную работу «О названии «Украина» и зарождении казачества», в которой выводил украинцев от выдуманной им орды укров, якобы переселившихся в VII в. из—за Волги. Деятельность этих польских «просветителей» носила вовсе не научный, а хорошо организованный политический характер. ■ Дело в том, что на русском престоле с 1801 г. восседал Александр I, этакий Горбачев XIX в., проводивший раболепную прозападную политику. Хуже всего, что император страдал полонофилией и дошел в ней до такой крайности, что даже назначил министром иностранных дел ярого русофоба Адама Чарторыйского, который в будущем, во время польского восстания 1830—1831 гг., возглавит правительство мятежников. ■ При Александре двор и государственные учреждения были буквально облеплены польской шляхтой, которая вдруг воспылала любовью к своим русским победителям. Но за показным конформизмом скрывалось желание отомстить России при первом же удобном случае. Этот феномен даже получил свое название — валленродизм. В 1828 г. Адам Мицкевич написал свою известнейшую поэму «Конрад Валленрод» с довольно двусмысленным сюжетом. Главный герой произведения литовец Вальтер Альф после того как крестоносцы убили его родителей, попадает в рыцарский замок, где его воспитывают христианином. Но находящийся в плену в замке старый вайделот (литовский народный певец, аналогичный скандинавскому скальду) внушает ему любовь к порабощенной родине и ненависть к крестоносцам. ■ В первом же сражении Альф переходит на сторону литовцев, поселяется у литовского князя Кейстута и женится на его дочери Альдоне. Однако не видя способа отразить натиск врага, он покидает семью и проникает в ряды крестоносцев, где под именем Конрада Валленрода делает стремительную карьеру, став в конце концов гроссмейстером ордена. Далее он, совершив ряд предательств, приводит орден к гибели. Подобная доктрина была воспринята шляхтой как руководство к действию. ■ Ян Чацкий, выполнявший при Чарторыйском дипломатические поручения русского правительства, в 1806 г. избран почетным членом Императорской Академии наук. Его брат, видный масон Северин Чацкий — камергер, член Государственного совета, действительный тайный советник. Первым малороссийским этнографом стал поляк Адам Чарноцкий, в свое время дезертировавший из русской армии и поступивший на службу к Наполеону (участвовал во вторжении в Россию). Вернувшись в 1819 г. в Россию, он, скрываясь под именем Зориана Доленги, снискал расположения императора. Александр I приказал зачислить Чарноцкого в состав Министерства народного просвещения и выдавать ему по 3000 руб. серебром в год на осуществление его «ученых путешествий», причем губернаторам и прочим местным властям приказано было оказывать Чарноцкому всяческое содействие. ■ Большое, почти абсолютное влияние приобрели поляки в системе образования Юго—Западного края. На ниве народного просвещения отметился и протеже Чарторыйского, бывшего попечителем Виленского учебного округа (включал также Киевскую, Волынскую и Подольскую губернии), Фаддей Чацкий — основатель Кременецкого лицея. Как пишет в очерке «Украинское движение» Андрей Стороженко, «в первой четверти XIX века появилась особая «украинская» школа польских ученых и поэтов, давшая чрезвычайно талантливых представителей: К. Свидзинский, С. Гощинекий, М. Гробовский, Э. Гуликовский, Б. Залесский и мн. другие продолжали развивать начала, заложенные гр. Я. Потоцким и Ф. Чацким, и подготовили тот идейный фундамент, на котором создалось здание современного нам украинства. Всеми своими корнями украинская идеология вросла в польскую почву». ■ Кременецкий (позднее Волынский) лицей ставший настоящим рассадником полонофильской интеллигенции, в 1831 г. после разгрома польского восстания был закрыт, в дальнейшем был переведен в Киев и преобразован в университет имени Святого Владимира. Еще одним сильнейшим очагом польского влияния стал Харьковский университет, что совсем не удивительно, если учесть, что его первым попечителем стал Северин Потоцкий, полностью подобравший профессорский состав. Это объясняет то, что маргинальные идеи украинства Потоцкого и Чацкого со временем укоренились в среде южнорусской интеллигенции. Харьковский университет стал настоящей кузницей украинства в России. Из его стен выпорхнули на волю в числе прочих деятелей украинства Петр Гулак—Артемовский, один из родоначальников укро—литературы, историки Дмитрий Богалей и Николай Костомаров. ■ Последний наиболее наглядно представляет собой портрет типичного украинца того времени. Родители Николая Ивановича были русскими, сам он родился русским, однако является украинским писателем и историком. «Украинский язык» он выучил уже в зрелом возрасте и принялся строчить на нем стишки и пьесы, впрочем, весьма посредственные. Учение своих польских предшественников об отдельности украинского народа ярый русофоб Костомаров адаптировал для внутреннего, так сказать, употребления, выдвинув тезис о двух ветвях восточнославянского народа — малороссах и великороссах. ■ Одновременно с Костомаровым действовало целое направление польской общественно—исторической мысли, вообще отрицавшее славянское происхождение русского народа, якобы имеющего финно—тюркское происхождение. Поскольку убедить в этом кого—либо было крайне трудно, возникла еще одна мистическая концепция, постулирующая наличие в славянском мире двух полюсов — носителями метафизического добра были поляки (коллективный Христос), а русские, естественно, объявлялись коллективным воплощением дьявола и носителем всего плохого, вредного и греховного. ■ До Костомарова никому и в голову не приходило делить единый русский народ на отдельные ветви, хотя о диалектических особенностях различных говоров писал еще Ломоносов, выделяя в русском языке три разговорных наречия — северное, московское и малороссийское. При этом Михаил Васильевич подчеркивал, что различия между русскими говорами, несмотря на обширность ареала расселения народа, значительно меньшие, нежели между немецкими диалектами. Но, несмотря на очень большие различия между верхнерейнским и восточно—прусским диалектами, немцы сегодня пользуются единым литературным языком, а единое русское языковое пространство в XX в. было разрублено на три части. До Костомарова понятие великоросс считалось сугубо географическим, обозначая коренного жителя 30 великороссийских губерний. ■ Так вот, сначала стараниями украинствующего историка Костомарова в «научный» обиход была введена искусственная схема разделения народа на некие ветви, а потом словосочетание «малорусская народность» постепенно, но целенаправленно заменялось украинствующей интеллигенцией выражением «украинский народ». Но никакого укоренения в массовом сознании эта концепция не получила, официально распропагандирована она была лишь в советское время. □□□ ■ Официальный язык сегодняшней Украины многие специалисты предлагают называть новоукраинским. Тараса Шевченко на него уже следует переводить, ибо за полтора столетия очень сильно мутировала не только украинская грамматика, но и лексическая основа языка. Нам, русским, трудно осознать столь стремительное видоизменение украинского языка, ведь для нас не только язык Пушкина, но даже речь Ломоносова отнюдь не кажется архаичной, а человек, знакомый с церковно—славянским, без труда читает древние летописи. ■ Первыми же российскими украинизаторами были именно поляки. Александр Каревин в своей замечательной книге «Русь нерусская (как рождалась рщна мова)» так описывает начало украинского движения: «XIX век прошел на Украине под знаком борьбы двух культур — русской и польской. Заветной мечтой польских патриотов было восстановление независимой Речи Посполитой. Новая Польша виделась им не иначе, как «от моря до моря», с включением в ее состав Правобережной (а если удастся — той Левобережной) Украины и Белоруссии. Но сделать это без содействия местного населения было невозможно. И руководители польского движения обратили внимание на малороссов. ■ Поначалу их просто хотели ополячить. Для этого в панских усадьбах стали открываться специальные училища для крепостных, где крестьянских детей воспитывали на польском языке и в польском духе. В польской литературе возникла так называемая «украинская школа», представители которой воспевали Украину, выдавая при этом ее жителей за особую ветвь польской нации. Появился даже специальный термин — «третья уния». ■ По мысли идеологов польского движения, вслед за первой, государственной Люблинской унией 1569 г. (соединившей Польшу и Литву с включением при этом малорусских земель великого княжества Литовского непосредственно в состав Польши) и второй, церковной Брестской унией 1596 г. (оторвавшей часть населения Малороссии и Белоруссии от Православной Церкви и поставившей эту часть под контроль католичества), «третья уния» должна была привязать к Польше (естественно, с одновременным отмежеванием от Великороссии) Украину (Малороссию) в сфере культуры. В соответствующем направлении прилагали усилия и чиновники-поляки (их в то время немало служило на Украине, особенно по ведомству министерства просвещения). ■ Как это ни странно, но такой почти неприкрытой подрывной деятельности власти препятствий не чинили. Что такое «психологическая война», тогда просто не знали. А поскольку открыто к восстанию до поры до времени поляки не призывали; царя вроде бы не ругали, то и опасности в их деятельности никто не усматривал». ■ Но проект «третьей унии» изначально был мертворожденным, поскольку для польских панов их русские холопы были быдлом, и признавать их ровней себе они не собирались. Да и крестьяне иноверных и иноязычных господ считать своими никак не могли. Поэтому в дальнейшем в ход пошла концепция украинства Потоцкого — Чацкого. Польская интеллигенция, занимающая в Юго—Западном крае доминирующее положение, стала пропагандировать идею о том, что украинцы — это народ, порабощенный русскими. Для сопротивления русской колонизации они призывали отказаться от русской культуры и разработать свой собственный литературный язык. ■ Но и в этом деле результаты были малоубедительными. Каревин пишет: «Образованные малороссы всей душой любили народные обычаи, песни, говоры, но при этом, несмотря на усилия украинофилов, оставались русскими. Новыми идеями соблазнились единицы. «У нас в Киеве только теперь не более пяти упрямых хохломанов из природных малороссов, а то (прочие) все поляки, более всех хлопотавшие о распространении малорусских книжонок, — сообщал видный малорусский общественный деятель К. Говорский галицкому ученому и общественному деятелю Я. Головацкому. — Они сами, переодевшись в свитки, шлялись по деревням и раскидывали эти книжонки; верно пронырливый лях почуял в этом деле для себя поживу, когда решился на такие подвиги». То, что потом было названо «украинским национально—освободительным движением», на начальном этапе своего развития состояло преимущественно из поляков (В. Антонович, Т. Рыльский, Б. Познанский, К. Михальчук и др.), поддержанных очень немногими малороссами». ■ Главным теоретиком доктрины украинского национализма тоже стал поляк Францишек Духинский, воспитанный в нужном русле в униатскому училище базилианского ордена в городе Умани Киевской губернии. Учителя (разумеется, поляки) внушили молодому Францишеку, что Россия — за Днепром, а здесь — Украина, населенная особой ветвью польского народа — украинской. Во время Крымской войны он служит на гражданских должностях в английской армии в Турции, все последующие годы жизни, кочуя по Европе, пропагандирует радикальные антирусские доктрины. Исповедуя расовый подход в истории, ■ Духинский категорически отказывает русским (они представители туранцев — неполноценных народов, противостоящих арийским) в праве считаться славянами, утверждая что «москали не являются ни славянами, ни христианами в духе настоящих славян и других индоевропейских христиан. Они остаются кочевниками до сих пор и останутся кочевниками навсегда». Он же, кажется, первым в трехтомнике «Основы истории Польши и других славянских стран и Москвы» (1858—1861 гг.) высказал суждение о том, что имя «Русь» украдено москалями у украинцев, которые единственные имеют право на него. Хотя технических подробностей этого «похищения» он так и не раскрыл, все последующие «свидомые» историки неизменно базируют свои концепции на этом тезисе. Ну да, считать себя арийцами весьма приятно.

Admin: □□□ ■ Известный русский философ и писатель Иван Солоневич так оценивал усилия Муравьева по деполонизации: «Край, — сравнительно недавно присоединенный к империи и населенный русским мужиком. Кроме мужика русского там не было ничего. Наше белорусское дворянство очень легко продало и веру своих отцов, и язык своего народа и интересы России… Народ остался без правящего слоя. Без интеллигенции, без буржуазии, без аристократии — даже без пролетариата и ремесленников. Выход в культурные верхи был начисто заперт польским дворянством. Граф Муравьев не только вешал. Он раскрыл белорусскому мужику дорогу хотя бы в низшие слои интеллигенции». ■ Кстати, прозвище «Вешатель» Муравьев получил за тридцать лет до польского восстания благодаря историческому анекдоту. После назначения его на должность губернатора Гродненской губернии в 1831 г. его спросили, не родственник ли он повешенному декабристу Муравьеву—Апостолу. На это Михаил Николаевич ответил, что происходит не из тех Муравьевых, которых вешают, а из тех, которые сами вешают. Что касается повешенных повстанцев, то таковых на весь обширный край насчитали лишь 128 человек. Но ненависть поляков к Муравьеву безгранична до сих пор, хотя к Польше он никакого отношения не имел, будучи наместником русских по населению губерний. Видимо ненависть эта первоначально имела сугубо меркантильную базу, ибо Муравьев предпринял энергичные меры для секвестрования дворянский имений и улучшения положения крестьян, находящихся здесь в более угнетенном состоянии, нежели в центральных российских губерниях. ■ Киевский генерал—губернатор Дмитрий Гаврилович Бибиков, занимавший этот пост в 1837—1852 гг., также вполне осознавал угрозу, проистекающую от засилья в крае польского дворянства. Им были разработаны инвентарные правила, определявшие отношения крестьян с помещиками. К сожалению с украинофильством никакой борьбы не велось, хотя следующий генерал—губернатор Николай Николаевич Анненков и приложил усилия для принятия так называемого валуевского циркуляра. Циркуляр этот, названный по имени министра внутренних дел империи Петра Александровича Валуева, был тайным и прямого действия не имел, а адресовался Цензурному комитету с требованием запретить печатать учебную, политическую и религиозную литературу на украинском языке. ■ Валуев в своей записке отмечал, что«общерусский язык так же понятен для малороссов, как и для великороссиян, и даже гораздо понятнее, чем теперь сочиняемый для них некоторыми малороссами, и в особенности поляками, так называемый украинский язык. Лиц того кружка, который усиливается доказать противное, большинство самих малороссов упрекает в сепаратистских замыслах, враждебных к России и гибельных для Малороссии. Явление это тем более прискорбно и заслуживает внимания, что оно совпадает с политическими замыслами поляков, и едва ли не им обязано своим происхождением, судя по рукописям, поступившим в цензуру; и по тому; что большая часть малороссийских сочинений действительно поступает от поляков». Однако запретительная мера эта была половинчатой и малодейственной, поскольку была направлена лишь на использование украинского языка в политических целях, но печать «изящной литературы» и разработки литературного украинского языка прекращены не были. ■ У всякой идеи должны быть свои мученики. У украинской они тоже есть. Венец великомученика отводится украинской мифологией Тарасу Шевченко, распятому проклятыми москалями (фигурально, конечно), а просто мучениками можно считать его коллег по Кирилло—Мефодиевскому братству. «Свидомые» свято уверены, что репрессии проклятого царского режима обрушились на голову святого «кобзаря» лишь за то, что тот был украинцем. Но это суждение в корне неверно. Кирилло—Мефодиевское братство, созданное по инициативе Николая Костомарова, было тайной политической организацией самого радикального толка. ■ Основные пункты программы были следующие: • освобождение славянских народностей из—под власти иноплеменников (в том числе отделение Украины от России); • организация их в республики с удержанием федеративной связи между ними (при этом независимая Украина мыслилась чуть ли не как центр федерации); • уничтожение крепостного права; • упразднение сословных привилегий и преимуществ; • религиозная свобода и веротерпимость; • при полной свободе всякого вероучения употребление единого славянского языка в публичном богослужении всех существующих церквей; • полная свобода мысли, научного воспитания и печатного слова и преподавание всех славянских наречий и их литературы в учебных заведениях всех славянских народностей. ■ Чтобы почувствовать, насколько эти идеи были проникнуты антигосударственным пафосом, давайте поищем аналогию в реалиях сегодняшнего дня. Когда радикальные националисты и религиозные фанатики провозглашают идею освобождения Чечни от российского гнета и создание Кавказского халифата из освобожденных из под христианского ига народов, то перепуганная общественность единодушно поддерживает лозунг «Мочить в сортире!» и всячески одобряет ковровые бомбардировки и зачистки в самашкинском стиле. Так неужели царские власти должны были безучастно глядеть на бурную деятельность национал—сепаратистов республиканского толка? ■ Ситуация осложнялась еще и внешнеполитическим аспектом усилий украинствующих республиканцев посягнувших, пусть даже только на словах, на территориальную целостность не только России, но и Австрийской империи. Император Николай являлся, как известно, рьяным охранителем Священного Союза трех держав, направленного на незыблемость европейских границ, и ему совсем не улыбалось, что кучка фармазонов дискредитирует его на международной арене. Может быть, несколькими годами раньше или позже власти смотрели бы на интеллигентов—карбонариев сквозь пальцы, но 1847 г. когда тайное общество было ликвидировано, выдался крайне напряженным. В 1846 г. в австрийской Галиции поляки учинили мятеж, который был подавлен при деятельном участии русского населения, а вскоре разразилась венгерская революция, чуть было не поставившая жирный крест на империи Габсбургов. Если бы не русские штыки, то так бы, вероятно, и случилось. Мне, конечно, очень трудно симпатизировать Австрии, да только уж очень неудачное время выбрали Шевченко с Костомаровым, чтобы разводить революционную деятельность. ■ Репрессии против кирилло—мефодиевцев носили чисто символический характер. Костомаров, один из создателей общества, всего год отсидел в Петропавловской крепости и некоторое время пребывал в ссылке, но не в Сибири, всего лишь в Саратове, а в дальнейшем спокойно занимался своим любимым украинофильством без всякого стеснения. Покаявшемуся Кулишу четырехмесячный тюремный срок и ссылку в Вологду заменили двумя месяцами пребывания в арестантском отделении военного госпиталя, а местом ссылки назначили Тулу. Гулак провел в тюрьме под следствием три года, но вероятно лишь потому, что отказался давать какие—либо показания, после чего отправился на пять лет в пермскую ссылку. Тарас Шевченко пострадал больше всех — 10 лет прослужил солдатом в Оренбургском полку. Но причиной столь «суровой» кары было вовсе не участие в тайном обществе, и уж тем паче, не украинофильство, а найденные у него при обыске стихи о императрице оскорбительного характера, что по тем временам было тяжким преступлением. ■ В то же самое время, в 1849 г. в отношении другого тайного общества — кружка петрашевцев в Петербурге были применены меры куда более жесткие — 122 человека находилось под следствием, из них 21 приговорены к смертной казни. Приговоренные уже стояли перед строем солдат на Семеновской площади, когда расстрел был им заменен ссылкой. Почему—то никому не приходит в голову объявить все эти репрессии национальным угнетением русского народа со стороны немецкой по крови царской династии. ■ Вся дальнейшая история российского украинофильства практически не выходит за рамки интеллигентской среды. Хождение в народ переодетых в шаровары и вышиванки студентов, приобщающихся таким образом к крестьянскому диалекту и сельскому фольклору, выглядело, скорее, как забава мажорствующей молодежи, но на пробуждение в массах «украинского самосознания» никакого влияния оказать не могло. Однако после издыхания польского импульса, все большее влияние на отечественных украинофилов начинает оказывать галицкое политизированное украинство, более того, по мере приближения Первой мировой войны австрийский и германский генеральные штабы все большее внимание начинают уделять украинству по чисто практическим соображениям. Украинофилов они видят своим агентами влияния, а украинской доктрине пытаются сделать прививку сепаратизма. ■ В 1906 г. начинается масштабная акция так называемого языкового крестового похода в Малороссию, организованная Веной. В крупнейших городах Юго—Западного края как грибы после дождя (золотого!) открываются многочисленные украиноязычные издания, откуда не возьмись, появляются сотни пропагандистов возвращения к истокам «ридной мовы». ■ Движение крестоносцев бурно приветствуют социалисты и либералы, руководствуясь той логикой, что все, что направлено против царизма, к лучшему. Но крестовый поход заканчивается полным провалом, потому как австрийский вариант украинского языка, грубо насаждаемый в полонизированной Галиции, оказался совершенно непонятен малороссам. ■ Как констатирует в своей брошюре «Первые украинские массовые политические газеты Поднепровья» (Нью—Йорк, 1952 г.) Юрий Тищенко—Сирый, один из тогдашних крестоносцев, «помимо того маленького круга украинцев, которые умели читать и писать по—украински, для многомиллионного населения Российской Украины появление украинской прессы с новым правописанием, с массой уже забытых или новых литературных слов и понятий и т.д. было чем—то не только новым, а и тяжелым, требующим тренировки и изучения». ■ По свидетельству Сирого, у самого массового издания крестоносцев «Ридный край» было всего две сотни подписчиков. Надо полагать, все они были самими укро—австрийскими крестоносцами, потому что российские украинофилы с раздражением отмечали, что читать прессу крестоносцев без словаря (украинско—украинского?) не в состоянии. Их угнетало обилие в галицком новоязе большого количества выдуманных — «выкованных» слов, искусственно созданных для замены слов русских. ■ Против потуг крестоносцев гневно выступил даже классик укро—литературы Нечуй-Левицкий, ратовавший за создание литературного украинского языка на основе малороссийских диалектов, а не ополяченного за века галицкого говора. Стоит ли говорить, что массы простого люда от укро—австрийского воляпюка в ужасе отшатнулись. Многие малороссы, увидев до какого маразма может довести попытки сделать язык на основе просторечного крестьянского диалекта, вообще пришли к выводу о ненужности подобных экспериментов, сделавшись сторонниками единого литературного общерусского языка. ■ Поэтому ничего удивительного, что не удалась в 1918 г. Украинская народная республика под протекторатом Берлина даже несмотря на то, что «национальное украинское правительство» — Верховную Раду возглавлял австрийский агент и германофил Михаил Грушевский, воспевающий в своих статьях германо—украинское расовое родство и общность политических целей. Слишком громадная пропасть разделяла народ и прогерманскую украинствующую верхушку. Замена в апреле 1918 г. оккупационными властями прозападного правительства Грушевского, напичканного австро—германскими агентами на лубочно-украинофильский режим гетмана Скоропадского, также не принесла особых успехов. ■ Как только германские войска после ноябрьской революции 1918 г. оставили Киев, Скоропадский (вот же говорящая фамилия!) был свергнут сторонниками Директории. Власть Петлюры была непрочной, его войска были многократно биты и белыми, и красными, и махновцами. Власть Директории сделалась вскоре чисто номинальной и не распространялась дальше вагона, в котором моталось «украинское правительство», вынужденное постоянно от кого—либо бежать. В народном фольклоре от тех времен осталась издевательская поговорка «У вагонi Директорiя, пiд вагоном территорiя». ■ Ни один из укро—националистических режимов в период революции и гражданской войны не продемонстрировал ни малейших признаков жизнеспособности. Верховная Рада и Гетманат являлись германскими марионетками, Петлюра в конце своей политической карьеры полностью лег под поляков, щедро раздавая им территорию «ридной Украйны» взамен поддержки своей чисто номинальной власти. Командующий немецким восточным фронтом Гофман в своих мемуарах писал: «Украина — это дело моих рук, а вовсе не плод сознательной деятельности русского народа». Кстати, и сама украинская государственная идея была наполнена конкретикой в Германии. Создатель Германской империи фон Бисмарк в 1877 г. провозгласил: «Нам нужно создать сильную Украину за счет передачи ей максимального количества русских земель». Все верно, создать Украину за счет украинских земель было невозможно по причине отсутствия таковых, а покушаться на земли дружественной Австро—Венгрии канцлер счел неправильным. ■ Даже в Галиции, где «титульная нация» формально составляла 60 % населения (следует при этом помнить, что единства между украинцами и русинами не существовало, а потому процент украинцев был, вероятно, ниже), а поляки всего 25 %, Западноукраинская народная республика не продержалась по сути и нескольких дней, хотя формально время ее существования исчисляется почти в шесть месяцев. 03 ноября 1918 г. во Львове Украинский национальный совет провозгласил создание национального государства, но уже 06 ноября восставшие поляки контролировали более половины города. 21 ноября подошедшие регулярные части польской армии полностью очистили Львов и правительство ЗУНР бежало в Станиславов (ныне Ивано—Франковск). Тем временем Румыния оккупировала Буковину, а чехословацкие части заняли территорию Закарпатья. Вскоре армия галичан полностью утратила контроль над территорией ЗУНР. В июле 1919 г. наступление галичан на Львов окончилось провалом. ■ Но благодаря тому, что австрийцы в свое время создали из галицких украинцев части сичевых стрельцов (имея в виду их использование для колонизации Малороссии), созданная на их основе Украинская галицкая армия оставалась в течение всего периода гражданской войны значимым военным фактором. Объединение, чисто формальное, конечно, УНР и ЗУНР 22 января 1919 г. предоставило в руки российских украинизаторов весомый ресурс в 50 тысяч национально «свидомых» галицких штыков. Еще одной силой, на которую опирались украинизаторы, были пленные австрийские украинцы, игравшие в 1917—1920 гг. роль авангарда украинизаторских сил. Впрочем, усилия галичан в области госстроительства запомнились современникам разве что попытками украинизировать киевские вывески. ■ Сегодня Польша вновь имеет некоторое влияние в украинском вопросе, в основном в качестве агента Вашингтона. Любопытно иногда почитать их прессу: «В интересах Польши, которая всегда будет испытывать угрозу со стороны российского империализма, необходимо существование Украины в качестве буфера между Польшей и Россией. Однако линия границы при этом должна отличаться от той, которая существует на сегодняшний день. Польша обязана всячески поддерживать идею раздела Украины и делать все, чтобы он наступил как можно скорее; поскольку всегда существует опасность того, что нынешнюю, русско—украинскую Украину вновь подчинит себе Москва. В то же время я более чем уверен, что проделать то же самое с собственно «украинской» Украиной Москва не сможет. ■ Именно такая Украина имеет наибольший шанс на вступление в Европейский Союз. По своей территории «украинская» Украина была бы почти равной Польше, однако ее население составляло бы всего около 1/3 от польского населения. Помимо всего прочего эта Украина была бы почти полностью избавлена от бремени тяжелой промышленности, а также не имела бы выхода к морю. Такая Украина не представляла бы особой угрозы для Польши, с такой Украиной можно было бы довольно быстро достичь некого «модуса вивенди», даже в том случае, если бы в Киеве правили сплошь одни бандеровцы, поскольку такая Украина всегда была бы заинтересована в наличии доброй воли со стороны Польши». ■ Однако раздел Украины маловероятен. Скорее всего, «самостийная Украйна» будет хиреть синхронно с РФ или даже чуть быстрее, а в случае возрождения России, вновь станет ее составной частью. Тупиковость «самостийного» пути развития Украины слишком очевидна, чтобы продолжать лелеять мечты о создании единой политической украинской нации, экономической самодостаточности и реальном государственном суверенитете. ■ В январе 1992 г. республика Украина была ядерной державой (!) с развитой авиакосмической и военной промышленностью, самым продуктивным из всех 15 бывших советских республик сельским хозяйством, мощной угольно—металлургической базой, сильнейшей научной школой и центрами высокотехнологичными предприятиями (достаточно вспомнить, что первый компьютер в Европе был создан в 1948 г. в Киеве). Украина имела доступ к дешевому российскому газу и нефти, не знала вооруженных конфликтов на своей территории. Украинцы не унаследовали ни цента из многомиллиардных внешних долгов СССР. То есть стартовые условия для экономического рывка и занятия страной подобающего места в европейской и мировой табели о рангах были у украинцев куда более благоприятными, нежели у других союзных республик, включая РСФСР. □ ■ Источник — Алексей Кунгуров. Киевской Руси не было, или Что скрывают историки ■ Автор — boroda

Admin: ■ 27—06—2014 ИсторияГероическая оборона поста Святого Николая □ Гибель поста Святого Николая □ ■ Начало Русско—турецкой войны привело к тому, что под угрозой оказалось русское побережье Кавказа. Русские форпосты, расположенные по восточному побережью Черного моря от поста Св. Николая (у самой границы Турции) до Поти и посёлка Редут, были плохо укреплены и имели ничтожные силы. Их разобщенность, отсутствие сухопутных коммуникаций, по которым можно было перебросить подкрепления, делали их оборону бессмысленным делом. ■ Однако и оставлять их не хотели. В Редуте был значительный склад артиллерийских припасов, и его охраняла всего одна рота солдат. В Поти было всего несколько десятков человек, хотя здесь имели две каменные и хорошо сохранившиеся крепости. На посту Св. Николая (Пристань Святого Николая) располагался большой продовольственный склад, и первоначально гарнизон насчитывал несколько десятков солдат. Такими силами, да ещё без береговой артиллерии, защитить посты было нельзя. ■ Кавказский наместник Воронцов настойчиво требовал войск. Он считал, что с началом войны в Черном море появится англо—французский флот, и это будет катастрофой для Кавказского побережья. Поступали тревожные извести о концентрации османских войск на границе, в Батуми. Воронцов просил Меншикова усилить русскую эскадру, крейсирующую у кавказских берегов. Однако только 28 сентября (10 октября) 1853 г. начальник морского штаба Черноморского флота Корнилов получил указание Меншикова уведомить вице—адмирала Серебрякова, который находился у восточного берега Черного моря, что «решение восточного вопроса клонится более к войне, чем к миру, и к войне со стороны турок наступательной». В результате приказ русской эскадре о необходимости усилить бдительность запоздал. ■ Первый вражеский удар принял на себя гарнизон поста Святого Николая. Это был обычный для Кавказа пограничный пост (пограничная застава), состоявший из нескольких десятков небольших деревянных домиков на берегу Черного моря. Здесь проживали начальник поста, чиновники карантинно—таможенной службы, солдаты, местные жители. На посту располагался магазин (склад) с провиантом, и располагалось несколько купеческих лавок для торговли с окрестными селениями. Укреплений не было, как и артиллерии. ■ На посту довольно быстро обратили внимания на военные приготовления в турецком приграничье. Тревожные известия из Батуми приносили аджарцы, дружественно расположенные к русским. Начальник поста Святой Николай пехотный капитан Щербаков отправил в Ахалцых своему начальнику генерал—лейтенанту князю Андроникову не одно тревожное сообщение. Несколько османских «таборов» (пехотных соединений) было привезено морем в Батуми. Османы скрытно установили на границе несколько артиллерийских батарей (работали ночью, чтобы скрыть военные приготовления). В Батумской бухте было отмечено скопление османских судов — фелук, на которых перебрасывали войска вдоль побережья. Каждое судно могло иметь на борту несколько фальконетов и могло перевезти несколько десятков солдат. Многие суда прибыли из Средиземноморья, на что обратили внимание местные жители. ■ Командование Военно—Гурийского округа сообщило об этом Воронцову. По настоянию генерал—лейтенанта Андроникова, хотя войск и не хватало, пост решили усилить. На заставу прибыли две неполные роты из Черноморского линейного батальона (255 стрелков) при двух полевых орудиях, несколько конных кубанских казаков для ведения разведки и доставки донесений, а также две сотни пешей гурийской милиции (местных добровольцев) под командованием князя Георгия Гуриели. Воронцов в письме императору Николаю отмечал высокие боевые качества гурийских ополченцев: «Для временной экспедиции они очень хороши, ибо храбры по природе своей и любят тревоги военной жизни…» Получив солидное подкрепление, капитан Щербаков и князь Гуриели приступили к укреплению обороны на вверенном участке. Дозоры выставили на горных тропах у границы. Каждый взвод стрелков и сотня ополченцев получили свои участки для обороны. Капитан Щербаков получил приказ занимать пост до вывоза провианта из тамошнего магазина. ■ Османский главнокомандующий и командир Анатолийской армии Абди—паша получил из Стамбула секретный приказ начать боевые действия ещё до официального объявления «священной войны». Анатолийская армия нацелилась на Александрополь и Ахалцых, османы и их английские и французские советники планировали объединить турецкую армию с горцами Шамиля, вызвать повсеместное восстание на Кавказе против русских властей и уничтожить отрезанную русскую армию в Закавказье. Затем можно было перенести боевые действия на Северный Кавказ. ■ Приморское направление было вспомогательным. Десантный отряд должен был внезапным ударом захватить пост Св. Николая. Русский гарнизон хотели полностью уничтожить, чтобы никто не смог предупредить русское командование о начале войны. Этим обеспечивался дальнейший успех наступления османских войск. После захвата поста турецкие войска должны были занять Гурию, откуда открывалась дорога на города Кутаис и Тифлиси. ■ В ночь на 16 (28) октября 1853 года большой турецкий десант — около 5 тыс. человек, был высажен в районе поста Святого Николая. Таким образом, турки имели более чем десятикратное преимущество в живой силе. Турки десантировались у устья реки Натамбы, в трех километрах севернее поста. И эта переброска прошла незаметно для русского гарнизона. Вражеское вторжение ожидали со стороны Батума, а не моря. Османские солдаты стали окружать пост, скрываясь в лесу. Операция прошла без шума — ослушникам грозили смертной карой. На позициях расположили фальконеты с фелук и небольшие пушки. ■ Штурм поста начался с сильного артиллерийского обстрела. На спящий гарнизон обрушился шквал огня. Сонные солдаты, пограничные стражники и гурийские ополченцы разобрали оружие и заняли свои позиции. Двухорудийная батарея открыла ответный огонь. После артиллерийского обстрела многочисленная османская пехота бросилась в атаку, желая смять немногочисленный гарнизон русского поста одним ударом. Основной удар нанесли с тыла. Однако, несмотря на внезапное нападение и подавляющее превосходство в численности, русское и гурийские воины отбили первый штурм. Сначала загремели ружейные залпы, затем солдаты открыли беглый огонь, артиллеристы косили картечью противников, которые стремились большими толпами ворваться на пост и числом подавить защитников в рукопашном бою. Турки встретили неожиданно яростный отпор, понесли большие потери и отхлынули. ■ Бой затянулся. За первым штурмом последовали новые, не менее настойчивые и массированные. Капитан Щербаков, после отражения первого удара, направил гонцов в штаб Гурийского отряда и в Ахалцых к генерал—лейтенанту Андроникову. Под покровом темноты казаки сумели пробраться сквозь цепь вражеских постов и скрылись в лесу. В результате внезапного нападения у турецкого войска не получилось. ■ Гарнизон продолжал отчаянное сопротивление в полном окружении. Сначала турецкие атаки отражали ружейно—пушечным огнем, но к утру боеприпасы закончились. Врага приходилось встречать грудью и отражать штыковыми ударами. Князь Георгий Гуриели был ранен, но продолжал руководить ополченцами. Когда его сразила турецкая пуля, гурийских воинов возглавил его сын Иосиф. Он также пал в этом сражении. ■ Остатки гарнизона, видя, что пост уже не отстоять, пошли на прорыв. Перед этим они сожгли магазин с провиантом. Русские солдаты прокладывали себе путь штыками, гурийцы рубили врага шашками. Отчаянная контратака бойцов Черноморского линейного батальона № 12 и гурийских ополченцев спасла их. Храбрые воины проложили себе путь в лесную чащу и османы не решились их преследовать, хотя день уже наступил. Из окружения смогли прорваться только три офицера (они были сильно изранены), 24 стрелка и горсть гурийских милиционеров. ■ Большая часть гарнизона поста Святого Николая пала смертью храбрых. Погиб капитан Щербаков, сложили головы князья Гуриели — отец и сын, почти две сотни гурийских ополченцев, большая часть русских стрелков. Русско—гурийский отряд погиб со славой и честью в неравном бою и выполнил свою задачу. Внезапного нападения на приморский фланг у османов не получилось. Турецкая армия лишилась фактора внезапности. ■ Надо отметить, что башибузуки («головорезы, безбашенные», нерегулярные отряды в османской армии) на посту Св. Николая совершили одно из военных преступлений, которыми отмечала свой путь турецкая армия. Меншиков доносил великому князю Константину: «При взятии крепости Св. Николая турки неистовствовали страшным образом. Они распяли таможенного чиновника и потом стреляли в него в цель; священнику отпилили голову; лекаря запытали, допрашивая, куда он спрятал деньги, перерезали женщин и детей и, наконец, у одной беременной женщины вырезали уже живого ребенка и тут же на глазах еще живой матери резали его по кускам». ■ Русское командование отправило на помощь гарнизону поста отряд из трех рот Литовского егерского полка, одного взвода Черноморского № 12-го батальона и сотни гурийской милиции, при двух орудиях под командованием полковника Карганова. Во время марша поступило известие о падении поста, войска ускорили движение и сходу атаковали турецкое войско, которое засело за лесными завалами в двух верстах от поста Св. Николая. Русские войска захватили вражеские позиции, но обнаружив огромную несоразмерность сил, не стали преследовать противника и повернули назад. □ □ Надо сказать, что западная пресса сильно раздула стратегическое значение падения поста Св. Николая. Этот локальный успех турецкой армии не оказал влияние на развитие войны. Вдоль берега наступать турецкая армия не могла, дорог не было. А внезапного нападения на Гурию и дальнейшего прорыва к Кутаиси не вышло. □ Турецкая армия времен Восточной войны □ ■ К началу войны боеспособность турецкой армии в результате ряда военных реформ (брали за пример прусскую и французскую армии) была повышена. Армия состояла из регулярной действующей армии (низам), резерва (редиф), иррегулярных войск и вспомогательных войск вассальных народностей. В 1849 году численность османской армии оценивалась в 120—150 тыс. человек (в военное время её численность удваивалась). Регулярная армия состояла из шести корпусов (орду), каждый из них формировался в том округе, где он дислоцировался (Стамбуле, Багдаде, Алеппо, Эрзеруме и т.д.). Каждый армейский корпус состоял из двух дивизий или шести бригад, которые включали в себя шесть пехотных полков, четыре кавалерийских полка и один артиллерийский полк. К тому же армейский корпус усиливался вспомогательными, иррегулярными подразделениями. Корпус должен был насчитывать более 23 тыс. человек: 19,5 тыс. человек пехоты, 3,7 тыс. человек кавалерии. Однако в реальности имел около 20—21 тыс. солдат. Кроме того, в регулярную армию входили четыре артиллерийских полка (один резервный и три полка крепостной артиллерии), два саперных полка и три отдельных пехотных отряда. ■ Пехотный полк состоял из четырех батальонов (штатная численность 800 человек, но реальная была около 700, а в азиатских владениях ещё меньше) по восемь рот в каждом и должен насчитывать при полной его укомплектованности 3250 человек, включая офицеров и штаб. В роте была два взвода, взвод делился на два отделения, отделение — на два капральства (в каждом по 10 солдат). Кавалерийский полк включал в себя четыре эскадрона улан и два эскадрона егерей. Эскадроны делились на 4 взвода. Каждый эскадрон должен был насчитывать 150 человек, но обычно они не имели полной штатной численности. Турецкий артиллерийский полк состоял из шести конных и девяти пеших батарей, с четырьмя орудиями в каждой, всего 60 орудий. Артиллерия была хорошей, полевые пушки производили в Константинополе под руководством европейских военных советников и инженеров. ■ В армию солдат набирали путем рекрутской повинности в возрасте 20—25 лет. В регулярной армии служили 5 лет, затем на 7 лет зачислялись в резерв. Редиф делился на такое же количество корпусов, дивизий, полков и т.д. как и регулярная армия. Офицеры и унтер—офицеры редифа всегда находились в запасных частях, раз в год запасных солдат собирали на сборы. Однако в реальности такая система подразумевала хорошо налаженное гражданское и военное управление. Проблема разложения управленческого корпуса Османской империи не была решена, поэтому эта система была больше формальностью. Редиф по численности был примерно равен регулярной армии. □ □ ■ Вспомогательные войска выставляли Дунайские княжества (Молдавия и Валахия), Сербия, Босния и Герцеговина, Албания, Египет, Тунис и Триполи. Таким образом, набирали более 100 тыс. человек. К этим войскам примыкали иррегулярные части — башибузуки. Их обычно представляли горские племена Курдистана, народности Сирии, Анатолии, Албания. Набор производили уже во время войны, и проблем с добровольцами не было. Их сбор организовывали местные генерал—губернаторы. Обычно это была иррегулярная кавалерия. Так, на Кавказском фронте воевали курды. Их задачей было опустошение вражеских территорий, нарушение коммуникаций в тылу противника, террор в отношении вражеского населения. Башибузуки прославились невообразимыми жестокостями и насилиями, чинимыми над мирными жителями, мародерством. Регулярного боя башибузуки избегали и обычно не выдерживали прямого столкновения. Боевая ценность башибузуков была небольшой. Они даже не могли организовать нормального сторожевого охранения, бежали при первой серьёзной угрозе. Поэтому османское командование постоянно сокращало их численность. Однако иррегулярные силы ещё представляли довольно значительную часть османских вооруженных сил — их во время Восточной войны набрали несколько десятков тысяч. Таким образом, Османская империя могла выставить в начале войны более 400 тыс. человек. ■ Но, несмотря на военные реформы и большую численность армии, Турция не избавилась от прежних слабостей которые подрывали обороноспособность империи. Если на европейском направлении армия была более или менее хорошо организована, укомплектована и снабжена, то на азиатском направлении дело обстояло намного хуже. Коммуникации были не развиты, дело обстояло плохо с оружием, обмундированием, провиантом и боевыми припасами. Ещё больший вред наносила бездеятельность, алчность, хищничество местных пашей. Деньги армии регулярно выделись, но их просто разворовывали. Плохое управление и коррупция наносили турецкой армии больше вреда, чем внешние враги. □ ■ Турецкие солдаты в Крыму □ ■ Простые турки были довольно хорошими солдатами, послушными, терпеливыми, выносливыми и при необходимости и правильном управлении — храбрыми. Их слабостью была безынициативность, низкая активность, что плохо сказывалось в ходе наступательных операций. Офицерский корпус был слабым, несмотря на усиление иностранными военными советниками и беглыми европейцами (венграми, поляками и т.д.). Военные школы в Константинополе не могли подготовить достаточное число хорошо подготовленных и образованных командиров. Среди младших командиров могли быть бывшие солдаты, но они обычно выдвигались не за военные заслуги, а из нестроевых солдат, денщиков, которые были при старших офицерах. С высшим офицерством, генералитетом вообще была беда. Здесь процветал фаворитизм. Многие генералы были в молодости фаворитами знатных лиц, сановников. Их больше интересовали дворцовые интриги и личное обогащение, нежели военное дело. ■ Продолжение следует… □ Автор — Самсонов Александр

Admin: ■ 28 июня 2014 года | Валерий БуртПринцип войныПричины Первой мировой до сих пор остаются загадкой ■ Фото: ИТАР—ТАСС/ Архив Когда сто лет назад — жарким днем 28 июня 1914 года в боснийском городе Сараеве прогремели два — по другой версии три — выстрела, никто не мог предположить, что это — лишь прелюдия к долгой и кровопролитной мировой войне, в пламени которой сгорят несколько великих европейских империй, в том числе и Российская. Этот эпизод многократно описан и переписан. Он присутствует даже в известной книге Ярослава Гашека «Похождения бравого солдата Швейка»: «…эрцгерцога Фердинанда, сударь, убили. Того, что жил в Конопиште, того толстого, набожного… — Иисус Мария! — вскричал Швейк. — Вот—те на! А где это с господином эрцгерцогом приключилось? — В Сараеве его укокошили, сударь. Из револьвера. Ехал он со своей эрцгерцогиней в автомобиле…» Все так. Но не смешно. Жертвой покушения стали наследник престола Австро-Венгерской империи эрцгерцог Франц—Фердинанд и его жена, княгиня София. Прибывшую из Вены семью ждал горячий во всех отношениях прием — восторженная толпа, заполнившая улицы Сараева и шесть террористов из организации «Млада Босна», которые расположились вдоль пути следования кортежа. Граната, брошенная Неделько Чабриновичем, не причинила вреда чете, но вскоре кровавое дело завершил 19—летний гимназист Гаврило Принцип, в упор выпаливший из браунинга по своим жертвам. Престарелый австрийский император Франц Иосиф, по свидетельству его дочери Мари Валери, воспринял трагическое известие равнодушно: «Для меня одной заботой стало меньше». Не слишком опечалились жители Вены, да и остальная Европа не обратила особого внимания на случившееся. Как, впрочем, и русский император Николай Второй, даже не упомянувший сараевскую трагедию в своем дневнике. Для него важно было другое: «…Поиграл в теннис. Погода стояла чудная с освежающим ветерком. После чая много читал. Выкупался. Обедали и вечер провели у Ольги и Пети». «Ни один человек на свете, — писал Владимир Набоков, — не поверил бы, если бы ему сказали в 1914 году, что тогдашние тринадцатилетние дети окажутся участниками войны, что через четыре года она будет в полном разгаре…» Но пока на бескрайних просторах России течет повседневная жизнь. Правда, не везде безмятежная. В мае случился пожар в Малом театре. Точнее, рядом с ним — вспыхнули пристройки к зданию Александровского пассажа, где хранились декорации. Пламя бушевало более трех часов и нанесло ущерб в полмиллиона рублей. Начал работу Оптический завод в Санкт—Петербурге — ныне Ленинградское оптико—механическое объединение. В ходе очередных испытаний тяжелый бомбардировщик «Илья Муромец» установил мировой рекорд продолжительности полета — 6 часов 33 минуты. В Москве собираются строить метро. В планах, одобренных Государственной Думой, — прокладка линий от Тверской до Покровской заставы, от Смоленского рынка до Каланчевской площади и от Виндавского (Рижского) вокзала до Серпуховской площади. Проект инженера Михаила Поливанова предусматривал соединение тоннелей трех подземных диаметров с путями магистральных железных дорог и электрификацию их пригородных участков. Вот другие старые новости. Илья Репин написал портрет Федора Шаляпина и его собаки Бульки. Дмитрий Мережковский выпустил собрание сочинений в 24—х томах. Сборная Москвы по футболу в игре с командой «Хольштайн» из немецкого Киля потерпела унизительное поражение со счетом 0:7. Спустя два дня команду Белокаменной разгромили шведы из города Гельсинборг — 8:1… Кричат в колыбелях, надув пухлые щечки, новорожденные: Таня, Петя, Алла, Юра, Владик. Им суждена известность — одним поклонники, бесчисленные статьи в газетах, другим и вовсе целые главы в энциклопедиях. Речь — по порядку имен — об актерах Окуневской и Алейникове, певице Баяновой, дикторе Левитане, футболисте Жмелькове. Портрет другой будущей знаменитости, родившейся в 1914 году, правда, за пределами России, отсвечивает тусклым сиянием ужаса. Это — Рамон Меркадер, убийца Льва Троцкого... Килограмм картофеля в Москве стоит 3 копейки, французская полуторакилограммовая булка — 8, стакан чая в трактире — 5, фунт говядины (400 граммов) первого сорта — 24, рубашка и брюки — по рублю. Столяр получает в день 1 рубль 87 копеек, плотник и каменщик — на несколько мелких монеток меньше. Балерина Анна Павлова в беседе с журналистами петербургских газет сказала: «Во многих городах приставали ко мне с просьбой выступить для кинематографа. Разыграть целую мимическую драму, вроде Асты Нильсен, у меня не было времени, танцы же при несовершенствах кинематографа пока на экране выходят скверно. Один раз я сделала в этом смысле исключение и согласилась по просьбе берлинского литературного общества исполнить для кинематографа «Ночь» Рубинштейна с ее плавными движениями. Я взяла с общества литераторов слово показывать эту картину только в самых исключительных случаях». В России росла напряженность. В Баку полиция встретила ружейными залпами антиправительственную демонстрацию. Прекратили работу рабочие Киева, Одессы, Харькова, Николаева и других городов. «…В Петербурге шли беспорядки, — вспоминала дочь лейб—медика Николая Второго Татьяна Мельник—Боткина. — Рабочие бастовали, ходили толпами по улицам, ломали трамваи и фонарные столбы, убивали городовых. Причины этих беспорядков никому не были ясны; пойманных забастовщиков усердно допрашивали, почему они начали всю эту переделку. — А мы сами не знаем, — были ответы, — нам надавали трешниц и говорят: бей трамваи и городовых, ну мы и били». Кто устраивал смуту? Германские и австрийские шпионы или русские провокаторы? …Сегодня, спустя столетие после выстрелов в Сараеве, не понятно многое. Известно, кто стрелял, но не ясно, зачем. В 1986 году Георг Везель — очевидец трагических событий в Сараеве и друг Принципа, убийцы эрцгерцога Фердинанда, сделал сенсационное заявление. Мол, Гаврило взялся за оружие вовсе не по политическим мотивам, а от отчаяния - его бросила девушка. Если так, то Первая мировая война вспыхнула из неудачной любви? Версия, конечно, интересная. Но слишком простая и хрупкая, чтобы на нее опереться. К тому же Везель был уже глубоким стариком, а в этом возрасте часто подводит память… Есть и другие вопросы. Зачем сербам было убивать государственного деятеля, который не принес им ни малейшего вреда? Почему эрцгерцога так открыто и цинично подставила под пули террористов боснийские полицейские? Почему у высокого гостя вообще (!) не было охраны? Между прочим, в день убийства в Сараеве на всех углах только и твердили о том, что Франца Фердинанда сегодня убьют. Об этом, кажется, не знал только он сам… Почти месяц обе стороны глухо ворчали, переругивались. Но все закончилось ультиматумом Австро-Венгрии к Сербии. В нем содержалось требование очистить государственный аппарат и армию страны от людей, замеченных в антиавстрийской пропаганде, арестовать подозреваемых в содействии терроризму, разрешить полиции Австро-Венгрии проводить на сербской территории следствия и наказания виновных в действиях против империи. Вена настаивала на тщательном расследовании всех обстоятельств покушения. Австрийцы также хотели послать своих наблюдателей для участия в следствии. Сербия готова была выполнить все пункты ультиматума. Кроме одного, касающегося наблюдателей. Но почему? Какую тайну они могли узнать? Об этом, скорее всего, уже никто никогда не узнает… Маленькая страна решила воевать, хотя было ясно, что она не в силах противостоять такому гиганту, как Австро—Венгрия. К тому же рядом маячила грозная тень немецкого союзника. На что же рассчитывали сербы? Разумеется, на братьев—славян... «Мы не можем защититься сами. Поэтому умоляем Ваше Величество оказать нам помощь как можно скорее, — взывал принц—регент Сербии Александр в телеграмме Николаю Второму. — Ваше Величество столько раз раньше уверяло в своей доброй воле, и мы надеемся, что это обращение найдет отклик в Вашем благородном славянском сердце». В Белград полетел ответ: «Пока остается хоть малейшая надежда на избежание кровопролития, все мои усилия будут направлены к этой цели. Если же мы ее не достигнем, Ваше Высочество может быть уверенным, что Россия ни в коем случае не окажется равнодушной к участи Сербии». Далее события разворачивались как в известной пословице: «Si vis pacem, para bellum — Если хочешь мира — готовься к войне». Впрочем, еще оставались надежды. Николай Второй попросил германского императора Вильгельма, тоже Второго, кстати, своего двоюродного брата, образумить союзника. Тот обещал выступить посредником. Русский царь ответил благодарностью. Далее он писал: «По техническим условиям невозможно остановить наши военные приготовления, которые явились неизбежным последствием мобилизации Австрии. Мы далеки от того, чтобы желать войны. Пока будут длиться переговоры с Австрией по сербскому вопросу, мои войска не предпримут никаких вызывающих действий». Однако Берлин не поверил Петербургу. Возможно, это была ловкая интрига, щедро декорированный спектакль с множеством актеров. И казалось, что не Австро-Венгрия, а Германия, тяжело дышавшая за ее спиной, жаждала начать войну. Вильгельм был уверен в грядущей победе. И это — несмотря на предостережение начальника немецкого генерального штаба генерала Гельмута фон Мольтке. В феврале 1914 года он писал, что «боевая готовность России со времени Русско—японской войны сделала совершенно исключительные успехи и находится на никогда еще не достигавшейся высоте». Но Вильгельм на дух не переносил Мольтке… Германский император ответил Николаю, что приготовления России к войне заставляют его принять меры для защиты. Русский царь еще пытался взывать к чувствам родственника: «Наша долго испытанная дружба должна, с Божьей помощью, предотвратить кровопролитие...» Но было уже поздно. Вскоре под пронзительный, хватающий за душу марш «Прощание славянки» потянулись к западным границам России бесконечные воинские эшелоны. …За много лет до Первой мировой канцлер Германии Отто фон Бисмарк сказал: «Какая—нибудь проклятая глупость на Балканах станет причиной новой войны». Ну, а будущий глава России Владимир Ленин тогда ошибся в оценке происходящего: «Война между Россией и Австрией была бы наиболее полезна для революции, но это крайне невероятно, что Франц—Иосиф и Николай сделают нам такой подарок». Однако такой щедрый презент большевики получили.

Admin: ■ 21—07—2014 ИсторияБлестящая победа русской армии в войне с Турцией 1768—1774 годов■ 240 лет назад, 21 июля 1774 года, при деревне Кючук—Кайнарджи, был заключен мирный договор между Российской и Османской империями, который завершил первую турецкую войну императрицы Екатерины II. Договор 1774 решил судьбу Крымского ханства (это государственное образование получило независимость от Порты и вскоре стало частью России) и начал процесс присоединения к России территории Северного Причерноморья (Новороссии), который был завершен в 1812 г. с присоединением Бессарабии. Одновременно начался закат Османской империи и постепенно усиление позиций России на Балканском полуострове. □ Русско—турецкая война 1768—1774 годов □ ■ Кючук—Кайнарджийский мирный договор стал итогом войны между Россией и Османской империей. Война эта была следствием европейской большой игры — противостояния союза северных государств (России, Пруссии, Дании, Швеции и Польши) при поддержке Англии с Францией и Австрией. Один из фронтов этой войны проходил по Польше. После смерти польского короля Августа III в 1763 году, при поддержке России на престол возвели Станислава Понятовского. Однако, против него и русских войск вступила Барская конфедерация, которая ориентировалась на Австрию и Францию. ■ Конфедераты при поддержке Франции обратились за помощью к Османской империи. Взятки поляков османским сановникам, уступка Волыни и Подолии в случае если Турция выступит на стороне Барской конфедерации и давление Франции, привели к тому что Стамбул дал согласие вступить против России. Порта посчитала, что наступил удобный момент для восстановления ряда утраченных позиций в Северном Причерноморье. ■ Поводом к войне стал приграничный инцидент в селении Балта (современная Одесская область). Во время боевых действий против Барской конфедерации, отряд колиев (православные повстанцы в западнорусских землях боровшиеся против польского ига) преследуя конфедератов, вошёл в Балту, которая тогда была часть Османской империи. На местном уровне конфликт довольно быстро был исчерпан, подобных приграничных происшествий тогда было немало. Однако, именно это происшествие в Стамбуле решили использовать как повод к войне. Русского посла Алексея Обрескова бросили в Семибашенный замок. ■ Порта обвинила Россию в нарушении прежних соглашений. Так, раньше Россия обещала не вмешиваться в дела Речи Посполитой и не вводить свои войска в польские земли. Россию также обвиняли в строительстве приграничных крепостей направленных против Турции, разорении Балты и возведении на польский престол «недостойного» человека. 25 сентября 1768 года султан Мустафа III объявил Российскому государству войну. Осень и зима прошли в подготовке к войне. ■ Османское командование планировало выставить 600—тыс. армию для войны с Россией. Главные силы армии должны были из Подунавья пройти в Польшу и соединиться с польскими конфедератами. Затем польско—турецкие войска должны были двинуться на Киев и Смоленск. Враги России надеялись восстановить Речь Посполитую в границах XVII столетия, создав мощное буферное государство между Европой и Россией. Вторая турецкая армия нацелилась на Азов и Таганрог, здесь её должны были поддержать крымские татары, а с моря османский флот. Кроме того, часть сил выделили для подавления восстания христиан в Черногории и Герцеговине. Таким образом, планы врагов России были весьма грандиозными. Руками Турции Запад надеялся выдавить русских из Польши и Азовско—Причерноморского региона и даже захватить Киев и Смоленск. ■ Российская империя выставила три армии. 1—я армия под командованием Голицына (80 тыс. солдат) должна была сконцентрироваться в районе Киева и вести наступательные действия против основных сил врага. 2—я армия под началом генерал—губернатора Малороссии Румянцева (40 тыс. штыков и сабель) собиралась у Бахмута и получила задачу оборонять южные границы России. 3—я армия под началом Олица (15 тыс. человек) собиралась у Брод и выполняла вспомогательную роль. □ □ ■ 1769 год. Собственно боевые действия были открыты в начале 1769 года. 10—тыс. турецко—татарский корпус вторгся из Крыма в Малороссию. Однако, Румянцев отразил этот удар и сам выслал карательный отряд в Крым, а также усилил гарнизоны Азова и Таганрога. К лету Румянцев перевел свои основные силы к Елизаветграду, но дальше наступать не мог, так как войска собирались медленно, и у него было всего 30 тыс. человек (включая 10 тыс. плохо вооруженных казаков). В то время как на Днестре стоял крымский хан со 100—тыс. турецко—татарской армией и 30 тыс. крымских татар угрожали новым ударом с Перекопа. Но, Румянцев распространяя слухи о движении сильной русской армии в Подолию, изменил ситуацию в свою пользу. Слухи о наступлении армии Румянцева спутали расчёты османского командования, которое отказалось от первоначального замысла наступления. Центр боевых действий сместился на Днестр. ■ Первоначально в Подунавье боевые действия велись вяло. Молдавия восстала против Порты, её господарь бежал. Архиепископ ясский попросил принять Молдавию в русское подданство. Но, 45—тыс. армия Голицына (до планируемой численность армии довести не удалось), вместо того чтоб сразу занять Яссы, двинулась на Хотин. Взять сильную крепость он не смог, потеряв время и ощущая нехваток провианта, князь отвел войска за Днестр. В результате стратегическая инициатива была потеряна, и османам позволили подавить восстание в Бессарабии. ■ Турки также не проявили инициативы. Великий визирь с 200—тыс. армией форсировал Дунай и двинулся в Бессарабию. Турецко—татарские войска целый месяц до половины июня бесцельно простояли на Пруте. Османское командование предложило полякам вместе начать наступление в Польше. Но, поляки, не желая видеть орды османов и татар в своих землях, предложили турецкой армии выступить против Румянцева в Новороссию. Направив против Голицына заслон. ■ Визирь этот план принял. Под Хотин была направлена 60—тыс. вспомогательная армия, а главные силы собирались ударить на Елизаветград. Но, этот поход не удался. Слухи о сильной армии Румянцева смутили османов, и визирь не решился форсировать Днестр, вернувшись назад на Прут в урочище Рябая Могила. Для укрепления Хотина визирь отправил сераскира Молдаванчи—пашу. ■ Голицын снова решился двинуться к Хотину. Это был опасный маневр. Голицын удалялся от армии Румянцева и не мог оказать ей помощи. Если бы на месте визиря был более решительный и инициативный полководец, то огромная турецкая амия могла ударить на Киев, и попытаться разгромить армию Румянцева. 24 июня Голицын форсировал Днестр, у села Пашкивцы опрокинул турецко—татарское войско и блокировал Хотин. Но, прибытие армии сераскира Молдаванчи и крымского хана Девлет—Гирея заставило Голицына снять осаду и отступить за Днестр. Надо сказать, что Голицын был поклонником школы маневренной войны, которая считала, что на войне главное маневр, а не решительное сражение. Поэтому Голицын считал, что его задача выполнена — он отвлёк врага от Новороссии. ■ Безынициативность визиря и его воровство (он украл 25 млн. пиастров, выделенных для снабжения армии), вынудили султана сменить его на Молдаванчи—пашу. Новый главнокомандующий получил приказ форсировать Днестр и занять Подолию. Однако, турецкое наступление завершилось провалом. В конце августа 80—тыс. турецко—татарская армия форсировала реку, но была сброшена войсками Голицына в Днестр. А 12—тыс. турецкий отряд, который 05 сентября был отправлен за Днестр для фуражировок, русские войска полностью уничтожили. ■ Поражения, нехватка продовольствия и фуража, воровство командования совершенно деморализовали турецкую армию. Почти всё войско разбежалось по домам. Молдаванчи—пашу в Яссах чуть не убили свои, он еле сбежал. У Рябой Могилы осталось только около 5 тыс. солдат, остальные дезертировали. Остался только сильный гарнизон в Бендерах, небольшие отряды в дунайских крепостях и крымско—татарская орда в Каушанах. Девлет—Гирей вскоре также распустил свои войска. ■ Но, русское командование не воспользовалось полным развалом османской армии. Голицын только без боя занял Хотин — русскими трофеями стали 163 орудия. Однако, вскоре снова (в третий раз) отступил за Днестр. Екатерина II, недовольная такой пассивностью, сменила Голицына на Румянцева. 2—ю русскую армию возглавил Пётр Панин. ■ Румянцев с учётом того, что главные силы османов ушли за Дунай, отряды конфедератов не представляли угрозы, и приближением зимы, отложил возобновление боевых действий до весны следующего года. Основные силы русской были расположены между Днестром, Бугом и Збручом. 17—тыс. авангард (Молдавский корпус) под началом генерала Штофельна был выдвинут за Днестр и Прут — в Молдавию. Штофельну поручили и управление Молдавией. Румянцев привел войска в порядок. Полки соединили в бригады, а бригады в дивизии. Управление артиллерией было децентрализовано — артиллерийские роты передали дивизиям. Зимой проводили учения, особенное внимание уделялось конным атакам и быстроте движения. ■ Авангард Штофельна в ноябре овладел всей Молдавией до Галаца и большей частью Валахии, захватил в плен двух господарей. Боевые действия продолжались всю зиму. Турецко—татарские войска. Пользуясь немногочисленностью Молдавского корпуса и разбросанностью его сил, пытались разбить русские передовые силы. Однако, были везде биты. Противник потерпел поражение при Фокшанах, у Журжи и у Бухареста. Русские войска взяли Браилов. ■ 2—я русская армия безуспешно пыталась атаковать Крым, но поход не удался (из—за засухи). Провалилась и осада Бендер. Из—за отсутствия осадной артиллерии от идеи осады крепости пришлось отказаться. Русские войска на кавказском направлении действовали успешно. Отряды генерала Медема и Тотлебена заставили кабардинцев и жителей верховьев Кубани признать русскую власть. □ ■ Д. Ходовецкий. «Сражение при Кагуле» □ ■ 1770 год. Развал армии и успехи русских войск оказали деморализующее влияние на османов и особенно их союзников — крымских татар. Однако, османский султан не собирался отступать. Не считаясь с затратами, он сформировал новую армию. Крымский хан Девлет—Гирей, не проявивший рвения в этой войне, был заменен на Каплан—Гирея. Татары должны были подготовиться к походу от Каушан на Яссы, для того чтобы нанести поражение Молдавскому корпусу до подхода основных русских сил и захватить Молдавию и Валахию. ■ Русский план войн составил Румянцев, который добился от государыни невмешательства Петербурга в его распоряжения. Главной своей задачей он считал уничтожение основных сил противника. 1—я армия должна была атаковать врага и не допустить перехода османов через Дунай. 2—я армия получила задачу защищать Малороссию и взять Бендеры. 3—ю армию расформировали, она вошла в состав 1—й армии. Кроме того, русская эскадра под командованием Орлова должна была в Средиземном море поддержать восстание греков в Морее и Архипелаге и угрожать Константинополю, связав силы турецкого флота. Штофельну приказали очистить Валахию и сконцентрировать силы для обороны Восточной Молдавии, до подхода главных сил. ■ Румянцев, получив известия о готовящемся вражеском наступлении и критическом положении Молдавского Корпуса, выступил до завершения укомплектования армии. У русского командующего было 32 тыс. человек — 10 пехотных и 4 кавалерийские бригады. Бригады были сведены в три дивизии под началом Олица, Племянникова и Брюса. Свирепствовавшая в Молдавии чума вынудила Румянцева задержаться в Северной Молдавии. ■ Но, ухудшение обстановки — значительная часть Молдавского корпуса и сам Штофельн погибли от чумы, заставило Румянцева продолжить наступление. Князь Репнин возглавил остатки русского авангарда на Пруте у Рябой Могилы и с 20 мая отбивал наскоки 70—тыс. орды Каплан—Гирея. В ночь на 17 июня Румянцев обходным маневром заставил отступить превосходящие силы турецко—татарской армии. 24—26 июня русская эскадра под командованием Орлова и Спиридова уничтожил османский флот в Чесменском сражении. ■ Румянцев не стал ждать, когда войско крымского хана соединиться с армией визиря. 07 (18) июля 1770 года армия Румянцева разгромила 80—тыс. турецко—татарскую армию под началом Каплан—Гирея в битве при Ларге. Меньшее по численности, но превосходящее противника по боевому духа, организации и умению, русское войско наголову разгромило противника. Враг в панике бежал. Русскими трофеями стали 33 пушки. ■ 21 июля (01 августа) 1770 года Румянцев разгромил визиря на реке Кагул. Визирь Молдаванчи имел под своим началом 150—тыс. армию, включая 50—тыс. отборной пехоты, при 350 орудиях, и планировал раздавить русские войска. У Румянцева под ружьем было 17 тыс. человек. Русские полководец опередил врага и сам ударил по турецко—татарскому полчищу. Русская армия тремя дивизионными каре опрокинула всю вражескую орду. Визирь и крымский хан бежали, было захвачено 200 орудий. Только янычары доблестно контратаковали дивизию генерала Племянникова, и чуть было не переломили исход битвы. Но, Румянцев лично бросился в бой и с криком «стой, ребята!» спас положение. Разгромом храбрых янычар завершилось это решительное сражение. После победы русские войска преследовали противника и на переправе через Дунай и под Карталом добили расстроенную вражескую армию. Был захвачен оставшийся турецкий артиллерийский парк — 150 орудий, взят Измаил. Молдаванчи, после переправы за Дунай, смог собрать только 10 тыс. солдат. Остальные разбежались. ■ Кампания 1770 года завершилась полной победой русских вооруженных сил. Будь у Румянцева резервы, можно было форсировать Дунай и поставить победную точку в войне, заставив султана капитулировать. Однако, у Румянцева была всего одна дивизия военного времени, а за Дунаем свирепствовала чума. Поэтому командующий ограничился укреплением положения в Дунайских княжествах и взятием вражеских крепостей. В августе взяли Килию, в начале ноября — Браилов. На этом кампания завершилась. ■ 2—я русская армия также воевала успешно. 16 сентября после жестокого штурма русские войска взяли Бендеры. Из 18—тыс. турецкого гарнизона погибло 5 тыс. человек, ещё 11 тыс. взяли в плен, остальные бежали. Русские войска потеряли 2,5 тыс. человек убитыми и ранеными. В крепости захватили 348 орудий. Вскоре захватили и Аккерман. □ ■ И. Айвазовский. «Чесменский бой» □ ■ 1771 год. Стратегическая инициатива полностью перешла к русской армии. В кампании 1771 года главную роль отвели 2—й армии, чью численность довели до 70 тыс. человек. Она должна была захватить Крым. Это облегчалось тем, что смена крымского хана Портой подготовила раздор между турками и крымскими татарами. К тому же крупные поражения деморализовали крымцев. Их союзники — кочевавшие между низовьями Днестра и Буга Буджакская и Едисанская орды отпали от Турции. ■ 1—я армия перешла к стратегической обороне. 35—тыс. армии Румянцева необходимо было защитить огромный фронт по Дунаю (500 верст). В феврале дивизия Олица взяла крепость Журжу. Турецкий гарнизон был истреблен — из 10 тыс. человек убили или потопили 8 тыс. солдат. В крепости захватили 82 орудия. Русские войска потеряли около 1 тыс. человек. ■ Тем временем османский султан, не желая сдавать и не теряя надежды на перелом в войне (в этом его поддерживали западные державы), сформировал новую армию. Новый визирь Мусин—Оглу реорганизовал армию с помощью французских военных специалистов. В армии оставили только регулярные силы и довели их численность до 160 тыс. человек. Турецкая армия была сосредоточена в придунайских крепостях, и с мая 1771 года, начала делать рейды в Валахию, стремясь оттеснить русские войска. Эти попытки продолжались до глубокой осени, но успеха не имели. Турецкая армия не смогла реализовать своё численное преимущество. ■ К тому же в октябре османы были деморализованы рейдом Вейсмана. Переправившись через Нижний Дунай, отряд Вейсман блестящим рейдом прошел по Добрудже, захватив все турецкие крепости: Тульчу, Исакчу, Бабадаг и Мачин. Он навел на османов такой страх, что визирь (имевший 25 тыс. войска против 4 тыс. солдат Вейсмана) бежал к Базарджику и выразил готовность начать мирные переговоры. ■ Поход 2—й армии под началом князя Долгорукова увенчался полным успехом. В июне был взят Перекоп, после этого русские войска заняли Кафу и Гёзлев. Большую роль в этом походе сыграла Азовская флотилия. Крымское ханство объявило о независимости от Турции и перешло под протекторат России. Оставив несколько гарнизон, русская армия покинула Крымский полуостров. ■ 1772—1773 гг. Успехи русского оружия начали сильно тревожить западные державы, они стали оказывать политико—дипломатическое давление на Россию. Первый раздел Речи Посполитой в 1772 году позволил России урегулировать разногласия с Австрией и Пруссией. ■ На фронтах наступило затишье. Почти весь 1772 год и начало 1773 года в Фокшанах и Бухаресте шли мирные переговоры с османами. Однако, Порта не хотела отказываться от Крыма. За Турцией стояла Франция, которая подстрекала османов не уступать русским, поэтому война продолжилась. ■ Императрица Екатерина требовала решительных действий, но Румянцев связанный нехваткой сил, ограничился рядом рейдов. Вейсман сделал рейд на Карасу и Суворов совершил два поиска на Туртукай. В июне Румянцев попытался атаковать Силистрию (её оборонял 30—тыс. гарнизон), но получив известие о движении турецкой армии ему в тыл, отошел за Дунай. Вейсман разгромил турков при Кайнарджи, но сам пал в этой битве (5 тыс. русских против 20 тыс. османов, пять тысяч турок было истреблено). Гибель «Русского Ахилла» опечалила всю армию. Александр Суворов, друживший с ним, писал: «Вейсмана не стало, я остался один…». ■ 1774 год. Румянцев, несмотря на нехватку войск и другие проблемы, решил нанести по противнику решительный удар и дойти до Балкан. Свою 50—тыс. армию он разделил на 4 корпуса (отряда). Главную роль должны были сыграть корпуса Каменского и Суворова по 10 тыс. штыков и сабель. Они получили задачу наступать на Шумлу и разгромить армию визиря. Корпусу Репнина был их резервом. Корпус Салтыкова действовал на силистрийском направлении. Корпус Румянцева составлял общий резерв. □ ■ Пётр Александрович Румянцев—Задунайский (1725 —1796) □ ■ В конце апреля отряды Суворова и Каменского перешли Дунай и очистили Добруджу от турок. 09 (20) июня объединенные русские корпуса разгромили 40—тыс. войско Хаджи—Абдур—Резака. Затем русские войска блокировали Шумлу. Румянцев форсировал Дунай, а Салтыкова направил к Рущуку. Русская кавалерия двинулся за Балканы, сея всюду ужас и панику. Турецкий фронт снова развалился. ■ Визирь, видя невозможность дальнейшей борьбы и предвидя катастрофу, попросил перемирия. Но Румянцев отказал ему в том, сказав, что готов говорить только о мире. Визирь покорился воле великого русского полководца. □ Мир □ ■ 10 (21 июля) был подписан Кючук—Кайнарджийский мирный договор. Со стороны России договор подписал генерал—поручик князь Николай Репнин, со стороны Османской империи — хранитель султанского вензеля Нитаджи—Расми—Ахмед и министр иностранных дел Ибрагим Мюниб. Крымское ханство получило независимость от Османской империи. Присоединение Крыма к России было теперь делом времени. К Российской империи отходили Большая и Малая Кабарда. Россия удерживала за собой Азов, Керчь, Еникале и Кинбурн, с прилегавшей к нему степью между Днепром и Бугом. ■ Русские корабли могли свободно ходить по турецким водам, пользуются теми же льготами, что и французские и английские суда. Россия получает право иметь свой военный флот на Черном море и право прохода через проливы Босфор и Дарданеллы. ■ Турция дала амнистию и свободу вероисповедания балканским христианам. За Российской империей признавалось право защиты и покровительства христиан в Дунайских княжествах. Амнистия также распространялась на Грузию и Мингрелию. Порта также обязалась больше не брать с грузинских земель дань людьми (юношами и девушками). Русские подданные получили право без всякой платы посещать Иерусалим и другие святые места. Турция платила военную контрибуцию в 4,5 млн рублей. ■ Договор стал предварительным, так как не мог удовлетворить Турцию, которая жаждала реванша, и её западных союзников, подначивающих османов возобновить боевые действия, чтобы вытеснить русских из Северного Причерноморья. Практически сразу османы стали нарушать условия мирного соглашения. Порта не пропускала русские корабли из Средиземного моря в Чёрное, вела подрывную работу в Крыму и не платила контрибуцию. ■ Да и для России соглашение было только первым шагом для закрепления за ней Северного Причерноморья. Необходимо было продолжить наступление, чтобы вернуть под свой контроль Чёрное (Русское) море. □ ■ Ратификационная грамота к Кючук—Кайнарджийскому мирному договору с личной подписью Екатерины II □ Автор — Александр Самсонов

Admin: ■ 30—08—2014 ИсторияКорифей украинской мифологии■ В День независимости (24 августа) и в День соборности (22 января) Украины представители государственной власти во главе с президентом возлагают в Киеве венки к памятникам Тараса Шевченко и Михаила Грушевского. С Кобзарем все понятно: эту традицию заложили еще большевики. Памятник Грушевскому в Киеве появился в 1998 г. Установлены такие памятники и в некоторых областных центрах, раньше других во Львове. Что же это за историческая личность, которая удостоилась столь большой чести в «нэзалэжной» Украине? □ □ ■ Украинские СМИ о Грушевском традиционно пишут: известный историк и политический деятель прошлого века, первый президент Украинской республики (никогда не был! — В.П.), председатель Центральной рады (март 1917 г. — апрель 1918 г.). ■ «Лукавий, хитрий був дідок», — сказал о Михаиле Грушевском его современник, поэт Александр Олесь. И более точную характеристику «дідка» дать трудно. Небольшая деталь. В мемуарах Грушевского есть описание эпизода зимы 1918 г., весьма для него показательного: «Прийняв парад, привітав се людське стадо, послане на заріз, цілував ікону — полкову святиню, котру мені показали». Оказывается, для масона Грушевского (масонство свое он никогда не скрывал), который, впрочем, как утверждают его апологеты, не отказывался и от православия, икона — отнюдь не святыня. В лучшем случае — суеверие. Но почему бы и не целовать, если «стадо» верит в нее? «А що я міг зробити?», — оправдывается Грушевский. Как говорится в таких случаях: «Ради красного словца не пожалеет и отца…». ■ После этого уже более спокойно воспринимаешь все, написанное Грушевским, например, такую вот цитату из 1 тома его 10—томной «Истории Украины—Руси» — истории никогда не существовавшего государства: «Движение украинских племен на юг проявилось в колонизации «антами» черноморских степей — между Днепром и Доном… Это первая украинская колонизация, которую можем констатировать, и потому должны остановиться на ней больше». ■ Кстати, в названии раздела, откуда взята эта цитата, есть слова об «идентичности антов с украинскими племенами». Спрашивается: откуда вдруг появились в те давние времена «украинские племена»? ■ Ответ прост как пареная репа: М. Грушевский их выдумал. Причем, от него и особых усилий не потребовалось. Еще в VI веке нашей эры готский историк Йордан упомянул о племенах антов, живущих между Днестром и Днепром. Другой историк того же времени византиец Прокопий Кессарийский отмечал, что анты и славяне — это один и тот же народ с «простым и варварским языком», «не отличаются они друг от друга и внешним видом». Этих—то антов Грушевский взял и объявил «украинцами» ■ По сути, историческая концепция Грушевского сводится к следующим совершенно бездоказательным утверждениям. Первое. Украинцы — коренное население на территории «нэзалэжной», существовавшее со времен древних антов и, возможно, являющееся потомками еще более древних трипольцев (т.н. трипольская культура). Второе. Украинцы в Киевской Руси являлись основным населением, от которого происходят русские — потомки окультуренных украинцами диких народов северо—востока. Третье. Наследником государственности Киевской Руси является Галицко—Волынское княжество, а через него — Великое Княжество Литовское. ■ Эта теория (мифологическая версия) получила название «Потоковой». В ее рамках все труды Грушевского признавали наследие Киевской Руси исключительно за украинцами. Грушевский утверждал, что в старину украинцы назывались «русинами», а Украина — Русью, но во времена политического упадка это имя «було присвоєне великоросійським народом». Вот такие они, «клятые» москали, и эти баечки о разных народах вбиваются в головы населения Украины добрую сотню лет, не менее. А особенно активно — в годы «нэзалэжности». ■ В конце XIX века австрийские власти (спецслужбы, в первую очередь) в преддверии вероятного вооруженного конфликта с Россией обратили внимание на молодого киевского историка—украинофила Грушевского и предложили ему должность профессора кафедры «всемирной истории со специальным обзором на историю Восточной Европы» Львовского университета. Немногим позже он возглавит эту кафедру и будет занимать должность на протяжении 20 лет — с 1894 по 1914 г. Вена остро нуждалась в идеологах, способных противостоять набиравшему силу движению русофилов. В Австро—Венгрии остро чувствовался недостаток в амбициозных интерпретаторах подлинной истории, за труды которых богатая империя Габсбургов готова была расплачиваться чистым золотом. ■ Свои гонорары Грушевский отрабатывал весьма усердно. «Дед» (окладистую бороду а—ля Маркс Грушевский носил смолоду) был весьма плодовитым: за львовский период жизни написал три десятка книг и более 2000 статей. Среди них самый известный — «История Украины—Руси». Первый ее том был издан во Львове в 1898 г. И в этом же году в Германии была запущена идея создания «самостийной украинской нации» в рамках автономии на территории Австро—Венгрии. В подконтрольной Берлину Вене в печати вместо понятий «Русь», «руський» стали употребляться термины «Украина», «украинский» и т.д. ■ В мемуарах бывшего командующего немецким Восточным фронтом генерала Гофмана (1926 г.) прямо говорилось: «Создание Украины не есть результат самодеятельности русского народа, а есть результат деятельности моей разведки». ■ Одновременно с преподавательской деятельностью Грушевский возглавил созданное десятилетием ранее «Научное общество имени Тараса Шевченко», сразу получившее щедрое финансирование из императорской казны. Именно это обстоятельство впоследствии сделало Грушевского не просто историком, но и политическим деятелем. Общество стало в Австро—Венгрии главным органом украинизации. Основной заслугой Грушевского перед Германской и Австро—Венгерской империями, которые очень боялись того, что коренное население Галиции считает себя русинами и в большинстве своем поддерживает Россию, следует признать создание украинского языка. Этот язык создавался примитивным до изумления способом — русские слова заменялись польскими, немецкими и просто выдуманными на скорую руку... ■ В этой связи нельзя не вспомнить об одном из филологических «открытий» Грушевского. Согласно его утверждению, украинский язык является не только прямым потомком прародителя всех европейских языков — санскрита, но и более всего на него похож! ■ «Открытие» вызвало ехидное замечание со стороны русского писателя — украинофила Ивана Левицкого (известного под псевдонимом Нечуй—Левицкий): «Не иначе как на этом самом санскрите Грушевский и пишет». Патриарх малорусской литературы, прежде всего, имел в виду украинский новояз, на котором была написана М. Грушевским «История Украины—Руси». Этот русско—польский суржик Нечуй—Левицкий назвал «страшною мовою». Злопамятный Грушевский не забыл этих слов и жестоко отомстил своему учителю, не оказав ему никакой помощи, когда в апреле 1918 г. Нечуй—Левицкий умирал нищим в одной из киевских богаделен — Дехтяревском доме престарелых... В то время австрийский подданный Грушевский председательствовал в Центральной Раде. ■ А ведь он был многим обязан Нечуй—Левицкому. В свое время именно Левицкий взял под свое покровительство тогда еще никому не известного гимназиста, стал его наставником в литературных делах, рекомендовал к печати первые его произведения. Ну, скажите, что еще может так выпукло обрисовать моральные качества одного из столпов «нэзалэжной» Украины? ■ В 1909 г. во Львове состоялось собрание членов Галицийской украинской партии. Грушевский предложил провести праздничные мероприятия в честь гетмана Мазепы. ■ Предполагалось также издать набор брошюр, в которых переход гетмана на сторону Швеции должен был рассматриваться как выступление в защиту угнетенных русским правительством казаков. Предложение «светоча украинской истории», конечно же, было реализовано. ■ «Филологическая» деятельность Грушевского не ограничилась только Галицией. Воспользовавшись некоторой либерализацией порядков после революции 1905 г., Грушевский появляется в Киеве, где самым активным образом пропагандирует «украинское» правописание (хотя и в несколько видоизмененном варианте). С этой же целью его единомышленники начинают издавать периодику и книги на украинском языке. ■ Свои личные заслуги родоначальник украинской исторической науки и создатель украинского языка оценил столь высоко, что в ознаменование 10—летия своих трудов на благо Габсбургов даже решил установить себе в научном обществе имени Шевченко бронзовый бюст. И установил. Ну, очень скромный был человек, что и говорить! ■ Впрочем, не все признавали новаторство Грушевского. Русский историк Николай Ульянов в очерке «Происхождение украинского сепаратизма» указывает, что Грушевский взял основную идею из анонимного политического памфлета XVIII в. «История русов». ■ Заслугой Грушевского было лишь то, что он вписал основную доктрину этой известной фальшивки в общепринятую концепцию русской истории, о которой неизвестный автор «Истории русов» никакого понятия не имел. ■ Ульянов, в частности, пишет: «История русов» не только не признает единого общерусского государства X—XIII веков, но и населявшего его единого русского народа. Напрасно приписывают М.С. Грушевскому авторство самостийнической схемы украинской истории: главные ее положения — изначальная обособленность украинцев от великороссов, раздельность их государств — предвосхищены чуть не за сто лет до Грушевского. Киевская Русь объявлена Русью исключительно малороссийской». ■ Этой фальшивой идее М. Грушевский и служил всю жизнь. ■ Родился он 17 сентября 1866 г. в Холме (территория современной Польши) в семье учителя. Увлечение историей началось после поступления в 1880 г. в гимназию, затем оно привело его в Киевский университет (1886—1890 гг.). В университетские годы под руководством одного из самых известных историков того времени профессора В. Антоновича он делает первые шаги в науке. На третьем курсе берется за исследование Киевской земли (от времен Ярослава Мудрого до конца XIV в.). Позже по рекомендации профессора Антоновича переезжает в подвластный австрийцам Львов. ■ Менять Киев на Львов и сейчас найдется немного охотников. А тогда на переезд из стремительно развивающейся «Матери городов русских» да еще в польско—еврейско—австрийское провинциальное местечко иностранного государства, далеко не дружелюбно настроенного в отношении России, мог согласиться только такой авантюрист, как Грушевский. Было ему всего 28 лет, и он совсем недавно защитил магистерскую диссертацию. По его мнению, наследниками киевского престола стали галицко—волынские князья. Именно земли Галицко—Волынского княжества достались Польше (Галиция сразу, Волынь некоторое время принадлежала Литве), а в XVIII веке галицийские земли отошли к австрийской короне. Благодаря тенденциозным работам Грушевского Вена получала не только моральное право считать Галицию своей вотчиной, но и возможность выдвинуть территориальные претензии к России. ■ Во Львове новоиспечённому профессору выделили роскошный особняк и обеспечили щедрым жалованьем. Выгодно продавая сказки об «украинских племенах», хитрый «дедок» также строил огромный дом в Киеве буквально в нескольких шагах от вокзала и вовсе не собирался расставаться с российским паспортом. В гражданскую войну большевистские снаряды развалят киевскую собственность львовского профессора. ■ Грушевский явно не предвидел такого поворота событий. Из Австро—Венгрии он неоднократно приезжал в Россию. В Департамент полиции регулярно поступали донесения о том, что ученый тайно провозит через границу нелегальную литературу националистического содержания, во время приездов в Киев обязательно посещает австрийского консула, с которым по несколько часов остается беседует наедине в его кабинете. Но сколько веревочке не виться, а кончик найдется. ■ После возвращения в Россию в 1914 г., через четыре месяца после начала Первой мировой войны, Грушевского арестовывают по обвинению в шпионаже в пользу Австро—Венгрии. В приказе начальника Киевского военного округа было также сказано: «Профессора Львовского университета Михаила Грушевского как пропагандиста украинского сепаратизма и видного деятеля украинской национально—демократической партии выслать в Симбирск на время состояния местностей, из коих он выслан, на военном положении». ■ В Симбирск он был выслан, но вначале провел в тюрьме несколько месяцев. Впоследствии по просьбам русской академической общественности ему разрешили переехать сначала в Казань, а потом и в Москву. ■ Однако свою работу Грушевский сумел выполнить. В среде украинской интеллигенции ему удалось образовать некое «ядро», которое считало Россию «великой тюрьмой народов», а политическое решение проблемы видело в отделении Юга России (от западной границы до предгорий Кавказа) и включении его в сферу влияния Германии и Австро—Венгрии. ■ В Москве он дождался Февральской революции, после чего вернулся в Киев, что называется, на белом коне: в марте 1917 г. его заочно избрали председателем Центральной рады. В 1917—1918 гг., находясь во главе УНР, Грушевский некоторым образом даже реализовал названный проект, «пригласив» на Украину немецкие и австрийские войска. ■ «Никто так не подходил для роли национального вождя как Грушевский», — писал известный политический деятель тех лет Дмитрий Дорошенко. Но бывшие австро—германские хозяева, которых Грушевский пригласил оккупировать Украину, не очень высоко ценили своего агента, постаравшись быстрее избавиться от него. Когда в апреле 1918 г. в Киеве произошел организованный немцами государственный переворот во главе с гетманом Скоропадским, профессор Грушевский эмигрировал в Австрию. ■ По мнению французского консула в Киеве Эмиля Эно (1918 г.): «Украина не имела никогда своей истории и национальной отличительности. Она создана немцами. Прогерманское правительство Скоропадского должно быть ликвидировано». Французскую сторону — союзника русских в Первой мировой войне — легко понять, потому что так называемая Украинская народная республика (УНР) фактически с момента своего создания стала марионеткой Германии. ■ Как известно, ни один из укро—националистических режимов в период революции и гражданской войны не продемонстрировал ни малейших признаков жизнеспособности. И прежде всего — прозападное правительство Грушевского, нашпигованное австро—германскими агентами. ■ Что очень похоже на сегодняшнюю Украину с ее сонмом американских «советников», и даже в СБУ. ■ Важно отметить, что при всем своем германофильстве Грушевский весну, лето и осень 1917 г. вел переговоры с Временным правительством России о предоставлении Украине автономии в составе Российской республики. Речь шла о возможном создании Российской Федерации. Керенской с идеей был согласен, но вопрос был отложен до окончания войны. В октябре 1917 г. к власти пришли большевики. Но и тогда выхода из состава России не произошло. Грушевский пошел на это только 6 января 1918 г., на следующий день после разгона большевиками Учредительного собрания, депутатом которого он, кстати, тоже был избран. ■ …Грушевский запросился на советскую Украину, когда еще не успела закончиться гражданская война. Причем в таких подобострастных выражениях, которые для «вождя нации» иначе как позорными не назовешь. Летом 1920 г. он направляет в ЦК КП(б)У письмо, в котором признает заслуги большевиков в борьбе с капитализмом и уверяет, что осознал, как и другие украинские эсеры, ошибочность стремлений изолировать Украину от всеобщего развития «шляхом будь—яких політичних комбінацій». Он даже подчеркивает, что отказался от поддержки националистов и принял принципы III Интернационала! В письме к предсовнаркома УССР Раковскому экс—председатель Центральной рады выразился еще унизительнее: «…ми були готові переступити через трупи наших партійних товаришів, що безвинно погинули від червоних куль… Були готові працювати під вашим проводом …» (… мы были готовы переступить через трупы наших партийных товарищей, которые безвинно погибли от красных пуль… Были готовы работать под вашим руководством». — перевод мой В.П.). ■ Большевики, ради борьбы с которыми Грушевский и позвал немцев, затеяв украинизацию, очень нуждались в кадрах и потому быстро простили своего врага. В 1924 г. он вернулся на родину, а 1929—м был избран действительным членом Академии наук СССР. ■ Последствия этого решения были самые печальные. Схема украинской истории, воспринимавшаяся в дореволюционной России как эпатажная выходка галицийского маргинала, была с небольшими корректировками, естественно, в духе марксистской идеологии, принята в качестве единственно верной. ■ Так что в деле украинизации вряд ли можно переоценить значение сделанного для Украины генеральным секретарем ЦК КП (б) Украины Лазарем Кагановичем. Так, благодаря ему язык, созданный в Галиции австро—польскими «филологами», в несколько дополненном виде был утвержден в УССР в качестве государственного. Ее, эту «мову» не любили, не признавали родной, но учить и использовать вынуждены были все. Ни одна демократическая власть не добилась бы либеральными методами таких успехов на протяжении столь короткого промежутка времени. Как сказал один из украинизаторов Малороссии А. Синявский, «из языка жменьки (горстки — В.П.) полулегальной интеллигенции до Октябрьской революции, волей этой последней становится органом государственной жизни страны». ■ Планы Грушевского и привлеченных им галицких «специалистов» по переделке малороссов в украинцев по образу и подобию процесса перерождения русинов в украинцев шли очень далеко, вплоть до отделения Украины от СССР. Что вызвало профессиональный интерес у чекистов. ■ Группа реформаторов—сепаратистов была арестована. Как заявил об этом сам Грушевский, «я не герой, поэтому рассказал всё». В результате его товарищи были расстреляны или попали в лагеря. А он не только вышел на свободу, но и «выбивал» из издательств задержанные ему гонорары при помощи новых друзей из ОГПУ. ■ И все—таки в сталинские времена Грушевский был репрессирован — посмертно. С конца 1930—х годов упоминания о Грушевском и его трудах были запрещены, родственники арестованы, в частности, дочь погибла в ГУЛАГе. На официальном уровне тема была закрыта. Но имя Грушевского на Украине не забыли. В 1991 г. оно было присвоено киевской улице, где располагалась Верховная рада УССР, а нынче находится Верховная Рада «нэзалэжной». Любопытно, что с 1919 г. эта улица была улицей Революции. ■ А продолжатели исторических фантазий автора «Истории Украины—Руси» довели их до абсурда, приписав древним «украм» все, в том числе создание египетских пирамид. Даже Будда, по их «ученому» мнению, тоже происходит из Украины. А галлы, разумеется, ведут свою родословную из Галиции. ■ Но основной составляющей истории является «украинская национальная идея» («соборность» Украины и украинского народа, имеющего самостоятельное происхождение и самостоятельную историю, отдельно от России и русского народа, которые выступают в образе «извечного врага Украины»). В понятие «украинской национальной идеи» входит и «евроинтеграция», поскольку «история Украины» — это часть истории Европы, а никак не России. Абсурдность и антинаучность украинской историко—мифологической конструкции неоднократно отмечались российскими исследователями. ■ Однако, когда речь идет об «украинском национальном проекте», критерии научности уступают место политической идеологии правящей элиты, формирующей антироссийский политический курс, направленный на интеграцию в европейские и евроатлантические структуры. ■ Два поколения людей уже выросли в «нэзалэжной». И училось они по соответствующим учебникам. При этом «История Украины—Руси» М. Грушевского определена министерством образования и науки Украины как «метрика украинского народа». ■ Фактически в украинских школьных учебниках истории происходит повторение «схемы М. Грушевского», согласно которой отрицается древнерусская народность. Следует согласиться с замечанием ряда российских исследователей, что одним из характерных приемов украинского мифотворчества является подмена термина «Русь» термином «Украина». Кроме того, сам термин «Русь» намеренно сужается территорией южных княжеств, «составляющих ядро будущего украинского народа». Таким образом, с точки зрения национализма, Грушевский однозначно — отец современной украинской исторической школы. ■ Недавно после 10 месяцев разрушительного для Украины действия киевского «майдана», его, наконец, «зачистили», а попросту говоря, разогнали. Все время существования этой националистической помойки телевидение разных стран мира, прежде всего — украинское, постоянно транслировало отсюда «картинки», в фокус которых как бы случайно попадали портреты «отца нации» Тараса Шевченко и «отца украинской революции» Степана Бандеры. Их «патриотические» облики в крупных рамах висели рядом на стенах нескольких домов, примыкающих к «майдану». Они находились там все время от начала и до конца действа «онижедетей», убивающих украинцев ради заокеанского Молоха. ■ Этой символической паре — пану Тарасу и пану Степану не хватало, однако, портрета третьего — «отца-создателя» мифологии украинского народа Михаила Грушевского. Именно его изображением и следует открывать символический для современной Украины «триединый» ряд. ■ Но изображения пана Грушевского на «майдане» отсутствовали. Правда, его портрет еще со времен президента Л. Кучмы красуется на купюре (фиолетового цвета) номиналом 50 гривен. Именно в борьбе за денежные знаки и клал М. Грушевский свой «живот» на алтарь нескольких «отечеств». ■ Умер Грушевский в 1934 г. в одном из санаториев Кисловодска во время лечения, по официальной версии, от заражения крови. А 10—й том его «Истории Украины—Руси» вышел в СССР в 1936 г. ■ Кстати говоря, 22 августа 2003 г. в Москве, на Погодинской улице на доме № 2/3 была открыта мемориальная доска, как сообщали российские СМИ, «первому президенту Украины» Михаилу Грушевскому. ■ На церемонии открытия присутствовали представители правительства Москвы, украинской диаспоры, посол Украины в РФ, сотрудники МИД РФ. По словам украинского посла, эта доска должна была стать «символом нашей дружбы, сотрудничества, взаимопонимания и доверия, символом укрепления мира и добрососедства»... □ ■ Автор — Валерий Панов

Admin: ■ 10—09—2014 ИсторияКод Мазепы■ В конце лета 1709 года в небольшом сельце Варница близ Бендер умирал в жутких мучениях бывший гетман Украины Иван Мазепа (Колединский). Он поминутно терял рассудок от невыносимых, адских болей, проистекающих от десятков неизлечимых болезней. А, приходя в сознание, после долгого нелепого бормотания, истошно скулил: «Отруты мэни — отруты!» («Яду мне — яду!»)… □ □ ■ Но поскольку травить православного даже перед тяжкой смертью всегда считалось непростительным грехом, то старшины и челядь порешили действовать по старинному обычаю — долбить дырку в потолке крестьянской хаты. Чтобы, значит, облегчить грешной душе умирающего расставание с бренным телом. Как тут не вспомнить старинное поверье: чем больше человек грешит при жизни, тем мучительнее смерть его ожидает. И впрямь — в обозримом прошлом и настоящем тогдашней Малороссии трудно было сыскать более коварного, злого и мстительного человека, нежели Мазепа. Он являл собой пример классического и законченного злодея на все времена и для всех народов. Даже при том, что общие нравы малорусских политиков той поры особой шляхетностью (благородством) не страдали. Оно и понятно: люди, живущие в окружении более сильных и могущественных соседей, вынуждены были постоянно решать тягостную, но неотвратимую дилемму — под кого бы выгоднее «подлечь». Мазепа невиданно преуспел в решении подобных задач. ■ К смертному часу он успел совершить с десяток предательств крупных и немереное количество злодеяний мелких. «В нравственных правилах Ивана Степановича, — пишет историк Н.И. Костомаров, которого никак не заподозришь в русофильстве, — смолоду укоренилась черта, что он, замечая упадок той силы, на которую прежде опирался, не затруднялся никакими ощущениями и побуждениями, чтобы не содействовать вреду падающей прежде благодетельной для него силы. Измена своим благодетелям не раз уже выказывалась в его жизни. Так он изменил Польше, перешедши к заклятому её врагу Дорошенку; так он покинул Дорошенка, как только увидал, что власть его колеблется; так, и ещё беззастенчивее, поступил он с Самойловичем, пригревшим его и поднявшим его на высоту старшинского звания. Так же поступал он теперь со своим величайшим благодетелем (Пётр I — М.З.)», перед которым ещё недавно льстил и унижался… Гетман Мазепа, как историческая личность, не был представлен никакой национальной идеей. Это был эгоист в полном смысле этого слова. Поляк по воспитанию и приёмам жизни, он перешёл в Малороссию и там сделал себе карьеру, подделываясь к московским властям и отнюдь не останавливаясь ни перед какими безнравственными путями». ■ «Он лгал всем, всех обманывал — и поляков, и малороссиян, и царя, и Карла, всем готов был сделать зло, как только представлялась ему возможность получить себе выгоду». Историк Бантыш—Каменский так характеризует Мазепу: «Имел дар слова и искусство убеждать. Но с хитростью и осторожностью Выговского он соединял в себе злобу, мстительность и любостяжение Брюховецкого, превосходил Дорошенка в славолюбии; всех же их — в неблагодарности». ■ Как всегда исчерпывающе точно определил сущность Мазепы А.С. Пушкин: «Некоторые писатели хотели сделать из него героя свободы, нового Богдана Хмельницкого. История представляет его честолюбцем, закоренелым в коварстве и злодеяниях, клеветником Самойловича, своего благодетеля, губителем отца несчастной своей любовницы, изменником Петра перед его победою, предателем Карла после его поражения: память его, преданная церковью анафеме, не может избегнуть проклятия человечества». И в «Полтаве» продолжил: «Что он не ведает святыни,/ Что он не помнит благостыни,/ Что он не любит ничего,/ Что кровь готов он лить, как воду,/ Что презирает он свободу,/ Что нет отчизны для него». ■ Наконец, чрезвычайно точная оценка злодея принадлежит и самому украинскому народу. Выражение «Проклята Мазепа!» веками относилось не только к плохому человеку, но и вообще к любому злу. (На Украине и в Белоруссии мазепа — неряха, грубиян, злой хам — устар.). ■ Весьма примечательная деталь. До нас дошли более десятка портретов этого исторического деятеля и даже несколько художественных полотен с его изображением. Удивительно, однако, но среди них нет элементарной схожести! Такое впечатление, что этот человек имел множество взаимоисключающих ликов. И дней рождения, у него как минимум пять — с 1629 по 1644 годы (то—то раздолье у политических фанатов гетмана — отмечать его «круглые» юбилеи!). Впрочем, и дат смерти у Мазепы… три. Такой вот скользкий. Всё у него было не как у людей… ■ Сознательно опускаю детство, отрочество и юность Мазепы. Ибо сам чёрт ногу сломит в том отрезке его ущербной биографии. Хотя следующую выдержку приведу исключительно из уважения к авторитету авторов: «Тот, кто занимал тогда этот пост, был польский шляхтич, по имени Мазепа, родившийся в Подольском палатинате; он был пажом Яна Казимира и при его дворе приобрел некоторый европейский лоск. В молодости у него был роман с женой одного польского шляхтича, и муж его возлюбленной, узнав об этом, велел привязать Мазепу нагим к дикой лошади и выпустить её на свободу. Лошадь была с Украины и убежала туда, притащив с собой Мазепу, полумертвого от усталости и голода. Его приютили местные крестьяне; он долго жил среди них и отличился в нескольких набегах на татар. Благодаря превосходству своего ума и образования он пользовался большим почётом среди казаков, слава его всё более и более росла, так что царь принужден был объявить его украинским гетманом». Это цитата Байрона, приведённая по—французски, взятая им у Вольтера. ■ Правда, при этом трудно не подивиться, как два выдающихся европейских творца повелись на элементарную придумку. Ибо подобного в действительности не могло быть по определению. И поневоле ещё думаешь: видать не зря столь выдающиеся европейцы и так давно стали поэтизировать «хохлацкого Иуду». Даже утверждали, что «царь принуждён был». То есть на равных ставили шляхтича—выскочку и величайшего монарха в истории человечества. ■ Все современники Мазепы в один голос утверждают, что он был «чародiем». Наверное, потому так полагали, что по—иному им трудно было объяснить невероятное умение этого талантливого проходимца производить впечатление на людей и внушать им доверие к себе. ■ Меж тем именно такие коварные способности (элементарно гипнозом владел!) и вознесли Мазепу на вершину власти. Когда гетманом Правобережной Украины был Павло Тетеря, Мазепа поступил к нему на службу. Гетманы в ту пору менялись, как перчатки у капризной дамы. И Тетерю сменил Петро Дорошенко. Он — естественно «очарованный» молодым шляхтичем, назначает его генеральным писарем — личным секретарем и главой своей канцелярии. При этом гетман Дорошенко вел сложную, тройную игру. Оставаясь подданным польского короля, он отправил своего секретаря к гетману Левобережной Украины Ивану Самойловичу с уверениями, что желает служить русскому царю. Но уже через несколько месяцев послал того же Мазепу к турецкому султану — просить помощи у извечного врага православных. А в подарок туркам преподнёс «ясык» — пятнадцать рабов из казаков, захваченных на левой стороне Днепра. По пути Мазепу с «гостинцами» захватили запорожские казаки во главе с кошевым атаманом Иваном Сирко. Тем самым, что писал со своими казаками знаменитое письмо турецкому султану Магомету IV: «Свиняча ты морда, кобыляча срака, кусача собака, нехрещеный лоб, мать твою …. Не будешь ты и свиней христианских пасти. Теперь кончаемо, ибо числа не знаемо, календаря не маемо, а день такой как и у Вас, за что поцелуй в сраку нас!» ■ И вот я сейчас задаюсь вопросом, на который никто и никогда не сможет ответить. Ну почему преданный Самойловичу (значит, и русскому царю!) атаман Сирко, этот неистовый защитник православных, заклятый враг татар и турок, не отрубил Мазепе голову на месте за то, что тот, подонок, вёз пятнадцать русских душ в рабство? Ведь Иван Дмитриевич всегда безжалостно истреблял пособников бусурман. А тут взял и отправил «подлую вражину» к гетману Самойловичу. Не иначе, как Провидение вознамерилось убедиться: насколько же низко и подло ещё способна упасть душа Мазепы. ■ Здесь, на Левобережье, происходит ещё одно, почти невероятное, во всяком случае, трудно объяснимое — именно Мазепу, как уже своё доверенное лицо, Самойлович посылает в Москву для переговоров. Там его разбитной порученец встречается с… самим царём Алексеем Михайловичем! И потом ещё много раз ездит в русскую столицу, укрепляя теперь уже свой собственный авторитет. Опуская бесчисленные тактические и стратегические ходы Мазепы, между которыми он благополучно «слил» Самойловича и всю его семью, где был почти родным человеком, заметим лишь, что 25 июля 1687 года хитрый царедворец получает с помощью подкупа российской чиновничьей верхушки «клейноты» (символы) гетманской власти — булаву и бунчук. ■ В правление Мазепы закрепощение посполитых (так называли тогда крестьян) приняло особенно широкий размах. А гетман стал самым крупным крепостником по обе стороны Днепра. На Украине (в то время Гетьманщине) он прибрал к рукам около 20 тысяч дворов. В России — многим более 5 тысяч. В общей сложности Мазепа имел свыше 100 тысяч крепостных душ. Ни один гетман до него и после не мог похвастаться столь сказочным богатством. ■ А в это время в России происходили очень серьёзные тектонические сдвиги империи, в результате которых на престол взошёл Пётр I. Будете смеяться, но и к молодому царю Мазепа почти с ходу втёрся, как впечатался, в невероятное доверие. Даже сейчас в это с трудом верится, однако в 1700 году Мазепа получает орден Андрея Первозванного — высшая русская награда за № 2! (первым награждён князь Иван Головин). Видать, крепко понравился русскому царю ушлый гетман, хотя возрастная разница, их разделявшая, составляла 33 года. ■ И далеко ведь не случайно Мазепа писал Петру: «Наш народ глуп и непостоянен. Пусть великий государь не слишком дает веру малороссийскому народу, пусть изволит, не отлагая, прислать на Украину доброе войско солдат, чтоб держать народ малороссийский в послушании и верном подданстве». ■ Это, кстати, к вопросу о восторгах некоторых историков по поводу самого долгого гетмановского правления Мазепы — двадцать один год — и о его якобы страстном стремлении к независимости Украины любой ценой. Уже не говорю о так называемых Коломацких статьях, подписанных лично гетманом при его вступлении в должность. Там чёрным по белому указано, что Украине запрещаются любые внешнеполитические сношения. Запрещалось гетману и старшин назначать без согласия царя. Зато все они получали русское дворянство и нерушимость имений. И, позвольте, где тут «борьба за независимость Украины»? Да, в течение двух десятилетий Мазепа неукоснительно выполнял волю Петра I. И правильно делал. Только предпринимал он это исключительно к выгоде своей. Тут никакой «нэзалэжностью» даже не пахнет. Запахло позже, когда ущербный по всем нравственным параметрам гетман почему—то уверовал, что непобедимая шведская армия разгромит войска нарождающейся Российской империи. Тогда—то впервые звериное, волчье чутьё Мазепы крепко его подвело. Вестимо, сколько верёвочке не виться… Но прежде, чем напомнить об окончательном падении гетмана, как политика, остановимся ещё на его самой безобразной человеческой подлости… ■ Первая песнь пушкинской «Полтавы», кто не забыл, начинается так: «Богат и славен Кочубей». И далее: «Но Кочубей богат и горд/ Не долгогривыми конями,/ Не златом, данью крымских орд,/ Не родовыми хуторами,/ Прекрасной дочерью своей/ Гордится старый Кочубей». Долгие годы почти ровесники (Мазепа старше Кочубея на год), они были друзьями — не разлей вода. И даже породнились: племянник гетмана, Обидовский, женился на старшей дочери Кочубея, Анне, а младшей Кочубеевне, Матрёне, Мазепа стал крестным отцом. У меня, на Украине, кумовство издревле почитается как духовное родство. Крёстные родители опекают крестников, пока те не встанут на ноги, а потом и крестники должны заботиться о крёстных родителях как о собственных. В 1702 году Мазепа похоронил свою жену и вдовел два года. В ту пору ему было далеко за шестьдесят, а Матрёне Кочубей — шестнадцать (в «Полтаве» она — Мария). Разница по самым скромным подсчётам — в полвека. И старик решил жениться на юной крестнице, хотя до этого соблазнил её мать. «Чародiй» пустил в ход все приемы своего обольщения: «Мое серденько», «моя сердечно кохана», «целую все члонки тельца твоего беленького», «помни слова свои, под клятвою мне данные, в тот час, когда выходила ты из моих покоев». «Я с великою сердечною тоскою жду от Вашей Милости известия, а в каком деле, сама хорошо знаешь». Из писем Мазепы видно, что Матрена, ответившая на его чувства, сердится за то, что гетман отослал её домой, что родители её ругают. Мазепа негодует и называет её мать «катувкой» — палачихой, советует в крайнем случае уйти в монастырь. Естественно, родители решительно воспротивились возможной женитьбе. Официальная причина отказа была в церковном запрете на браки между крестным отцом и крестницей. Однако изворотливый Мазепа, не заслал бы сватов, если бы не рассчитывал, что церковные власти, великолепно им прикормленные, снимут для него запрет. Скорее всего, Кочубеи прекрасно осознавали, в какую «халэпу» (напасть) может завести всё их семейство коварный и злой жених. Да со временем и Матрёна избавилась от заблуждений: «Вижу, что Ваша Милость совсем изменилась своею любовью прежнею ко мне. Как знаешь, воля твоя, делай что хочешь! Будешь потом жалеть». И свои угрозы Мазепа исполнил сполна. ■ По прямому (и это установлено точно!) навету Мазепы, Кочубея и полковника Захара Искру подданные царя приговорили к смерти и выдали гетману для показательной казни. Перед казнью Мазепа приказал ещё раз люто пытать Кочубея, чтобы тот выдал, где спрятаны его деньги и ценное имущество. Кочубея жгли каленым железом всю ночь перед казнью, и он всё рассказал. Эти «кровавые деньги» поступили в сокровищницу гетмана. 14 июля 1708 года безвинным страдальцам отрубили головы. Обезглавленные тела Кочубея и Искры были переданы родственникам и погребены в Киево—Печерской лавре. На гробовом камне высекли надпись: «Поскольку нам смерть повелела молчати,/ Сей камень о нас должен людям вещати:/ За верность к Монарху и преданность нашу/ Страданья и смерти испили мы чашу». □ ■ Гедестрём Густав. Карл XII и Мазепа на Днепре после Полтавской битвы □ ■ … А через пару месяцев после этой казни Мазепа предал и Петра I. С первых шагов шведских войск по украинской земле население оказывало им сильное сопротивление. Мазепе нелегко было оправдываться перед Карлом за «неразумность своего народа». Они оба поняли, что ошиблись — как друг в друге, так и в стратегических расчётах — каждый. Однако коварство, подлость и запредельная низменность Мазепы ещё не до конца была исчерпана. Он послал к царю полковника Апостола с предложением, ни много ни мало, предать в руки Петра шведского короля с генералами! Взамен хамски просил ещё большего: полного прощения и возвращения прежнего гетманского достоинства. Предложение было более, чем неординарное. Посовещавшись с министрами, царь дал согласие. Для блезиру. Он прекрасно понимал: Мазепа предсмертно блефует. Сил для пленения Карла у него не наблюдалось. Полковник Апостол и многие его товарищи пополнили ряды войска Петра I. ■ Как известно, после исторической Полтавской битвы Мазепа бежал с Карлом и остатками его войска. Царь очень хотел заполучить гетмана и предложил туркам большие деньги за его выдачу. Но Мазепа заплатил в три раза больше и таким образом откупился. Тогда разгневанный Пётр Алексеевич распорядился изготовить специальный орден «в ознаменование предательства гетмана». Диковинная «награда» представляла собой круг весом 5 кг, сделанный из серебра. На круге был изображён Иуда Искариот, повесившийся на осине. Внизу — кучка из 30 сребреников. Надпись гласила: «Треклят сын погибельный Иуда еже ли за сребролюбие давится». Церковь предала имя Мазепы анафеме. И снова из «Полтавы» Пушкина: «Забыт Мазепа с давних пор;/ Лишь в торжествующей святыне/ Раз в год анафемой доныне,/ Грозя, гремит о нём собор». ■ На несколько столетий имя презренного предателя считалось даже неприлично упоминать в серьёзных сочинениях. Лишь немногие украинские русофобы, такие как А. Оглоблин, пытались обелить «пса клятого» (выражение Тараса Григорьевича Шевченко). Этот, с позволения сказать, историк в период фашистской оккупации стал бургомистром Киева. Его правление отмечено массовыми казнями в Бабьем Яре. После войны Оглоблин бежал в США. Главную свою книгу, монографию «Гетман Иван Мазепа и его правление», фашистский бургомистр написал к 250—летию смерти предателя (как же, однако, все подлые люди цепко держатся друг друга!) По его мнению, цели гетмана—предателя были благородны, замыслы дерзновенны. На всякий случай: «Он хотел восстановления мощной автократичной гетманской власти и строительство державы европейского типа, со сбережением системы козацкого строя». Интересно лишь, кто бы это ему позволил сделать в тогдашние времена? ■ И всё же по-настоящему, с государственным, так сказать, размахом реанимировал память о «хохлацком Иуде» другой Иуда — вначале главный идеолог ленинизма—коммунизма на Украине, а после первый закопёрщик рыночного беспредела президент Леонид Кравчук. Кличка, кстати, взята из его личных юношеских поэтических упражнений: «Иуда я. Искариот!» ■ …Никогда не забуду лета 1991 года. Тогда под юрисдикцию Украины перешла самая большая часть Советской армии: 14 мотострелковых, 4 танковые, 3 артиллерийских дивизии и 8 артиллерийских бригад, 4 бригады спецназа, 2 воздушно—десантные бригады, 9 бригад ПВО, 7 полков боевых вертолётов, три воздушных армии (около 1100 боевых самолётов) и отдельная армия ПВО. Общая центробежная эйфорическая сила развала всего и вся захватила и меня, тогдашнего советского полковника. Грешен, в воспалённом мозгу мелькали спорадические мысли, а не перейти и мне, украинцу, служить на Украину? ■ Благодарю Бога, что не поддался спонтанному чувству. ■ А вот философствование директора Центра украиноведения Киевского национального университета имени Т.Г. Шевченко, академика АН Украины доктора исторических наук Владимира Сергийчука. В советские времена сей ученый муж скромно и нешумно занимался сельским хозяйством. А в нэзалэжной стал одним из первых исследователей деятельности Организации украинских националистов (ОУН) и подвигов Украинской повстанческой армии (УПА): «Да, Мазепа изменил российскому царю, но сделал это во имя украинского народа, во имя Украины. Условие, что Карл ХII будет протектором нашей страны, то есть возьмет Украину под свою опеку, на то время для Украины было довольно выгодно. Мазепа был настоящим отцом украинской нации! А тем людям забитым, которые не хотят интересоваться собственной историей, уже ничего не поможет». ■ Ещё более «прогрессивным» идеологом в данном направлении стал киевский политолог Дмитрий Выдрин: «Из совокупности тысяч предательств родилась наша страна. Мы предавали всё! Мы давали одну присягу и целовали одно знамя. Потом предали эту присягу и знамя, стали целовать другое знамя. Почти все наши вожди — бывшие коммунисты, которые клялись одним идеалам, а потом проклинали те идеалы, которым они клялись. Из всего этого совокупного действия, где были тысячи мелких, крупных и средних предательств, собственно, и родилась эта страна. Так сформировались украинская политика, наше мировоззрение и мораль. Предательство — это тот фундамент, на котором мы стоим, на котором мы построили свои биографии, карьеры, судьбы и все остальное». ■ А мы ещё удивляемся: как это братья и сёстры Украины мирятся с разгулом откровенно фашистов—бендеровцев; как в их жилах кровь не стынет от одесской Катыни; почему многие украинские матери, вместо того, чтобы сплочённо и жертвенно выступать против братоубийственной войны, выказывают президенту претензии: у наших сыновей нет бронежилетов, у них мало боеприпасов и их плохо кормят. Да это же всё прямое следствие нынешней «национальной украинской идеи: мы, украинцы, — предатели, и в этом наша сила!». ■ Давно истлевшим костям пана Мазепы впору пускаться в пляс: «щэ нэ вмэрла» Украина в его разумении. Она — не вся, конечно, но значительная её часть — чтит и молится на него, невзирая на все его запредельные злодеяния. Воистину чума мазепии бушует ныне на Украине. ■ Горе тому народу, у которого в национальных героях числятся такие ущербные личности, как Мазепа, Петлюра, Бандера, Шухевич, etc. На их примерах хорошо выращивать майданутых гопников. Когда же за образец для подражания бойцу подсовывают «славные деяния» ублюдка Мазепы, то боец и будет поступать соответственно. Неужели этого не понимают? А ведь действительно не понимают. ■ …После выхода фильма известного кинорежиссера Ю. Ильенко «Молитва о гетмане Мазепе», встретился я со своим старым другом, ныне покойным артистом Богданом Ступкой, сыгравшем заглавную роль. Наши давнишние отношения (знакомы мы были с 1970 года) позволяли серьёзную степень обоюдной откровенности. И я, не мудрствуя лукаво, спросил: «Бодя, зачем ты взялся за Мазепу?». «Ну, ты же умный человек и понимать должен, что для актёра не существует запретных ролей. Чем подлее герой, тем его интереснее играть». «Согласен с тобой, если это Ричард III. Он — всегда вне идеологических рамок. Но в данном случае, ты же прекрасно понимал, что ярый националист Ильенко использовал и тебя, и твоё имя, чтобы нагадить России своим кинокошмаром. Ладно, оставим за скобками то, что Юра (мы с ним тоже были давние знакомцы) — автор сценария, режиссёр, оператор, актёр, а сын его сыграл молодого Мазепу. Но там же реки крови, головы рубят, как капусту, а жена Кочубея — Любовь Фёдоровна — мастурбирует с отсечённой головой мужа. Пётр I насилует своих солдат. Неужели это тебя не покоробило? А этот эпизод: Пётр I стоит над могилой Мазепы, из—под земли появляется рука гетмана и хватает царя за горло — тоже не задел?». ■ Богдан Сильвестрович долго и мучительно молчал. Потом сказал: «Как там поётся: не сыпь мне соль на рану. Скоро я у Бортко, надеюсь, сыграю Тараса Бульбу. Вот и реабилитируюсь перед людьми». Великий, мирового уровня актёр, он конечно же понимал, что Юрий Герасимович элементарно его «употребил» на правах старого друга. И роль его — катастрофическая неудача. По иному и быть не могло. Равно как и сам фильм оказался убийственно провальным. Его отправили на Берлинский кинофестиваль. Однако там ленту показали лишь в категории фильмов… для людей с нетрадиционной сексуальной ориентацией! ■ Потом мы продолжили разговор о Мазепе. И пришли к общему выводу. ■ Если бы преступника Колединского за уши не притягивали нынешние украинские политики—выскочки в действующую идеологию, то мы о нём бы и вспоминали не чаще, чем о других гетманах. А так его личность излишне демонизируется. Меж тем он был элементарным, хоть и очень злым, негодяем. Досадно, что нынешним украинским властям он так по душе. ■ …Можно сколько угодно говорить, писать и вещать о том, каким выдающимся государственным деятелем был Мазепа, 305 лет назад покинувший наш бренный мир. Достаточно зайти на украинскую Википедию и увидеть там несметное перечисление заслуг славного патриота «нэзалэжной Украины» Ивана Степановича: и полиглот он, и меценат, и храмостроитель, и поэт, и любовник, и «чародей», и… Но потом вспомнишь Пушкина: «Однако ж какой отвратительный предмет! Ни одного доброго, благосклонного чувства! Ни одной утешительной черты! Соблазн, вражда, измена, лукавство, малодушие, свирепость». И всё встаёт на свои места. □ ■ Автор — Михаил Захарчук

Admin: ■ 28 сентября 2014 года | Виталий КарюковТоварищ кукурузный секретарьМалоизвестные факты из жизни Никиты Хрущева ■ Фото: Николая Акимова/ Репродукция Фотохроники ТАСС 28 сентября 1953 года Никита Сергеевич Хрущев был избран Первым секретарем ЦК КПСС. Личностью он был непредсказуемой, но не стоит забывать, что такое поведение порой было маской. Сегодня мы рассказываем о неизвестных моментах жизни и работы Никиты Хрущева. □ «Ну что же вы со мной делаете!» □ Когда Первый секретарь объявил кампанию по поднятию целинных земель, народ и партия, а главное, комсомол и молодежь, дружно отправились на ее освоение. И действительно, несмотря на жару, отсутствие источников воды и приемлемых условий для жилья целинников, они отлично справились со своей задачей, вырастив рекордный урожай. В этот момент Никита Сергеевич решил посетить главные хозяйства Целины, чтобы продемонстрировать очередной успех социализма и раздать ордена и медали победителям в битве за урожай. Но вот тут началось самое неприятное: из-за отсутствия коммуникаций (не было даже грунтовых дорог, не говоря уже о железных) хлеб не смогли вывезти на большую землю за небольшим исключением. Усугубило ситуацию и неготовность элеваторов к принятию зерна. В результате, его просто сваливали в большие кучи под открытым небом. И после дождей оно начинало гнить. Само собой разумеется, что Хрущева, как могли, ограждали от посещения таких благоухающих гор зерна и недостроенных элеваторов. Однако, поездки на поля с хлебом он совершал регулярно. И с таким же постоянством он делал это внезапно, никого не предупреждая. □ □ На снимке: Н.С. Хрущев (3 слева) и Ф. Кастро (2 слева) в гостях у колхозников колхоза «Дурипш»/ Фото: РИА Новости/ Анатолий Егоров □ Приготовив речь перед целинниками и награды для них, Никита Сергеевич в очередной раз ткнул пальцем в карту и отправился вместе с сопровождающими в хозяйство. Все прошло, как всегда, на высоком уровне. После выступления Первого секретаря ЦК КПСС передовикам раздали ордена и медали. И тут, заметив вдалеке трактор, Хрущев поинтересовался — а что он там делает посреди поля с хлебом. После невразумительного ответа Никита Сергеевич заинтересовался уже не на шутку и изъявил желание самому посмотреть на тракториста и его работу. На что сопровождающие его лица стали уже серьезно убеждать его не делать этого. И все же Первый секретарь, отмахнувшись, пешком отправился к месту. То, что он там увидел, повергло его в шок: к движущемуся трактору был прикреплен рельс. Им колосья методично валились и приминались к земле. Хрущев стоял с каменным лицом, темнее тучи. На вопрос, что это, сопровождающие объяснили: складировать—то зерно некуда и убирать его, соответственно, не было никакого смысла. А, прослышав о визите Никиты Сергеевича, местное начальство и приказало примять колосья, чтобы не было заметно поле в момент, когда его вроде бы уже убрали и отчитались о сданном хлебе. Выслушав это, Первый секретарь произнес с хмурым лицом: «Ну что же вы со мной делаете!». □ Ох, рано встает охрана □ Отдыхал Никита Сергеевич, как правило, в августе. И почти всегда в Крыму. В один из его заездов на так называемую Первую дачу в Ореанде, что в Ялте, произошел не совсем обычный, курьезный случай. Шикарная трехэтажная дача у моря, построенная еще для Сталина, нравилась Первому секретарю. И он с удовольствием посвящал все свободное время купанию в море и оздоровительным процедурам — массажу, приседаниям, зарядке по утрам, пешей ходьбе. От несанкционированных вторжений в эту неприступную крепость защищала, во—первых, его личная охрана. А во—вторых, весь периметр дачного участка, обнесенного стеной, охранялся специальными подразделениями, подчиняющимися местной службе безопасности. Однако, Хрущеву не нравилось постоянное присутствие охраны, и он предпочитал отсылать ее с глаз долой. В один из дней Никита Сергеевич, как всегда, искупавшись, не спеша направлялся к зданию дачи. И вдруг по крутому откосу, спускавшемуся от забора к морю, покатился какой—то большой клубок. Это оказался мужчина, который через несколько секунд был уже рядом с Никитой Сергеевичем и, поднявшись после падения, попытался вручить ему конверт. Не успел визитер сказать и нескольких слов Хрущеву в то время, как тот стоял и спокойно слушал его, как мужчину повязала охрана и тут же увела. Как выяснилось уже позже, Никита Сергеевич все—таки не принял конверт у просителя — а именно им оказался мужчина, который приехал сюда с двумя женщинами, нуждающимися в помощи Первого секретаря. А в отношении «безупречной» охраны незамедлительно были сделаны оргвыводы и тут же приняты соответствующие меры. □ Коньяк от Хрущева □ Кстати, о человечности Хрущева. Однажды его личный переводчик Виктор Суходрев с супругой должны были сопровождать его на катере, отправившись из Пицунды. Сам же Никита Сергеевич, периодически совершая свои внезапные «наезды» по колхозам, поехал на машине и планировал присоединиться к ним в Сочи, откуда они все по морю направлялись уже в Крым. Но как только катер вышел в море, погода испортилась. Жена Суходрева и маленький внук Хрущева Ванечка почувствовали себя плохо — их сильно укачало. На сочинской даче, где их разместили, вскоре появился Хрущев. И чете Суходревов передали, что в такое—то время он ждет всех к ужину. Хотя жена переводчика, зеленая от качки, даже думать о еде не могла. Через несколько минут к ним заглянул сам Никита Сергеевич, приветливо и заботливо поинтересовавшись, как поживает морячка, имея в виду жену Суходрева. На что та честно ответила ему, что она, кажется, умирает. Однако, Хрущев с улыбкой и в шутливой форме приказал ей подняться к столу, обещая избавить ее от всех головных болей. И действительно, когда супруга переводчика через десять минут пришла на ужин и, по совету Никиты Сергеевича, выпила рюмочку коньяка с лимоном, то ее головную боль и неприятные ощущения как рукой сняло. Да, такое человечное отношение к людям дорогого стоит.



полная версия страницы